Томас Гоббс (1588–1679) Сочинения в двух томах. Том 1. — М., 1989
Основ философии часть третья. О гражданине (1642)
Глава V. О причинах возникновения государства
2. Законы природы в естественном состоянии молчат.
Общеизвестна истина, что на войне законы молчат. И это правильно не только в отношении гражданских законов, но и в отношении естественного закона, если имеются в виду не намерения, а действия, как об этом говорится в 27-м пункте главы 3. При этом предполагается, что это не просто война, а война всех против всех, а это и есть чисто естественное состояние; ведь даже в войне одного народа против другого народа обычно все же соблюдается некоторая мера. Поэтому в древности сложился даже определенный своеобразный способ хозяйствования, который называли ληστρικήν — жить награбленным. Этот образ жизни при сложившемся положении не противоречил закону природы и даже приносил славу тем, кто энергично следовал ему, не проявлял при этом жестокости. У них было принято, грабя все остальное, не убивать людей и не трогать пахотных быков и сельские орудия. Не следует, однако, думать, будто бы их побуждал к этому закон природы: они просто стремились добыть себе славу и избежать упрека в чрезмерной жестокости.
3. Безопасность людского существования по законам природы состоит в согласии многих лиц.
Следовательно, для сохранения мира необходимо соблюдение естественного закона; для соблюдения же естественного закона необходима безопасность и нужно знать, что может обеспечить такую безопасность. Здесь невозможно придумать ничего другого, кроме того, чтобы каждый обладал такими средствами защиты, которые бы сделали нападение одного на другого столь опасным, что оба сочли бы за лучшее для себя протянуть руку, а не поднимать ее на другого. Но прежде всего очевидно, что согласие двоих или троих отнюдь не способно обеспечить такого рода безопасность (ибо достаточно присоединиться к одной из сторон одному или нескольким людям, как ей обеспечена твердая и несомненная победа), что заставляет противника напасть первым. Таким образом, для обеспечения той безопасности, которую мы хотим получить, необходимо, чтобы число объединяющихся ради взаимопомощи было настолько велико, что увеличение числа врагов на несколько человек не имело бы существенного значения для достижения победы.
5. Почему порядок среди некоторых бессловесных животных определяется одним лишь согласием, а у людей дело обстоит иначе.
...В-третьих, животные, не обладая разумом, не видят и даже не подозревают, что могут видеть какие-то недостатки в управлении своими общими делами, среди же людей есть множество считающих себя умнее всех прочих и потому предпринимающих попытки государственных переворотов, и каждый из этих новаторов вводит свои собственные новшества, а это и ведет к раздору и гражданской войне. В-четвертых, бессловесные животные, хотя и могут голосом выражать различные свои чувства, лишены, однако, способности к членораздельной речи, которая необходима для того, чтобы возбудить в душе страсти и представить зло худшим, а добро лучшим, чем это есть в действительности.
...В-пятых, эти животные не отличают несправедливости от ущерба. Поэтому, пока им хорошо, они не винят сотоварищей. Люди же, наоборот, докучают государству, когда у них много свободного времени: ведь обычно они только тогда начинают бороться за свое общественное положение, когда одержат победу в сражении против голода и холода.
8. В единении право каждого переносится на одного.
Хотя сама по себе воля и не является свободной, а только источником свободных действий (ведь мы хотим не желать, а делать) и поэтому менее всего зависит от размышлений и соглашений, однако тот, кто подчиняет свою волю воле другого, переносит на этого другого право на свои силы и возможности, и, поскольку все остальные делают то же самое, в результате тот, кому подчинились, обладает уже такими силами, что угрозою их применения способен привести воли всех отдельных людей к единству и согласию.
10. Что такое гражданское лицо.
Хотя всякое государство есть гражданское лицо, это не значит, что и, наоборот, всякое гражданское лицо есть государство. Ибо может быть так, что некоторые граждане с разрешения государства образуют одно лицо для ведения определенных дел. Такими гражданскими лицами будут купеческие компании и многие другие объединения. Но
они не являются государствами, потому что их члены не подчинили себя целиком и полностью воле сообщества, а только в некоторых вопросах, определенных государством, так что любой из его членов имеет право предъявить иск в суде всему товариществу, тогда как гражданин не может судиться с государством. Таким образом, подобные товарищества суть гражданские лица, подчиненные государству.
Глава VI. О праве совета или одного человека, облеченного в государстве верховной властью
2. Начало государства есть право большинства, пришедшего к согласию.
Нужно, далее, принять во внимание, что каждый человек, составляющий массу, для того чтобы положить начало созданию государства, должен соглашаться с остальными, чтобы в тех вопросах, которые предлагаются кем-то на собрании, воля большинства граждан считалась бы волею их всех. Ибо иначе вообще невозможна никакая воля массы людей, интересы и желания которых столь различны и несхожи. Если же кто-нибудь не захочет согласиться, то и без него остальные тем не менее образуют государство, а результатом будет то, что государство применит свое исконное право против несогласного, то есть право войны, как против врага.
3. Каждый сохраняет право защищаться так, как он сочтет нужным, до тех пор, пока не обеспечена его безопасность.
...Прежде всего для мира необходимо, чтобы каждый был в такой степени защищен против насилия со стороны других людей, чтобы иметь возможность жить в безопасности, то есть не иметь основательной причины бояться остальных, при условии, что сам он не причинит никакой обиды другим. Впрочем, обезопасить людей от взаимного ущерба так, чтобы они были гарантированы от нападения или несправедливого убийства, невозможно, а поэтому не следует и обсуждать эту тему. Но возможно добиться того, чтобы не существовало основательной причины для страха.
4. Для обеспечения безопасности необходима власть, обладающая правом принуждения.
Для достижения этой безопасности недостаточно, чтобы каждый из тех, кто намеревается слиться в государство, договорился бы с остальными устно или письменно не убивать, не воровать и соблюдать другие подобные законы, ибо для всех очевидна порочность человеческой природы и по опыту слишком хорошо известно, сколь мало удерживает людей от нарушения их долга сознание данного обещания, если им не грозит за это наказание. Поэтому добиваться безопасности нужно не столько соглашениями, сколько наказанием, а эти меры окажутся достаточными тогда, когда будут установлены такие наказания за каждое нарушение права, что будет ясно, что его нарушение есть большее зло, чем соблюдение. Ведь все люди, следуя естественной необходимости, выбирают то, что для них очевидно является благом.
Тайная встреча в Финском заливе: как два императора попытались переиграть европейские союзы
Представьте ситуацию: главы двух крупнейших империй тайно встречаются на яхте, пьют, обнимаются, изливают друг другу душу и подписывают договор, который переворачивает всю мировую политику с ног на голову. А их собственные министры и генералы даже не подозревают, куда плывут и что вообще происходит. Что же произошло?
Летним утром 1905 года германская королевская яхта «Гогенцоллерн» направлялась в Финский залив. Никто из пассажиров, за исключением кайзера Вильгельма II, не знал о цели визита в эту отдаленную часть Балтики. Среди них были высокопоставленные лица, взять того же начальника Генштаба Мольтке-младшего или министра иностранных дел Германии Чиршки-унд-Бёгендорф. Судно вошло в бухту недалеко от рыбацкой деревушки Бьёрк (ныне Приморск), где на рейде стояла российская яхта «Полярная звезда».
- Ну что, господа, приводите в порядок парадную форму, скоро вы предстанете перед русским царем, - несколько задорно сказал кайзер.
«Никто не произнёс ни слова, мы все были словно оглушены, в помещении повисла мёртвая тишина. И никто из нас не догадывался о мотивах этого столь внезапного и таинственно обставленного визита, но все понимали колоссальное политическое значение предстоящих часов, последствий которых никто не мог бы предсказать» - вспоминал впоследствии фон Мольтке-младший.
Немецкая делегация первой нанесла визит на борт российской яхты. После чего германское судно посетил император Николай II, чтобы пообедать со своим троюродным братом и насладиться теплым июльским вечером, на которые скуп суровый балтийский климат.
Двум императорам было что обсудить и помимо досужих светских бесед, которые, однако, не были сильной стороной Вильгельма. Его бестактность, суетливость, властность, склочность и склонность давать бестолковые советы всем и вся с видом эксперта заработали для него репутацию главного «душнилы» Европы того времени. Во время англо-бурской войны 1899-1902 гг. он частенько приезжал в британское посольство в семь, а то и в шесть утра, игнорировал сонных служащих и стремительно чуть ли не бежал вверх по лестнице в спальню посла сэра Фрэнка Ласеллса. Там он укорял его в том, что посол еще дрыхнет в кровати, когда надо работать, «ведь Франция и Россия тянут меня в войну с вами из-за буров!», - восклицал он. Однажды он прислал ему письмо, «которое хорошенько Вас взбодрит, и Вы надолго забудете о теплой кровати». В нем он сообщал, что получил предложение от министра иностранных дел Российской империи Муравьева «принять участие в совместных с Францией и Россией действиях против Англии в целях принуждения к миру, а также помощи бурам». То есть, если сильно огрублять, два «хороших парня» предлагают ему побить одного «нехорошего», он вроде как соглашается, но тянет время, мнется и виляет. После этого он говорит «нехорошему» парню, что «вон те» собираются его побить и хотят его вовлечь в эту авантюру. Можно посчитать это за маневр, который заставил бы Лондон как минимум очень пристально рассматривать возможные сближения с Парижем и, тем более, с Петербургом. Но… Вильгельму просто не поверили.
Он слишком часто высказывался против Франции и России, чтобы ему можно было поверить. "Единственной целью германского императора с тех пор, как он взошел на трон, - писал глава МИД Великобритании маркиз Солсбери в 1898 году, - было втянуть нас в войну с Россией. В марте 1899 года королева Виктория предупредила царя, что Вильгельм также пытался настроить Лондон против Петербурга. Мальчик слишком часто кричал «Волки!». И по классике, когда «волки» действительно могли укусить, на мальчика просто забили. Поведение кайзера формировало соответствующий образ Германии несмотря на то, что он был далеко не главной фигурой, которая определяет политику рейха.
Теперь же «мальчик» сидел напротив своего троюродного брата – русского царя – поздней ночью на своей яхте и предлагал ему очень интересное предложение. Свидетельства этой встречи и диалога разнятся в частностях: то у Николая II чуть ли не у самого были такие же мысли, то он в один момент разрыдался и полез обнимать Вильгельма, то оба рыдали и обнимались, будучи сами в объятьях зеленого змия (что вполне вероятно – встреча была после двух «поздних завтраков») – все это не особо важно. Общее и главное здесь то, что тем июльским вечером оба императора подписали фактически соглашение о военном союзе между Германией и Российской Империей, известное в историографии как Бьёркский договор. Сам его текст небольшой, но очень примечательный.
Если смотреть в контексте 1905 года (франко-русский союз, ухудшение отношений Франции с Германией и одновременно улучшение – с Англией, русско-японская война и англо-русские противоречия, Марокканский кризис и т.д.), то договор достаточно сильно менял расклад сил в Европе, разворачивая внешнюю политику России на 180 градусов. Про цели Вильгельма более-менее понятно: Германия пыталась «выскочить» из международной изоляции (быть в союзе с враждебно друг другу настроенными и экономически слабыми Италией и Австро-Венгрией стабильности не добавляет), заключив союз с Россией и пусть даже с Францией (см. пункт IV договора), что маловероятно, но может вбить брешь в отношения Петербурга и Парижа. Одновременно с этим Германия пыталась действовать на западном направлении, обратив себе на пользу кризис в Марокко. Здесь была попытка внести раскол в Антанту Британии и Франции (спойлер: не вышло).
Но какие аргументы были у Вильгельма – инициатора этого договора, ведь именно он написал царю и попросил личной встречи - и как он их подавал Николаю? Если тезисно:
- Идет война с Японией, Россия не особо выигрывает, Токио очень активно помогает Лондон.
- Лондон дружит с Парижем, причем их союз крепнет от месяца к месяцу.
- По утверждению Вильгельма Париж снабжает Токио ресурсами (это он написал Николаю в октябре 1904 года, тогда же была его первая попытка заключить договор с Россией – теоретически такое было вполне возможно) и никак не помогает Петербургу.
- Германия же предоставляет реальную помощь России: Балтийский флот, шедший на Дальний Восток, беспрепятственно снабжался углем в том числе и с немецких морских баз.
«Дорогой брат, в твоей стране проблемы, революция идет полным ходом, война не задалась, что это за союзники, которые буквально в десна целуются с твоим врагом? - как бы говорит Вильгельм Николаю. – У тебя есть прекрасная альтернатива. Мы – немцы – друг друга не обманываем…»
Николай подписывает договор, справедливо считая, что он несет скорее антибританскую направленность, нежели антифранцузскую, тем более что Франция упоминается в договоре как сторона, которая может к нему присоединиться. Все бы ничего, подписали главы государства договор, министры должны взять под козырек и пойти исполнять. Но время уже изменилось. И эта встреча выглядела как какая-то самодеятельность, не согласованная ни с кем и не играющая никакой роли. По большей части так и было. Высшие сановники Германии, как упоминалось выше, не знали, куда они плывут. Со стороны России свою подпись ставил адмирал Бирилёв, хоть и морской министр, но чуть ли не случайно приглашенный в качестве гостя на яхту царя и некомпетентный в международных отношениях. Согласно мемуарам Витте (кстати, в то время - председатель совмина, находящийся на русско-японских переговорах, что также говорит о его неосведомленности по поводу договора), царь спросил Бирилёва, верит ли последний ему и, получив утвердительный ответ, попросил адмирала подписать бумагу. Когда морской министр ее подписывал, Николай прикрывал верхнюю часть документа рукой. Ну а министр иностранных дел Ламздорф – ярый франкофил - узнал об этом документе только спустя две недели.
В общем, когда все министры узнали, что подписал государь-император, вряд ли их радости не было предела. Все они начали уговаривать царя не ратифицировать договор. Их аргументы тоже были достаточно обоснованы:
- союз с Францией все-таки прочен, несмотря на некоторые разногласия, и Париж, благодаря союзу с Лондоном, может выступать посредником между Россией и Англией.
- союз с Германией очень сомнителен и не факт, что реализуем. Это лишь предложение Вильгельма, но вспомните его репутацию и роль в управлении Германией.
- один из самых главных аргументов – союз с Германией лишает Россию внушительных французских кредитов, на которые подсела российская экономика и более-менее неплохо себя чувствовала (по крайней мере, до начала революции 1905 года).
У Николая II была такая особенность характера: он соглашался с мнением почти каждого «просителя» и принимал решение согласно ему, поэтому в министерских спорах «победителем» выходил тот, кто последний был у императора. Что говорить о том, когда к царю чуть ли не по очереди заходили министры и «топили» за дезавуирование Бьёркского договора.
В итоге решили сдать назад. Николай II в личной переписке с Вильгельмом II стал настаивать на обязательном заключении франко-германо-русского союза для вступления в силу договора, начал тянуть время и в итоге кайзер понял, что ничего не вышло. Еще одна попытка «перезагрузки» отношений между двумя соседями (а к этому стремились оба императора) успеха не принесла. До начала Первой Мировой войны она, пожалуй, была последним серьезным стремлением если не избежать столкновений, то хотя бы возможностью переформатировать расклад внешнеполитических сил.
Список литературы:
Christopher Andrew, “Theophile Delcasse and Making of Entente Cordiale”. London, 1968.
Miranda Karter, “Three Emperors. Three Cousins, Three Empires and the Road to World War One”. London, 2009
Christopher Clark (2012). “The Sleepwalkers: How Europe Went to War in 1914”. London: Allen Lane. ISBN 978-0-7139-9942-6. LCCN 2012515665.
Michael A. Obst, “Einer nur ist Herr im Reiche. Wilhelm II als politischer Redner”. Padeborn, 2010.
Keith Neilson, “Britain and the Last Tsar. British Policy and Russia 1894-1917”. Oxford, 1995.
Хельмут Мольтке о Бьёркской встрече. 26 июля 1905 г., Швеция, Висбю, 26 июля 1905 г., https://www.doc20vek.ru/node/2216.
Barbara Tuchman. The Guns of August. — Macmillan, 1962
А.А. Хлевов, «Бьёркский договор как поворотный пункт российской внешней политики XX в.», https://cyberleninka.ru/article/n/bierkskiy-dogovor-kak-povo..., 2017.
Цифровые платформы обязаны блокировать возможность нанимать самозанятых
Что ни день, то новости. Вот и для самозанятых пришли свои новости
Минэкономразвития будет контролировать работу связки «компания-самозанятый» через платформы, например Яндекс или Авито. Ведь именно крупные компании чаще всего пользуются услугами платформ и агрегаторов, чтобы искать исполнителей среди самозанятых. При этом плательщик НПД работает полный день, соблюдает график, но платит 6% с дохода вместо 13% НДФЛ, а работодатель экономит 30% страховых взносов.
Цифровые платформы с 1 октября 2026 года будут обязаны исполнять новое постановление — технически блокировать возможность юрлицам или ИП нанимать самозанятых на платформах и агрегаторах.
Лимит времени работы с одним заказчиком
Превышение лимита в одном отдельном месяце ничего не значит — критерий рассчитывается только по совокупности шести месяцев подряд. Если самозанятый выполняет заказы через платформу для одного заказчика более 60 часов в месяц на протяжении шести месяцев подряд, такая занятость признаётся систематической.
Важный нюанс: если хотя бы в одном из этих шести месяцев отработано 60 часов или меньше, отсчёт периода начинается заново.
Последствие превышения лимита
Ограничение наложат на каждого участника связки — работодатель не сможет выложить объявление, а самозанятый — увидеть его или принять заказ. Платформа обязана приостановить выдачу и приём заказов именно в паре «этот заказчик — этот исполнитель». Ограничение действует два месяца, после чего сотрудничество можно возобновить.
При этом самозанятый сохраняет право брать заказы у других заказчиков через ту же платформу.Ограничение действует только для работы через посредническую цифровую платформу.
На прямые договоры без платформы-посредника лимит не распространяется.Во время блокировки работы с постоянным работодателем плательщик НПД может продолжить использовать эту же платформу для поиска работы, например, брать заказы у конкурентов работодателя.
Бухгалтерские, юридические и другие профессиональные услуги (код 69 ОКВЭД) в перечень не включены, поэтому на них лимит не действует.
Перешлите знакомым самозанятым, чтобы успели ознакомиться.
А то у нас слишком быстро все меняется
#самозанятые #самозанятость #самозанятый
Война с МТС
Когда внимательно ознакомился с условиями...
Мой друг недавно расстался с девушкой. Она его бросила, но причина оказалась довольно необычной.
Ещё в начале отношений она обозначила условие: если через год он не сделает ей предложение, она уйдёт. Друг согласился. Прошёл год, предложения не было - девушка ушла. Все в шоке, ждут от него действий. А он ничего не собирается делать. Я прямо спросил его, почему так, и выяснилось, что предложение он вообще делать не собирался. При этом, по его логике, никого не обманул, ему озвучили условия, он их принял. Год наслаждался отношениями, а когда они закончились, пошёл дальше.
И вот фиг знает кто из них прав, наверное оба...
Вопрос к юристам
Подскажите, а зачем в договорах попадается фраза "находясь в здравом уме и твёрдой памяти"? Если у человека фляга свистит, что ему помешает такое подписать?
















