ТЫ КУДА, ОДИССЕЙ, ОТ ЖЕНЫ, ОТ ДЕТЕЙ?
Кристофер Нолан, на самом деле, гений. Я, правда, до сих пор не смотрел ни «Оппенгеймера», ни «Довод», но за его Бэтманов уже можно снять шляпу, и не надевать ее никогда. Однако, любой гений рано или поздно замахивается на то, что не способен осилить (забавно, что зачастую именно об этом и снимает сам Нолан). Похоже, настал и его черед.
Пересказывать вам сюжет – дело неблагодарное, тем более что, в общем и целом, Нолан даже манеру повествования (флешбеки внутри флешбеков, параллельные сюжетные линии и тд) позаимствовал у Гомера, так что, в общем и целом, вы и так все знаете. В гомеровской «Одиссее» царь Итаки Одиссей является хитрым, любопытным, самовлюблённым мудаком, что одновременно и загоняет его в безвыходные положение, но и помогает изобретать выход. И здесь важно понимать: согласно Гомеру главный грех Одиссея – ни что иное, как гордыня. Это ж надо было ему, уже УПЛЫВАЯ от Полифема, выкрикнуть ему свое имя, чтобы одноглазый знал, с кем связался. Разумеется, сын Посейдона пожаловался папочке, и уже ПОСЕЙДОН 10 с лишним лет полоскал Одиссея по Средиземному морю, пока тот не растерял всю свою команду одесситов (назову их по аналогии с аргонавтами). И, собственно, история Одиссея – это долгий путь домой, откуда тот был практически изгнан богами за нарушение божественного закона «ксении», регулирующего взаимоотношения между хозяевами и гостями. И у Гомера Одиссей, по сути, повращал богов на своем ксифосе, таки преодолев все их испытания. Нолан же решил уподобить Одиссея едва ли не Оппенгеймеру, который всю историю расплачивается за некий ГРЕХ: мол, обманом посредством Троянского коня пустил разъяренных солдат в Трою. Ну-у-у… Такое, знаете ли. Полководец на войне приблизительно чего-то такого и должен был добиться, более того – это завершение 10-летней осады, которая зае6ала всех и внутри и снаружи, так что, в целом… Непонятно, чего он так урефлексировался, что почти 7 лет старчивался с Калипсо на острове, прежде чем «себя простить». Но вот конкретно Одиссей Нолана получает по жопе главным образом за военные преступления, Троянского коня, погибших соратников и накопившиеся моральные долги.
Боги при этом почти полностью растворились в погодных явлениях, совпадениях, приступах безумия и Зендее, которая большую часть времени просто смотрит на Одиссея глазами срущей собаки. Не считая совершенно великолепно сдизайненного циклопа – по-настоящему страшного, абсолютно нечеловеческого хтонического создания, ужасающего одним лишь обликом – все остальные проявления божественного гнева имеют вид откровенно галлюцинаторный, появляются и пропадают так быстро, что можно подумать, будто их и вовсе не было. Если такова цель, то… оу велл, не это я бы хотел увидеть. То есть, да Сцилла получилась весьма жуткой, но присутствует на экране секунд… 15? Или даже меньше? И, скорее, воплощает моральный выбор, нежели что-то реальное. Сирены же и вовсе существуют где-то на границе зрения, в расфокусе и сообщают Одиссею… нечто абстрактное. Типа песня так прекрасна и бла-бла-бла… На деле же сирены заманивали моряков тайными знаниями, недоступными смертным. И Одиссей – единственный из живущих, кто этими знаниями причастился. Опять же хитростью. И движимый тщеславием (ведь по жизни они ему не пригодились). И вот это во всем. Моменты, которые могли бы быть наиболее зрелищными или эффектными – вроде прибытия одесситов на остров людоедов превратились в очень краткие эпизоды-врезки, не сыгравшие никакой роли в дальнейшем. В другом фильме каждому такому эпизоду отвели бы двадцать минут, подробно показали монстра, добавили три фазы боя. Нолан же демонстрирует мифологические чудеса обрывками. Тут, конечно, есть место для трактовки: возможно, циклоп и правда был циклопом, возможно, лестригоны были просто огромными воинами, а возможно, Одиссей сочиняет красивую легенду, позволяющую свалить собственные решения на богов, колдуний и людоедов. Из-за этого фильм продолжительностью почти три часа умудряется одновременно казаться громадным и обидно коротким. Мы едва успеваем войти в очередное царство, ощутить его запах, увидеть местных обитателей, после чего монтаж уже швыряет корабль к следующему острову. Отсутствие Эола, лотофагов, Навсикаи, феаков и нескольких важнейших мертвецов пережить можно, а вот то, что самая продолжительная часть каждой такой высадки – это очередной побег одесситов к кораблю, оу велл…
Это уже не говоря о том, что царица Цирцея здесь была превращена Ноланом в одинокую злобную ведьму, в то время как у гомеровской Цирцеи Одиссей отбыл почти год недобровольного фемдома. И Цирцея там была ОГОНЬ, так что про «недобровольность», полагаю, он уже своей жене Пенелопе приврал. Энивей, Нолан переиначил ОЧЕНЬ многое. И, конечно, это вроде как его право, он вроде как творец, но ЭЙ, НОЛАН, КАК НАСЧЕТ НАПИСАТЬ СВОЕ? И коверкать как тебе захочется?
Энивей, историческую точность здесь искать не приходится, создатели вообще размазали «Одиссею» аж по трём тысячелетиям: на ахейцах красуются штаны, поздние коринфские шлемы и фэнтезийно-гладиаторские доспехи, стальные мечи соседствуют с бронзой, вместо кораблей у них драккары, а вместо сирен – русалочки. По Агамемнону у меня вообще множество вопросов. Это тот чувак в черных доспехах с золотыми позвонками, который красуется на всех постерах. В фильме он такой же – дохера пафосный, невнятный и смотрится этаким античным Бэтменом. При этом первую половину фильма сюжет его старательно демонизирует – за счет построения кадра, окружающего его визуала, ну и… не мне вам объяснять, как в кино тизерят злодеев. А вы помните, что произошло с Агамемноном? Сорян за спойлер, но он… умер. Дома, в своей постели. Его зарезала любимая женушка. ВСЕ! Вот и весь Агамемнон, на которого трудились, видимо, все костюмеры, из-за чего сам Одиссей выглядит банальным гоплитом, а за это особенно обидно: в «Илиаде» подробно описывается принадлежавший ему шлем из кабаньих клыков, археологически подтверждённый между прочим; и вообще, после той памятной битвы с кабаном, оставившей Одиссею сюжетно-важный шрам, самого Одиссея Гомер нередко ассоциировал с могучим вепрем, как бы давая понять, что тот впитал его силу. Между прочим, вепрь выбран неслучайно: именно убитый без использования сети кабан отличал юношу от мужчины. Или от мертвеца: кабаны – твари живучие. Но Нолан предпочёл очередную железную кастрюлю, оставляющую лицо дорогого актёра открытым, а про кабаньи черты, видимо из прочтения ничего не уловил.
Вообще женщины у Нолана получили превосходные лица, костюмы и выходы, но значительную часть своей древней опасности растеряли. Калипсо больше не является бессмертной хозяйкой, годами удерживающей Одиссея в сексуальном плену, Цирцея не страпонит царя Итакии на глазах «освиненных» соратников, а Афина… сами узнаете. Ну и Пенелопа, а Пенелопа в финале просто принимает готового раскаявшегося мужа. Зато вот ксению, древний обычай гостеприимства под защитой Зевса, Нолан раздувает до главного закона цивилизации, но… вычитал он его, похоже, из Нагорной Проповеди. Более того – буквально ЦИТИРУЕТ ее, мол, «возлюби ближнего своего».
Скажу пару слов по поводу каста. Реперок Трэвис Скотт в качестве местного аэда как раз более чем уместен, и мог быть хоть мавром, хоть китайцем – в бродячие сказители кого только ни звали. А вот Лупита, чье лицо «отправило в плавание 500 кораблей» буквально ПРОТИВОПОЛОЖНА тому, как описывали Елену. Чтоб вы понимали, греки на своих амфорах всех людей рисовали черными – традиция такая была. А вот Елену отдельно ВЫБЕЛИВАЛИ, потому что считали важным подчеркнуть одну из ее главных черт: алебастрово-белую кожу. Какой чиркаш хотел оставить Нолан… спросите его сами. Элиот Пейдж в роли верного солдата Одиссея не вызывает у меня претензий как актер, но вызывает массу претензий как… Извините, как ЧЕЛОВЕК. Знаете, вот есть такой актер Хавьер Ботет. Он ввиду синдрома Марфана похож на что-то клиппотическое – длиннющие руки с такими же длинными пальцами, высокий рост и болезненная худоба. И вот Хавьер Ботет играет тех, на чью роль он лучше всего подходит – монстров, призраков, бледного людоеда из «Лабиринта Фавна». И Элиот Пейдж (бывшая Эллен), к сожалению, сделала со своей внешностью такое, что теперь играть СОЛДАТА АРМИИ ОДИССЕЯ банально не может. Он может играть больных и умирающих, оживших трупов (хотя, кстати…), монстров, призраков, мутантов. А вот героя Троянской войны… с натяжечкой. К Дэймону, Патинсону, Хэттуэй и Холланду вопросов ноль, на самом деле, Телемаха я так мысленно и представлял. Что касается остальных персонажей… оу велл, так как живут они по сюжету недолго, то нехер концентрироваться на их национальной принадлежности.
В общем, все плохо… да? Да нихера. К сожалению, Нолан и правда – гений. Несмотря на все эти недостатки, фильмы-то он снимать умеет. И, когда тетива Одиссеева лука была натянута во второй раз, зал прямо кончил. Ну или только я, я не проверял. Подача, драма, игра актеров – все это находится на привычно-высочайшем уровне. И даже вот это вот гуманистическое «новое прочтение» не выглядит минусом, особенно в сегодняшнем мире. Может, и до сильных мира сего дойдет мысль, что если искать врага достаточно долго, то рано или поздно, выйдешь на себя – Земля-то круглая.
И фильм охренительный. Его можно сколько угодно обвинять в упрощении Гомера, психотерапевтической морали, невнятной теологии, куцых женских линиях и доспехах из проката костюмов, однако Нолан умеет создавать изображения, после которых всё остальное кино еще несколько дней кажется снятым на коленке. Море здесь дышит неукротимой мощью, корабль скрипит, жертвенная кровь для мертвецов густа, как сгущенка, а Полифем… Ох уже этот Полифем! Стану богатым – найму парня, задизайнившего его для своих чудовищ. Когда на экране появлялось это великолепное чудовище, зал буквально затаивал дыхание. Жаль, конечно, что Нолан отнял у «Одиссеи» весёлую жестокость, сексуальность, страшную волю богов, а всю хитрость ГГ урезал до ненавязчивой изворотливости, зато превратил поэму в ПТСРный сон ветерана, плывущего домой. И если уж мне почти три часа будут объяснять, что «война- это плохо, пнятненько?» лучше уж пусть это делает Нолан. А то третий раз «Иди и смотри» я не вывезу. А «Одиссею» #БЕЗДНАрекомендует безоговорочно, бескомпромиссно, 100%-но. И смотреть такое нужно исключительно в кинотеатре, желательно Имах – ровно так, как это задумывалось создателями. И тогда, возможно, зрелище сработает на вас именно так, как оно сработало на меня. А потом обязательно побомбите здесь в комментах, что, мол, у коринфская форма Одиссеева шлема относится к значительно более поздней классической Греции. Я разрешаю.
