https://www.instagram.com/p/DLG_gDti_1S/?igsh=czY0N3c4Znhya2...

Чжан Сяомань: моя мама уборщица

"Они проживают день за днем, стараясь делать так, чтоб не настучали по башке и чтоб ноги не стерлись. Они не чувствуют почвы под ногами. О социальных гарантиях нет и речи.“ (с)


Продолжаю знакомство с азиатскими авторами. На этот раз на повестке дня книга китаянки, родившейся и живущей в современном Китае. Книга от 2023 года, так что описываемые в ней реалии вполне актуальны. По жанру это скорее социальное исследование, с погружением в среду.
Об авторе: Чжан Сяомань "белый воротничок". Живет и работает в Китае, в городе Шэньчжэне.
Родилась и росла в глухой горной деревне. Родители - крестьяне, в силу жизненных обстоятельств не закончившие даже школу, но положившие жизнь и здоровье, чтобы дать детям достойное образование. Эта книга - попытка отдать должное их усилиям, и рассказать о людях, которые всегда остаются за кадром внимания - чернорабочих, поденщиках, уборщиках..

“Когда растили детей, думали: дети вырастут – и будет лучше.
Когда дети выросли, думали: дети поступят в университеты – и будет лучше.
Когда дети поступили в университеты, думали: дети найдут хорошую работу – и будет лучше.
На самом деле время «работы» у матери не закончилось. Особенно если учесть, что сын еще не женат, а у дочери нет детей.
– Дело до конца не сделано. Только с детьми человек обретает мир и покой.“ (с)

1971 год. СССР. Отец в 8 классе. Обычный восьмиклассник, даже не отличник. Посылают отдыхать в Крым, в Артек. Там учат люди со званием не ниже Заслуженного Учителя УССР.
2007 год. РФ. Я в 8 классе. Целую четверть не преподают физику. Не могут найти учителя.

1978 год. СССР. Отец заканчивает военное училище, отправляют служить в Приморский край. Жалованье - 220 рублей.
2019 год. РФ. Я. Заканчиваю институт. Отправляюсь назад пахать как папа Карло на 112 за 15 000 рублей и далее нахуй.

1986 год. СССР. У отца первая круглая дата - 30 лет. Позади два года Афгана. Если не почет и уважение, то хотя бы понятные и четкие карьерные перспективы.
2022 год. РФ. Мне 30 лет. У меня 4 года собственной беззвучной войны на 112. Ноль денег. Ноль перспектив. Пинок под жопу.

1991 год. СССР. У отца 12 реальных лет выслуги и столько же лет брака. Жалованье - под 500 рублей Денежных накоплений - на кооперативную квартиру или новую машину. Запросто на вазовскую девятку хватало.
2026 год. РФ. Я. Шесть лет стажа реального. Зарплата - ноль. Накоплений - ноль целых хер десятых. Про семью даже думать не приходится.

2001 год. РФ. Отец. Покупает двухкомнатную квартиру для обмена нашей однокомнатной на трешку. За 95 000 рублей.
2026 год. РФ. Я. ...............................................................................................................................................


Что-то мне кажется, куда-то мы. как общество - не туда вечно поворачиваем на перекрестках истории....

Миллионы лет эволюция скрупулёзно ковала человека как безупречную машину по утилизации чистых калорий. Наш волосатый пращур бегал по тундре за настоящим, брызжущим кровью мамонтом не ради эстетического катарсиса, а ради спасительного жира, который помог бы его геному дожить до следующей пятницы. Высшим кулинарным достижением палеолита была горсть диких, слегка подгнивших ягод, сожранная наперегонки с пещерным медведем и червями. Цель была проста и естественна — банальное биологическое выживание.

И вот, спустя тысячелетия кровавой борьбы за углеводы, венец творения в лице томной молодой особы сидит в кондитерском бутике эпохи постмодерна. Перед ней на тарелке возлежит не еда, а произведение искусства — сложносочинённый десерт, напечатанный на кондитерском 3D‑принтере по сложнейшей математической формуле. Поверхность этого муссового фрактала украшена молекулярным кружевом, а белая глазурь отливает голографическим сиянием за счёт дифракционной решётки, нанесённой лазером на шоколад. Девица долго разглядывает эту геометрическую безупречность, делает глубокий вздох и с лёгким экзистенциальным надрывом шепчет: «Текстура мангового конфи недостаточно концептуальна, в ней нет трагизма».

Человечество превратило банальный метаболизм в оккультный ритуал, а ужин — в акт легализованного вандализма. Повара-кондитеры создают шедевры, тратя часы на вымеривание молекулярных цепочек и создание 3D-фактурных текстур лишь для того, чтобы очередная искательница хайпа пришла и с хрустом разрушила эту выверенную чуть ли не до молекул систему безжалостной десертной ложкой, превращая «Микеланджело» из белого шоколада в банальный пищевой комок ради жалкой горсти молекул АТФ и лайков в «тиктоках». Это великое эстетическое лицемерие — маскировать первобытный животный инстинкт пожирания под светский раут, делая вид, будто мы охотимся за смыслами, хотя на самом деле мы всё так же, как и десять тысяч лет назад, просто хотим набить свой урчащий желудок…

Петрович, косо глядя на экран смартфона, приподнял бровь. Заметив там в потоке очередное хвастовство вычурными десертами от гламурной дивы, он перестал жевать свой жареный на старой сковородке окорочок. На дисплее сияла безупречная геометрическая сфера из молекулярного мусса, политая глянцевой глазурью, которую девица кокетливо ковыряла серебряной ложечкой.

«Фракталы они там жрут, альтушки комнатные», — ворчливо подумал Петрович, отправляя в рот очередной сочный кусок жареной курицы. В его мире мамонты давно вымерли, но инстинкт безошибочно подсказывал: пока юные блогеры уничтожают ложками произведения искусства, мир держится на тех, кто умеет просто и качественно пожарить мясо. Он решительно смахнул ленту новостей, выключил экран и с искренним первобытным удовольствием вонзил зубы в румяную корочку.