Со второй — никакого навоза: цветные прибрежные камешки, высохшие коряги замысловатых форм и, если повезёт, – красивая ракушка.

Первая выращивала замечательные цветы и сочные овощи.

Вторая создавала скульптурные композиции, аппликации, картины. Чуть подкрасив, подрисовав, и приклеив кусочек коры к камню – превращала мусор в произведение искусства.

Была и третья – аристократка. Вы не поверите – она тоже любила камни, часто называемые камушками, не тяжёлые, очень маленькие, но дорогие. Их стоимость превышала финансовые возможности Ивана, поэтому с ней он быстро расстался.

Четвертая – похоронила трёх мужей, из чего Иван сделал вывод, что у неё страсть к камням могильным. Вдова была активна и настойчива. Иван и не заметил, как оказался в её койке. Не то, чтобы секс Ивану не понравился, скорее понравился, но внутренний голос нашёптывал: «Ну вот, ты и попался». Доносившийся из душевой шум воды в голове вдовы уже звучал, как марш Мендельсона. Вода лилась и лилась, а ноги уносили Ивана всё дальше и дальше.

Иван пришёл к выводу: женщины всегда любят что-то собирать. Особенно камни. Правда, у всех они разные.

У Ивана камни стали вызывать агрессию и протест. Назовём это камнефобией, причём это касалось всех видов, и пород, без разбору, даже включая те, из которых выдолблены истуканы острова Пасхи (когда-то он мечтал увидеть их «живьём»).

Теперь, знакомясь с женщинами, он интересовался:

— Вы любите камни?

Ответы были самые разные:

— Только-только сбросила с плеч один, за новым, горбатиться – не тороплюсь.

— Настой шиповника – эффективное средство. Вывел из почек сразу несколько.

— Я – филолог, а не геолог. Какой «камень» вы имеете ввиду? Сборник Мандельштама «Камень» или стих Гумилёва «Камень»?

— Если вы про бриллианты, ха-ха-ха, кто же их не любит?

— Смотря какие, надгробные? Разве что у недругов. Не переживай, я сторонница кремации. Развею твой прах во вселенной.

Перспективки, скажу я вам, одна лучше другой.

«А не забить ли мне камень на всё это», — сказал Иван. И таки забил.

Возвращаясь поздно вечером со смены, он споткнулся. Правильно, это был камень. Небольшой, средний такой, о который и споткнуться-то трудно. Матюгнулся Иван. Поднял гада и швырнул из-за всех сил в темноту.

Раздался женский вскрик, а следом стук падения тела.

Иван побежал на помощь.

На асфальтовой дорожке, закрывая ладонью рану, лежала женщина. Её перепачканные кровью волосы и стоны напугали Ивана. Он вызвал скорую. Время шло, скорой не было, женщина не умирала, вселяя в Ивана надежду, что всё может обойтись двумя годами исправительной колонии, а если повезёт, то и условно.

— Вы живы? — задал Иван идиотский вопрос.

— Это вы кинули в меня камень? — полюбопытствовала жертва.

— Камень кинул я, но не в вас.

— А попали в меня.

— Попал, — согласился Иван, — случайно.

— Меня зовут Елена Прекрасная? А вас?

— Иван.

— Сказку про царевну-лягушку помните?

— Помню.

— Так вот, придётся теперь тебе Иванушка жениться на мне.

— Как в сказке?

— Да!

Повезло, — подумал Иван и женился.

Этот судьбоносный камень, валунишка с чёрными вкраплениями на зеленоватой поверхности, теперь красуется на самом видном месте в гостиной Ивановых.

А камнефобия у Ивана прошла как-то сама собой, рассосалась.

В другой день, в аналогичной ситуации, я так же сидел и играл поздним вечером и боковым зрением заметил какое-то движение в комнате, непроизвольно повернулся посмотреть — и увидел мелькнувшее белое пятно, похожее на фигуру человека. Это было очень быстро, как будто на время вспышки фотоаппарата. Как вот в ужастиках показывают призраков на фотографиях — и вот как будто мне на секунду на глаза спроецировался такой. Я шуганулся даже. Тут же ребятам в чате, с которыми играл, рассказал, что случилось. Обстебали меня знатно, конечно. Настолько, что в целом и рассказывать уже никогда о таком не хотелось, но зато и как-то само настроение выровнялось, и я сам подумал, что, наверное, просто померещилось — играть надо меньше.

Следующая ситуация — опять за компьютером. Я дома один, родители на даче. День. Ну, вообще ничего не предвещает беды. Я опять, что бы вы думали, играю в комп. (Я вот сейчас подумал, что, возможно, слишком много времени в детстве уделил этому занятию. Возможно, если бы книжки умные читал, вместо этого сейчас бы был каким-нибудь айтишником и бабки зашибал. Но нет.) Короче, играю, и прямо посреди игры с книжной полки, расположенной над столом и прикрученной к стене, на стол с грохотом падает книга. Я в ужасе подскакиваю. И прям в домашнем выбегаю на улицу. Благо лето.

Сидел на лавке несколько часов. Сидел и молча смотрел в окна своей квартиры и думал: увижу я там сейчас какую-то мутную канитель или нет. Сердечко бьётся, руки дрожат. Сижу, смотрю. Ничего не происходит… В итоге вернулся домой под вечер, кореша позвал потусить — типа с нардом не так страшно будет. Но рассказывать, конечно, никому не стал, потому что, ну, уже один раз обстебали — второго раза моё подростковое раздуто-хрупкое эго уже не выдержит.

Ещё пара недель летних каникул — и вот уже будний день. У меня с родителями постоянно были конфликты на тему того, что я по ночам играю, сам не сплю, тут шумлю, болтаю. Мне повезло, у меня была своя комната, и вот мои аргументы родителям: «Я же у себя в комнате, ну чего вы, я же даже в наушниках», — как-то худо-бедно выторговывал себе лишние 2–3 часа поиграть ночью. Но периодически кто-то из родителей всё равно ко мне заходил и гнал меня спать.

Так вот, очередная ночь. Я играю допоздна и вижу, что время уже перевалило за оговоренное — сейчас кто-то из родаков проснётся и опять мне будет «атата». Ложусь спать. Всё выключил. Лежу в кровати на боку, спиной к выходу. Дверь закрыта. Слышу: кто-то проснулся в соседней комнате. По шагам понимаю, что это отец. Слышу, как босая нога ступает по линолеуму, затем по ковру, снова по линолеуму. Шаги уходят на кухню. Но выключателем никто не щёлкает. Думаю: чего это он?

Снова шаги — обратно с кухни. Линолеум, ковёр. И вот шаги проходят мимо моей двери, замок щёлкает, и дверь открывается. Я чёт напрягся, сердечко забилось. Подумал, что батя решил проверить, лёг ли я спать. Шаги уже по моей комнате: снова линолеум, палас — прямо возле кровати остановились. И тишина. Я замер. Даже дыхание задержал. Лишь бы не спалиться, что только что лёг. Лежу и думаю: а чё это батя так долго смотрит? И не дышит. Проходит минута, вторая. Я с каждой секундой всё напряжённее и напряжённее. Я не совсем понимаю, что происходит, и поворачиваться боюсь, и дышать. Сердце уже долбится в груди, готово выпрыгнуть наружу.

И вот чувствую, как одеяло где-то в ногах, которое было вздыблено, начинает проминаться, опускаясь мне на ноги. Я тут же с вытаращенными глазами подскакиваю на кровати и, забившись в противоположный угол, с бешеным дыханием смотрю, что происходит.

А ничего не происходит. Дверь открыта. В комнате никого нет. Я один. Сижу в углу кровати, прижавшись к стенке, крепко сжимая одеяло, которое скрутил под себя в панике. Сижу и во все глаза гляжу. Так и просидел до восхода солнца, а потом и уснул, сидя. Никто из родителей за эту ночь так и не просыпался.

Этот случай был почти последним в той квартире. Но я вскоре смог сам себя убедить, что всему есть какое-нибудь логичное объяснение. Это не призрак потрогал меня за плечо — это судорога мышцы. Это не призрака я мельком увидел — это просто резко голову повернул, и искры из глаз брызнули. Это не призрак уронил книгу с полки — а я просто её как-нибудь на край положил, а во время игры как-нибудь больно дёргано себя вёл, стол бился о стену, и вибрация её обронила. А дверь и шаги — ну тут всё, скорее всего, просто. Я лежал на боку, и в таком состоянии сложно понять источники звуков. На самом деле, скорее всего, ходили соседи сверху, а дверь просто так совпало — открыл сквозняк, а моё богатое воображение достроило всё остальное под впечатлением от соответствующего кино.

Это всё так, но…

Несколько лет спустя. Я уже учусь в универе. И как-то после тусы один из моих одногруппников не смог уехать домой, так как автобусы решили, что ездить в полдесятого — это какой-то бред, и ни один из тех, что могли бы увезти моего товарища домой, так и не приехал до 11 часов. Ну и я предложил ему остаться у меня. Постелил ему в зале, сам спал у себя. И вот утром он мне говорит, что у нас в квартире спать невозможно — постоянно соседи сверху ходят, и как будто прямо над ним.

Я сказал, что просто тонкие перекрытия. Брежневка, что с неё взять. Я не стал ему говорить, что в квартире над нами уже много лет как никто не живёт. Потому что одним летом все жители умерли — почти по очереди, по одному в месяц. Я не сказал ему это потому, что боялся, что буду обстёбан опять за паранормальную канитель, которую сам выдумал. А себя я убеждаю до сих пор, что просто на самом деле в панельном доме звуки передаются не только от верхней квартиры вниз, но и по диагонали, и через этаж, так как все плиты жёстко связаны.

Вот такой вот мой опыт встречи с паранормальным.

***
От автора

Если хотите прочитать другие выдуманные и не очень истории, приглашаю на мой Author.Tuday

Подписывайтесь, ставьте плюсы, у меня накопилось не мало историй.