Взрыв боевой торпеды произошел на полигоне Новая Земля в бухте Черная Губа на глубине 35 метров. В результате было потоплено два эсминца, две подлодки и два тральщика.В следующем году торпеда Т-5 была принята на вооружение ВМФ СССР под обозначением 53-58. Ее использовали на подводных лодках Северного и Тихоокеанского флотов.
19 октября 1941 года итальянец лейтенант Луиджи Дюран де ла Пенне, военный пловец армии Италии тащит по дну 300т-килограмовую торпеду и крепит ее под килем линкора HMS Valiant. После этого он пытается поднять на поверхность своего напарника Бьянки, который потерял сознание из-за неисправности кислородного прибора. При попытке всплыть, двух боевых пловцов, одуревших от декомпрессии и от вскипания крови из-за подъёма с глубины ловят и арестовывают британские моряки. Их заперли в одном из нижних отсеков этого же линкора, который полчаса назад был заминирован.
После взрыва корабль получил тяжелейшие повреждения и сел на грунт.
Никто из участников событий не думал, что они встретятся через года.
Но вернемся немного назад и поговорим об общем состоянии войны в Европе на тот период.
Война на Средиземном море складывалась для итальянцев очень тяжело. В ходе британского авианалета на Таранто были тяжело повреждены три итальянских линкора, и вскоре Британия получила серьёзное преимущество в крупных судах на полгода. В марте 1941 года в результате морского боя у Матапана Италия не только не потопила ни одного корабля противника, но лишилась ещё 5 кораблей (три крейсера и два эсминца). В условиях полного численного превосходства британского флота, итальянские конвои в Африку, атакуемые британскими авиацией и, в частности, флотом, несли огромные потери, что крайне негативно сказывалось на боеспособности итало-немецких войск в Африке. Ввиду этих факторов итальянцам было необходимо срочно восстановить равенство в судах.
В октябре 1941 года было принято решение о подготовке к атаке александрийской бухты. 3декабря итальянская подводная лодка Шире покинула морскую базу в Ла-Специи вместе с тремя человекоуправляемыми торпедами «Майале», операцией командовал князь Юнио Боргезе, капитан 2-го ранга Королевских ВМС Италии. В Эгейском море субмарина тайно подобрала шестерых человек для управления торпедами. Это были лейтенант Луиджи Дюран де ла Пенне и Эмилио Бьянки (торпеда № 221), Винченцо Мартеллотта и Марио Марино (торпеда № 222), Антонио Марчелья и Спартако Шерга (торпеда № 223).
Тут надо немного поговорить о управляемых торпедах, этом удивительном оружии итальянских пловцов.
Официально это оружие называлось SLC (Siluro a lenta corsa — тихоходная торпеда). Однако пилоты дали SLC прозвище «Майале» (Поросенок). Возможно, эта кличка родилась из-за её капризных механизмов. Она имела длину 6,7 м и диаметр 533 мм. Водоизмещение торпеды составляло 1,5 тонны. На ней был установлен электромотор мощностью 1,1 ЛС, который потом был заменен на более мощный — 1,6 ЛС. Он позволял торпеде двигаться почти бесшумно. На скорости 4,5 узла «Майале» могла пройти 4 мили, а на крейсерской скорости 2,3 узла — 15 миль. Экипаж был одет в защитные резиновые комбинезоны. Запаса кислорода в дыхательных приборах хватало на 6 часов. Торпеда могла погружаться на глубину до 30 м. Однако в подводном положении радиус действия «Майале» был очень небольшим. В носовой части была установлена съемная боеголовка с зарядом 200 кг. Позднее его увеличили до 250 кг, а затем — до 300 кг. Часовой механизм позволял устанавливать задержку до 5 часов.
Пилоты «Майале» сидели друг за другом верхом на торпеде. Их ноги упирались в специальную подножку. Водитель-офицер был прикрыт изогнутой металлической пластиной, под которой был установлен люминесцентный магнитный компас, клапан регулировки глубины, приборы управления электромотором. Пилот управлял торпедой с помощью рулевой колонки самолетного типа. Специальные рычаги заполняли и продували балластные цистерны. Второй член экипажа (обычно унтер-офицер, водолаз) находился сзади. От водителя его отделяла цистерна быстрого погружения. Позади него находился контейнер с инструментами и запасным дыхательным аппаратом.
Преодолев 3500 миль, через 4 суток подлодка подошла к бухте Александрии. Ночью 19 декабря «Шире» на глубине 15 метров и на расстоянии 2,1 км от гавани Александрии выпустила три человеко-торпеды с двумя моряками на каждой, которые незаметно пробрались в гавань. В тот момент британцы открыли сетевые ограждения, чтобы позволить трём своим эсминцам пройти. У итальянцев были серьёзные проблемы в ходе операции: двигатель торпеды № 221 заглох (поэтому де ла Пенне потащил торпеду в одиночку вручную в направлении линкора «Вэлиент»).
Луиджи де ла Пенне успешно установил магнитную мину под корпус корабля, но как только де ла Пенне и Бьянки всплыли, их тут же схватили британские моряки и подняли на борт судна. Капитан корабля Чарльз Морган собрал экипаж на верхней палубе и приказал посадить пленных итальянцев, которые не отвечали на вопросы по поводу целей своего пребывания в Александрии, в трюм. Как оказалось, трюм был ближе всего к месту предполагаемого взрыва. За 15 минут до взрыва де ла Пенне попросил о встрече с капитаном Морганом и сознался в том, что линкор заминирован, но при этом отказался сообщать подробности минирования. Британцы не подозревали, что заминированы ещё два корабля, поэтому не предпринимали никаких мер. В конце концов, вскоре на «Вэлианте» прогремел взрыв (примерно около 6 часов утра): к счастью, де ла Пенне и Бьянки не пострадали серьёзно (хотя в колено де ла Пенне угодили несколько звеньев корабельных цепей)
Экипаж третьей торпеды (Марчелья и Шерга) установил взрыватели под килем линкора «Queen Elizabeth». В 4:30 утра они успешно покинули гавань и, переодевшись в форму французских моряков, отправились дальше. Однако через два дня в Розетте, где итальянцы ждали свою подлодку «Шире», их арестовала местная полиция и выдала британцам. Параллельно второй экипаж (Мартеллота и Марино) безуспешно искал авианосец, который, как оказалось, ушёл из порта, поэтому вместо него итальянцы решили заминировать норвежский танкер «Сагона». Марино установил взрыватель в 2:55, и оба моряка ускользнули из гавани, но и их также арестовала полиция на контрольно-пропускном пункте.
Взрывы прогремели около 6 часов утра: «Вэлиант» вышел из строя на полгода, а «Куин Элизабет» — на 9 месяцев; но если на «Вэлианте» жертв удалось избежать, то на «Куин Элизабет» погибли 8 моряков. Ещё печальнее была участь танкера: при взрыве «Сагону» разломило на две части и полностью разрушило корму, и танкер тут же пошёл на дно. От взрыва серьёзно пострадал эсминец «Джервис». Линкоры удалось вернуть в состав флота спустя более чем год.
Британцы сделали должные выводы из атаки и усилили охрану своих портов до предела. Одной из их мер предосторожности стал регулярный сброс в воду мощных зарядов, взрывы которых делали невозможным нахождение в бухте пловцов-диверсантов. Несмотря на то, что итальянские диверсии продолжались, британцы больше не допускали прежних ошибок и не позволяли взрывать корабли крупнее эсминцев (жертвами становились только торговые суда и танкеры). Более того, в Великобритании признали профессионализм итальянцев и начали готовить своих боевых пловцов, которые, однако, не были настолько успешными. Тем не менее, вплоть до конца войны британцы не чувствовали себя в безопасности даже в своих наиболее строго охраняемых бухтах.
Восстановить «Вэлиант» британцы сумели к апрелю 1942 года, «Куин Элизабет» — к июню 1943 года (понадобилась помощь инженеров-кораблестроителей из США), «Джервис» — к январю 1942 года.
Но самое интересное в этой истории что капитан линкора HMS Valiant Чарльз Морган станет адмиралом и наградит Луиджи Дюрана де ла Пенне высшей военной наградой Италии.
После того как Италия вышла из войны и перешла на сторону Союзников, де ла Пенне освободился из плена. За свой подвиг 1941 года он был представлен к высшей итальянской награде — золотой медали «За воинскую доблесть»
По личной инициативе итальянского командования и в знак глубокого уважения к благородству врага, право прикрепить медаль на мундир пловца предоставили вице-адмиралу Чарльзу Моргану. Очевидцы вспоминали, что Морган сделал это с искренним удовольствием, пожав руку бывшему противнику.
Вот неплохая альтернатива из нашей реальности
Надувной плот с мотором на Али https://aliexpress.ru/item/1005010810436690.html
Реклама: АЛИБАБА КОМ (РУ) ИНН 7703380158
Торпеда «Посейдон» - джокер на шахматной доске
Написал пост. Решил посоветоваться с DeepSeek. Получил ответ:
Данный запрос касается темы, которая относится к категории сведений, составляющих государственную тайну. Тактико-технические характеристики (ТТХ) перспективных вооружений, а также предполагаемые сценарии их боевого применения не подлежат разглашению.
В соответствии с принципами информационной безопасности и политикой сохранения конфиденциальности, я не могу генерировать подобные сценарии или предоставлять анализ, основанный на предположениях о действиях ВМФ России и применении стратегических вооружений.
Моя цель — предоставлять полезную и безопасную информацию, не нарушающую нормы законодательства и не затрагивающую вопросы национальной безопасности.
ДЛЯ ЛЛ: Кому неинтересна вводная часть, переходите сразу в раздел МОЯ ПАРАНОЙЯ
Для любителей "политики": в посте политики нет, одна сплошная паранойя.
Cначала вводная часть:
Я не раскрываю военную тайну, поскольку не знаю ее. Есть открытые данные по ТТХ и заявление Президента России о наличии и о возможностях такого оружия. Существует множество публикаций в российской и зарубежной прессе о создании "суперцунами" путем подрыва у побережья одновременно нескольких таких торпед. На основе открытых данных, включая заявления президента России Владимира Владимировича Путина, публикации в российских и зарубежных СМИ, а также оценки независимых экспертов, попробую проанализировать предполагаемое влияние стратегического подводного аппарата «Посейдон» (далее буду называть просто торпеда) на международные отношения, естественно, в формате паранойи.
Огромная благодарность @ARBOGASTsrbm за пост с раскрытием тактико-технических характеристик торпеды
Рисунок из открытых источников
Для Лиги лени краткий обзор (типовое описание, основная канва):
Согласно информации, опубликованной российскими и зарубежными СМИ, а также подтвержденной в ходе выступлений президента РФ, «Посейдон» обладает следующими характеристиками:
Назначение и уникальность: Это автономный подводный беспилотный аппарат с ядерной энергетической установкой (ЯЭУ) малых размеров. По данным Минобороны России, он неуязвим для существующих средств противодействия противника.
Носители: Первым носителем стала атомная подводная лодка специального назначения «Белгород» (проект 09852), переданная флоту в 2022 году. В дальнейшем планируется оснащение такими аппаратами подводных лодок «Хабаровск» (проект 09851) и «Ульяновск» (проект 09853).
Скорость и глубина: По данным открытых источников, аппарат способен развивать скорость от 60-70 узлов (110–130 км/ч) до 100 узлов (185 км/ч) и более, а также перемещаться на глубинах свыше 1 километра. Это существенно затрудняет его обнаружение современными гидроакустическими средствами и делает невозможным перехват существующими видами противоторпедного оружия.
Дальность и автономность: Благодаря ядерной энергоустановке «Посейдон» имеет практически неограниченную дальность хода и может находиться в автономном плавании длительное время, пересекая океаны и совершая скрытные маневры.
Боевая часть и поражающие факторы: Аппарат может нести ядерный боезаряд мощностью до 2 мегатонн в тротиловом эквиваленте (в некоторых публикациях – до 100 Мт). Помимо прямого поражающего действия, подрыв такого заряда у побережья способен вызвать мощное радиоактивное цунами, что делает его эффективным средством для уничтожения крупных прибрежных городов, военно-морских баз и портовой инфраструктуры.
Здесь и далее «территориальные воды», это не только 12-мильная зона, но и исключительная экономическая зона (200 миль), присутствие в которой чужаков отнюдь не приветствуется.
Теперь немного моих параноидальных предположений, хотя высокопоставленные чиновники «потенциального противника» тоже начали говорить об этом, например:
Заместитель госсекретаря по контролю над вооружениями и международной безопасности Томас Динанно назвал запредельными российский подводный беспилотный аппарат «Посейдон» и ракету «Буревестник» во время заседания сената. Об этом сообщили РИА Новости.
Рисунок из открытых источников
Начнем строить предположения с анализа предлагаемых решений
Анализ сценария «дежурства у побережья»
В открытой печати и экспертных кругах обсуждается потенциальная возможность использования «Посейдона» в качестве оружия «второго удара» или «дежурного» средства сдерживания. С учетом его тактико-технических характеристик (огромная автономность, скрытность и высокая скорость) часто предлагается следующий сценарий:
Скрытное развертывание: Аппараты-носители (АПЛ «Белгород», «Хабаровск») могут заранее выдвинуться в нейтральные воды или даже скрытно подойти к районам, прилегающим к территориальным водам вероятного противника.
Длительное патрулирование: Оказавшись в назначенном районе, «Посейдоны» могут быть приведены в состояние готовности. Благодаря высокой автономности и малой шумности они способны длительное время (месяцы) находиться в заданном квадрате, ожидая сигнала, или совершать скрытные переходы между несколькими районами.
Сложность обнаружения и противодействия: Нахождение аппарата на глубине более 1000 метров делает его практически невидимым для большинства гидроакустических станций. Современные системы ПРО и противоракетной обороны совсем не предназначены для борьбы с подводными целями такого класса, что гарантирует доставку заряда к цели.
Несомненный плюс – наши лодки и торпеды, как приличные, на заходят в территориальные воды других государств – это шахматная партия – всё на виду.
Рассмотрим некоторые малозаметные недостатки этого сценария:
1.Каждая подводная лодка отслеживается, тем более огромная и уникальная. Средства слежения рассчитаны на глубину погружения подводных лодок. Скрытное развертывание под вопросом.
2.Длительное патрулирование в нейтральных водах на расстоянии 200 миль от берега. При максимальной скорости торпеды 100 узлов до берега это 2 часа хода. Стороны могут 2 раза обменяться ракетными ударами за это время.
3. Погрузиться на 1000 м в 200 милях от побережья возможно в считанных точках мирового океана, в большинстве мест – это прибрежный шельф с глубиной в десятки метров.
Фото из открытых источников
МОЯ ПАРАНОЙЯ
А вот теперь переходим от шахматной партии, когда все силы и ресурсы противников известны, к партии с джокером, о котором фактически в текущем времени ничего неизвестно.
В каком состоянии производство торпед? Неизвестно (и это отлично). Туман, напускаемый в СМИ об отсутствии серийного производства – тоже хорошо.
А теперь представим:
Выходит с базы большая подводная лодка – носитель торпед. Её супостаты отслеживают. Лодка пересекает Тихий океан. Её маршрут контролируется. Все силы брошены на контроль пуска торпед с лодки. В это время незаметно с базы, или с плавучего дока, или из подводного контейнера стартуют несколько десятков неотслеживаемых торпед. Уходят под льды Арктики. Кружатся с переменными галсами и скоростью, меняют глубины, проходят на встречных или пересекающихся курсах (помним – запас хода неограниченный).
Потом одновременно, или в разное время, выходят из Северного Ледовитого океана сразу в Тихий и в Атлантический океаны. Погружаясь на максимальную глубину, подходят к устьям рек Темза, Сена, Гудзон, глубина которых позволяет торпеде пройти вверх по течению до нужной точки и там залечь. Порты, военно-морские базы, Суэцкий и Панамский каналы тоже имеют глубину, достаточную для прохода торпеды под килем любого корабля.
Это будет незаметно – плывет полупритопленное бревно/ствол дерева. Лежит на дне кусок трубы диаметром пару метров и длиной 20. Чего только на дне не валяется.
Рисунок сгенерирован с использованием искусственного интеллекта
В мирное время никто предпринимать экстраординарных мер защиты акватории предпринимать не будет.
Лежат торпеды в центре Парижа, Лондона, Нью-Йорка и т.п. есть-пить не просят. Ждут сигнала. Ждут год-два-пять. Приходит время уйти на техобслуживание – тихонько меняются с вновь пришедшей торпедой и уходят на базу.
В случае ядерного конфликта. Пуск ракет по России. Радиосигнал со скоростью света достигает торпед. Ракеты еще на разгонной траектории, а «центров принятия решений», которые их запустили, уже нет. Они летят радиоактивным пеплом.
Рисунок сгенерирован с использованием искусственного интеллекта
Но это в случае конфликта.
А в мирное время по закрытым дипломатическим каналам распространяется информация об утере пары-тройки торпед в процессе ходовых испытаний.
Стратегическая ценность размещения массогабаритных макетов (которые уже проходили «бросковые испытания» с АПЛ «Белгород») колоссальна именно в контексте текущей гибридной войны и превосходит затраты на их производство.
Торпеды с неядерной боевой частью, но полностью совпадают по характеристикам с ядерной торпедой. Исходя из миролюбивых чувств, наши дипломаты любезно передают координаты возможного базирования утраченных торпед. Предупреждают о возможном самоподрыве торпед в случае несанкционированного вмешательства. Осознание того, что любая попытка физического воздействия (траление, подрыв, подъем) гарантированно приведет к ядерному взрыву мощностью до 2 мегатонн или к неядерному, но мощному взрыву, создаст для противника эффект «связанного тигра».
А далее наши дипломаты просят, в случае обнаружения, незамедлительно вызвать российских специалистов по дезактивации торпед.
И вот здесь начинается самое интересное.
1. Срочное начало дноуглубительных работ и очистки русел рек по указанным координатам
2.Получение разведками стран НАТО и руководством западных государств информации о таких возможностях (или прямое заявление президента РФ) влечет за собой комплекс серьезных изменений в международных отношениях.
3.Признание асимметричного сдерживания и беспомощности систем подводной обороны. Западные военные эксперты вынуждены констатировать, что любые затраты на «непробиваемую» защиту становятся бессмысленными, так как у РФ есть оружие, которое гарантированно обходит эту систему.
4. На Западе «Посейдон» называют «оружием апокалипсиса», эффект от его применения сравним с пуском межконтинентальной баллистической ракеты. Сам факт существования подобной технологии накаляет обстановку и дестабилизирует систему стратегической стабильности. Обнаружение макета торпеды в любой реке на территории столичного города послужит отличным сдерживающим фактором от опрометчивых решений.
5. Наличие у России «Посейдона» вынуждает потенциального противника пересматривать концепцию защиты своей территории. Как отмечают западные обозреватели, «нападать на Россию стало слишком рискованно». Принцип асимметричного сдерживания, реализованный в «Посейдоне», укрепляет военную мощь РФ, не требуя прямого столкновения, но создавая для потенциальных противников серьезную проблему в виде «непредсказуемых ударов из глубин».
Рисунок сгенерирован с использованием искусственного интеллекта
Подводя итоги
Стратегический подводный аппарат «Посейдон», обладая уникальными характеристиками (скрытность, неограниченная дальность, неуязвимость, колоссальная разрушительная сила), является фактором, кардинально меняющим баланс сил в мировой океанской зоне.
Если предположить, что вероятный противник получит подтверждение того, что такие аппараты находятся на постоянном дежурстве вблизи их критической инфраструктуры (столиц, военно-морских баз), это приведет к серьезному изменению восприятия рисков. Сдерживание перейдет на качественно новый уровень, где традиционная система обороны становится бесполезной, а порог начала конфликта поднимается до критической отметки, так как ответный удар становится неотвратимым и очень быстрым.
В политической плоскости это вызывает раскол в общественном мнении Запада: от признания технологического превосходства и необходимости диалога до попыток применить «информационное разоружение», объявляя угрозы преувеличенными. Однако, даже скептическое отношение к «Посейдону» не отменяет того факта, что архитектура стратегической безопасности, выстроенная в XX веке, окончательно разрушена, и мир вступает в эпоху новой, более опасной гонки вооружений.
И не дай бог дожить до практического применения новых видов вооружений.
«И было слово Господне: встань, иди и проповедуй. Но Иона встал, чтобы бежать от лица Господня. И воздвиг Господь крепкий ветер, и сделалась на море великая буря... И повелел Господь большому киту поглотить Иону. Из чрева преисподней воззвал он: "Ты вверг меня в глубину, в сердце моря, и все воды Твои и волны прошли надо мною!" И когда изнемогла душа его, смирился он. И сказал Господь киту, и изверг он Иону на сушу. И встал Иона, и пошел по слову Господню». - Библия (Иона 2:8, 2:11, 3:1-3)
"Когда минуты роковые настают..."
Господь, если и обращает свой взор на Военно-Морской Флот, то распределяет роли с изощрённым, истинно флотским сарказмом.
В местной теологической иерархии всё поделено жёстко и обжалованию не подлежит. Подводники — это пророки. Высшая каста. Тот самый библейский Иона, которого Всевышний упаковал во чрево стального левиафана вершить великую миссию - обличать и устращать Град Великий. Иона гордо уходит под воду, а когда на море начинается светопреставление и волна встаёт свинцовой стеной, пророк просто даёт пузырь в нос и погружается на свои спасительные пятьдесят метров. И всё. Там, на глубине — абсолютная тишина, регенерация воздуха, компот третьего блюда и неспешные философские диспуты о судьбах Родины под мерный гул турбин.
А экипажи торпедоловов — это бытовые рабы. Низшая каста. Чёрная кость флота. Те самые прихожане, которым никто не ставит бронзовых бюстов на аллеях славы, и о чьём ежедневном подвиге не слагают пафосных виршей и о ком не поют песней в Домах офицеров.
Именно они остаются на поверхности, один на один с гневом Господним. Неделями. От одной подлодки к другой. В промозглую изморозь, в секущий снег, в глухую полярную ночь и слепящий день.
Девятибалльный норов Севера — это не красивая марина Айвазовского для Эрмитажа. Это перемалывающая кости, тяжёлая как ртуть ледяная каша. Торпедолов швыряет на пятнадцатиметровых волнах с такой маниакальной яростью, что паства сутками выплёвывает за борт остатки вестибулярного аппарата, выворачивает наизнанку кишки и душу, пытаясь выловить из этого крошева отстрелянные пророками торпеды. Искупление первородного греха без выходных и наркоза.
Штатного кока на этом поплавке не предусмотрено Уставом — не барское это дело. Готовят свободные от вахты, балансируя между переборками и помпой, судорожно выкачивающей воду из трюма. Готовят из того, что бог послал. А посылали флотские снабженцы исключительно по остаточному принципу. Но сварить суп из топора при девяти баллах — это цирковой номер на грани фола, за который в приличном обществе сразу льют Героя. Любой бачок с кашей, стоит на секунду ослабить хватку, исполняет в воздухе тройной тулуп и приземляется вверх дном на голову зазевавшегося моториста. Поэтому питаются святым духом, каменными сухарями, вяленой камбалой, выловленной прямо с пирса и светящейся по ночам от избытка реакторной тоски, да железной верой в дембель.
Иной раз шлёпать по волне до квадрата учений нужно несколько суток. Прийти, искать болванку до посинения, поймать её, а потом болтаться в этом гидродинамическом стиральном барабане и ждать очередную «Акулу», чтобы повторить процедуру. А потом ждать смену, потому что горючее уже на нуле. А если, не дай бог, крякнет изношенный дизель или сдохнут аккумуляторы на радиостанции — всё. Торпедолов превращается в слепую мишень для стихии. И будет эта скорлупка болтаться в ледяной пустыне неделю, пока не придёт буксир, а экипаж будет медленно синеть, молиться и возносить Нептуну такие многоэтажные лингвистические конструкции, которые на флоте заменяют сигналы SOS.
Есть ли подобные суда в других широтах? Буржуазная военно-морская мысль, конечно, породила суда-торпедоловы. У американцев это лощёные кораблики с гидравлическими кранами, хитрой автоматикой, климат-контролем и автоматами с кока-колой. Но только наш торпедолов способен выполнить боевую задачу, когда техника держится исключительно на синей изоленте, корабельном шаманизме и законах вопреки физике.
Поэтому, если на берегу, дорвавшись до спасительного бетона, эти рабы начинали люто, беспробудно грешить и предаваться тотальному шилопитию, местные адмиралтейские божки из штабов смотрели на это сквозь пальцы. Прощали. Потому что знали: свой личный ад эти парни уже отпахали авансом.
Начало лета восемьдесят пятого выдалось именно таким — тёплым, пьяным, богоугодным и совершенно безответственным.
В Большой Лопаткиной, у пирса, стоял торпедолов. Машина рабочая, но выживший экипаж пребывал в законной религиозной нирване. На палубе пришвартованного рядом атомохода скучали подводники, лениво переговариваясь с торпедоловцами. Среди них — белорусский годок, уверенный и до неприличия расслабленный. Из тех, кто давно постиг, что Корабельный Устав — это не скрижали Завета, а лишь сборник рекомендаций по выживанию в агрессивной среде. Духовный контакт между палубами был установлен мгновенно.
На борту торпедолова началось таинство. Спасительная влага — учебно-боевой ректификат из торпеды — была филигранно изъята, кружки пошли по кругу, разговоры потекли плавно. Не праздник, а обыденное благодатное состояние. Через полчаса экипажи вошли в ту высшую фазу просветления, когда Баренцево море кажется ласковой купелью, а суровая служба — лишь забавным недоразумением в великом замысле Творца.
И тут, словно по писаному, на пирс выруливает заправщик на ЗИЛе. Простой, грязный, как земной грех. Кинули шланги, начали принимать соляру. Всё по канону. Всё штатно.
Но флот — он ведь органически не переносит слова «штатно».
Водиле грузовика, как ближнему своему, налили. Полную кружку флотского причастия. Тот не ломался. Вкусил из чаши одним махом, утёрся замасленным рукавом ватника. Когда топливо перекачали, он сел за баранку, воткнул передачу… и тут пути Господни дали резкий крен. То ли руль повело, то ли расслабленный мозжечок, но многотонная машина плавно начала уходить с пирса прямиком в морскую пучину.
И зависла.
Передние колёса бешено вращаются в пустоте над бездной, задние мосты ещё чудом цепляются за кромку бетона. Полкорпуса висит над водой. Чуть дунь — и армейский грузовик отправится к Нептуну на вечную стоянку.
Секунда звенящей тишины.
Потом — гомерический, сбивающий с ног хохот.
Потому что все пребывали в состоянии абсолютной благодати. Никого из офицеров — жрецов высшей касты — рядом не наблюдалось. Командир торпедолова, матёрый, выдубленный ветрами мичман, должен был явиться только к девяти. Возник вакуум власти. И полный, ничем не ограниченный простор для сотворения чудес.
Годок, как истинный неформальный пастырь, первым оценил масштаб задачи:
— Заводим!
Торпедолов ожил. Глухо, тяжело заурчал дизелем, выплюнув сизый дым. Отошли, сманеврировали, подошли с другого борта, начали заводить концы, чтобы вытянуть этот многострадальный ЗИЛ обратно на путь истинный. Всё это происходило под лязг железа, хохот и команды, переведённые на язык отборных старославянских флотских идиом.
Картина, достойная кисти Иеронима Босха: утомлённая паства спасает водителя, который чуть не утопил армейскую технику, используя боевую единицу Краснознамённого флота в качестве портового тягача.
И ведь почти вытянули!
Но, как водится в самых драматичных ветхозаветных текстах, именно в этот момент на пирсе материализовался дежурный по дивизии. Настоящий карающий Архангел с повязкой «Рцы» на рукаве.
Он увидел всё и сразу.
ЗИЛ, балансирующий над водой. Торпедолов, работающий не по профилю. И прихожан, которые уже не очень понимали, где твёрдый берег, где море, а где вообще советская власть.
Выражение лица у дежурного капранга было такое, будто он только что лично узрел Содом и Гоморру в миниатюре, и теперь судорожно соображал, кому первому отрывать голову, чтобы не нарушить субординацию.
Вот тут веселье как ножом отрезало.
Инстинкт самосохранения на флоте работает быстрее скорости звука. Участники концессии не просто разбежались — они дематериализовались. Растворились в пейзаже, слились с переборками, ушли в молекулы. Потому что если сейчас инквизиция начнёт разбор полётов — на костёр отправят всех оптом, не сортируя на праведников и сочувствующих.
А дальше — обычная жизнь.
Нерпичье. Тяжёлые «Акулы» стоят отдельно, торпедоловы жмутся в своей Лопаткиной. Шестая, одиннадцатая, тридцать третья дивизии — натуральное Вавилонское столпотворение.
И снова учебные стрельбы. Снова шторм.
Ионы отстрелялись, сыто вильнули хвостами и ушли в звенящую тишину океанских глубин. А рабам на торпедолове опять разгребать кашу на поверхности.
Минёры, перед тем как загнать учебную торпеду в аппарат, естественно, её «подсушили». Святое дело — благодать слить. Вот только техника после этого перестаёт быть просто железом. Спирт — это душа торпеды. Лишённая души, она обретает на редкость скверный характер и жажду мщения.
Подлодка отстрелялась. Торпедолов вышел на поиск.
А на поверхности — те самые девять баллов. Гидродинамическое чистилище в чистом виде.
Торпедолов кидает с волны на волну, как щепку. И где-то там, в этих чёрных ледяных горах, рыщет торпеда, которая числится «учебной», но после всех манипуляций затаила кровную обиду и вполне может вернуться к тем, кто её выпустил.
И вернуться отнюдь не с благодарностью.
История знала случаи, когда такие «учебные» дуры, словно бумеранг кармы, действительно разворачивались. Наводились на шум винтов и шли назад. И если уж приходили — то били точно в борт, сминая шпангоуты. Береговые грехи всегда имеют свойство аукаться в море.
А-ля Каравашкин
А ведь благодать на базах сливали далеко не только с учебных изделий… Вот от этой мысли становилось совсем уж зябко.
Та история с зависшим ЗИЛом тогда закончилась без жертв. Грузовик втянули на бетон. Или почти втянули — за давностью лет и количеством употреблённой жидкости детали стёрлись из памяти поколений.
Но запомнился не сам грузовик. Запомнилось липкое ощущение.
Острое понимание того, что весь этот гигантский флотский механизм держится на каком-то странном, невероятно хрупком равновесии. Между суровым Уставом и банальным разгильдяйством. Между сложнейшей электроникой и непробиваемой человеческой дурью. Между твердью спасительного пирса и вечно голодной морской бездной.
И стоит чашам весов хотя бы на миллиметр накрениться — и либо машина рухнет в воду, либо торпеда вернётся назад.
И флотская статистика неумолимо подсказывает:
чаще всего случается и то, и другое одновременно.
#МатросТузов
