Первые видеоигры я увидел вовсе не дома и не у друзей. Это произошло в фойе нашего местного Дома Культуры, где стояли дохлые автоматы типа «Хоккей» или «Морской бой». «Морской бой» ещё как-то работал. Видимо, его поддерживали в рабочем состоянии, т.к. он приносил выручку, но остальные динозавры к тому моменту уже сдохли окончательно и стояли исключительно для антуража — примерно как чучело медведя в сельском клубе.

Надо заметить, что в этот же самый автомат «Морской бой» мне удалось поиграть уже несколько лет спустя. Произошло это в гараже знакомого. Его батя, пользуясь общей разрухой того времени, утащил этот автомат из Дома Культуры к себе в гараж. Монет по 15 копеек тогда уже не было в ходу, поэтому мы запускали каждую партию не монеткой, а замыканием двух проводов, как настоящие автоугонщики.

Так вот, в закутке за этими монстрами советской эпохи кто-то очень предприимчивый воткнул настоящую игровую приставку. Из нас в то время никто особо и не разбирался, что это вообще такое — игровая приставка. Поэтому называли это устройство просто — «компьютер».

Расценки стояли конкретные: рубль за десять минут. Для пиздюка сумма была абсолютно неприличная. Но очередь приобщиться к прекрасному стояла как в мавзолей.

Сейчас смешно, но народ бился за право отдать рубль, чтобы посмотреть на прыгающие квадратики. У кого рубля не было, а таких было большинство, просто стояли рядом и смотрели, как играет счастливчик. Такая контузия сопричастности: сам не играешь, но вроде как при деле.

Это сейчас, спустя годы, я понимаю, что это был то ли оригинал то ли клон Atari 2600, слепленный китайско-тайваньскими мастерами и каким-то чудом оказавшийся в нашем Доме Культуры на рубеже 80–90-х годов. Но тогда нам все эти подробности были до фонаря — на экране творилось натуральное колдунство. У «компьютера» было несколько встроенных игр, но абсолютным хитом была игра про самолёт, который летел и всех подряд бомбил. Как я сейчас понимаю, это был River Raid. А тогда — просто «самолёт».

Следующий эпизод приобщения к прекрасному произошёл у знакомого из соседнего подъезда. У него одного из первых появилась приставка, и посмотреть на это чудо собиралась целая толпа. Пользуясь тем, что родители днём были на работе, в квартире образовывался настоящий балаган из тех, кто играл, и тех, кто просто смотрел. Сначала в квартиру приходили друзья хозяина, потом друзья друзей хозяина, а потом уже совершенно левый контингент. Приобщиться хотели все. Дверь в ту квартиру фактически перестала выполнять свою прямую функцию. Толпа ходила такая, что дверь уже не то что не закрывалась, а уже даже не захлопывалась.

Из увиденного в той квартире больше всего запомнились утиная охота и стрельба по бандитам из пластикового пистолета. Возможность палить в телевизор из настоящего пистолета будоражила воображение своей наглядностью: вот пистолет, вот утка на экране, вот ты попал, вот утка падает. Вот ты промазал — над тобой ржёт собака.

А потом случилось чудо. Я не знаю, откуда мои откровенно небогатые родители в то несытое время нашли средства на покупку нам с братом приставки. Я даже не помню, чтобы мы с братом вели по этому поводу активную психологическую работу. Подарок прилетел совершенно внезапно. В один прекрасный вечер батя куда-то уходит, а потом возвращается. А в руках у него — яркая коробка.

А дальше была распаковка. Запах дешёвого китайского пластика самой приставки и пенопластового ложемента я, кажется, помню до сих пор, его ни с чем не спутаешь. Внутри коробки, в ложементе по ячейкам лежала сама приставка, два джойстика, жёлтый картридж и пистолет. Разумеется, это была не оригинальная Денди, а китайский клон, но мы в то время даже особо не разбирались. Денди и Денди.

Отец, вернувшись уже затемно, сказал, что подключим приставку утром, а пока отбой. Но заснуть мы, конечно же, не могли — организм физически отказывался это делать. Мы сидели на кровати с джойстиками и пистолетом в руках, изучали каждую крохотную картинку на дефолтном картридже, где гордо значилось «9999 games», и обсуждали, во что сыграем первым из этих 9999 игр.

Реальность, как это всегда бывает, оказалась куда суровее ожиданий. На картридже с гордым числом 9999 при ближайшем рассмотрении обнаружился один скромный набор, размноженный в нескольких почти одинаковых версиях:

человечек, бегающий от белых ниндзя, собирающий золото и роющий ямы;

морячок Папай, удирающий от жирдяя (кстати, до сих пор поражаюсь пиксель-арту и анимациям в этой игре);

какой-то невнятный глазастый шарик с ножками, который должен был допрыгать до другого такого же шарика, но с бантиком (кажется, игра называлась Nuts&Milk);

Кунг-фу, где надо было в роли, очевидно, Брюса Ли чистить морды разнообразным противникам-мужикам и даже одной девочке;

ну и, разумеется, утиная охота со стрельбой по бандитам.

Что удивительно, разочарования не было ни малейшего. Брату приглянулось Кунг-фу, а мне, внезапно, Папай. Lode Runner мы проходили вместе. Он на джойстике, т.к. был сильно ловчее меня, а я разрабатывал стратегию, в каком порядке надо собирать золото, чтобы пройти уровень. Этого набора нам на тот момент хватало, а потом уже были другие игры. Каждая из которых становилась откровением, но об этом в другой раз.

Ну и традиционный вопрос в конце, дабы забайтить на комментарии:

Как вы первый раз познакомились с видеоиграми? Дом Культуры? Квартира соседа? Цветная коробка у бати в руках?