Холодный осенний ветер задувал опавшие листья во внутренний двор крепости, мешал расставлять палатки прибывающим войскам. Янтарно-золотистые листья неслись сильными порывами из густого леса у подножья холма, который опоясывали высокие каменные стены. Небо заволокло темно-серыми тучами. Вот-вот должен был начаться дождь. В самой высокой башне центральной цитадели горел необычно яркий для этого места свет.
Посланник Император и защитник империи рыцарь Риллан сидел за большим дубовым столом, склонившись над десятками книг и свитков, разложенных по столешнице. Вокруг него на полу стояли стопки уже отсмотренных материалов, а вдоль стен башни стояли стеллажи, на которых уместились еще сотни сохранных редких работ. Искать ответы приходилось в спешке. Многое отбраковывалось еще до попадания на стол. Но работы всё равно было слишком много для одного.
— Мой Лорд, позвольте отвлечь вас, — из-за колонны показался Квартирмейстер Дройл. — Последний обоз зашел на территорию крепости. Воины и слуги начинают занимать казармы. Но места мало и многим приходится размещаться в палатках во дворе.
— Я рассчитываю, что мы тут не надолго, — рыцарь не отрывался от свитков, время от времени он потирал ноющие виски, но работу не прекращал.
— Запасы провизии тоже скудны, крепость не была рассчитана на столь большой гарнизон.
— Мне, что нужно вас учить делать вашу работу, — Риллан удостоил квартирмейстера тяжелым взглядом. — Отправьте людей в ближайшие села. У нас грамота от Императора, они должны оказать всю посильную помощь.
— Я еще с прибытия этим озаботился, — Дройл ненадолго прервался, сомневаясь, стоит ли об этом говорить. — Местное население и так живет не богато, а с приходом таких неспокойных времен...
— Все равно, — рыцарь безразлично махнул рукой. — На кону жизни всех подданных империи. Действуйте, что надо - применяйте силу.
— Слушаюсь, мой Лорд!
— Лучше скажите, вы отправили гонцов и голубей, как я велел?
— Да, мой Лорд.
— Кто-нибудь откликнулся?
—Пока нет, — квартирмейстер смиренно опустил голову, сложив руки в замок перед собой. — Прошло еще слишком мало времени. Но так же, правители уделов провинции ответили на ваше послание трёхдневной давности. Три сотни детей уже собираю и скоро…
Продолжать разговор было бессмысленно. Дройл видел, что его Лорд полностью погружен в изучение книг и манускриптов. По этому решил не тревожить его, а развернувшись на каблуках покинул библиотеку. В это время к столу подошел Хранитель знаний - древний скрюченный старик, он шел мелкими шагами, почти не отрывая ног от пола. В руках была очередная стопка старых книг.
— Господин, вот еще книги по интересующей вас проблеме, — голос скрипучий, как песок, бегающие маленькие глазки и редкие седые волосы.
Рыцарь даже не взглянул на старика, а продолжил поиски. Большая часть книг и свитков касались Печати только косвенно. В некоторых ее существование ставилось под сомнение. Два документа, изданные с разницей в пятьдесят лет, за подписями Императоров Гриоса Третьего и Алигона Великолепного, приказывали не верить в слухи о существовании Печати и Разлома. Но ничего, что могло бы хоть немного приблизить разгадку, пока не попадалось.
— А это здесь откуда? — Рыцарь раскрыл книгу с названием «Первое Желание» под авторством Онджея Сапока. Пролистал первые страницы: борьба со злом, изготовление и употребоение снадобий запрещённых инквизицией, романтизация охоты на порождения Хаоса, нейтралитет.
— Я же просил не приносить небылицы и сказки, — крикнул он в след уходящему хранителю и отложил книгу в сторону.
Далее ему попались бронзовые таблички с выгравированными древними символами. Язык был относительно понятен, но тут отсутствовало хоть какое-то разделение слов. Они шли непрерывным потоком. Рыцарь сморщил лоб, пытаясь понять написанное:
«НичтоНеМожетРазделитьНичтоНеМожетСохранитьНичтоНеМожетЗатмитьЕгоИмяЕгоТаленЕгоТелоСтальЕгоСердцеКаменьВстаньПередНимНаКолениНазовиЕгоИмяСлужиЕмуВедьНичтоНеМожетРазделитьНичтоНеМожетСохранить...»
Риллан потер глаза, разболевшиеся от чтения мелких букв, пролистал все шесть бронзовых листов, скрепленных проволокой. Текст повторялся на каждом, сопровождаясь различными знаками. Он отказался от попыток вникнуть в текст и отложил увесистую книгу подальше.
Следующий свиток просто рассыпался в руках, при попытке его развернуть. Чернила давно пожрала плесень, а пергамент много раз намокал и высыхал. Неотапливаемая столетиями башня не самое лучшее место для хранения книг. Когда-то это крепость создавалась как оплот борьбы с Хаосом, а после победы стало еще и хранилищем знаний о нем. Но прошли сначала годы, потом десятилетия, потом века. Сменялись императоры, коменданты гарнизона, хранителя библиотеки. По землям империи прокатывались войны, голод, болезни, но крепость всегда была в стороне. Цитадель, башни и стены, сложенные из красного камня, ждали своего часа. Ждали, когда придут те, кто встанет на пути зла. И вот этот день настал...
— Но пришли не все, — вслух сказал Рыцарь, раздумывая над очередными записями. Буквы начинали плясать на бумаге - пламя в масляной лампе начало дергаться, скоро придется менять.
За узким окном солнце клонилось к закату. Работы еще предстояло много. Чудовищно много. А сколько оставалось времени? На это вопрос никто не смог бы ответить. Знамения приходили из всех концов необъятной империи. В западных провинциях массовый мор скота и пожары на торфяных болотах. На юге не свойственные сезону сильные ветра, приносящие горы песка и высушивающие озера. Восточные провинции жалуются на нашествие мух - в городах днем не видно солнца из-за туч насекомых. А на севере... на севере империи отмечалось необычное спокойствие и хороший урожай, хотя обычно все самое паскудное случалось именно там. Это и пугало больше всего.
— Мой Лорд! Мой Лорд!
Со стороны винтовой лестницы послышался хриплый голос и тяжелые шаги. Рыцарь сразу понял, что бежит начальник местного гарнизона. После прибытия в крепость от этого разжиревшего бородача, ничего кроме жалоб не поступало, поэтому на лице Рыцаря заранее появилась презрительная ухмылка. Но в это раз жирдяй пришел не с жалобой.
— Мой Лорд! Она прибыла, прибыла! — от долгого подъема у него сбилось дыхание и пот струился по пухлому лицу.
— Отдышитесь и скажите, кто именно прибыла, — властным тоном сказал Риллан.
— На наш призыв отозвались, мой Лорд, — за спиной коменданта Кригела стоял квартирмейстер, он был явно не доволен, что жирная туша полностью перегородила узкий проход, но старался этого не показывать. — На наш призыв отозвались!
— Наконец-то, осточертело одному копаться в этой рухляди, — Рыцарь поднялся на ноги, разминая затекшую спину. Он был на полторы головы обоих собеседников, поэтому уставился на них сверху вниз. — Кто же прибыл? Эльфы? Гномы?
— Ведьма с Чёрных болот, — мрачно ответил Дройл.
Рыцарь в задумчивости спустился по винтовой лестнице на первый этаж цитадели. Слуги тут же начали подносить части его боевой брони - шлем, панцирь, поножи, латные перчатки. Он лишь отмахнулся от них. Застегнул пояс с ножнами и принял из рук оруженосца, начищенный до блеска меч. Три локтя серебристой стали. Украшенный древними рунами клинок. Шершавый материал рукоятки привычно впился в руку. Это придавало уверенности. Опустил меч в ножны и вышел во внутренний двор.
От ворот тянулась небольшая процессия из двух телег, груженных различными мешками и тюками, и одного крытого деревом фургона. В них были запряжены крупные кони тяжеловозы. В фургоне по центру находилась ведьма. Она сидела на краю, свесив ноги с борта. Вся замотана в какие-то тряпки и укрыта одеялами. Из под вороха были видны только две тоненькие девичьи ножки, круглая лысая голова и скрюченная постоянно подергивающаяся левая рука. Крупные черные глаза непрерывно смотрели на Риллана, а на лице застыла загадочная улыбка.
— Приветствую в Последнем оплоте, — громогласно произнес рыцарь. — Я рыцарь Риллан, хранитель дневного Обета, защитник империи. Благодарю, что откликнулась на мой зов.
Ведьма молчала. Левая рука, торчащая из тряпья, начала сильнее дергаться, а голые тонкие ножки задрожали. Рыцарь наклонился к своему квартирмейстеру и прошептал:
— Напомни, сколько добиться от Черных болот до этой крепости?
— Три месяца, мой Лорд, — так же тихо ответил Дройл.
— Два месяца, одна неделя и четыре дня непрерывной езды, — подала голос ведьма. Она говорила тихо, но её слышали хорошо в любой части крепости. — Подойди ближе Риллан, сын Малраса Гневного, внук Кролера Шестипалого, правнук Дрогена Рыжего.
Риллан постарался сохранить невозмутимый вид, остался молча смотреть на ведьму. Несколько мгновений во всей крепости воцарилась звенящая тишина, которую все же нарушили шаги спускающегося рыцаря.
— Известно ли тебе, где находится Печать, — спросил Риллан, остановившись перед фургоном ведьмы. Когда он приблизился, в ноздри ударил резкий запах мускуса.
— Да
— Так скажи, где она? Мир на грани катастрофы!
— Не каждый сможет к ней прикоснуться, не каждый сможет заплатить за это свою цену, — ведьма перестала улыбаться, а левая рука прекратила хаотичные подергивания и указа длинным кривым пальцем на рыцаря. — Твоя цена не велика и не мала. Всего лишь три сотни бьющихся маленьких сердец!
Рыцарь отпрянул как от огня. Он помнил эти слова. Они упоминались в нескольких книгах. Осознание о чем говорит старуха холодным клинком прошлось по спине, заставив сердце начать биться о грудную клетку. Сам того не осознавая он выхватил меч из ножен, размахнулся и нанес удар. Остро наточенный клинок разрубил крышу и перекрытия фургона, разрезал как масло доски задней стенки и контролируемо остановился над самой головой ведьмы.
— Этим мечем мои предки срази сотни тварей пострашнее тебя. Ты уверена, что хочешь так разговаривать со мной? Я и тебя могу так же разрубить!
— На кону жизни всех подданных империи, — ведьма повторила его фразу сказанную не так давно и продолжила сидеть, всё так же невозмутимо. — Мы оба знаем, что как только ты вступил на эту тропу, обратной дороги нет. И цена была тебе известна еще с рождения.
Меч в руках налился свинцом. Тяжесть навалилась на плечи. В глазах потемнело. Усилием воли Риллан заставил себя вытащить засевший в досках меч. Развернулся, поднялся по ступеням к воротам цитадели. Там его встретил взволнованный начальник гарнизона и квартирмейстер.
— Мой Лорд, караваны с детьми прибудут через два дня, — сухо сказал Дройл.
— Знаю, мой старый друг, — рыцарь прошел мимо них, ссутулившись и прикрыв глаза от усталости. — Скажи ведьме – пусть ждет за воротами крепости.
