Мы работаем с архивами, ездим в экспедиции по деревням, чтобы собирать подлинную музыку и исполнять её сегодня — мощно и по-настоящему. Ансамбль Толóка также создаёт проекты с Дианой Вишневой, Хаски, Сюзанной Каменской, Алексеем Ретинским.

«Расцветали душистые розы» — официальная ссылка на альбом: http://hangov3r.band.link/77gon

Паспорт народной песни:

«Расцветали душистые розы» — романс, хутор Большой Головский Новоаннинского района Волгоградской области.

Запись: город Новоаннинский 2011 г. исполнители с хутора Большой Головский Новоаннинского района Волгоградской области; Собиратель - неизвестен (любительская запись во время застолья)

Исполнители: Трофимова Валентина Павловна 02.01.1937 г.р., Бородина Анастасия Даниловна 05.05.1931 г.р., Давыдов Пётр Павлович 29.11.1938 г.р., Давыдова Валентина

П.С. Захотелось, чтобы здесь люди могли послушать и посмотреть выступление Прохора Нестерова.

Ссылки на ансамбль указаны ниже, Переходите, посмотрите другие видео, послушайте песни в удивительном исполнении ребят.

https://vk.ru/toloka_ensemble

https://toloka-ensemble.ru/

Цезарь Солодарь, 9 мая 1945 года.

Когда случилась Великая Отечественная Война, донские (и будённовские) лошади , в отличие от многих остальных отечественных пород лошадей, не были эвакуированы в тыл и не были угнаны в Германию. Они, как и веками ранее, приняли посильное участие в боях за свою родину.

Дончаки служили во многих кавалерийских полках, дойдя под казаками (и не только под ними) до Берлина. Воевали они и не покидая пределы родных Ростовской области и Краснодарского края. Например, в 1942 году произошла крупнейшая за всю войну конная атака в станице Кущевской (да, в той самой, в которой потом жили Цапки). На занятую немцами станицу выдвинулась казачья лава, естественно, на собственных, донских, конях. Многие из этих всадников были ветеранами боевых действий, успевшие повоевать и в Первую мировую и в Гражданскую. Они имели значительный боевой опыт, умели убивать и знали на что шли и как, когда поступил приказ задержать немцев в Кущевской на несколько дней, а лучше отбросить их назад.

Атака произошла в середине дня (чего немцы не ожидали) второго августа. Всадники двигались шагом в сторону станицы, умело скрываясь в складках местности, в зарослях кукурузы и подсолнуха, в лесополосах. И лишь когда до расположения немцев осталось порядка 400 м, выхватили шашки над головой, подняли коней в галоп и с криками Ура! понеслись в атаку. Немцы только тогда их увидели и открыли огонь: артиллерийский и из автоматов, но было слишком поздно: лавина коней и всадников обрушилась на станицу, это сам по себе уже был психологический удар по врагу. Когда на вас налетают шеренги из нескольких сотен лошадей, это страшно само по себе, не говоря уже об их всадниках.

Всадники же рубали немцев шашкой направо и налево, и эффект неожиданности от этого налёта был таков, что в первые же минуты полегло более тысячи немцев. Остальные в панике бросились убегать. Но донская лошадь - потомок лошадей кочевых народов, нападать и догонять убегающих у нее в крови. Казаки легко преследовали убегающих по улицам и улочкам станицы, добивая их. Так что спастись бегством большинству оставшихся в живых после первых минут атаки немцев не удалось.

Досталось и немецкой бронетехнике: казаки верхом подлетали к ней с шашкой зажигательной смесью и гранатами. Донская лошадь и здесь была исключительно хороша: быстро по команде всадника подскочить на расстояние броска и тут же, молниеносно развернувшись, умчаться обратно - это лучшее, что они умеют делать и что, наверное так же не умеет делать ни одна другая порода лошадей в мире.

Как итог, немцы в той битве потеряли убитыми около 1800 человек, 300 были взяты в плен, также были захвачены 18 орудий и 25 минометов. И самое главное, казаки добились поставленной цели: остановили на несколько дней продвижение немцев на Кавказ.

Стоит сказать, что подобный бой в Кущевской в тот период не был единичным, похожее происходило и в других станицах. Можно привести цитату из дневника убитого немецкого офицера, найденного на следующий день 3 августа под станицей Шкуринской — там эскадроны 12-й Кубанской дивизии тоже ходили в атаку в конном строю: «…перед нами встали какие-то казаки. Это черти, а не солдаты. И кони у них стальные. Живым отсюда не выбраться…»

Основой для формирования донской породы стали местные лошади, называвшиеся "степняками": потомки лошадей местных кочевых народов, живших тут в недавнем прошлом(половцы, кипчаки, сарматы, ногайцы), а также монгольские лошади. Эти мелкие, хоть и неказистые, но крепко сбитые лошади были очень сильны и выносливы, ведь еще задолго до появления казаков они столетиями формировались в многодневных походах, боях и набегах под тяжёлым всадником, и именно для этих занятий.

Впоследствии из своих походов казаки приводили трофейных лошадей европейских и древних азиатских пород, в том числе арабских, турецких, персидских, карабахских. Все эти лошади попадали в общие табуны, где, как в плавильном котле смешивались все со всеми, потомство оставляли сильнейшие и выжившие, в том числе, в жесточайшем естественном отборе.

Впоследствии донские лошади, жившие с 15 по 18 век включительно стали называться стародонской лошадью. На основе стародонских лошадей уже путем целенаправленной селекционной работы в условиях конных заводов на берегах Дона начали создавать ту донскую породу, какую и сейчас можно увидеть и в ростовских степях, и в московских манежах.

Кроме масштабной панорамы боя батареи Оганова с немцами в переходе на Буденновском бригада Лабинцева изобразила и другую славную страницу из истории Дона - "Будни перед сражением" из далекого 18 века, из Петровских времен.

"Будни перед сражением" - счастливые дни казачьей жизни без войны, смуты, смертей и горя. В данном сюжете мы видим ремонт военных судов, стоявших у берегов Темерника (правый приток Дона). Из котла валит черный дым – это кипит смола, которой будут смолить днище кораблей. В левом углу картины изображены застолье и встреча станичным атаманом войскового. Женщины готовят уху. Обратите внимание, каких невероятных размеров рыба. В те времена дончане рыбу не ловили, а брали – настолько много её было в реке.

Позже, в одном из интервью, Ю.Н. Лабинцев вспоминал: "Костюмы, оружие, корабли - все это исторически достоверно. ...А вообще перед нами иногда возникают самые неожиданные проблемы: например, как казаки носили шашки - изгибом ножен вверх или вниз? Я долго искал ответ, пересмотрел много иллюстраций, картин, консультировался у работников музеев. Оказалось - изгибом вниз. Казаки, на скаку выхватывая шашку, перебрасывали ее в руке так, чтобы лезвие не было направлено в лицо".

С понедельничком!

После победы в русско-турецкой войне 1768-1774 годов Россия получила прямой выход к Черному морю. Установив контроль над землями бывшего Крымского ханства, она обезопасила свои интересы в Причерноморье. В связи с этим полностью отпала надобность в легендарной Запорожской сечи, которая в прежние времена выполняла роль антитурецкого форпоста на южных границах Российской империи. Тем не менее Сечь продолжала жить своей буйной жизнью, которую так красочно описал в своем «Тарасе Бульбе» Гоголь, настаивая на соблюдении прежних договоренностей, и отказываясь подчиняться кому бы то ни было кроме своих старшин, чем доставляла большую «головную боль» местному российскому начальству. В связи с этим по приказу императрицы Екатерины II светлейший князь Потемкин ликвидировал этот рассадник вольности в 1775 году. Казаков обратили в крестьян и обложили податями.

Немного истории

Некрасовцы представляют этноконфессиональную группу русских старообрядцев, возникшую в результате «перерождения» донских казаков, переселившихся на Кубань после поражения восстания К. Булавина и принятия ими подданства крымского хана. За ношение синих кафтанов ногайцы называли их «кара-игнатами», то есть «чёрными игнатами», турки и крымские татары — «игнат-казаками». Автоэтноним «некрасовцы» возник внутри общины кубанских казаков от имени атамана Игната Некрасова. Благоприятные условия проживания некрасовцев во владениях крымского хана в XVIII в. способствовали быстрому формированию новой социокультурной общности, которая вошла в историю казачества под названием «кубанских казаков» или «казаков-некрасовцев», с официальным самоназванием «Войско Кубанское Игнатово Кавказское» или «Великое Войско Кубанское».

Годом основания казачьего войска за пределами России принято считать 1688 г. Причиной переселения донских казаков-старообрядцев было поражение в борьбе с российскими войсками. Казаки перебрались за пределы России во владения шамхала Тарновского. В 1695 г. состоялось очередное переселение во владения крымского хана с Кумской долины на Кубань. Главным центром казачества становится городок Ачуев. После подавления восстания К. Булавина (1707–1708 гг.) часть его участников под руководством И. Некрасова ушла на Кубань и поселилась рядом с уже существовавшими староверческими казачьими поселениями. С 1709 г. последователи И. Некрасова жили в Закубанье, вблизи Черкес в юрте Аллават-мурзы. Во время кубанского периода обитания формируются культурно-бытовые традиции некрасовцев, которые окончательно оформились в уникальном своде социокультурных нормативов «Завет Игната», устном кодексе прав казаков-некрасовцев. Основным положением завета считалась статья: «Царю не покоряться, до царя в Расею не возвращаться». В Приазовье некрасовцами была создана т.н. Старообрядческая некрасовская республика, обустроено четыре укреплённых городка (Хан-Тюбе, Голибанский, Блудиловский, Чирянский) и несколько станиц. Некрасовцы были бдительными хранителями ханской власти на Кубани, сдерживали центробежные тенденции влиятельной крымско-татарской и ногайской знати.

Первое массовое переселение некрасовцев на Дунай произошло после смерти атамана И. Некрасова в 40–50-е гг. ХVІІІ ст. В 1762 г. на Нижнем Дунае существовало, по меньшей мере, два некрасовских поселения. Не позже 60–70-х гг. выходцами из Вилкова были основаны Жебрияны, а к началу русско-турецкой войны 1768–1774 гг. — некрасовское население Низовья Днестра и Дуная стало достаточно многочисленным. В это время возникают другие стационарные поселения некрасовцев.

Этот регион был хорошо известен некрасовцам, поскольку ещё в 20-е гг. ХVІІІ ст. они отправляли сюда экспедиции для рыбной ловли. Село Сарыкёй (берег лимана Разельм) становится административным центром некрасовцев в Подунавье. На сокращение некрасовской рыбной ловли на Дунае повлияла русско-турецкая война 1735–1739 гг., нападения донских казаков и калмыков на кубанские поселения некрасовцев, а также раскол некрасовской общины на «крымскую» и «русскую» партии. В начале 40-х гг. ХVІІІ ст. политический раскол некрасовцев оформился окончательно.

Во время русско-турецкой кампании 1710–1711 гг. некрасовцы пытались дополнить состав турецкого флота возле Азова пятью десятками своих лодок. И. Некрасов обещал султану разрушить и сжечь Белгородский разряд (Россия), за что получил вознаграждение. В ходе войны некрасовцы истребляли русское население приграничных полос, захватывали пленных, не только содержали рабов, но и занимались работорговлей. По завершении войны правительство Османской империи предлагало кубанским казакам переселиться на свою территорию. Султанский двор был чрезвычайно заинтересован в использовании некрасовского фактора, как в местной, так и во внешней геополитике.

Пётр І негативно относился к атаману И. Некрасову и его казакам. Это недовольство подкреплялось ещё и тем, что в 1712 г. некрасовцы обратились к иерусалимскому патриарху Хрисанфу с просьбой рукоположить для них епископа. В 50-е гг. ХVІІІ ст. с аналогичной просьбой некрасовцы обращаются к турецкому султану, который дал распоряжение крымскому архиепископу Гедеону рукоположить в епископы выбранного казаками инока Феодосия, что и было выполнено под давлением отряда янычар. Таким образом у некрасовцев появился старообрядческий епископ Кубанский и Терский, однако из-за внутренних противоречий он покинул Кубань и переселился в Добруджу (Румыния). Не увенчались успехом деяния самозваного архиерея Анфима, который стал претендовать не только на духовное, но и на светское лидерство, вступая в споры с некрасовским атаманом. В итоге Анфим повторил судьбу Феодосия. Вместе с тем, он способствовал распространению и утверждению старообрядческой веры на Северном Кавказе. Большая часть Кубанского казачьего войска включая старшину во главе с И. Некрасовым держалась «старой веры». Этот факт способствовал переселению на Кубань не только светских, но и духовных лиц, которые исповедовали древлеправославие. В конце ХVII в. на Кубани появляется первая старообрядческая часовня, а в середине XVIII в. часовни и староверческие церкви с освященными престолами существовали в каждом казацком городке. Свобода вероисповедания вызвала желание волжско-яицкого казачества переселиться на Кубань. В это время сюда бегут не только уральские, донские и гребенские казаки, но и выходцы из др. российских губерний.

Старообрядческими церковными делами занималась казацкая старшина дунайских некрасовцев. Поскольку подаренного турками епископа Феодосия некрасовцам сохранить не удалось, в 40-е гг. XIX в. атаман Осип Семенович Гончаров вместе с игуменом Лаврентьевского монастыря Аркадием (Беларусь), иноками Ефросином и Ираклием участвовали в поисках нового православного архиерея, который бы смог перейти в старообрядчество и положить начало старообрядческой Церкви. Когда старообрядческую Церковь возглавил Босно-Сараевский митрополит Амвросий, чернобыльские монахи Иов и Исаакий обвиняли митрополита в неверном его крещении и продемонстрировали своё враждебное отношение к Белокриницкой старообрядческой иерархии в Турции. Они склонили на свою сторону много сарыкёйских старообрядцев. По этому поводу рущукским губернатором Саид-пашой было совершено специальное расследование, которое доказало беспочвенность утверждений этих иноков.

На протяжении всей истории сосуществования некрасовские казаки обнаружили исключительную преданность крымским ханам.

Благодаря этой причине некрасовцы заняли достойное место в социально-политической структуре ханства. Хан Девлет-Гирей II признал особый статус своих подданных, определил территорию их проживания, сохранил военные регалии казацкой старшины, наделил некрасовцев военной автономией. С самого начала поселения некрасовцы были служилыми людьми, проводниками крымской политики в регионе и за его пределами. Как неотъемлемая часть крымско-татарского войска, некрасовцы обязывались выставлять 500 воинов. В течение всего XVIII ст. ханским двором не было зафиксировано ни одного случая наказаний некрасовцев. Ханы относились к некрасовцам с заботливым уважением. Сотня некрасовцев находилась в постоянной личной охране персоны ханов и их бунчука. Исключительное положение прекрасно понимали казаки, однако никогда этим не злоупотребляли.

У донских казаков этот факт не вызвал особых симпатий к некрасовцам, однако в то же время он сблизил некрасовцев со старообрядческим духовенством, староверами-гребенщиками и крымским православным митрополитом, что подчинялся Константинопольскому патриарху. Во время боевых действий в 1736 г. калмыки и донские казаки, которые воевали на стороне России, захватили и сожгли городок некрасовцев. В 1756 г. некрасовцы жаловались хану на ногайские орды султанов и сераскиров, крымско-татарские — Крым-Гирея и Бехадир-Гирея и др. горные народы, просили Хаким-Гирея переселить их в Крым, что и было осуществлено в 1758 г. К прекращению конфликта хан поселил казаков в Балаклавской бухте у «Рыбного озера».

В 1769 г. Екатерина II подписала указ о разрешении возвращения некрасовцев в Россию. Казакам прощались их прежние вины и предоставлялось место для поселения по реке Терек, однако казаки не захотели быть под протекцией России. В 1770 г. российским правительством была осуществлена повторная попытка возвращения некрасовцев, но оказалась напрасной.

Хронология событий

в 1706-1708 гг. Астраханского и Булавинского казачьих восстаний и гибели в 1708 г. К. Булавина; получили название по имени атамана ст-цы Есауловской Игнатия Федоровича Некрасова (1660-1737), участвовавшего в восстании Булавина. Основу Н. составляли донские, прежде всего верховые, казаки. Во главе с атаманом они вместе с семьями в составе ок. 2-3 тыс. чел. переправились через Дон и поселились на правом берегу р. Кубани, во владениях крымского хана. Выбор места был обусловлен, по всей вероятности, доброжелательным отношением крымского хана к казакам и существованием там более ранних казачьих поселений. Документы свидетельствуют о связях донских казаков с турецко-татар. населением Крымского ханства: напр., в войсковой отписке булавинцев кубанскому Сартлану-мурзе (май 1708) упоминаются торговые контакты. В кон. 80-х - нач. 90-х гг. XVII в. первые группы донских казаков-старообрядцев получили от крымского хана разрешение построить укрепленный городок в междуречье Кубани и Лабы. Позднее казаки-старообрядцы переместились в крепость Ени-Копыл (ныне Славянск-на-Кубани), к нач. ХVIII в.- в Хантепеси (Ханский холм), недалеко от крепости Темрюк. В кон. 1708 г., после смещения хана Каплан-Гирея, Н. перешли на левобережье Кубани. По Прутскому мирному договору от 12 июля 1711 г. они были признаны подданными хана. Это способствовало переселению Н. на правобережье Кубани, где они вскоре создали неск. городков, в основном между Таманью и Темрюком; еще один городок находился неподалеку от крепости.

Н. сохраняли войсковую форму организации. Высшей властью являлся казачий круг, в к-ром участвовали с 18 лет. Решения круга исполнял атаман, избиравшийся на год; он не мог занимать пост больше 3 лет. Еще одним высшим должностным лицом являлся есаул. Войсковой центр располагался в городке Хан-Тюбе, войсковое знамя сохранялось до нач. ХХ в., имелась войсковая печать. В 1-й пол. ХVIII в. на Кубани сложился свод социокультурных норм и правил Н.- «Заветы Игната», созданный Некрасовым. Список, хранившийся, по рассказам, в драгоценном ларце, был утрачен, заповеди (более 170) передавались устно. Первая заповедь призывала «царю не покоряться, при царе в Россию не возвращаться». Под властью ханов жизнь казаков строилась на отрицании «чужой» культуры и сохранении своих этноконфессиональных особенностей. «Заветы Игната» предписывали с «турками не соединяться, с иноверными не сообщаться». Общение с турками разрешалось только по необходимости - в связи с торговлей, военными действиями, налогообложением. Ссоры с ними строго запрещались. Молодые Н. должны были почитать старших. Брак мог быть заключен только между членами общины, брак с иноверцами карался смертью. Муж жену не должен обижать, в противном случае круг его наказывал. Наживать добро предписывалось трудом, казак не мог нанимать казака и получать деньги из рук брата. Разбой, грабеж, убийство наказывались по решению круга смертью, такое же наказание следовало за измену войску и богохульство. Следовало сохранять рус. язык и правосл. «старую веру», защищать «малых людей». Запрещалось иметь в станице питейные заведения, заниматься торговлей. Те, кто торговали на стороне, 1/20 прибыли отдавали в кош. За нарушение «Заветов Игната» атаман отстранялся от атаманства. «Заветы Игната» не раз записывались, в т. ч. на полях книг. Так, на хуторе Новонекрасовском была обнаружена Псалтирь с восследованием, на полях к-рой наряду с «Заветами Игната» содержались ценные свидетельства по истории и этике Н.

В 1712 г. Н. обратились к патриарху Иерусалимскому Хрисанфу Нотаре с просьбой поставить им епископа и получили согласие, поставлению помешало противодействие русских властей. В 1753 г. с аналогичной просьбой Н. обратились в Стамбул, и по приказу султана православный архиеп. Крымский Гедеон рукоположил мон. Феодосия во епископа Кубанского и Терского. Вскоре, поссорившись с Н., Феодосий переселился в Добруджу. В том же году Н. приехали к Анфиму из Хотинской раи, выдававшему себя за епископа, с просьбой служить у них. К этой просьбе было присоединено и приглашение от крымского хана. Прибыв на Кубань, Анфим устроил монастырь, поставил архимандрита, рукоположил священников и 2 епископов (имена неизв.). Анфим стал вмешиваться в жизнь Н., за что в 1754 г. был изгнан, но продолжал именоваться «епископом Кубанским и Хотинския раи». По устным свидетельствам можно предположить, что поставленные Анфимом архиереи «хиротонисали» других епископов и «иерархия, происшедшая от Анфима, не прекращалась» (Мельников. 1976. С. 310-314), но сведения о храмах на Кубани в сер. XVIII в. отсутствуют. У Н. на оз. Майнос (Маньяс, ныне Куш) в Турции сохранялся антиминс ц. Св. Троицы, освященной в 1753 г. Анфимом.

Осенью 1777 г. российские войска разорили городки Н. на Кубани, что привело к переселению казаков в Закубанье. В 1756-1778 гг. Н. покинули Сев.-Зап. Кавказ и перешли в дельту Дуная. Основными поселениями в Придунавье были Дунавец, Сарыкёй и др., где жили также липоване. В 1775 г., после разгрома Запорожской Сечи, здесь появились запорожцы, с которыми возникали конфликты, в т. ч. из-за мест рыбной ловли. Вскоре запорожцы захватили Сарыкёй, уничтожили неск. липованских сел, в 1814 г. взяли Дунавец. Тогда началось массовое переселение Н. в азиат. Турцию на оз. Майнос, близ г. Бандырма (древний Панорм), и на побережье Эгейского м. В 10-х гг. XIX в. появились 2 поселения: Энос (Энез) близ залива и Биневле (Майнос) на оз. Майнос. Взятие российскими войсками в ходе русско-тур. войны 1828-1829 гг. Эносской крепости привело к окончательному перемещению Н. на оз. Майнос, озеро было отдано им тур. властями в вечное пользование. Основу благосостояния Н. составляла рыбная ловля, к-рой занимались мужчины полгода - от «осеннего Димитрия» до «весеннего Георгия». После возвращения домой и уплаты налогов Н. сдавали заработок в войсковую казну, из нее каждый получал 2/3 заработанных денег; 1/3 шла в кош и делилась на 3 части: на войско и вооружение, на школу и церковь, нуждающимся. Хлебопашество и скотоводство занимали меньшее место в хозяйстве Н.

В лит-ре отмечается, что возвращение Н. в пределы Российской империи, несмотря на запрет Некрасова, началось в 10-х гг. XIX в., усилилось после завершения русско-тур. войны 1828-1829 гг. Поселения Н. появились в Бессарабии - в окрестностях Измаила и в др. местах. По мнению Д. В. Сеня, под именем Н. возвращались липоване, по происхождению не имевшие отношения к Дону, давно жившие рядом с казаками, но не разделявшие «Заветов Игната». В 1829 г. с частью старообрядцев переселился в окрестности Измаила последний атаман Н. на Дунае - И. С. Гончаров, считавшийся потомственным Н., хотя родители его происходили из г. Литина Подольской губ. У Гончарова возникли разногласия с Н., и в 1837 г. он вместе с семьей вернулся в Сарыкёй.В 40-х гг. XIX в. старообрядцы активизировали поиски архиерея. Из Белой Криницы в Турцию прибыли иноки Павел (Великодворский) и Алимпий (Милорадов), остановившиеся в Сарыкёе в доме Гончарова, к-рый вместе с М. В. Чайковским помог им наладить контакт с жившим в Стамбуле митр. Босно-Сараевским Амвросием (Паппа-Георгополи). Чайковский и Гончаров организовали тайный переезд митр. Амвросия в Австрию и устройство его в Буковине. В окт. 1846 - авг. 1847 г. митрополит рукоположил 5 священников и 3 диаконов, хиротонисал во епископа Майносского Кирила (Тимофеева), во епископа Славского - Аркадия (Дорофеева). Все это вызвало большое воодушевление среди старообрядцев. После ссылки митрополита в 1847 г. развитие Белокриницкой иерархии продолжалось, оно сопровождалось бурными спорами среди старообрядцев. Нек-рые Н. в Биневле признали священство, другие принимали правила единоверия.

В сер. XIX в. существовало пользовавшееся привилегиями Османское казачье войско, где служили Н.; в 1864 г. последовал турецкий фирман об отмене прав казаков в европ. Турции. До 1860 г. Н. пользовались возможностью не допускать в свои селения турок, исполнительная власть принадлежала сельскому атаману. После утраты воинского уклада и уменьшения роли круга в общину стали принимать людей со стороны, иногда нерусских. Избегая родственных браков, отступили от «Заветов Игната», допускавших брак только между членами общины. Среди Н. усиливалось имущественное расслоение. 70 семей в Биневле купили землю, община раскололась на рыбаков и землевладельцев. Рыбаки были в большинстве, круг находился под их контролем, но экономически они начали попадать в зависимость от землевладельцев - «казак на казака стал работать».

В 1867 г. 157 семей - сторонников «Заветов Игната» перешли с оз. Майнос на о-в Мада на оз. Бейшехир. Эта попытка возрождения старинного уклада не удалась: вода в Бейшехире была заражена, 30 семей погибли от чумы. Однако казаки, даже после вмешательства рус. миссии, отказывались уходить. Они отправляли людей искать легендарный «город Игната», якобы основанный когда-то давно «правильными» Н. «за Пещаным морем». Почти все колонисты Мады погибли, не найдя своего «города», нек-рые вернулись на оз. Майнос. К 1912 г. в живых на Маде остались 8 семей. В кон. ХIХ в. на оз. Майнос появились переселенцы - татары, лезгины, черкесы, с к-рыми у Н. возникали разногласия. С турками конфликтов не было, как и предписывалось «Заветами Игната». В кон. 70-х гг. ХIХ в. на противоположном берегу озера поселились липоване, ушедшие из Добруджи после присоединения ее к Румынии, основав поселение Хамидие (Ени-Казаклар). В 1901 г. еще одна группа липован - переселенцев из Добруджи - образовала на оз. Акшехир с. Авчал, куда перешли с о-ва Мада оставшиеся Н.

Ухудшение условий жизни, нарушение традиц. уклада стали главными причинами переезда Н. в Россию; сказалось также неприятие Н. всеобщей воинской повинности, введенной в Османской империи в 1908 г. Переселению способствовало российское посольство в Стамбуле, защищавшее старообрядцев от действий тур. администрации, помогавшее ходокам, искавшим места поселения в России. В 1909-1910 гг. в Россию прибыли первые ходоки Н., осмотревшие черноморское побережье. В 1911 г. 32 Н. обосновались в Батуми. В 1912 г. за ходоками были зарезервированы участки земли в Батумской обл. и в Кутаисской губ. Осенью того же года ок. 45 семей Н. прибыли в Батуми, затем перешли в Кутаисскую губ., где основали пос. Воскресеновка, пополнившийся в 1913 г. новыми переселенцами. В 1914 г. на участок Султановка, рядом с Воскресеновкой, переселилась еще одна группа Н. В 1918 г. все они переехали из Грузии на Кубань, где в 1920 г. основали 2 хутора, вскоре объединившиеся в хутор Новонекрасовский (ныне Приморско-Ахтарского р-на Краснодарского края). В 1924 г. прибыла группа из 24 чел., среди к-рых был лишь 1 некрасовец, остальные происходили из липованских сел Турции. В том же году группа майносских Н. поселилась в Мечетинском р-не Донского окр. В кон. 1924 - 1-й пол. 1925 г. в Новонекрасовский прибыла группа Н. из с. Эски-Казаклар. Во всех последующих переселениях из Турции вплоть до нач. 30-х гг. XX в., а также в расселении с черноморского побережья в др. районы СССР участвовали, как правило, под именем Н. липоване, основавшие с. Некрасовка в Дагестане, поселения в районе Поти, хутора Некрасовский и Новопокровский на Дону, Новопокровский в Приморско-Ахтарском р-не Краснодарского края.

Продолжение

Сами некрасовцы на это отвечали так: «У какого царя живем, тому и служим». Россия отказала в нормальной жизни донцам-старообрядцам, а мусульманский Крым им эту возможность предоставил. Уже в 1711 году некрасовцы воевали против России на стороне Турции. Личные качества казаков зачастую превосходили соответствующие характеристики тюрок, что крымских, что анатолийских. В своих набегах на Россию они иногда доходили до Тамбова и Нижнего Новгорода. По мере продвижения русских войск на Кубань казаки-некрасовцы перебрались сначала на Дунай, а затем в анатолийскую Турцию.

В Турции казаки несли военную службу. Военные навыки получали казаки с детства. С 12 по 18 лет учились подростки военному искусству под руководством опытных казаков. С 18 лет юноша становился казаком и мог идти на войну, с 30 лет казаки допускались к занятию военных должностей, а в 50 лет казак становился «стариком» и мог быть выбран в старшины и атаманы, станичные или войсковые. Постоянных должностных лиц в мирное время у некрасовцев было немного, сельский атаман и есаул. Атаман выбирался большинством голосов. На случай войны старшина назначал войскового атамана, причем принимались во внимание военные заслуги и способности.

При каждом отряде некрасовцев во время войны было трое «стариков», которые наблюдали за исполнением обычаев и обязанностей и составляли военный суд. Когда требовалось призвать некрасовцев на войну, то определялось султанским фирманом (указом) количество пехоты и кон-ницы, которое они должны были выставить.

По получении фирмана все казаки созывались на круг, на площади перед арсеналом. Атаман и старики сидели на скамьях. Каждый казак по очереди подходил, кланялся атаману и старикам и клал у ног атамана свою шапку, к которой была прикреплена карточка с его именем. Когда все сложили свои шапки, старики перемешивали их палками, с которыми всегда ходили. Есаул, по приказанию атамана, отбирал известное количество шапок, соответственно числу казаков, указанному в фирмане. Потом читались имена, составлялся список и вручался войсковому атаману. Атаман вызывал внесенных в список казаков, одного за другим, и отдавал каждому его шапку. Казак кланялся и отходил. И в первой половине XIX века у них был очень интересный обряд, который потом не сохранился. Через несколько дней на той же самой площади собирались уходившие на войну с провожающими.

Все они, вооруженные и на конях, поодиночке проезжали перед стариками и сельским атаманом, и каждый спрашивал: «Нет ли милосердного человека, который взял бы на себя попечение перед Богом о моей грешной душе». Если спрашивающий был хорошего поведения, то кто-то из стариков отвечал: «Я (имя и прозвание) беру попечение о твоей душе перед Богом, буду молиться, чтобы Бог сохранил тебя для покаяния в грехах, а ты привези за то нам военную честь и доброе казацкое имя». Если казак был дурного поведения, то ему отвечали молчанием и он отъезжал смущенный. И все были уверены, что ему не сносить головы на войне, так как у него нет поручителя и богомольца между стариками. После этой церемонии войско с музыкой, под предводительством войскового атамана, выступало в поход. Толпа мужчин, женщин и детей провожали их до границы войска.И еще – что касается службы. У некрасовцев был обычай посылать в караулы всегда трех человек. Это делалось с той целью, что один может погибнуть, двое могут сговориться между собой, а с тремя не случится ничего подобного.

Все казаки были очень искусны в джигитовке, стрельбе, распознанию местности днем и ночью и во всем, что необходимо хорошему солдату в военное время. Субординация и почтение к старикам доходили у них до фанатизма, и каждое их нарушение считалось изменой войску и каралось смертью. Одно из прав, которое получали казаки за службу в Турции, было право казнить смертью, не сносясь с турецкими властями, в трех случаях: за преступление против веры топили в озере, привязав к шее камень, за измену войску – расстреливали, за изнасилование женщины, если виновный отказывался загладить свой проступок, преступника привязывали обнаженного к столбу и били палками до смерти. Потом какое-то время казаки не служили в турецкой армии, а платили особый военный налог – харадж – в золотой валюте.

В Первую мировую войну турки принудительно призвали на военную службу всех казаков, кто мог носить оружие. Казаки участвовали в боевых действиях в защите Дарданелл. В боях за турецкую землю погибло много казаков. В 1918 году некоторые казаки были насильно направлены на Кавказский фронт для захвата территории бывшей Российской империи. Но казаки решительно выступили против.

Массового переселения казаков-игнатовцев после 1914 года не было. Несмотря на разрешение, множество семей из деревни Майнос решили остаться на своих местах и быть верными заветам Некрасова.

Последним ударом стал Константинопольский (Стамбульский) погром армян и греков 6–7 сентября 1955 года, когда были разрушены сотни домов и осквернены десятки церквей, убиты тысячи людей. В 1956 году майносцы- некрасовцы все же вступили в переговоры о возвращении в СССР.

Волна реэмиграции с озера Майнос началась спустя 6 лет, в 1962 году: тогда в Россию вернулись почти полторы тысячи некрасовцев из Турции.

Эмигранты плыли из Турции в СССР на теплоходе «Грузия», и этот памятный момент до сих пор празднуется современными некрасовцами, поселившимися в Ставрополье. На данный момент их потомки живут в Ставропольском крае. Впрочем, несколько десятков семей тогда отказались въезжать в СССР и перебрались из Турции в США. Лишь одна семья казаков-игнатовцев при этом осталась в Турции.

За период проживания в Турции потомки некрасовских казаков значительно отуречились, особенно, проживавшие на территории Турции.

Когда некрасовцы возвратились в Россию, они сохранили свои обычаи – носили нательные кресты, бороды, креcтили детей и отпевали покойников, однако при этом их дети ходили в советские школы, а сами некрасовцев работали в совхозах. До сих пор сохранились песни некрасовцев, припевы в которых чередуют русский и турецкий языки, но уже больше сохраняют восточный колорит.

В России

"Возвертаться до своего языка" некрасовцы твердо решили во время хрущевской оттепели. Не последней причиной был страх перед вырождением - два с половиной века браки заключались только внутри общины. И в конце 1962 года в стамбульском порту на борт теплохода "Грузия" поднялись 999 казаков-некрасовцев. В Новороссийске на родной берег сошла их ровно тысяча: по пути на родину у Харитона и Анны Бабаевых родился сын Семен, первенец.

На родине общину впервые за два века разделили, расселив в двух спешно застроенных саманными домам поселках в долине реки Кумы. Большинство попало в совхоз "Левокумский", хозяйство захудалое и малолюдное. Нищий совхоз сразу резко пошел в гору, выполнив пятилетку за четыре года и став одной из визитных карточек Ставрополья.

Для пропагандистов развитого социализма некрасовцы оказались редким подарком. Люди из позапрошлого века, наивные и доверчивые, на редкость трудолюбивые, они и без лишней идеологической обработки вполне годились для демонстрации "советского образа жизни". Сильная, здоровая община работящих людей, чьи семьи не знали разводов, детского непослушания, пьянства, обмана, без всяких потуг со стороны властей была готовой витриной социализма. Сюда, словно в кунсткамеру свозили гостей со всего света, чтобы показать ударников коммунистического труда, изъясняющихся на старославянском и обучавшихся музыке и песнопениям, как в Киевской Руси, по крюковому письму.

К сожалению, жила некрасовская община не под стеклянным колпаком. И десятилетия пребывания на "социалистической родине" даром для "девственного осколка русского народа" не прошли… У них есть фольклорные ансамбли, музей, даже живы ещё старики, молодыми причалившие к отеческим берегам на теплоходе "Грузия". Но в винодельческих совхозах , где вино текло рекой, а потому алкоголизм постепенно становился бичом и в их среде.

Переселенцы, знавшие в своей жизни лишь единоличное хозяйство, поначалу и на совхозную почву перенесли вековые традиции полной самоотдачи, выводя на виноградники свои семьи поголовно, включая малолетних детей. Но, вкалывая, как на "туретчине", на родной социалистической барщине, старшее поколение некрасовцев не нажило не то что кубышек с золотыми монетами, которые водились у них в чужой стране, но и старость свою обеспечить не смогло.

Дети переселенцев, несмотря на попытки старшего поколения сохранить свой жизненный уклад и традиции, выросли вполне "современными". Многие разлетелись по стране. Оставшиеся работали "по-советски", пили, курили, воровали, даже сидели по тюрьмам.

Заветы Игната

1. Царизму не покоряться. При царях в Россию не возвращаться.

2. С турками не соединяться, с иноверными не сообщаться. Общение с турками только по нужде (торговля, война, налоги). Ссоры с турками запрещены.

3. Высшая власть – казачий круг. Участие с 18 лет.

4. Решения круга исполняет атаман. Ему строго подчиняются.

5. Атаман избирается на год. Если провинился - смещается раньше срока.

6. Решения круга для всех обязательны. За исполнением следят все.

7. Весь заработок сдают в войсковую казну. Из нее каждый получает 2/3 заработанных денег. 1/3 идет в кош.

8. Кош делится на три части: 1 часть - войско, вооружение. 2 часть - школа, церковь. 3 часть - помощь вдовам, сиротам, старикам и др. нуждающимся.

9. Брак может быть заключён только между членами общины. За брак с иноверцами – смерть.

10. Муж жену не обижает. Она с разрешения круга может покинуть его, а мужа круг наказывает.

11. Наживать добро обязан только трудом. Настоящий казак свой труд любит.

12. За разбой, грабёж, убийство – по решению круга, - смерть.

13. За разбой и грабёж на войне – по решению круга, - смерть.

14. Шинков, кабаков – в станице не держать.

15. Казакам в солдаты дороги нет.

16. Держать, сохранять слово. Казаки и дети должны гутарить по-старому.

17. Казак казака не нанимает. Денег из рук брата не получает.

18. В посты песен мирских не петь. Можно лишь старинны.

19. Без разрешения круга, атамана казак из станицы отлучиться не может.

20. Сиротам и престарелым помогает только войско, дабы не унижать и не унижаться.

21 Личную помощь хранить в тайне.

22. В станице не должно быть нищих.

23. Все казаки держаться истинно – православной старой веры.

24. За убийство казаком казака, убийцу живым закапывать в землю.

25. Торговлей в станице не заниматься.

26. Кто торгует на стороне – 1/20 прибыли в кош.

27. Молодые почитают старших.

28. Казак должен ходить на круг после 18 лет. Если не ходит - берут штраф два раза, на третий - секут. Штраф устанавливает атаман и старшина.

29. Атамана избирать после Красной горки на год. Есаулом избирать после 30 лет. Полковником или походным атаманом – после 40 лет. Войсковым атаманом – только после 50 лет.

30. За измену мужа, ему бьют 100 плетей.

31. За измену жены - закапывать её по шею в землю.

32. За кражу бьют до смерти.

33. За кражу войскового добра - секут и горячий котел на голову.

34. Если спутался с турками – смерть.

35. За измену войску, богохульство – смерть.

36. Если сын или дочь подняли руку на родителей – смерть. За обиду старшему – плети. Младший брат на старшего руки не подъемлет, круг плетьми накажет.

37. На войне в Русских не стрелять. Против крови не ходить.

38. Стоять за малых людей.

39. С Дона выдачи нет.

40. Кто не исполняет заветов Игната, тот погибнет.

41. Если в войске не все в шапках, то в поход идти нельзя.

42. За нарушения атаманом заветов Игната - наказать и отстранить от атаманства. Если после наказания атаман не благодарит Круг «за науку» - высечь его повторно и объявить бунтовщиком.

43. Атаманство может длиться лишь три срока – власть портит человека.

44. Не держать тюрем.

45. Не выставлять в поход заместителя, а тех, кто это делает за деньги – казнить смертью как труса и предателя.

46. Виновность за любое преступление устанавливает Круг.

47. Священника, не исполняющего волю Круга – изгнать.

Ставьте лайки, подписывайтесь на канал, делитесь ссылками в социальных сетях. Спасибо за внимание!

https://dzen.ru/a/Z98BLDeVGixr1qeB

В 10-х годах вернулся в свою станицу, устроился там местным участковым и стал возделывать землю, разводить птицу и эксплуатировать с более крупным скотом, что-то пошло, а где-то бросил. сейчас на пенсии кайфует со своими огородами.

Когда начался Крымнаш, папа у меня пропал на полгода. Поняла я это не сразу, мы созванивались раз в неделю, а то и реже, если новостей не было. Дозвонившись до бабушки я получила невнятное: «Уехал, куда не сказал.». Бабушка сама крепкая, с хозяйством вполне управлялась и особо в сыне не нуждалась.

Когда отец объявился, довольный и спокойный, я как раз приехала в гости на пару недель, попить вина из Сибирькового винограда и наесться арбузов. Папа рассказал как поехал в Шахты на рынок, а там большой камаз военный, люди в камуфляже что-то грузят ящиками. Он к ним: мужики, вы куда и откуда? Они говорят на Донбасе воюем против укров за наших людей, но сам понимаешь, не официально, добровольцы мы, за снабжением приехали. А там до Донбаса совсем ничего по прямой.

Отец попросился с ними, говорит я боевой офицер, с оружием могу любым почти обращаться, рука моя тверда и глаз острый, а это было лет 10 назад, помоложе он был конечно. Они его и взяли с собой, сказали только все документы тут оставить у надежного человека, ну и телефон так же. Он матери отзвонился что уехал, давай там не волнуйся, вернусь если Бог даст, как был в джинсах и футболке, так и поехал воевать. Полгода там бегал среди добровольных образований народных против украинцев, много дел наделал, не буду тут пересказывать, все ж таки боевой опыт у человека большой, кадр он был ценный. Но там таких много было говорит.

Чего вернулся? Устал. Говорит возраст, помирать не страшно, но в полной разгрузке уже выдыхаешься быстро выполнять боевые задачи.

В 2022 пошел сразу в призывной пункт, просился на войну, но его не взяли. Ходил еще раза три, ему отказывали, сказали совсем жопа будет на фронте, тогда таких как он призовут и вспомнят. Под 70 человеку уже, на мой взгляд и правда хватит воевать, всю жизнь бьется за страну свою, как настоящий казак, в самых разных условиях. Медали он получил, денег великих не нажил, хотя пенсия хорошая, ну и я помогаю. Как родился в своей станице, так и вернулся туда. Внуку теперь рассказывать будет как служить родине и что такое быть настоящим казаком, который живота своего не щадит, на месте не сидит, как в песне «дайте только коня мне и добрый меч». А когда спокойно в стране (ха ха конечно), тогда и землю возделывать и вино делать свое, домашнее.

Простите за простой слог, ии не хочу текст портить.