Надо сказать, что поиски англичанами северо-восточного прохода недалеко ушли от поисков северо-западного

В конце мая 1553 года, английская экспедиция, призванная обнаружить северо-восточный проход в Китай, разделилась на две части. Вследствие непогоды у Вардехауса (Варде) была потеряна связь с судном «Эдуард Бонавентура», (капитан Ричард Ченслер). Руководитель экспедиции сэр Хью Уиллоуби (Hugh Willoughby) на оставшихся двух судах «Бона Эсперанса» и «Бона Конфиденца» двинулся на северо-восток, однако встретив непроходимый лед в районе Новой Земли был отнесен ветром к Мурманскому берегу. Чтобы не быть выброшенными на камни, суда вынуждены были войти в губу, образуемую устьем реки Варзины (Arsina reca), вблизи острова Нокуев, что на Мурманском берегу между Териберкой и Святым Носом.
14 сентября 1553 года экспедиция встала на зимовку. Заметим, что англичане здесь появились впервые, и вся лежащая на востоке земля была для них Terra Incognita. О существовании каких-либо поселений вокруг информации не было. Вот строчки из дневника Уиллоуби «18 сентября, мы вошли в эту гавань и бросили якоря на глубине 6 сажен. Гавань эта вдается в материк приблизительно на 2 мили, а в ширину имеет пол-лиги. В ней было много тюленей и других больших рыб, а на материке мы видели медведей, больших оленей и иных странных животных и птиц, как например, диких лебедей, чаек, а также других, неизвестных нам и возбуждавших наше удивление. Пробыв в этой гавани с неделю и видя, что время года позднее и что погода установилась плохая — с морозами, снегом и градом, как будто бы дело было в середине зимы, мы решили тут зимовать. Поэтому мы послали 3 человек на Ю.-Ю.-З. посмотреть, не найдут ли они людей; они проходили три дня, но людей не нашли; после этого мы послали еще 4 человек на запад, но и они вернулись, не найдя никаких людей. Тогда мы послали 3 человек в юго-восточном направлении, которые таким же порядком вернулись, не найдя ни людей, ни какого бы то ни было жилища».
Зимовка на Мурманском берегу стала роковой для всех участников экспедиции. Зловещую картину — 63 покойника на двух судах, загруженных товарами, обнаружили, прибывшие в мае на промысел, архангельские поморы: «нашли-де они на Мурманском море два корабля: стоят на якорях в становищах, а люди на них мертвы; а товаров на них — сказали — много». После получения этого известия, по указу Ивана Грозного с Холмогор были посланы лучшие люди переписать, запечатать весь товар и вместе с телами привезти его в Холмогоры. Был обнаружен и дневник Сэра Уиллоуби, из которого выходило, что в январе он был еще жив.
От чего погибли люди? Загадка.
По свидетельству Венецианского посла от 4 ноября 1555 г. (после того, как в Англию были доставлены тела сэра Уиллогби и его товарищей) «Некоторые из умерших были найдены сидящими, с пером в руках и бумагой перед ними, другие — сидя за столом с тарелками в руках и ложками во рту, третьи — открывающими шкаф, иные — в других позах, как будто статуи, которые поставили таким образом. Так же выглядели собаки». Темная история.
У Карамзина по этому поводу находим — «…послала три корабля в океан Северный. Начальниками их были Гуг Виллоби и капитан Ченселер. Разлученные бурею, сии корабли уже не могли соединиться: два из них погибли у берегов Российской Лапландии в пристани Арцине, где Гуг Виллоби замерз со всеми людьми своими: зимою в 1554 году рыбаки Лапландские нашли его мертвого, сидящего в шалаше за своим журналом.»

Так от чего же произошла столь массовая гибель людей? Рассмотрим несколько версий их гибели:
1. Холод. Деревянные суда, как потенциальные источники топлива были в порядке, а на кораблях имелись запасы одежды, а также груз шерстяных тканей.
2. Голод. Продуктов было запасено на 18 месяцев. Даже если часть из них испортилась, то должны были остаться значительные запасы сухарей или муки. Кроме того, вместе с командой были найдены собаки. Если бы люди голодали, они съели бы их.
3. Цинга. В стандартный набор провизии для моряков в XVI в. входили вяленое мясо, рыба, сухари, пиво, вино, масло. Такой рацион мог вызвать симптомы цинги через 4-6 месяцев с начала зимовки. Первые симптомы заболевания — слабость, головокружение и мышечная боль — могли появиться, но ни один из них не умер до рокового дня, так как англичане не упоминают о каких-либо погребениях на месте стоянки кораблей.
4. Отравление свинцом. Однако, отравление - это болезнь, следовательно, медленная смерть: понос, рвота и гибель одного за другим, в зависимости от выносливости организма. Умерших должны были хоронить (как в экспедиции Д. Франклина), однако этого не было.
Подведем итог: ни одна из приведенных версий не выдерживает критики.
Поскольку все моряки были найдены в помещении судна (судов), то можно предположить, что причиной их одновременной смерти могла стать какая-то быстрая катастрофа.
По свидетельству летописцев тела были доставлены в Англию. Современники посчитали, что они умерли от холода. От какого-то "суперхолода", который заморозил моряков в считанные секунды. Но загадка оставалась…

Спустя триста лет, в XIX веке, появилась более правдоподобная версия. Было высказано предположение, что экипаж мог погибнуть отравления угарным газом, возникшего в результате неудачной реализации решения утеплить свое судно и заблокировать дымоход печи, чтобы бороться с арктическим холодом
Угарный газ образуется, когда углям не хватает кислорода для полноценного окисления, тогда вместо углекислого газа начинает образовываться угарный. Можно предположить, что для экономии тепла весь экипаж сосредоточился на одном судне, в борьбе с холодом законопатили все отверстия и щели в корпусе, а после манипуляций с утеплением печи и дымохода угар заполнил жилые помещения, вследствие чего люди погибли или впали в кому, затем наступивший холод завершил дело. Вполне правдоподобно. Остается вопрос; а как ведут себя в таких случаях собаки?
По свидетельству врачей, наблюдаются отравления как людей, так и собак угарным газом. Угарный газ не имеет запаха, а, следовательно, собачий нос тут бесполезен.

Вариант угара, на сегодняшний день самый близкий к истине, при условии, что все экипажи находились на одном судне (что скорее всего).
По иронии судьбы, рядом с местом гибели экспедиции находится крохотный островок со странным для этих мест названием — "Китай". Вспомним, что экспедиция ставила своей целью найти северо-восточный проход в… Китай.

Впоследствии Иван Грозный приказал закрепить корабли и переправить их в Белое море, чтобы они ожидали возвращения англичанам. Только в 1556 году в Россию были отправлены команды, чтобы отправить корабли обратно в Лондон. Утверждалось, что тело Уиллоуби было помещено на борт для транспортировки домой. Покинув Св. Николая 20 июля 1556 года, оба корабля добрались до западного побережья Норвегии, где они столкнулись со штормом, который потопил их оба. Журнал Уиллоуби благополучно вернулся в Англию на другом судне

P.S. Третье судно «Эдуард Благое предприятие» благополучно дошло до Белого моря, его капитан Ричард Ченслор отправился в Москву встретился с Иваном Грозным, после чего были впервые установлены торгово-дипломатические отношения с Англией

Володя Смирнов был очень большим любителем рыбной ловли, причём до той самой степени, когда хобби переходит в нечто большее. Поэтому и получил в 1988 году полгода работ на «химии» за браконьерство. «Химией» в те времена называли тот вид принудительных работ, когда человек должен был отработать свой срок на определённом государством предприятии, отдавая половину заработанной платы этому самому государству. Ну а поскольку Смирнов был трактористом, то и направили его трудиться водителем вездехода в Новодвинскую геофизическую экспедицию. В экспедиции Володе понравилось, тем более что теперь он мог ловить рыбу сколько угодно – геологам в те времена разрешение на лов рыбы сетями давали без проблем. Так что, отработав положенные полгода, он так и остался в геофизике.

Мне он всегда напоминал былинного богатыря, какими их изображали в старых советских фильмах: такой же светловолосый, кудрявобородый и при этом не какой-нибудь перекачанный культурист, а просто крепкий и жилистый мужик.

А ещё он был очень-очень сильный. Со своей любимой присказкой: «Мужики! Так ведь это же железо!» – он в одиночку умудрялся перекидывать 200-литровые бочки с бензином или таскать гусеницу от ГАЗ-71, а это, на минуточку, больше 350 килограмм!

***

Летом 1992 года всю Новодвинскую геофизическую экспедицию потрясла новость: Зимнебережняя партия собирается на Новую Землю!

— Вот же везёт, чертям! – говорили одни, - Денег заработают! Там же полярка, да плюс северный коэффициент - 2.0. Вообще можно не работать, только на окладе сидеть!

— И радиации хапнуть полные штаны! – возражали другие. – Нафиг такие деньги, если здоровья не будет.

— Да ещё белые медведи. Ну его нахрен - такое счастье! – добавляли третьи. Хотя так же, как и первые и вторые, втайне завидовали зимнебережцам. Всё же попасть в то время на Новую Землю было практически нереально: тут вам и удалённость от жилых мест, и повышенная секретность с погранзонами, да и просто - Арктика. Место непредсказуемое и опасное.

Первым рейсом на Новую Землю закинули бочки с топливом и Смирнова в качестве сторожа.

— Скоро будем! – пообещал ему начальник. – Следующим рейсом завезём и продукты, и народ. Не скучай.

Вот только следующий рейс случился через неделю: сначала на три дня испортилась погода, а затем военные закрыли небо на несколько дней то ли на учения, то ли ещё по какой-то своей военной причине. И всё это время Володя Смирнов «не скучал» в гордом одиночестве на берегу Баренцева моря. Без продуктов, палатки и, что самое плохое, рации. Сидеть целыми днями посреди тундры в окружении бочек, да ещё и в полной неизвестности – задачка не для слабонервных! А может там война на Большой земле и всех поубивали, или ещё какая катастрофа и никто не прилетит? Хорошо сейчас с радиотелефонами и сотовой связью… Хотя на Новой Земле скорее всего до сих пор никакой связи нет. Ну вот не с кем там связываться.

Из бочек и куска брезента Смирнов соорудил что-то вроде дома с брезентовой крышей и жестяными стенками. Дом получился неказистый, вонючий, но от ветра и комаров всё-таки спасал. Свой рюкзак он набил мхом и использовал вместо матраса. В первые два дня питался консервами, прихваченными из дома (всё же не первый раз в поле человек), а потом, чтобы не помереть от голода, стал ходить рыбачить по вечерам к ближайшему заливу. Удочку заядлый рыболов таскал с собой всегда и везде. А из консервной банки, лески и блесны соорудил себе браконьерку – простейший спиннинг, которым пользуются там, где спиннингом пользоваться не разрешается.

Пойманную рыбу Володя жарил на костре из плавника (брёвен, вынесенных морем из рек и занесённых аж на Новую Землю), в обилии валяющегося на побережье, а вместо чая заваривал в кружке прошлогоднюю клюкву и бруснику. И мечтал о настоящем чае хлебе и соли, которых у него с собой, естественно, не было. Ну не рассчитывал он на такое долгое сидение в одиночестве!

Но самое страшное, как рассказывал потом Володя, случилось через три дня – у него закончились сигареты, а вот остаться без курева для заядлого курильщика – очень сильное испытание.  Он, конечно, пытался курить мох и траву, но они даже близко не могли заменить ему табак.

Самое тяжёлое в робинзонстве – скука. Сидеть целыми днями возле бочек, не имея возможности далеко отойти, неимоверно тоскливо. А заняться-то особо нечем: пару книжек, которые Володя прихватил с собой из дома, он прочёл буквально в первые же дни, после чего наступило полное ничегонеделанье. Далеко от вертолётной площадки отойти он боялся, да и что там делать, в тундре-то? Ягод ещё нет, грибов тоже. Рыбу тоже побоялся много ловить, чтобы не дай бог не привлечь к себе белых медведей: один раз он заметил вдали такого соседа, после чего отбросил идею с заготовкой вяленой рыбы. Так и сидел целыми днями возле дома из бочек на притащенном с берега бревне, покрывая замысловатой резьбой бревно, пользуясь ножом и заточенной об камень отвёрткой. Что-что, а резать по дереву он умел неплохо и в своё время научил этому делу и меня.

А в далёком Новодвинске в это время сходил с ума начальник Зимнебережней партии – его работник где-то у чёрта на куличках, а он никак не может до него добраться! Ни еды, ни жилья, ни возможности связаться. Жив-ли он там, здоров-ли? Но вот, наконец дали долгожданное «Добро!» на вылет. Весь полёт начальник сидел как на иголках, мысленно подгоняя лётчиков. В его мыслях уже рисовался обглоданный песцами и медведями труп, лежащий возле раскиданных бочек с соляркой и бензином, а где-то вдалеке уже слышалось: «Встать! Суд идёт!»

Но вот вертолёт приземлился на площадке, открылась дверь и в неё протиснулся прокопчённая и неимоверно радостная морда Вовки Смирнова. И первой его фразой была: «Мужики! Закурить не найдётся!»

***

Я тоже чуть было не уехал на Новую Землю вместо геофизика, решившего уволится из Зимнебережней партии. Правда этот товарищ очень быстро расхотел увольняться, к моему глубокому сожалению, как только услышал про Новую Землю. А я с ещё одним геофизиком отправился в Саратов обучаться на оператора сейсмостанции. Там нам тоже пришлось выживать, но это уже совсем другая история...

***

Ну вот, написана очередная история из моей жизни. Пишите, критикуйте, спрашивайте - мы с вами прекрасно общаемся в комментариях!

Ненецкий художник Тыко Вылка или, на русский манер, Илья Константинович Вылка (1886-1960 гг.)

Смотрит зритель и видит: самобытность, честность, целостность и глубина сюжета, глубоко прочувствованные художником образы, в которых отчётливо ощущается движение жизни. Смотрит искусствовед и видит: примитивный рисунок, схематичность и проблемы с анатомией, лубочная наивность.

И тот и другой правы, и пусть мнение второго может показаться не особенно-то положительным, оно не мешает быть художнику востребованным и даже легендарным! Сегодня познакомимся с ненецким художником, уроженцем острова Новая Земля и человеком любопытнейшей судьбы. Тыко Вылка прожил 74 года наполненных событиями, которым позавидовали бы самые активные искатели приключений!

Какова вероятность того, что на архипелаге Новая Земля родится человек с тягой к изобразительному искусству - в условиях бесконечно долгой, свирепой зимы на просторах бескрайней тундры настоящего Заполярья, когда ещё не было никаких современных приспособлений для упрощения жизни, не было всемирной паутины для связи с кем угодно и где угодно? Вероятность эта стремится к нулю.

Тыко Вылка родился в простой ненцкой семье оленеводов, а у ненцев, как вы понимаете, в культурной традиции живописи вообще нет. Как же будующий художник мог с ней познакомиться? Через со временем всё упрочающиеся связи с большой землёй и через торговлю, конечно. Постепенно пришли времена, когда в ненецких чумах стали появляться журналы и книги, на страницах которых маленький Тыко Вылка и смог впервые увидеть иллюстрации, пробудившие интерес к зрительному образу.

Первым художником, которого встретил Тыко Вылка, был Александр Борисов (кстати, самый изветный из художников, работавших с северной тематикой), прибывший на Новую Землю в 1896 году. Борисов, а позднее и другие путешественники, поощряли молодого ненца в его занятиях рисованием, снабжали бумагой, красками и карандашами. А Новая Земля, как её писал Тыко Вылка, предстает перед нами прекрасным островом, богатым зверем и рыбой, где на просторе живут меткие охотники, удачливые рыбаки, где много всяческих красот и нет места бедам и страданиям. Щедро делясь со зрителями бесчисленными достоинствами острова, Тыко Вылка старательно и вдохновенно перечисляет их: любовно пишет цветущий берег Карской стороны, белых медведей, моржа на льдине, пушистых ненецких лаек.

Об этом удивительном художнике можно рассказать ещё очень много. Например, он был первым и единственным президентом Новой Земли и дружил с Владимиром Александровичем Русановым - исследователем Северного морского пути, чья экспедиция трагически погибла в арктических льдах, именно к этой экспедиции Тыко Вылка не смог присоединиться в качестве провожатого из-за семейных обстоятельств, а если бы смог - кто знает, чем всё закончилось бы. Но это уже совсем другая история.

«Баренцево море. Полуостров Адмиралтейства», 1950-е

«Северное сияние», 1950-е

"Мыс дровяной", 1950-е

"Незнаемый залив. Льды в Карском море", 1959

"На промысле. За тюленем", 1959

"Владимир Русанов", 1958

Тестовые запуски подводного аппарата возле мыса Желания были сопряжены с лазанием по горам. Налегке это сделать несложно, а вот когда тащишь аппарат и прилагающееся оборудование, становится не до шуток.

Комплект для подводного аппарата выглядит примерно так, но на мысе Желания пришлось оставить кейс сверху и нести содержимое к берегу на руках, разделив на несколько человек, так как кейс мы не смогли бы безопасно спустить.

В будущем планируем значительно уменьшить количество оборудования до объёма туристического рюкзака для полевых вылазок. Ну и напоследок моя фотография с аппаратом на новоземельском галечном пляже.