"Мое первое появление на телевидении было в телепередаче «АБВГДейка». Тогда еще я работал инженером в свободное от Эстрадной студии время. Однажды мне позвонил детский писатель Эдуард Успенский и сказал: — Семен, я хочу сделать такую передачу, которая через игры и хохмы будет учить детей новым словам и правилам правописания.
Мне понравилась идея, потому что дети плохо воспринимают, если их просто учат. Дети запоминают правила, когда с ними начинаешь играть. Э. Успенский собрал нас вместе — Александра Филиппенко, Владимира Точилина, Татьяну Непомнящую и меня. Все выступали под своими именами: клоун Саня, клоун Владимир Иванович, клоунесса Таня, а я был клоуном Сеней. Мы прочитали первый сценарий, прочитали второй и начали делать «АБВГДейку». Председатель Гостелерадио товарищ Лапин в один «прекрасный» день лично смотрел семь серий телепередачи и все время говорил: — Какое говно! А потом изрек, что клоуна с таким носом быть не может. Он имел в виду моего клоуна Сеню. После этого я начал приходить за час до съемки для того, чтобы мне подтянули нос. «АБВГДейка» была самой популярной детской передачей. Письма от телезрителей приходили мешками. Писали дети, бабушки и дедушки. На телевидении был выделен специальный работник, который разбирал груды писем. Известные артисты Б. Тенин и Л. Сухаревская считали уважительной причиной опоздать на утреннюю репетицию в театр, но не пропустить «АБВГДейку».
Через два года товарищ Лапин объявил войну Успенскому. В знак солидарности ушли и мы. Нас вызвал на ковер заместитель Лапина, Мамедов и сказал: — Вы понимаете, что вы делаете? Мы возьмем другого автора. Вы будете иметь работу. Если вы не собираетесь дальше участвовать в передаче, телевидение будет для вас закрыто! На этих словах я, по своей привычке, лишился дара речи. Точилин еще долго кричал на Мамедова, а я просто вышел из кабинета. — Ты куда? — крикнул Мамедов. — Не могу говорить с таким человеком, — ответил я." Семён Фарада Фотографии из журнала "Телевидение и радиовещание" номер 6 за 1975 год
Мы - бандито-гангстерито, Присосались мы к корыто, o yes! Мы стрелянто, убиванто, Украданто то и это, o yes! Наш потужный президенто Круче даже Джона Рэмбо, o yes! И за энто режиссенто Нас сниманто в киноленто, o yes! С автомато разъезжанто - Отловлянто ухилянто, o yes! У Урсулы цап монето - Покупать кабриолето, o yes! Евролохи нам заплатят За банкето и фуршето, o yes!
Сочинили и инструментально исполнили оригинальную версию ребята из УССР. Вокал - Семён Фарада, родом из Москвы (в административных границах с 1960 года).
Семён Львович Фарада (при рождении — Фердман; 31 декабря 1933, Никольское, Московская область, СССР — 20 августа 2009, Москва, Россия)
Он был загадкой — и на экране, и в жизни. Великий мистификатор, способный без грима и уловок превращаться в кого угодно: итальянца, еврея, русского чудака. Его взгляд гипнотизировал, а появление в любой компании мгновенно заряжало людей смехом.
Может, потому, что сам Семён Фарада считал свою жизнь большой шуткой? Или потому, что судьба — ироник ещё тот — взяла дипломированного инженера и сделала из него звезду советского кино?
Михаил Кокшенов, Савелий Крамаров и Семён Фарада на съёмках фильма "Русский бизнес"
Рождение как первоапрельская шутка
Если бы судьба умела смеяться, она бы поставила на Фараде свою самую удачную реплику. Он родился 31 декабря 1933 года — словно новогодний подарок с намёком: «Вот вам человек, который будет смешить вас десятилетиями».
Кадр из фильма "Тот самый Мюнхгаузен" (1979)
И действительно, многие его лучшие фильмы — «Формула любви», «Чародеи», «Тот самый Мюнхгаузен» — выходили как раз в праздники. Будто сама жизнь подмигивала: «Смотри, Сёма, это тебе!»
Как технарь переиграл систему
В кино он впервые попал в 12 лет — сыграл юнгу в «Синегории». И влюбился. В кино, в актёрство, в этот безумный мир. Но родители — фармацевт и офицер — были людьми строгих правил:
«Сначала институт, потом — если останется время — твой театр».
"АБВГДейка"( из журнала "Телевидение и радиовещание" номер 6 за 1975 год)
Фарада сдержал слово: отучился в престижной «Бауманке», получил диплом инженера-механика… и тут же рванул в театральную студию «Наш дом».
Это было место, где собирались такие же «технари-предатели» — люди с дипломами физиков, математиков, инженеров, но с горящими глазами. Их спектакли гремели на всю Москву. Народ ломился на постановки, двери едва выдерживали.
Кадр из фильма "Остановите Потапова!" (1973)
А рядом — студенческий театр МГУ, которым руководил молодой Марк Захаров. Он-то и разглядел в Фараде ту самую искру. Позже их сотрудничество подарило нам шедевры: «Формулу любви», «Того самого Мюнхгаузена», «Дом, который построил Свифт».
Кадр из фильма "Формула любви" (1984)
Фарада не просто играл — он импровизировал, творил на ходу, превращая каждую роль в маленький спектакль. Его сравнивали с Чаплиным: такой же «маленький человек в большом мире», только советский.
Формула любви: на экране и в жизни
«Формула любви» — фильм, который вышел точно в срок: на Новый год, в день рождения Фарады. И стал формулой не только любви, но и безудержного смеха. Его герой — итальянец с «солнечным шлягером» — был настолько органичен, что после премьеры артиста всерьёз представляли так: «Единственный итальянец — заслуженный артист России».
Семен Львович Фарада
А между тем сам Фарада был человеком застенчивым, даже немного замкнутым. И уж точно не похожим на того балагура, каким его знали миллионы. Возможно, именно это и покорило Марину Полицеймако — красавицу-актрису с Таганки. Они познакомились в 1972-м, когда он пришёл в театр. Оба — не свободные, оба — не юные. Но Фарада, увидев её, понял: это она.
Ухаживал долго, настойчиво, с инженерной точностью. В 1976 году они сыграли скромную свадьбу, а вскоре родился сын Миша.
Марина Полицеймако и Семён Фарада
Их дом был особым миром: три поколения под одной крышей — Марина, их мамы — и ни одной ссоры. Фарада обожал свою семью. Жену ревновал к съёмкам, сына — купал сам, рассказывал сказки, учил всему, что умел.
Кадр из фильма "Бабник 2" (1992)
А ещё — безумно любил Новый год. 31 декабря их квартира превращалась в проходной двор: друзья шли нескончаемым потоком, смеялись, поздравляли.
Последняя роль, которую он не хотел играть
Всю жизнь он мечтал о трагической роли. Но судьба, как всегда, поступила по-своему. Сначала — смерть близкого друга, Григория Горина. На следующий день после похорон у Фарады случился инсульт. Потом — перелом шейки бедра. Врачи разводили руками: встать после такого почти невозможно. Но он встал.
Кадр из фильма "Русский бизнес" (1993)
Он шутил до конца. Называл себя «долгоиграющим больным». Успел увидеть, как сын делает первые шаги в профессии, как рождаются внуки.
Большая семья Семёна Фарады
Рядом всегда была она — та самая Марина, ради которой он когда-то решил, что любовь — это не формула, а единственно возможный вариант жизни.
Даже уходя, он оставался собой. Потому что смех — это навсегда. А Семён Фарада — тем более.
Ребят, спасибо, что дочитали до конца. Очень признателен всем тем, кто делится моими статьями, ставит лайки и оставляет комментарии. Я всегда только «ЗА» конструктивную критику или оправданные замечания. Благодаря этому, становлюсь лучше и лучше с каждым разом.
Вы также всегда можете поддержать автора канала (исключительно по вашему желанию и порыву
Также буду рад, если присоединитесь к нашему уютному сообществу, где мы обсуждаем великих людей прошлого, делимся интересными фактами и эпизодами из их жизни
