На фото — Ford Mustang первого поколения 1967 года, тот самый момент, когда Mustang уже перестал быть просто компактным «пони-каром» середины 60-х и начал превращаться в более взрослую, агрессивную машину. По сравнению с моделями 1965–1966 годов кузов стал шире и массивнее, капот длиннее, а общий силуэт — более мускулистым.
Именно с этого рестайлинга Mustang стал лучше подходить под большие V8-моторы, потому что ранняя версия изначально проектировалась довольно компактной.
Интересная деталь: Mustang не был первым автомобилем такого формата, но именно он фактически создал моду на «pony car» — доступное спортивное купе с длинным капотом, короткой кормой и большим выбором моторов. После успеха Mustang конкуренты стремительно бросились догонять Ford: Chevrolet выпустил Camaro, Pontiac — Firebird, AMC — Javelin. То есть этот автомобиль стал не просто успешной моделью, а причиной появления целого класса машин.
Версия 1967 года особенно ценится за баланс между ранней элегантностью и более грубой muscle car-эстетикой. У неё ещё сохранился чистый классический облик 60-х, но уже появились более широкая решётка радиатора, выразительные боковые «жабры» и более тяжёлые пропорции. Визуально это уже не лёгкая городская игрушка, а автомобиль, который выглядит так, будто под капотом ему тесно.
Не самый очевидный факт: Mustang 1967 года стал первой серьёзной переработкой модели после ошеломляющего дебюта 1964½. Ford был вынужден увеличивать размеры кузова не только ради дизайна, но и ради конкуренции — покупатели всё чаще хотели более мощные моторы, а значит, требовалось больше места в моторном отсеке и более серьёзная ходовая часть. Поэтому 1967-й можно считать переходной точкой: ещё классический Mustang, но уже на пути к эпохе настоящих muscle cars.
Именно такие купе часто недооценивают рядом с фастбэками, хотя у hardtop-версии есть свой шарм. Она выглядит спокойнее, менее киношно, зато ближе к тому Mustang, который действительно массово покупали обычные американцы. Это не музейная фантазия о 60-х, а образ машины, которая когда-то стояла у домов, ездила на работу, на свидания и по хайвеям — а теперь стала символом эпохи, когда автомобиль ещё мог быть одновременно простым, красивым и дерзким.
