Дружба со временем: отношения без определённости

Хорошая новость: физики до сих пор не договорились, что вообще такое время. Плохая новость: дедлайн в пятницу.

Ньютон был спокоен: время течёт равномерно и абсолютно, одинаково для всех, никого не спрашивая. Такая большая мировая река.

Эйнштейн реку испортил. Время оказалось четвёртым измерением, оно тянется у массивных тел и замедляется на скорости. Отсюда выросла идея блок-вселенной: прошлое, настоящее и будущее существуют одновременно, как кадры уже отснятой плёнки, а мы просто ползём вдоль неё с фонариком. Эйнштейн, утешая семью умершего друга, написал, что различие между прошлым и будущим — иллюзия, хоть и очень упрямая.

Квантовая гравитация идёт дальше и предполагает, что время зернистое. Есть минимальный квант — планковское время, 10⁻⁴³ секунды. Меньше не бывает, как не бывает половины пикселя.

Карло Ровелли идёт до конца и говорит: времени нет вообще. И это не поэтическая фигура речи, а следствие математики.

Основание — уравнение Уилера — Девитта, базовое уравнение квантовой гравитации. Когда физики выводят его до конца, происходит странное: параметр времени t просто исчезает из формул. Не сокращается, не прячется — его там нет. На фундаментальном уровне у Вселенной нет часов. Остаются только переменные — координаты, заряды, массы, — которые изменяются относительно друг друга, но не относительно какого-то единого потока.

Ощущение течения возникает так же, как ощущение сплошной массы у того, кто смотрит на муравейник издалека и не видит отдельных муравьёв.

Термодинамика тем временем говорит проще всех. Вселенная неумолимо стремится к хаосу: энтропия, мера беспорядка, в замкнутой системе только растёт. И именно это — единственное физическое объяснение, почему время идёт исключительно вперёд. В уравнениях механики стрелы времени нет вообще, они одинаково работают в обе стороны. А вот разбитая чашка обратно не собирается, кофе не разделяется на горячий и холодный, а порядок в квартире не восстанавливается сам. Т.е. энтропия исключительно нарастает. Прошлое — это там, где было упорядоченнее. Вот и всё направление.

Бергсон добавил, что прожитое время и время часов — разные звери. Час у стоматолога и час в хорошей компании измеряются одним прибором и совершенно разными органами.

Юнг был на стороне качества. Он считал, что момент времени обладает собственным характером, и всё, что в этот момент рождается или совершается, несёт его отпечаток. Отсюда синхронистичность — акаузальный связующий принцип, который он разрабатывал вместе с физиком Вольфгангом Паули. Ещё Юнг замечал, что бессознательное относительно свободно от времени: во сне вам двадцать лет и восемьдесят одновременно, и никого это не смущает.

А теперь про материальную реальность.

Можно сколько угодно верить в блок-вселенную, но ребёнка из садика забирают в 18:00, и вселенная в этом вопросе на редкость линейна. Дружить со временем приходится не из философских соображений, а из бытовых: оно единственный ресурс, который не докупишь ни за какие деньги.

И если ваш муж снова забыл забрать ребёнка вовремя — это, скорее всего, не раздолбайство. Просто он придерживается квантовой парадигмы: время дискретно, «между» мгновениями онтологически ничего нет, а значит опоздание на сорок минут — вопрос выбора системы отсчёта.

Проблема в том, что семья — система замкнутая. А в замкнутых системах, как известно, работает второе начало термодинамики: беспорядок нарастает, стрела времени указывает строго в одну сторону, и обратно этот вечер уже не соберётся.

Так что пусть время будет зернистым, относительным и качественным. Главное — приходить вовремя.

Жили-были три брата-порося.

Однажды они прознали о злом волке, появившемся в их землях, и решили построить себе дома, чтобы спастись от него.

Первый порось не стал долго думать: быстро смастерил хижину из соломы — дёшево, просто и быстро. Когда к нему пришёл волк, он подул на дом — солома разлетелась, и волк его сожрал.

Второй порось был умнее. Он решил не халтурить, нашёл кирпичи и мешки с цементом (хотя где именно — отдельный хороший вопрос) и построил простенький, но прочный дом. А рядом ещё разбил огородик с капустой и морковкой. Планировал со временем построить и баньку.
Когда волк пришёл к его дому, он не смог ни сдуть его, ни выбить входную дверь. Посмотрел грустно на капусту с морковкой, которые не вызывали у него никакого аппетита, вздохнул и пошёл дальше.

Третий порось был самым умным из братьев.
Ему совершенно не понравился дом второго: для кирпичного дома фундамент стоило сделать основательнее, удобный доступ в подвал не был предусмотрен (хотя сам подвал был, и его вполне можно было использовать — может, сделать кладовую или поставить там бильярд?), коммуникации сделаны наспех, цвет крыши был дурацкий, а окна спальни и вовсе не выходили на восток.

Немного похихикав над ограниченностью брата, третий порось пошёл строить свой дом. Он решил подойти к делу основательно: сделать такой дом, который понравится и ему самому, и которому братья будут завидовать. Он долго изучал разные материалы, подбирал оптимальное расположение комнат, купил несколько книг по фэн-шуй и даже записался на курсы дизайна. Дни и недели потратил он на поиск лучшего варианта, стремясь построить идеальный дом.

Когда к нему пришёл волк, третий порось стоял посреди пустого поля, в глубоких раздумьях над очередным планом.
Волк подошёл, посмотрел на план дома, кивнул и сказал:
— Классные чертежи.
Порось, не поднимая глаз, ответил:
— Спасибо.
Волк вздохнул и добавил:
— Жаль, что сроки поджимают.
И тут же сожрал его.