История ChatGPT продаётся как невероятный технологический прорыв, но в Кении она выглядит иначе и куда более мрачнее.

Чтобы сделать ChatGPT «менее токсичным», OpenAI не придумала магического алгоритма — она наняла через подрядчика «Sama» работников в Кении, Уганде и Индии, которые вручную размечали самые мерзкие тексты из датасета.

Согласно расследованию «Time» и других медиа, кенийцы читали и отмечали десятки тысяч фрагментов с описаниями педофилии, инцеста, пыток, убийств, самоубийств и других крайних форм насилия, получая за это от 1,32 до 2 долларов в час «на руки», в зависимости от «старшинства и эффективности».

Сотрудники рассказывали, что после смен преследующие видения и флэшбеки от прочитанного, проблемы со сном, тревожность и отвращение к собственной работе становились нормой.

Иначе говоря, чтобы миллионы пользователей не видели токсичный контент в ответах ChatGPT, тысячи людей на периферии глобальной экономики должны были буквально пропустить эту токсичность через себя.

Страна — лидер по использованию того же сервиса

Парадокс: именно Кения сегодня выходит в лидеры мирового использования ChatGPT по доле интернет‑пользователей. По данным «Global Digital Report 2025», 42,1% кенийских пользователей интернета старше 16 лет заходили в ChatGPT хотя бы раз за последние 30 дней — это больше, чем в США, Великобритании, Китае или Японии.

Объяснение лежит на поверхности: молодое население, высокий уровень цифрового фриланса и микроподработок, дорогой доступ к «традиционным» сервисам и спрос на дешёвые инструменты для обучения, написания текстов и IT‑работы.

Страна одновременно выступает и «цехом» по обслуживанию глобального ИИ, и одним из главных потребителей его услуг — но распределение выгод и рисков в этих двух ролях принципиально асимметрично.

Показательно, что Meta* в Кении занималась буквально тем же

Та же логика видна на примере Meta*: самые тяжёлые задачи — модерация видео убийств, пыток, суицидов, сексуального насилия над детьми — отдаются на аутсорс кенийским подрядчикам, вроде «Samasource Kenya».

Согласно расследованиям «The Guardian» и африканских медиа, более 140 таких модераторов Facebook* в Кении получили диагноз тяжёлого посттравматического стрессового расстройства, сопровождаемого тревожными расстройствами и тяжёлой депрессией. Аналогичная ситуация возникала и в Гане.

География — Кения, Гана, другие страны Африки — здесь важна: перенос самых тёмных и опасных операций цифровой экономики на Глобальный Юг становится способом снизить издержки и одновременно дистанцировать потребителей и регуляторов в богатых странах от реальной цены «безопасного» контента.

*Meta признана экстремистской организацией и запрещена в России