URBIO расшифровывается как URban BIOdiversity and Design - «Городское биоразнообразие и дизайн». Это открытая всемирная научная сеть, созданная для образования и исследований и для содействия реализации Конвенции ООН о биологическом разнообразии в городах. Сеть объединяет учёных, практикующих специалистов, представителей органов управления и гражданского общества через конференции, семинары, публикации и информационные рассылки.
Для урбанистов URBIO особенно интересна тем, что рассматривает биоразнообразие не только как биологическую проблему. Здесь пересекаются городское планирование, ландшафтная архитектура, восстановление экосистем, образование, управление, участие жителей и практическое проектирование городской среды.
История URBIO начинается в 2008 году. После 9-й Конференции сторон Конвенции о биологическом разнообразии в Бонне, где подчёркивалась роль городов в сохранении биоразнообразия, в том же году в Эрфурте была создана International Network on Urban Biodiversity and Design.
Первая, учредительная конференция URBIO прошла в Эрфурте 21–24 мая 2008 года. В ней участвовали более 400 учёных и практиков из 50 стран. Было проведено 20 тематических симпозиумов, представлено 120 устных и 120 постерных докладов, а также организованы выезды на объекты, связанные с городским биоразнообразием и устойчивым дизайном. Одним из результатов стала Эрфуртская декларация, подчёркивавшая значение городского биоразнообразия для противодействия его глобальной утрате.
Текущая конференция - URBIO 2026 "Education for urban biodiversity in design: practice-led research" запланирована на 2–4 ноября 2026 года в Сиане, Китай.
Организаторы приглашают не только учёных. В описании прямо перечислены студенты, представители академического сообщества, практикующие специалисты по ландшафтной архитектуре и планированию, представители органов власти, лица, принимающие решения, и гражданское общество. Главная идея - обмен опытом разных стран и поиск способов обучать следующее поколение специалистов и жителей городов решению проблем биоразнообразия.
В программу входит отдельный PhD Forum, предназначенный для молодых исследователей, обмена идеями и методами и общения с более опытными учёными и практиками.
URBIO 2026 проводится в гибридном формате: очно в Сиане и онлайн. Указано также, что записи будут доступны. Программа рассчитана на три дня - в первый день доклады, дискуссии и welcome reception; во второй - доклады, обсуждения и прогулка по кампусу XAUAT; в третий - field trip по Сиану.
Конференция будет посвящена семи подтемам:
1. Возможности и ограничения в разработке учебных программ и преподавании городской экологии, биоразнообразия и устойчивого проектирования в школах (довузовское образование), университетах и программах профессиональной подготовки.
2. Учет городского биоразнообразия в государственной политике и стратегиях ландшафтного планирования, проектирования, управления земельными ресурсами и восстановления.
3. Методы разработки совместных сравнительных исследований, образовательных программ и гражданских научных проектов.
4. Проблемы и возможности в сфере просвещения общественности по вопросам биоразнообразия, прикладных исследований, адаптивного управления и проектирования с упором на вовлечение граждан и повышение экологической осведомленности.
5. Интеграция прикладных исследований в программы магистратуры по городскому биоразнообразию.
6. Успешные примеры применения экологических решений и совместного творчества, включая гражданскую науку и инклюзивное образование, для сохранения городского биоразнообразия и устойчивого развития.
7. Искусственный интеллект в сфере городского биоразнообразия и дизайна: преимущества и недостатки его использования и практического применения.
На странице URBIO 2026 указан крайний срок регистрации - до 30 сентября 2026 года.
На видео показано привлечение тысяч ночных бабочек и других насекомых на белое полотно с помощью ультрафиолетового (УФ) света
Кадры были сняты исследователем насекомых и фотографом Дэниелом Мейером (Daniel Meier) в тропическом лесу Кейп-Йорк в Австралии.
Энтомолог использует так называемый «световой экран» (light sheeting). Под воздействием мощной УФ-лампы на простыне собираются сотни различных видов насекомых.
Поиск новых видов: По словам исследователя, среди огромного скопления летающих существ на экране были замечены совершенно новые, еще не описанные наукой виды бабочек.
Уникальные виды: На ткани отчетливо выделяется гигантская павлиноглазка Геркулес (Coscinocera hercules) — одна из самых больших бабочек на планете, обитающая только в Новой Гвинее и на севере Австралии.
Безопасность метода: Процесс абсолютно безвреден для природы. Исследователь выключает свет за несколько часов до рассвета и аккуратно встряхивает простыню, чтобы насекомые успели разлететься и спрятаться в безопасные места до того, как проснутся птицы.
Развитие городской цивилизации неизбежно ведет к сокращению и фрагментации естественных природных пространств. Хотя в Китае реализуется государственная стратегия «город-сад», согласно которой значительную часть территории мегаполисов занимают парки (сравните площадь парков в Пекине, Шэньчжэне и, к примеру, в Токио), негативный эффект интенсивной урбанизации все же остается.
Хуже всего ситуация обстоит с автомагистралями: они разрывают пути миграции животных, изолируя популяции друг от друга. Для решения этой проблемы в Шэньчжэне в конце 2023 года был открыт мост «Куньпэнцзин №1», соединивший лесные массивы гор Мэйлинь и Иньху.
1/5
Сооружение длиной 60 метров и шириной почти 50 представляет собой полноценный фрагмент леса над скоростной трассой. Благодаря модульной технологии мост собрали как «лего», возведя основную конструкцию всего за 18 дней. Для создания естественной среды здесь высадили более 80 видов местных деревьев и кустарников. По краю проложена туристическая тропа, отделенная от центральной зоны густой зеленой завесой. Она не только скрывает людей, но и защищает лесных обитателей от шума машин и света фар. Для мелких животных обустроены убежища из камней и валежника, а также небольшие пруды для водопоя.
Освещение на мосту мягкое и направлено строго вниз, чтобы не нарушать биоритмы ночных животных, а подсветку под самим пролетом водители прозвали «луной в лесу».
Спустя три года эксплуатации власти отмечают, что проект полностью себя оправдал. Он помог восстановить биоразнообразие, предотвращает гибель животных под колесами автомобилей и создал уникальную рекреационную зону для горожан. Фотоловушки регулярно фиксируют перемещения диких кабанов, макак и даже редких малых цивет (животные семейства виверровых, размером с кошку).
В 2024 году проект включили в список типовых кейсов по восстановлению природной среды в провинции Гуандун и рекомендовали к тиражированию. В самом Шэньчжэне к 2026 году построили еще два подобных моста, а аналогичные экодуки планируются и в других городах.
Стоит отметить, что мост в Шэньчжэне не был первым подобным объектом в стране. Ранее в Тибете при строительстве железной дороги создали более 30 переходов для антилоп, в провинции Юньнань строят мосты и туннели для азиатских слонов, а на севере проектируют коридоры для амурских тигров. Однако «Куньпэнцзин» стал первым в плане урбанистической эко-инженерии, показавший, как можно интегрировать огромный био-коридор в инфраструктуру современного мегаполиса.
Объективно говоря, то небесное тело, на котором мы все в данный момент проживаем, освоено слабо - на подавляющей части его массы, включая мировой океан, атмосферу и, конечно же, земную и кору и всё, что там ниже вплоть до ядра, либо вовсе нет форм жизни, либо она крайне примитивна и скудна.
Органика (особенно если она собирается в нечто большее, чем бактерии и археи) сосредоточена лишь на твёрдой поверхности и в толще воды, то есть на ничтожной части планеты. Человек и существа, тесно связанные с ним, вроде голубей или крыс, могут обитать лишь на суше и даже там далеко не везде в больших количествах. Земледелие и цивилизация требуют ещё большего количества благоприятных условий, поэтому долгое время плотность населения вне самых плодородных районов (на карте ниже как раз они) оставалась очень низкой.
Места, где Homo может быть много, на самом деле весьма ограничены. Вспомните хоть, как гипертрофированно перенаселены долины Ганга и Нила и как пустует огромная Якутия. И даже при таких вводных большую часть "осознанной", то бишь цивилизационной, истории, существовали земли, достаточно благоприятствующие сельскому хозяйству, но в которых людей не было вообще.
Это не холодный, "марсианский" пейзаж необитаемого острова Девон, не губительные даже для стойких верблюдов и наученных опытом бедуинов пески Руб-эль-Хали, и не излюбленные лишь пингвинами одинокие острова Херд и Макдональд недалеко от Антарктики.
1/3
Там и ныне никого нет, разумеется. Да и зачем? Разве что учёным оно может быть интересно.
Нет, тысячи лет параллельно с великими культурами землепашцев и скотоводов существовали регионы, чей климат был мягок и приятен, но всё равно лишённые человеческой ласки. Уникальные огромные заповедники, ныне, правда, отсутствующие. Что это за чудесные места были и какая особая аура их защищала? Посмотрим.
Исландия
Начну я с самого "паршивого". Остров между Европой и Северной Америкой, безусловно, не является идеалом для жизни. Ледники, вулканы, непростой северный климат - это всё он имеет. Однако, Исландия, вопреки своему названию, это не Гренландия и не Шпицберген какой-нибудь. Благодаря Гольфстриму на побережье острова относительно тёплая зима (около нуля градусов по Цельсию), а лето прохладно, но не фатально со своими 10-13 градусами.
1/2
Минусами можно называть сильные ветра и переменчивую погоду. Никаких сообществ, сравнимых по численности с сообществами плодородных речных долин, тут создать нельзя, но ведь те же чукчи и эскимосы, как бы малочисленны они ни были, но освоились таки и в более суровых условиях. Но Исландию это очень долго обходило стороной.
Вероятно, всё дело в равноудаленности острова от обоих материков. Может, и в том, что тут в нужное время не возникло сухопутных "мостов" или "трамплинов", способных облегчить обнаружение этого участка суши. Но главное в итоге - люди про Исландию действительно ничего не знали вплоть до ранних Средних веков.
Там, в их отсутствие, росли леса из низких берёзок, по берегам гнездились птицы (особенно обильно прибывали тупики), в то время как единственным более-менее крупным наземным жителем оставался песец.
Остатки девственного исландского леса
Лишь в VII-VIII веках нашей эры монахи из Ирландии, искавшие для молитвы место подальше и поаскетичнее, наткнулись на такой вот отличный бесхозный участок. Так малое, но вполне человеческое население тут наконец появилось.
Колонизацию Исландии начали католические монахи. Нашли себе локацию под скиты, это точно.
Более сильный штурм Исландии устроили викинги (преимущественно норвежцы) уже в IX столетии. Они построили на острове то, что можно назвать серьёзными деревнями, политически связали её со своей родиной, но главное - начали активно вырубать берёзы. О том, как Исландия из-за этого стала тундрой (и не только об этом), я уже рассказывал.
Сейчас Исландия - это голенький, ветреный, слабозаселённый, но вполне успешный остров с независимыми правительством и высоким уровнем жизни. Хотя, песцы и тупики оттуда никуда не делись, как и вулканы с ледниками.
Гавайи
Но так легко - лишь ценой деревьев - отделываются не все. Распиаренный Голливудом архипелаг в Тихом океане может служить тому прекрасным доказательством.
1/4
Изначально это был скромный, изолированный неспокойными морями уголок. Никаких наземных млекопитающих, только летучие мыши в воздухе и тюлени на пляжах, зато много эндемичных цветов, амфибий и птичек. Среди оных имелись гавайские:
Казарка, разучившаяся летать
Ворон
Тюлень.
Целое семейство птиц - мохо.
Логично, ведь только если ты плаваешь или летаешь, есть минимальные шансы добраться до почти центра самого большого океана. Даже люди, с их природной настырностью, не могли сломать систему и прибыть сюда тысячи лет, уже заполонив другие земли от и до.
Но всё же, настырности нашему виду не занимать. Не вполне ясно, как и зачем, да и с "когда" есть нюансы, но полинезийские народы, исследовавшие Тихий океан век от века, выяснили, что к северу от мест их изначальных перемещений тоже что-то есть. Скорее всего, они просто следили за миграциями тех же птиц, а ещё морских черепах, других любителей побывать на Гавайях.
И в какой-то момент войны, голод, конкуренция с родичами повели часть из них по этому следу вплоть до новых островов. Случилось сие в интервале от 400 до 800 года от рождества Христова, а по некоторым оценкам - на пару сотен лет попозже.
Тут хорошо виден сей процесс. Полинезийцы были те ещё затейники.
Из новоприбывших образовался народ гавайцев. Они завезли с собой полинезийских крыс, свиней и собак, начали возделывать местную богатую минералами вулканическую почву, создали сложную социальную структуру и в целом - зажили не так уж плохо по меркам традиционного общества. Благодаря вулканам в 1700-х население архипелага составляло триста тысяч лиц, и это при отсутствии настоящей государственности и европейских (и азиатских тоже) аграрных достижений. А уж с ними оно выросло до полутора миллионов в современности.
1/2
Гавайцы и их классическое поселение
У человека устроиться получилось весьма удачно, но как это пережили местные эндемики? Смотря кто. Многие остались в целости, многие - вымерли или сильно пострадали. Непуганность здешних видов вкупе с узкой специализацией на островном образе жизни с его безопасностью от хищников привела к тому, что они стали лёгкой добычей не столько самих людей, сколько свиней и собак. В XIX веке европейцы и американцы завезли ещё и кошек, серых крыс и мангустов - и тогда всё пошло совсем плохо. С них же началась массовая вырубка гавайских лесов.
Оттого гавайская казарка, ворон, тюлень - все находятся в уязвимом положении и страдают от хищных млекопитающих и разрушения среды обитания. Мохо же и вовсе полностью вымерли. Грустная история. С очевидным исходом, но грустная.
Новая Зеландия
Ещё грустнее очень похожий случай с иным масштабом.
Полинезийцы - конечно, другие, не предки гавайцев - добрались и до этих крупных остовов. Но произошло это ещё позднее.
Средиземноморье, Индостан и Китай уже успели чрезвычайно обильно принять в себя трупы людей, в то время как лишь около 1250 года первое из двуногих млекопитающих увидело берега Новой Зеландии. Иначе и не вышло бы - слишком далеко, слишком неблагоприятный и большой океан. Сама локация-то неплохая, но увы и ах, распложена неблизко.
Так появился народ маори - условно (как мы видим) коренные жители островов
Они застали удивительный феномен - большая, более чем пригодная для жизни территория, много превосходящая такие же изолированные Гавайи размером и богатством флоры и фауны. Здесь жили в основном птицы - и летающие, и нелетающие.
Примеры ясны - орёл Хааста (10-14 кг веса, 2,6 метров размаха крыльев) и гигантский моа (3,6 метров высоты, до 250 кг веса)
На этом кадре из недавнего третьего сезона сериала "Доисторическая планета" моа и видны. Это не разные виды - просто названные птички относятся к той когорте созданий, у которых половой диморфизм крайне заметен - мощные и полные самки больше и тяжелее стеснительных самцов в разы. Самцы же единолично высиживали яйца в наземных гнёздах, пока матери уклонялись от птичьих алиментов.
Современного человека, возможно, подобное завораживало бы. Маори же, привыкшие выживать и убивать как животных, так и друг друга ради выживания, не видели в моа, наземных попугаях и огромных орлах уникальной фауны. Для них разговор был короткий - вот это мясо, вот это "королевские" в плане размера яйца на омлет, вот это угроза, а это - леса с добротной почвой, которые можно выжечь под сельхознужды общины. Привезённые ими же крысы и собаки тоже моментально пристрастились к белому диетическому мясу и яичному белку, лежащему прямо на земле.
Так что уже к XVI-XVII векам гиганты новозеландской фауны полностью пропали из живой части биоистории. Те, кто был поменьше - киви, какапо - оказались на грани полной гибели. Многие леса были уничтожены. Новая Зеландия превратилась из птичьего заповедника в самое большое скопление полинезийских племён в пределах одного куска суши.
Мадагаскар
Мадагаскар - остров с очень интересной судьбой. Как и Новая Зеландия, он отделился от южного суперконтинента Гондвана, но изначально был одним целым с Индией, став собой только в меловом периоде где-то между 88-65 млн лет назад. В своём посте про доисторические материки мною как раз было упомянуто про эту свободно плавающую связку Южной Азии и острова лемуров.
Очень интересно, что в тот период времени и Индия, и Мадагаскар были полны эндемичной флоры и фауны, сформированными в них изоляцией. Первая, тем не менее, соединилась с Азией в скором после начала кайнозойской эры (около 55 млн лет назад) и утратила это, чего не скажешь о острове.
1/2
И это заметно. Мадагаскар полон разнообразных ландшафтов, включая обширные годные для земледелия.
Местные обитатели развивались своим путем. Не сказать, что на 100% уникальным, но примечательным. Вообще говоря, Мозамбикский пролив, отделявший его от Африки, никогда не был каким-то огромным и позволял иногда континентальным видам добираться досюда. По сей день живёт малагасийский нильский крокодил, подвид обычного нильского крокодила, вероятно, просто переплывший пролив, когда он был поуже (а он был).
Аналогичным образом в геологической летописи засветился карликовый бегемот. Остров никого не щадит. У кого-то на почве изоляции развивается гигантизм, а у кого-то - наоборот.
Впрочем, кроме некоторых водных (полуводных), летающих и плавающих организмов на Мадагаскар особо никто всё ж не добирался. Наземные млекопитающие оставались редкостью, пусть и имеющей своё место. Кроме мигрантов-бегемотов, можно отметить лемурообразных - характерный лишь для Мадагаскара и ближайших к нему Коморских островов отряд мокроносых приматов.
Нет, это не собственно кошка. Фоссы ближе к виверровым.
Однако самое удивительное в Мадагаскаре - не эти безусловно замечательные создания, а то, что можно назвать эндемичной мегафауной. Пока в других районах бегали всякие мамонты, ленивцы, носороги да броненосцы, тут была своя атмосфера. Остров тоже породил гигантов - и в частности двух знаменитых персонажей.
Гигантский лемур, достигавший двух центнеров живого веса, скажем.
А ещё лучше - эпиорнисовые (птицы-слоны), дальние родственники страусов, эму, казуаров и моа. Как и все вышеперечисленные, они не летали и гнездились за земле, но один из их видов весил колоссальные несколько сотен килограмм (возможно до 800) и возвышался на рекордные 3,6 метров. Кадры из "Доисторической планеты".
1/2
Благодаря жёсткому разделению экологических ниш эпиорнисы смогли избежать конкуренции с лемурами и охоты со стороны фосс. Они мирно жили рядом с млеками, опустим, что не с евразийскими, естественно. Но факт есть факт.
Интереснее всего то, что, в отличие от всей остальной мегафауны, мадагаскарская не только не пришла в упадок с окончанием Ледниковья, но и выиграла от него. После таяния льдов климат стал иным, и на острове появились обширные луга, которые освоили стада эпиорнисов. Миллионы лет изоляции дали свои плоды.
Но человечество, не будучи способным прекратить обособленность Мадагаскара геологически, сделало это фактически, аналогично с прошлыми примерами. И тут мы возвращаемся к полинезийцам. А правильнее сказать - к более широкой культурной семье австронезийцев, к которой относятся полинезийцы, народы Индонезии, и многие другие любители поплавать.
Помимо плаваний к Новой Зеландии и Гавайям, часть их по какой-то причине (вероятно, отнюдь не весёлой) нашла пристанище на необитаемом, годном к проживанию куске суши далеко от родного Малайского архипелага.
Первое точно установленное поселение гостей из Азии на Мадагаскаре датируется 400-ыми годами нашей эры, однако есть и чуть более ранние неясные свидетельства. Также, археологические находки повреждённых оружием останков птицы-слона возрастом много тысяч лет намекают на то, что эпизодические визиты кого-то - африканцев, наверное - были давно, но почему-то не переходили в фазу активной колонизации.
Поэтому занимать эти пространства первоначально принялись азиаты, что контринтуитивно - неужели народы нынешнего Мозамбика совсем не могли явиться через против? А вот не могли, а если и могли, то очень редко и не ради постоянной прописки. Они же не мореходы, всё-таки. Не их стезя.
А вот про австронезийцев такого сказать нельзя. Они уже к IX-X векам разбрелись по всему острову. Так появились малагасийцы - собрание близких друг к другу этносов. Их язык родом из нынешней Индонезии, как и (во многом) культура.
Южные малагасийцы на старом фото.
Однако тут есть нюанс. Принеся к Африке хорошую традицию мореходства, эти товарищи, как можно предположить, генетически сами себя изменили. Скоро они начали контактировать с негроидными народами банту с материка, и те радостно стали селиться к ним, жениться/выходить замуж и ассимилироваться. По внешности многих нынешних малагасийцев можно сказать, что изначальные носители их языка были весьма малочисленны и, оставшись доминантами в культуре и политике, значительно смешались с африканцами.
1/4
Хотя тут как у кого. Кто-то из сотен подгрупп неотличим об банту, кто-то сохранил "индонезийскую" внешность. Сам же факт вековой межрасовой любви тут налицо.
Как и во всех прошлым примерах, привыкшая к сугубо локальным условиям фауна Мадагаскара сдала перед пришельцами. Остров никогда не знал высших приматов, а когда узнал, это привело к вымиранию немалого числа видов.
Первыми под австронезийский нож пошли жирные и медлительные огромные лемуры. Их судьбу повторили эпиорнисы. Подобно маори, от мяса и больших, чуть ли не поданных на блюдечке с голубой каёмочкой яиц малагасийцы отказываться не собирались. Извечный дефицит калорий тут никто не отменял, как и в любом аграрном обществе. Так от стойкой мадагаскарской мегафауны ничего не осталось. В 1600-ые годы полностью вымерли все виды эпиорнисов, гигантские лемуры ещё раньше.
Когда это свершилось и позже свершилась колонизация людьми Новой Зеландии, на планете Земля не осталось мест с удобным климатом, на которых Homo нет. Дошли руки таки даже до самых медвежьих углов, и заметьте, европейцы с их навороченными судами тут вовсе не понадобились (кроме Исландии, понятно, но тогда навороченного не было и у них). Для меня это является очередным доказательством того, сколь настойчивым может быть человечество и насколько оно изменило правила игры на арене естественной истории, приправив её историей цивилизационной.
«Мы никогда не думали, что за 20 лет сможем превратиться из истощенной, загрязненной, нефункционирующей постиндустриальной сельскохозяйственной территории в один из самых значимых очагов биоразнообразия в Великобритании»
Хороший аргумент для более гибкого землепользования где-либо, как вы считаете? Например, частный природный заповедник с государственным контролем мог бы стать прекрасной формой, сочетающей частное землевладение и природоохранные функции.
Мы обнаружили, что внутренняя мотивация проводить время на природе в целом высока, хотя у людей с эмоциональными расстройствами она ниже, что согласуется с общим дефицитом мотивации18. Большинство людей с хроническими заболеваниями посещали природу хотя бы раз в неделю, и, вопреки эмпирическому избеганию19, люди с депрессией посещали природу с той же частотой, а люди с тревожными расстройствами — чаще, чем те, у кого не было никаких заболеваний.
Биофильный дизайн — это подход к проектированию искусственной среды, ориентированный на природу. Он предполагает применение экологических принципов, в том числе использование природных элементов и узоров, таких как деревья, вода, естественные линии и символические изображения, в искусственной среде для восстановления связи между человеком и природой. Пространственные характеристики физической среды, созданной с использованием биофильных элементов и доступной для людей, могут влиять на когнитивные способности, работоспособность, а также на психологическое и физическое благополучие людей (Gaekwad et al., 2022, Gillis and Gatersleben, 2015, Hung and Chang, 2021).
Пребывание на природе в зонах отдыха, богатых биоразнообразием (охраняемые территории, разрешённые для отдыха, ключевые зоны биоразнообразия и нетронутые лесные ландшафты), может принести дополнительную пользу для психического здоровья по сравнению с управляемыми городскими зелёными зонами. Однако пока неясно, в какой степени городские жители во всём мире имеют доступ к таким зонам и насколько они эффективны с точки зрения затрат на лечение психических расстройств. Проанализировав 9034 города по всему миру, мы пришли к выводу, что более чем в 96 % городов в пределах двух часов езды от центра есть рекреационные зоны с богатым биоразнообразием.
Тем не менее люди, страдающие тревожными расстройствами (в частности), сообщали о меньшей удовлетворённости посещением, чем те, у кого таких расстройств не было, а все три группы людей с тревожными расстройствами сообщали о более высоком уровне тревожности. Хотя это может быть связано с более низкой внутренней мотивацией (как и предполагалось), одной из проблем может быть то, что мы уделяем особое внимание синим зонам, которые таят в себе потенциальную угрозу (например, утопление), что может быть особенно важно для людей с тревожными расстройствами. Хотя мы считаем это маловероятным, учитывая, что большинство посещений включало в себя прогулки рядом с синими зонами, необходимы дальнейшие исследования, посвящённые различным природным условиям для людей с разными типами тревожных расстройств.
Другая возможная причина заключается в том, что их впечатления в среднем были менее позитивными из-за факторов, связанных с местом проживания. Уровень тревожных и депрессивных расстройств выше в районах с низким уровнем дохода9, а в неблагополучных районах, как правило, более низкое качество природной среды28. Большинство посещений «голубых зон» происходят в непосредственной близости от дома, а посещение мест с более низким качеством окружающей среды связано с менее позитивными впечатлениями29. Таким образом, люди с тревожными и депрессивными расстройствами могут сообщать о менее позитивных впечатлениях отчасти потому, что они посещают места с более низким качеством окружающей среды, что потенциально усугубляет социально-экономическое неравенство в сфере психического здоровья30.
Данные были получены в ходе международного опроса BlueHealth (BIS24). Респонденты были зарегистрированы в четырнадцати европейских странах (Болгарии, Чехии, Эстонии, Финляндии, Франции, Германии, Греции, Италии, Ирландии, Нидерландах, Португалии, Испании, Швеции, Великобритании), а также в Канаде и трёх других неевропейских регионах: Квинсленде (Австралия), Гонконге (Китай) и Калифорнии (США). Опрос проводился международной компанией по исследованию рынка YouGov с помощью онлайн-панелей респондентов. Более подробную информацию о подходе YouGov к выборке и их соответствии международным отраслевым стандартам сбора и хранения данных можно найти здесь https://yougov.co.uk/about/panel-methodology/, где также есть ссылка на их подробный ответ на рекомендации Всемирной ассоциации исследований общественного мнения и рынка (ESOMAR) по проведению онлайн-исследований. В каждой стране/регионе были получены выборки из ~1000 респондентов, репрезентативные по полу, возрасту и географическому положению (всего n = 18 838).
Воспринимаемая восстанавливающая способность — концепция, основанная на теории восстановления внимания (ART) (Каплан и Каплан, 1989), — предполагает, что среда, в которой возникает ощущение отсутствия (например, физическое или психологическое ощущение отсутствия в текущей обстановке) и переноса в расширенное пространство (масштаб), а также чувства совместимости и восхищения этой средой, может восстанавливать способность к концентрации внимания и снижать умственную усталость. Эта теоретическая концепция указывает на потенциальную связь между воспринимаемой естественностью и биоразнообразием в контексте восстанавливающего опыта. Кроме того, ощущение богатства биоразнообразия связано с контактом с природой и может положительно влиять на здоровье и благополучие (Капальди и др., 2014, Саутхон и др., 2018). Более того, ощущение большей естественности связано с ощущением восстановления сил (Чанг и др., 2024) и положительными эмоциями (Ван ден Берг и др., 2014).
Ответ для топик стартера. Типичная реакция человека который боится другого мнения. Закрыть мне возможность комментирования
Как было написано в комментариях. А пумам салат жрать? В природе кто-то кого-то ест . Кто-то ест живое растение. Кто-то животное. Кто-то хозяина. Кто-то падаль. А кто-то то поглощает как еду энергию солнца. Это называется жизнь. И плакать по пингвинчикам я не буду . Но вот если будут браконьеры тут я буду считать что надо защищать пингвинов
В Аргентине, так же как в некоторых других малоразвитых странах, проводятся программы по реинтродукции хищников. Местные псевдоучёные занимаются разведением пум в природе. Пумы массово убивают миниатюрных магеллановых пингвинов, которые в сентябре собираются на прибрежной территории национального парка Монте-Леонс специально для выведения потомства.
Несмотря на ужасающие сцены жестокой расправы пум над беззащитными и беспомощными нелетающими птицами, которые зверски уничтожаются в период выведения потомства, этих псевдоучёных ничего не останавливает. Они продолжают спокойно наблюдать, как пумы собираются со всей округи в места гнездования пингвинов для расправы над ними, и описывают свои наблюдения, выдавая их за научную работу.
Возникает вопрос: зачем вообще сдалась эта реинтродукция? Полная аналогия с нашими тиграми и леопардами, которые тоже никому не сдались. Сидели бы они в своём зоопарке и сохраняли свой вид. Они прекрасно размножаются в неволе.
Зачем их обязательно выпускать, для того, чтобы они мучили других животных? А всё это делается исключительно только ради денег. Это стимулируется грантами якобы на развитие биоразнообразия - глупой научно необоснованной, иррациональной стратегии. Сохранение видов гораздо лучше происходит в неволе в зоопарках, где животные живут дольше в разы. Держать десятки и сотни хищников на воле, создавая конвейер жутких страданий для их жертв нерационально и жестоко. За этим ничего не стоит кроме корыстных целей и технологий, тормозящих развитие малоразвитых стран.
