Отчаянное письмо пришло примерно неделю назад, когда я сидел в хранилище и занимался исследованиями.
Я едва его не пропустил. Все внимание поглотила нечитаемая антикварная книга, которую я недавно заполучил в коллекцию. Погружаясь в работу, я буквально выпадаю из реальности. Однако моя собака Мидж была рядом, и стоило телефону завибрировать, как она принялась настойчиво тыкаться в него носом, заставив меня оторваться от страниц. Я скользнул взглядом по экрану, а там уже висело письмо с выделенной жирным темой:
В НАШИХ СТЕНАХ КТО-ТО ЕСТЬ. ПОЖАЛУЙСТА, ПОМОГИТЕ.
Учитывая мою репутацию в определенных узких кругах интернета, подобные послания – не редкость. Обычно пишут другие коллекционеры или люди, мечтающие сбыть с рук какую-нибудь сверхъестественную чертовщину. Но изредка из этой темноты раздается настоящий, полный отчаяния крик о помощи. Открыв письмо, я принялся изучать детали, чтобы взвесить: розыгрыш это или все всерьез. Порой единственное, на что можно опереться – это интуиция. Дочитав до конца, я уже принял решение.
Следующим же утром я сидел в машине, Мидж устроилась на пассажирском сиденье, а наш курс лежал на Чарлстон, Западная Виргиния.
Сэмми-не-его-настоящее-имя и Макс-точно-не-его-настоящее-имя (конфиденциальность, все дела) жили на окраине города. Стоило мне припарковать машину, как Мидж зарычала, уставившись единственным молочно-белым глазом на полуразрушенный многоквартирный дом. Мои наниматели были студентами, так что экономия на жилье меня не удивила, хотя дом выглядел так, словно мог рухнуть от легкого дуновения ветра.
Мы вышли из машины, а солнце тем временем уже клонилось к закату. Лифт не работал, поэтому нам с Мидж пришлось тащиться на четвертый этаж, волоча на плече тяжелый рюкзак. Поднимаясь, я разглядывал стены. Краска шелушилась, сырые углы покрылись плесенью, но ничего из ряда вон выходящего. Пока что.
На стук в дверь ответил Макс. Под его глазами залегли темные круги, а само тело казалось обмякшим и изнуренным. Он долго и пристально разглядывал меня.
– Ты опоздал, – бесстрастно обронил парень.
– И тебе привет, – отозвался я. – По дороге собрал все пробки.
– Ты ведь не тот, кому звонил Сэмми, верно? – Макс продолжал мерить меня взглядом. – Э. Си.?
– Он самый. И вообще-то это было электронное письмо.
Скепсис так и читался на его лице:
– Просто ты не особо похож на профессионала. Не вижу ни пушек, ни оборудования. Разве ты не должен быть каким-то экспертом?
– Признаться, я скорее любитель. Но двое нищих студентов вроде вас не потянут услуги серьезных парней, даже если бы смогли их отыскать. – Вежливо, но твердо я протиснулся мимо него в прихожую вместе с Мидж, поскольку пустая болтовня уже успела надоесть. Меня интересовал исключительно редкий экземпляр, который якобы здесь затаился. – Впрочем, кое-что в рюкзаке у меня найдется.
Квартирка состояла из двух спален, крошечной гостиной, кухни размером со спичечную коробку и ванной, которую давно пора было под потолок залить хлоркой. Сэмми спал на диване. Стоило Максу толкнуть его, как он подскочил, словно пробудившись от кошмара.
– Ох! Господи, вы приехали. Простите, – прохрипел парень, протирая заспанные глаза. – Э-э, привет. Извините еще раз, я не хотел засыпать. Просто по ночам больше не получается поспать. С тех пор как все началось.
– Две недели назад, верно? – Я уселся в продавленное кресло напротив него. Мидж замерла у ноги, озираясь по сторонам с прижатыми ушами.
– Все началось ни с того ни с сего. И повторяется каждую ночь.
Макс замер у кухонного окна, уставившись в небо остекленевшим взглядом.
– Скоро начнется. Как только достаточно стемнеет.
– Понимаю. Кстати, рад знакомству. Рад, что вы позвали меня взглянуть на эту штуку своими глазами.
– Ну да, да, и избавиться, – поспешно добавил я, махнув рукой. Фраза «избавиться» оставляла богатый простор для трактовки, но я не планировал решать судьбу экземпляра, пока не узнаю о нем больше. Выудив блокнот из заднего кармана, я пробежался глазами по заметкам из письма. – Значит, Сэмми, ты упоминал пугающие звуки, странные видения…
– Это не видения, все взаправду, – отрезал Макс.
– Я предпочитаю самостоятельно в этом убедиться. – Я снова бегло осмотрел комнату. Потолочный вентилятор вращался с низким гулом. В углу будто промелькнула тень, но с тем же успехом это могла быть обычная игра света. – У вас двоих случались какие-то резкие перемены в жизни перед началом этих феноменов? Любые странности?
– Буквально ничего. – Сэмми покачал головой. Лампа над нами замигала. Макс промолчал.
– Как давно вы снимаете эту квартиру?
– Около двух лет, – ответил Сэмми и внезапно замер. Лампочка снова мигнула. Где-то в глубине квартиры отозвался тихий скрип. – Твою мать. Оно здесь.
Мидж прижалась плотнее к моей ноге, а Макс тем временем отпрянул от окна. Скрестив руки и опустив голову, он молча подсел к Сэмми на диван. Не спеша спрятал блокнот, под новый скрип из коридора – на этот раз громче.
– Что… – начал было я, но Макс яростно зашипел, требуя тишины.
– Не привлекай его внимания, – торопливо прошептал он.
Скрип приближался, лампа заходилась в безумном стробоскопическом танце. Наконец свет погас окончательно. Комнату окутал полумрак, разбавляемый лишь оранжевым свечением уличных фонарей из окон. Мидж прижала уши и беззвучно оскалила зубы. Я положил руку ей на спину, пытаясь успокоить, но собаку била крупная дрожь.
Звук раздался уже на стыке коридора и гостиной, совсем рядом с нами. Сэмми сидел на диване окаменев, уставившись в темноту дикими от ужаса глазами. Макс даже не смотрел туда: он уткнулся лицом в колени и заткнул уши руками.
Я всматривался в сумрак, выжидая. Снова скрип. Вздох, похожий на предсмертный хрип. Фигура шевельнулась за диваном, и тут я его увидел.
Оно двигалось медленно. Если судить по очертаниям, проступающим из стены, это был мужчина, высокий и тощий. Белая штукатурка стены облепляла его силуэт, шаг за шагом мучительно влачащийся вдоль стены за диваном. Рот существа был открыт – просто беззубая впадина в месте, где стена словно втягивала его в себя. Мне едва удалось различить контуры закрытых глаз. Руки его тянулись по стене, будто он прорубал себе путь вперед, с трудом волоча тело по периметру комнаты. Время от времени существо издавало низкий, утробный стон.
Некоторое время я просто наблюдал. За последние годы мне довелось повидать всякого, и я уже мнил себя человеком, которого ни одна чертовщина не проймет. Но эта тварь пугала на каком-то первобытном уровне. Словно передо мной застряло нечто между жизнью и смертью – искаженная оболочка, цепляющаяся за бытие без единой капли души. Я замер точно так же, как и остальные, со скрытым ужасом наблюдая за тем, как фигура подбирается все ближе к моему углу.
Соберись, соберись, вспомни, зачем ты здесь…
Я стиснул зубы и подавил подступившую к горлу тошнотворную панику. Не спеша расстегнул рюкзак и запустил внутрь руку. Сэмми бросил на меня взгляд, едва заметно и отчаянно качнув головой. Я его проигнорировал. Выудив тепловизор, я навел его на стену. Там, где замер силуэт, там где скрипела штукатурка, облепившая его ребра, при каждом хриплом вздохе, там царила абсолютная стужа. Синяя пустота. Следом в ход пошел дозиметр, и снова ничего. Существа будто не существовало, и все же оно находилось прямо здесь – осязаемое, пугающе реальное.
Оставалось проверить последнее.
Я заставил себя подняться. Глаза Сэмми, казалось, округлились еще сильнее, а Мидж жалобно заскулила. Сделав неверный шаг к фигуре, я протянул руку. Существо словно почуяло меня: замедлило свой вялый путь и повернуло голову в мою сторону. Стена прогнулась вокруг пустых глазниц. Его ладонь уперлась в поверхность – сперва слегка, затем сильнее. Ожидалось, что перегородка треснет и разлетится в щепки, однако она каким-то образом растянулась, обтянув кисть существа так, что я во всех тошнотворных подробностях разглядел узловатые суставы и костяшки его тощих пальцев.
Мидж снова заскулила. Макс так и не поднимал головы от колен, а Сэмми на диване судорожно хватал ртом воздух. Я заставил себя сосредоточиться на фигуре. Выпуклости на месте глаз уставились на меня, а безликий рот беззвучно шевелил губами, выговаривая непонятные слова. Переведя дух, я перехватил его ладонь.
В точке соприкосновения реальность будто перекосило. Мою руку обожгло могильным холодом. Ладонь существа оказалась податливой, почти неосязаемой, она принимала форму моей руки. Почудилось, будто она вот-вот растечется слизью и впитается в поры, срастется со мной намертво. Навалилось ощущение, словно меня затянуло в вакуум или черную дыру. Давящая, удушающая пустота. Я забыл, как дышать.
Наконец низкие стоны существа обрели внятный смысл.
– Дверь открыта, – прохрипело оно, и хватка его ослабла. – Но ты не тот.
Разбираться в причинах времени не осталось: в ту же секунду Мидж с яростным лаем бросилась на меня, отталкивая прочь от фигуры. Оказавшись на полу, я увидел, как собака развернулась и принялась рычать на существо, щелкая зубами. Тварь медленно убрала руку, втянула ее обратно, пока стена снова не стала гладкой и ровной.
Потолочный светильник мигнул и зажегся. Некоторое время в комнате стояла тишина.
Сэмми наконец судорожно выдохнул и посмотрел на меня:
– Теперь-то вы видите? Мы не сумасшедшие, все взаправду.
Макс поднялся с дивана – бледный, опустошенный. Лицо его не выражало ничего, но дрожь в руках, когда он доставал бутылку виски из шкафа, выдавала с головой.
– Ты должен что-то сделать, – тихо произнес он, избегая моего взгляда. – Я так жить больше не могу.
В ту ночь фигура больше не появлялась. Я использовал время, чтобы продолжить расследование. Разумеется, я задал парням все стандартные вопросы. Спросил, не пробовали ли они вскрыть тонкие стены, и они показали мне дыры, пробитые молотком. Заглянув внутрь, я обнаружил лишь гипсокартон да деревянные брусья.
С собой у меня было несколько книг, и я принялся сопоставлять их с заметками по делу. Толку вышло мало. Ни в одном источнике не упоминалось ничего похожего на человека в стенах. Странно, но мысли то и дело возвращались к книге, которую я оставил дома. К той, что лежала в хранилище.
Девочка проползла сквозь дверь, которая не была дверью.
Дверь открыта, но ты не тот.
– Есть успехи? – около семи утра в гостиную заглянул Сэмми. Он всю ночь неприкаянно бродил туда-сюда, карауля мою работу. Думаю, за эту ночь он не сомкнул глаз ни на минуту. Максу же чудом удалось уползти в кровать и вырубиться после нескольких приличных стаканов виски.
– Зашел в тупик, – признался я. – Но мы только начали. К тому же времени у нас полно, если подумать. Фигура делает одно и то же каждую ночь. Агрессии она не проявляла и навредить вам не пыталась, верно?
– Не совсем так. – Сэмми неловко переступил с ноги на ногу. – От нее исходит… такое бешенное отчаяние. Нет, отчаяние – не то слово… Скорее, нужда. Да, нужда. Будто ей что-то позарез нужно из этого места, дикая, жуткая нужда, и она не уйдет, пока не получит свое. Не знаю. Меня от этого колотит.
Вздохнув, я запустил пятерню в волосы.
– И вы уверены, что в этой квартире никто не умирал?
– Это первое, что я проверил. У этого места нет дурного прошлого, по крайней мере, я никаких следов не нашел. – Сэмми потер глаза. – Пусто. Я думал, вы что-то знаете. Вы же эксперт?
– Я знаю лишь то, что концы с концами не сходятся. – Я поднялся на ноги. Мидж зевнула и поднялась следом, пока я мерил комнату шагами. – Осмотрю двор. Может, дело в самой земле.
Я вышел на улицу, ведя собаку на поводке. Каждый скрип лестницы заставлял вздрагивать: первобытный мозг был уверен, что человек из стены вот-вот явится снова. Небо хмурилось серостью, листва пожухла. Я обошел здание по периметру с металлоискателем, стареньким детектором ЭМП и даже счетчиком Гейгера. Часами я кружил вокруг дома. Единственным намеком на зацепку среди этой монотонности стало черное стекло.
Ничего особенного – просто несколько осколков у подножия дерева. Тип стекла мне был незнаком, да и необычного в нем ничего не проглядывало.
Но стоило Мидж взглянуть на него, как она зарычала.
– Что? Что там такое? – я переводил взгляд с ее оскаленной морды на осколки, пытаясь понять, что она видит такого, чего не вижу я. Натянув резиновую перчатку, я подобрал находку. На обратной стороне наслоился какой-то налет – липкая пленка, усыпанная крошечными черными кристаллами.
– Конфета? Или какой-то напиток? – пробормотал я под нос, разглядывая стекло. Я бы прошел мимо, но собака сверлила осколки таким взглядом, словно видела в их отражении самого дьявола. Я убрал находку в пластиковый пакет и направился обратно к подъезду.
Если не считать этого стекла, все вокруг выглядело совершенно обыденно. И это никак не вязалось с происходящим. Подозрение зудело в мозгу с самого момента появления фигуры. Точнее, с тех пор, как я поговорил с парнями.
Оставался последний рубеж – пойти на прямую конфронтацию.
– Уделите мне минутку, парни? – крикнул я, переступая порог.
Сэмми подскочил на диване в гостиной, а Макс с угрюмым видом вышел из спальни.
– Нашли что-нибудь? – спросил Сэмми, уставившись на меня округлившимися, полными надежды глазами.
– Возможно. Но сначала вопрос. – Я развел руками. – Кто из вас лжет?
Телеграм-канал чтобы не пропустить новости проекта
Хотите больше переводов? Тогда вам сюда =)
Перевела Юлия Березина специально для Midnight Penguin.
Использование материала в любых целях допускается только с выраженного согласия команды Midnight Penguin. Ссылка на источник и кредитсы обязательны.
