MarinaOv

Происходит имитация отношений — это создание иллюзии партнерства, где внешне присутствуют атрибуты пары (совместное времяпрепровождение, забота, общение), но нет искренней эмоциональной вовлеченности. Люди прибегают к этому, чтобы избежать одиночества, получить социальное одобрение или выгоду, а также из-за страха перед настоящей близостью или ответственностью.

Неспособность выстраивать отношения у людей с антисоциальным расстройством личности (АРЛ) обусловлена полным отсутствием эмпатии, базовым пренебрежением социальными нормами и склонностью к манипуляциям. Вместо искренней привязанности такие личности воспринимают окружающих как инструменты для удовлетворения своих потребностей. Люди с антисоциальным расстройством не способны понять или разделить чувства партнера, поэтому чужая боль или дискомфорт их не останавливают. Близкие связи строятся на контроле и эксплуатации. Часто применяются газлайтинг и ложь для получения выгоды. Неспособность контролировать гнев приводит к физическому или эмоциональному насилию. Они легко нарушают обещания и договоренности. Характерной чертой людей с антисоциальным расстройством личности является стойкое нежелание брать на себя ответственность, из-за чего прочные и надежные связи не формируются. Глубокая эмоциональная привязанность для них невозможна, любые контакты остаются поверхностными.

Главная замена взаимных чувств – контроль. Всё их обаяние и внимание направлено на управление эмоциями партнера: когда партнер боится, сомневается или зависит от них, они чувствуют своё эмоциональное превосходство.

Неспособность к искренним чувствам. У людей с антисоциальным расстройством нет истинной эмпатии, нет видения будущего и планов, основанных на общих целях. Их «далёкие мечты» — лишь декорация для удержания власти.

Манипуляция как единственный инструмент. В отсутствии устойчивых привязанностей и моральных ориентиров они прибегают к одинаковому набору приёмов: ложь, шантаж, шутливые «подколы», которые вызывают сомнения в себе. Эти приёмы направлены на контроль над вашим эмоциями.

Люди с синдромом дефицита внимания и любви: Те, кто в прошлом сталкивался с эмоциональной холодностью родителей или отвержением. Яркое, стремительное и агрессивное внимание антисоциальной личности на старте отношений кажется им признаком исключительной привязанности.

Люди с низкой самооценкой: Они терпят пренебрежительное отношение и манипуляции, так как подсознательно считают, что не заслуживают лучшего.

Партнеры со склонностью к созависимости: Эмоциональные качели, постоянный стресс, драмы и последующие бурные примирения вызывают сильную биохимическую привязанность, которую они ошибочно принимают за страстную любовь.

Люди с похожими паттернами поведения (например, нарциссическим или пограничным расстройством): Взаимодействие таких партнеров часто строится на взаимном притяжении, где травма узнает травму. Отношения превращаются в динамичную игру, где оба могут как очаровывать друг друга, так и жестоко манипулировать.

Главная ловушка заключается в том, что в начале отношений антисоциальные личности обычно действуют как мастера обмана. Они производят впечатление невероятно харизматичных, уверенных в себе, независимых и сексуально привлекательных людей. Из-за этого маскируемого дефицита моральных норм распознать истинную суть партнера удается далеко не сразу.

Импульсивность и яркие эмоции. Жизнь с ними кажется захватывающей благодаря постоянному риску и нарушению правил, что привлекает людей, уставших от предсказуемости.

Почему это опасно

Это «демонстративное обаяние» служит инструментом контроля. Как только цель достигнута (получены деньги, статус, секс или власть), маска спадает, сменяясь полным безразличием, жесткостью или газлайтингом. Психологи называют этот процесс циклом «обольщение — обесценивание — утилизация»

Искажение эмпатии: Использование защитных психологических механизмов (например, рационализации), когда жестокость или манипуляции оправдываются тяжелым детством, защитой личных границ или борьбой с системой.

Анонимизация в интернете: Формирование иллюзии безнаказанности, из-за чего кибербуллинг, троллинг и оскорбления воспринимаются среди некоторых групп пользователей как безобидное развлечение, а не как психологическое насилие.

Антисоциальное расстройство личности (АРЛ) — это трудная и социальнозлокачественная проблема.

Познакомимся поближе с антисоциальной личностью.

Антисоциальное расстройство личности может принимать разнообразные формы: выражение антисоциального поведения может значительно меняться (см. DSM-III-R; АРА, 1987) — от коварства, манипуляции и эксплуатации до прямого нападения.

Представление о себе. Эти люди считают себя одинокими, независимыми и сильными. Некоторые из них полагают, что общество злоупотребляет ими и обращается с ними жестоко, и поэтому оправдывают притеснение других людей, так как считают себя притесняемыми. Другие могут просто принимать на себя роль хищника в «жестоком» мире, где нарушение правил общества является нормальным и даже желательным.

Представление о других. Они воспринимают окружающих людей либо как эксплуататоров и поэтому заслуживающих того, чтобы их также эксплуатировали, либо как слабых и уязвимых и поэтому заслуживающих роли жертвы.

Убеждения. Глубинные убеждения этих людей таковы: «Я должен быть начеку», «Я должен быть агрессором, иначе я буду жертвой». Антисоциальная личность также полагает: «Все люди — лохи или слизняки» или «Все они занимаются эксплуатацией, поэтому я тоже имею право эксплуатировать их». Такой человек полагает, что имеет право нарушать правила, которые произвольны и предназначены для защиты «имущих» от «неимущих». Эти взгляды отличаются от представлений людей с нарциссической личностью, считающих себя настолько особенными, уникальными людьми, что они стоят выше правил — привилегия, которую, по их мнению, все должны признавать и уважать.

Их условное убеждение: «Если я не буду помыкать людьми (манипулировать ими, эксплуатировать их, даже нападать на них), я никогда не получу то, что заслуживаю». Инструментальные, или императивные, убеждения: «Хватай другого, пока он не схватил тебя», «Теперь твоя очередь», «Возьми это, ты этого заслуживаешь».

Стратегия. Основные стратегии делятся на два класса. Откровенно антисоциальная личность открыто нападает, грабит и обманывает людей. Более тонкий тип — «ловкий мошенник» — стремится привлечь других людей и с помощью проницательной, тонкой манипуляции эксплуатировать или обманывать их.

Эмоции. Единственное открытое проявление эмоций — гнев по поводу того, что окружающие люди имеют что-то такое, чего у них (антисоциальных личностей) нет, но чего они, конечно, гораздо больше заслуживают(Aaron Beck, Arthur Freeman. Cognitive Therapy of Personality Disorders, 1990).

Хотелось бы также обратить внимание на то, что существует, по-видимому, определенная закономерная последовательность в переходе от одной формы культуры к другой, к иным идеальным ценностям, формам культивируемого сознания. Поскольку смена основных ценностей культуры, определяющая общую конфигурацию ее развития, связана с возникновением новой адаптационной задачи сообщества, постольку закономерность можно искать именно в этом ряду последовательно встающих перед сообществом задач.

Можно отметить, например, что эта последовательность, по крайней мере в развитии нашей западной цивилизации, может быть соотнесена с порядком постановки адаптационных задач в процессе психического онтогенеза. В частности, и в онтогенезе (Лебединский В.В., Никольская О.С., Баенская Е Р., 1990 ; Баенская Е. Р., 1999), и в процессе исторического развития сначала становятся очевидными задачи адаптации к стабильным условиям жизни, соответствующие второму и четвертому уровням. Это отражается в развитии форм архаических, традиционных культур и переходе затем к культурам монотеизма, опирающимся на категории нравственного сознания. Значительно позже и для ребенка, и для сообщества актуальными становятся задачи адаптации к неопределенному, динамичному миру, что проявляется в развитии на Западе культуры Нового времени и росте интереса к культурам Востока, стимулирующим развитие механизмов сознания первого уровня.

Аффективная сфера человека. Взгляд сквозь призму детского аутизма / Никольская О.С. М.: Центр лечебной педагогики, 2000