"Меня зовут Одновский Андрей Михайлович. Мне 27 лет. Я родился первого июля тысяча девятьсот девяносто девятого года. Живу в городе Карбоногорске, на улице Каменноугольной..."- на чистом русском языке объяснил гражданин Китая. Я не верил своим глазам и ушам. Как это вообще возможно?

"Всего известно сто десять таких случаев в США, Канаде, Китае, Японии, Южной Корее, Германии, Бразилии, Франции, Беларуси и других странах."- отчеканил новостной ведущий.

"Кто же такой этот Андрей Одновский? На этот вопрос попытается ответить Олег Непонятский- известный астролог, медиум, френолог, алхимик, некромант, филомант и мантоном. Олег Непонятский, скажите, кто такой Андрей Одновский?"- спросил ведущий Олега Непонятского.

"Не хочу Вас пугать, но все потерпевшие утверждают, что они родились в июне тысяча девятьсот девяносто девятого года. А помните, что говорил Нострадамус? Он говорил, что в это время придёт Великий Король ужаса! Следовательно, Андрей Одновский- Великий Король ужаса, который опоздал с апокалипсисом на двадцать семь лет! Это наказание за наши грехи! Особенно за грехи Запада... Но не волнуйтесь! Мы попадём в Рай, а они просто сдохнут! Ну, наверное, я так думаю. Точно не знаю."- закончил Олег Непонятский.

"Спасибо, Олег Непонятский! Ну, а далее в нашей программе: "стали известны подробности жизни настоящего пикабушника с 49,5 см.""- закончил телеведущий.

Меня затрясло так, что я пролил чай. Пришлось вытирать. М-да, до чего же странная ситуация! Ещё было непонятно: нужно ли мне удивляться выступлению какого-то шарлатана на федеральном канале, или нет?

Ладно, размышлять можно бесконечно, но домашние дела сами себя не сделают.

Пока я занимался уборкой, во входную дверь постучали около десяти раз. Во время готовки борща в дверь позвонили, кажется, пять раз. Я, конечно, не открывал. Утренние новости заставили меня сильно потревожиться!

В шесть часов вечера я снова включил новости, которые только добавили тревоги. Во-первых, "Андреи Одновские" объявились в Москве, и их количество во всём мире перевалило за пятьсот. Во-вторых, был составлен... Мой фоторобот. Теперь широкой общественности известно моё лицо. Я в международном розыске.

Ночью я так и не уснул. Продумывал, как сбежать, если полиция решит задержать меня, и как залечь на дно.

Но мой план совершенно не пригодился, потому что утром нагрянул СОБР. Я даже понять ничего не успел. Меня отвезли в какое-то неизвестное место. Меня долго допрашивали. Правда, толку от этого мало. Да и откуда мне знать причины этого загадочного явления? Поэтому за мной просто установили круглосуточное наблюдение. Как будто я какой-то опасный преступник. Но на самом деле я ничего не сделал!

Хотя, я должен сказать властям спасибо, что они не устранили меня ещё в то солнечное воскресенье.

Тем временем, наступила пятница, двадцать четвёртое июля. Число "Андреев Одновских" возросло по всему миру до пяти тысяч и останавливаться на этом точно не собирается. Теперь люди, считающие себя Андреями Одновскими, были в каждой стране. Население в панике. Правительства не знают, что с этим всем делать. И я не знаю, что делать мне. В мире происходит, по мнению "аналитиков", очередной конец света; меня не пускают на работу, да и свободы лишили.

Кстати, а как мне вообще стали известны актуальные новости? Меня же лишили доступа к СМИ... Эти воспоминания просто появились у меня в голове, как будто я сегодня всё таки пошёл на работу, не был лишён источников информации... Будто меня и не посадили под стражу... И я замечательно себя чувствую! Становится всё интереснее.

Двадцать шестое июля, воскресенье. По всему миру бродит уже десять тысяч "Андреев Одновских". Рост их количества всё ускоряется. Власти всех стран приняли решение брать их под стражу, а где-то даже устранять. Ещё появилась секта "Свидетели Андреевы", последователи которой, похоже, поклоняются моему фотороботу, или мне. Почему я до сих пор удивляюсь склонности людей ко всему иррациональному? Если бы я не был Андреем Одновским, то тоже вступил бы в эту секту. Кстати, воспоминания, которые появились сегодня в моей голове, стали более отчётливее... Как будто я сам сидел перед телевизором... О Боже! Я вижу улицу какого-то американского городка... Чувствую асфальт под ногами, слышу на английском языке требования полицейских остановится... Я чувствую ноги и даже смог прыгнуть! Какие странные ощущения... Я вижу... Вижу одновременно и от своего лица, и от лица какого-то американца, ставшего, похоже, Андреем Одновским!

Эти события заставили меня серьёзно задуматься о... Новой жизни. Действительно, мою старую спокойную жизнь уже вряд ли получится вернуть. Почему бы не начать думать о чем-нибудь великом?

Ладно, я решил Мир захватить: всё равно больше делать нечего. И у меня даже есть идея, как это сделать...

...

Первое августа. Меня уже двадцать пять тысяч. Сегодня я побил рекорд по количеству побегов из мест лишения свободы. Тысяча двести Андреев Одновских направилось к месту моего заточения. Да, я узнал, где меня держат. Точнее, почувствовал... Я находился на расстоянии в двести километров от моего родного города. Не буду вдаваться в подробности моего вызволения, просто скажу, что это было кроваво.

Уже вечером я прибыл на главную площадь Карбоногорска. Я взобрался по предоставленной мне стремянке на газель, припаркованную Андреями в центре. Вскоре на площади собралась приличная толпа, состоящая не только из Андреев Одновских, но и из обычных людей. Среди них были даже сектанты и репортёры новостей.

Я начал обличительную речь:"Меня зовут Одновский Андрей Михайлович, и я... Являюсь оригиналом. Да, это мой фоторобот вы могли видеть по телевизору. Я не являюсь причиной того, что множество людей по всему миру стали утверждать, что они- это я. И это не конец света, о котором говорят горе-аналитики. Это начало... Новой эпохи истории Человечества. Я уверяю вас, что мы сможем избавиться от лжи, насилия, войн, мздоимства и других ненавистных нами вещей. Но для этого нужно..."

Я не успел договорить, потому что град пуль пробил мне грудь, туловище, голову. Это полиция прибыла сюда, чтобы остановить балаган. Только уж поздно. Теперь пули смогут убить моё тело, но не Андрея Одновского.

Пока группа Андреев разбиралась с нарядом полиции, я взобрался по стремянке на газель, с грустью посмотрел на своё оригинальное тело и закончил речь:"... Но для этого нужно ваше полное содействие. Просто ждите, и тогда мы раз и навсегда покончим с насилием! Правда, если вы решите пойти против меня, то я готов применить насилие в ответ! Хотя, сопротивляться бесполезно... Да здравствует Новый мир! Ура!".

"Ура!"- крикнула толпа. В воздух полетели головные уборы.

Видео с моим выступлением разлетелись по интернету, как горячие пельмени, а репортаж показывали в новостях по всему миру. Миллионы воодушевлённых людей изъявили желание стать Андреем Одновским.

К пятому августа число моих юнитов превысило сто тысяч. Я занимался благотворительностью, волонтёрством, донорством, старался освоить новые профессии (сто тысяч мозгов, в которых распределено моё сознание, значительно облегчили эту задачу), которыми мне в будущем придётся заниматься. Население восторгалось. Но, к сожалению, в ООН не разделяли народное счастье, поэтому мне объявили войну. Ладно, это было ожидаемо. К тому же, не все граждане хотели стать частью Нового человечества.

Государства по всей Земле стали выявлять меня и устранять. О гуманности и этике речи никто не вёл. К первому октября было убито пятьдесят тысяч юнитов. Я принял решение залечь на дно.

...

Первое февраля двухтысячно двадцать восьмого года. Президент США стал Андреем Одновским, поэтому я через него заявил, что меня уже свыше ста миллионов, и Америка сдаётся. Его сразу устранили. Недоверие среди населения усилилось даже больше, чем после введения во всех странах доносов. Кстати я солгал про сто миллионов. У меня триста миллионов юнитов.

Началась настоящая Третья Мировая война. Я собрал по армии в каждой стране и устроил масштабную атаку. Правительства не отставали. Было применено Оружие Массового Поражения.

...

Двухтысячно тридцать пятый год.

У меня осталось пятьдесят миллионов юнитов. Пятьдесят миллионов грязных, голодных, изуродованных людей, разбросанных по выжженному войной миру.

Я захватил мир. Теперь не знаю, что мне делать.

От городов остались руины. Реки и озёра отравлены химическим оружием. Грязные бомбы заразили землю радиацией. Леса погорели.

Меня зовут Одновский Андрей Михайлович. Раньше я жил в городе Карбоногорске, на улице Каменноугольной, дом 3. Я не женат, и у меня уже никогда не будет детей. Раньше работал инженером на одном из заводов промзоны города. Курил, изредка выпивал. Мечтаю вернуться к своей обычной, хоть и не лишённой проблем, жизни.

Я тот, кто избавил мир от насилия, лжи, предательства, воровства, мракобесия и других неприятных вещей. Сделать это мне помогло одно странное подаренное Богом явление, начавшее проявлять себя в июле двухтысячно двадцать шестого года, а также дальнейшее ультранасилие. Но какой ценой? Ценой потери индивидуальности. Оказалось, что, пока существуют разные люди с разными интересами, будут регулярно создаваться конфликты. Поэтому теперь у всех людей одни и те же воспоминания, увлечения, интересы. Теперь все люди обладают одинаковым количеством ресурсов. Теперь все люди- Андрей Одновский.

Меня мучает вопрос: зачем? Зачем мне мир, в котором я один? Мир, от которого остался один пепел. Мир, в котором нет моего родного дома... Зачем мне пятьдесят миллионов людей, изуродованных Третьей Мировой, которые являются мной?

Я в отчаянии.

Все мои старания оказались бесполезны.

Я пишу это куском кирпича на уцелевшей бетонной стене. Когда закончу, отправлю юнита умирать от лучевой болезни. Зачем же я это пишу? Это просто эпитафия Человечества для будущих цивилизаций... Цивилизаций, которые смогли справиться с внутренними конфликтами. Я хочу, чтобы они запомнили...

Запомнили, что нас зовут Андрей Одновский.

Перед ним предстал призрак, бесплотный, едва ли заметный и просвечивающийся на солнце, но это был он. Это был призрак маленького мальчика лет семи. По всему его телу были видны побои и синяки. У него был открытый перелом руки, ведь кость торчала наружу, оголяя содержимое. На запястьях и голенях были ожоги от веревок. Глаза заплаканные, а рот был неестественно широко открыт, с чёрной зияющей пустотой внутри. Рот не закрывался.

Серафим не испугался. Он спокойным тоном и голосом предложил призраку ещё несколько конфет. Призрак утвердительно махнул головой. Серафим потянулся к рюкзаку, достав несколько конфет, он положил их между собой и призраком. Далее, конфеты просто испарились в зияющей пустоте неестественно открытого рта, а в глазах призрака можно было заметить удовольствие.

Тогда молодого священника осенило второй раз, и теперь уже окончательно. Всё, что происходило в этом доме, это были проделки этого маленького мальчика, который почему-то привязан к этому месту. Он хочет всего лишь провести время, как маленький мальчик. И так же теперь понятно, почему он пришёл именно к сыну семейства. Так же не было бы удивительно, если он и прежде приходил именно к детям.

Только вот почему люди прежде умирали в этом доме, ещё оставалось загадкой для Серафима. Но тут точно было объяснение. Священник сомневался, что он мог убивать людей. Но всё же, не отходил далеко от посоха.

После озарения, Серафим предложил поиграть призраку и тот вновь махнул головой утвердительно. Серафим достал из своего рюкзака небольшой резиновый мячик и кинул его призраку. Тот поймал его и бросил в ответ священнику. Некоторое время они перекидывались мячиком, а комната же наполнилась радостным детским смехом, пускай и смазанным и неестественным.

Ребёнку определенно нравилось играть с Серафимом. Как и многим детям из его прихода. Да и в целом детям. Дети всегда любили проводить время с Серафимом. быть может потому что он был чист душой и сердцем, а быть может из-за того, что просто знал общий язык с детьми. Призраку так же нравилось проводить время с Серафимом. Тогда священник спросил:

- Могу ли я тебе как-то помочь, что бы твой дух упокоился, дитя Божье?

Мальчик вновь махнул и потянулся за красным карандашом. На стене не спеша вырисовывалась надпись. Наконец, когда надпись была закончена, можно было прочитать: "Иди за мной". Серафим согласился. Он взял в руки посох и направился за мальчиком. Тот же не спеша проходил по дому и вёл за собой священника.

- Я не знаю, как тебе зовут, но будь осторожен с палкой в моих руках, - произнёс Серафим мальчику, - это посох против нечистой силы и он может причинить тебе боль. Ты не злой, ты хороший, и просто хотел поиграть. Я не хочу причинять тебе боль, только лишь помочь упокоиться твоему духу.

Призрак остановился. Пристально посмотрел на Серафима и вновь занёс карандаш в воздух. Теперь на стене появилась надпись:

"Саша."

Серафим уже вновь начал двигаться, но тут мальчик вновь начал писать на стене.

"Спасибо". - говорила новая надпись на стене.

Теперь уже мальчик, а точнее Саша, точно собирался идти дальше. Карандаш опустился, а мальчик развернулся. Они спустились на первый этаж, а следом в подвал.

В подвале было влажно и затхло. По запаху можно было понять, что каждый сантиметр подвала был покрыт плесенью. Свет от одинокой лампочки вначале подвала расходился во все стороны, прерываясь поддерживающими дом кирпичными колоннами.

Саша повёл Серафима дальше, в самый центр подвала, где едва ли дотягивался свет от лампочки. Призрак показал пальцем на кирпичную опору, а после написал на ней же своим красным карандашом:

"Я внутри".

Серафим попросил подождать Сашу внизу, пока он найдёт какой-нибудь инструмент. Призрак махнул головой и уселся на пол.

Поиск инвентаря не оказался совсем уж долгим. Благо это было частный дом, а в хорошем частном доме с рукастым хозяином, всегда будет гараж или сарай с инструментом. Серафим смог найти в сарае кувалду и небольшой ломик. То, что нужно, для того, чтобы сломать кирпичную опору.

Молодой священник ударил по опере кувалдой, от чего по подвалу разнёсся звонкий и слегка приглушенный звук. Кладка слегка поддалась. Следующий удар уже был по другой опоре, и призрак мальчика совершенно не понимал, что происходит и зачем Серафим бьёт в другом месте, а молодой священник проверял опоры на пустоты внутри. И действительно, после удара по другой опоре по подвалу разнёсся уже совершенно ругой звук, глухой, как при ударе по сплошной толстой поверхности.

Убедившись в своих умозаключениях, Серафим начал бить по нужной опоре. Удар за ударом, с каждым разом, когда ломик подковыривал кирпич, беспокойство становилось всё больше. Нет, скорее перевозбуждение от того, что же увидит Серафим внутри. Хотя, конечно, он и так уже понимал, что увидит внутри.

Кирпичей уже было убрано достаточно, чтобы свет лампочки проник внутрь полости опоры и оголил человеческие кости. Но было разобрано, ещё слишком мало, и требовалось ещё достаточно работы.

Спустя некоторое время, наконец, был убран кирпич, достаточный, чтобы из полости можно было достать скелет маленького мальчика.

Печальное зрелище, конечно. В полости внутри опоры находился скелет маленького мальчика, сгорбившийся, практически в позе эмбриона. Одна кость руки была поломана. На костях в некоторых местах лежали лоскутки ткани, похожие на веревку, а во рту был уже давно засохший кусок глины.

Серафим аккуратно достал скелет из опоры, и первым же делом аккуратно ударил по куску глины во рту скелета. Кусок глины раскололся и на весь подвал разнесся звук глубокого вздоха. Саша, наконец, мог дышать, хотя ему это и не требовалось. Но самое главное, он, наконец, мог говорить.

- Дядя, спасибо вам! - произнёс мальчик первым же делом. На слегка искаженном русском языке, похожим, на тот, на котором говорят в других славянских странах, или на тот, что был ещё в конце девятнадцатого века. Серафим без проблем понял, что сказал ему призрак, благо обладал достаточными знаниями благодаря религии и церкви.

- Всегда пожалуйста, сын мой, - ответил ему Серафим, - Я хочу упокоить твою душу и похоронить тебя, как следует на местном церковном кладбище. А пока мы будем туда добираться, прошу, поведай мне свой рассказ, что с тобой случилось.

- Хорошо. 

Серафим положил скелет Саши в ткань, и, завернув, сунул к себе в рюкзак. Они вышли из дома.

Саша поведал Серафиму, что жил в деревне по соседству с городом. Одним днём он вышел по грибы, да ягоды в лес. Мама наказала ему пойти в лес, дабы можно было сделать заготовки на зиму. Саша помнит тот день, будто он был вчера. Стояла чудесная погода, хоть была и осень, но солнце освещало лес своими лучами, подсвечивая желтые, красные и оранжевые листья.

Тогда он собрал несколько корзинок с грибами и ягодами, и уже шёл домой, как на дороге ему повстречались несколько мужчин. Они схватили его. Саша пытался вырваться, и даже бежал в лес. Но что может сделать маленький мальчик против двух взрослых, рослых, мужчин. Они поймали его, связали в руках и ногах. А когда ловили, один из них сломал руку Саше. А чтобы он не орал, они заткнули ему рот кляпом.

Далее они повезли его в город. Прибыв в город, последнее, что видел Саша, множество построек рядом, и небольшой котлован под новый дом с кирпичными опорами. В одну из таких опор, в центральную, его и поместили, только теперь уже засунув в рот кусок засохшей глины, и замуровали его кирпичной кладкой, в абсолютной темноте.

Саша не мог дышать, глина постоянно, постоянно осыпалась и её крошки уходили в горло, не позволяя дышать. А дальше уже закончился и воздух. Саша не видел ничего перед смертью, ведь темнота стала его вечным спутником. В какой-то момент, он, в виде призрака, просто провалился через кирпичную кладку, оставив тело внутри.

По всем канонам и заветам, Саша должен был стать мстительным духом, но он не хотел. Так получалось. А место, в котором находилось его тело, не отпускало его далеко и вечно возвращало его назад.

Со временем дом был построен. В него въехала семья купца. Саша боялся выходить к ним. Как бы иронично не было, но да, призрак боялся выходить к живым людям. И вот однажды он всё же вышел к ним, и постарался познакомиться. Итог был один, все упали замертво при виде призрака. Остался только ребенок из той купеческой семьи.

Шли десятилетия, семьи сменялись одна за другой, а итог всегда был один. Въезжала новая семья, Саша знакомился с ребенком, ведь они из-за своей любознательности и чистоты не боялись его. Следом кто-нибудь из семьи погибал от сердечного приступа, от страха, завидев случайно Сашу, и он вновь оставался один.

Одиночество сложно переносить взрослому состоявшемуся человеку, а ребенку так и подавно невероятно сложно переносить одиночество, когда маленький человек нуждается в важных людях, в своих родителях, или в тех, кто сможет их полноценно заменить.

Саша закончил свой рассказ. Его история оказалась довольно долгой, достаточно долгой, чтобы они успели прийти на кладбище, Серафим вырыл могилу, и ещё некоторое время после, слушал Сашу.

Кости Саши лежали в вырытой яме, и тогда молодой священник спросил у него:

- Ты готов?

Саша задумался, и не мог ответить сразу. Наступила тишина. Только лёгкий ветерок создавал звуки вокруг, касаясь своим мягким касанием крон деревьев.

- А мы можем ещё поиграть?! - спросил призрак у молодого священника.

- Конечно. Во что хочешь поиграть?

- В мячик!

- Хорошо, дитя моё.

Они, будто отец и сын играли, перекидывая друг другу мяч. Саше было тяжело поймать мяч, из-за одной поломанной руки, и он периодически упускал его, от чего частенько бегал в кусты за упущенным мячом. На его детском и невинном, но при этом омерзительном, от страданий, что он перенёс, лице, заискрилась улыбка.

Прошло не так уж и много времени за их игрой, но Саша сам прервал игру и сказал, что готов уходить. В могиле уже лежал его скелет. Всё было готово. Почти всё. Серафим, как священник, и истинный человек веры ещё обязательно произнёс молитву за упокой бедной невинной чистой детской души. Оставалось только лишь кинуть горстку земли, что бы дух Саши упокоился.

В момент, когда, Серафим уже схватил в ладонь горсть земли, Саша прервал его. Прервал своими объятиями. Вид, определенно, странный. Старое церковное кладбище. В окружении могил и крестов, прямо рядом с могилой, со скелетом внутри, обнимаются католический священник и призрак маленького мальчика. Только, тут уж ничего не поделаешь, и совершенно не знаешь, порой чего ожидать от жизни в очередной раз.

- Спасибо большое, святой отец... - с этими словами призрак растворился в воздухе, после того, как Серафим бросил горсть земли в могилу на кости ребенка.

Когда дело было сделано, Серафим, сел в молитве рядом с могилой. Он благодарил Господа, за ещё одну упокоенную невинную душу, а по его лицу текли скупые мужские слезы.

Молодой священник потянул на себя ручку входной двери дома. Дверь предательски заскрипела. Скрип разнёсся по ночным улицам. От этого звука вороны с близлежащих деревьев поднялись в небо. Луна освещала мир, и делала его более зловещим в своём томном лёгком свете.

Мужчина зашёл внутрь дома. Снаружи дом казался совсем уж непримечательным. Хоть и два этажа, но снаружи он казался маленьким, а внутри же, совершенно другое дело. Дом оказался прямо-таки огромным. Несколько спален, гостиная, кухня, столовая. Было и так понятно, что это дом какого-то купца, что в своё время мог позволить себе подобные хоромы среди маленьких деревянных крестьянских домиков в один этаж.

Внутри было темно. Священник не включал свет, пройдя в комнату, о которой ему рассказали заказчики, он зажёг одну единственную свечу. Запах елея разнёсся по комнате, а впоследствии и дому. В танцующем свете свечи священник, наконец, увидел, то ради чего он и прибыл в этот дом.

Несколько дней назад к нему, через одну из служанок в его кирхе обратилась семья. Они не так давно купили старенький купеческий дом. Жене было всё равно, а вот муж, как фанат царской России всю жизнь мечтал жить в старом купеческом доме, из красного кирпича. Он искал хороший вариант, чтобы было не так уж дорого, при этом можно было жить, и постепенно пускать свою творческую энергию на реставрацию старого купеческого дома.

Наконец, дом был найден. Правда, за ним ходила очень дурная слава. Множество людей за годы существования дома погибли в нём. В основном причиной было остановившееся сердце. Кто-то рассказывал о призраках, проживающих в доме, кто-то говорил о проклятии старого купца, что возненавидел Советскую власть после раскулачивания, и всех кто хоть как-то причастен к Советскому союзу.

Семья с ребёнком, даже не задумываясь, въехали в дом. Благо они были людьми рациональными, и ни в какую паронормальщину, не верили. По крайней мере, муж точно. Женщины всегда же были более падкими на магическое мышление, на веру и жизнь в религии, на гадания и прочую эзотерику. В этом случае женщина не обладала магическим мышлением. Поэтому они без переживаний начали обживаться на новом месте.

В доме было хорошо. Много места, своя собственная комната для их маленького пяти летнего сына, мужчина начал заниматься восстановлением внешнего облика дома, а женщина же занималась цветами в саду, и уютом внутри дома. Одним словом идиллия, если бы не одно НО.

Однажды ночью, их маленький сын забежал в спальню к родителям с криком, о том, что он услышал странные звуки у себя в комнате. Родители списали всё на мышей, погоду, старость дома. Всё же они были людьми рациональными. И проверив комнату сына, они так и не услышали самих звуков и сам источник звуков, но сынишку положили спать в свою постель.

В другой раз, когда мать ребёнка зашла в его комнату, пока тот был в садике, она увидела на одной из стен надпись красным карандашом: "Привет". Под ней виднелась такая же надпись, только уже карандашом другого цвета. Стиль написания, иначе говоря, подчерк явно был другим. Женщина ждала сына и мужа, когда они будут дома, чтобы обсудить, что это за надпись. Хоть обои на стенах и так были старыми, и их стоило поменять, но такое поведение их сына нужно было пресекать на корню, иначе впоследствии любая поклейка обоев в комнате была бы бессмысленной. Да, женщина подумала именно на своего сына, что это сделал он. Любой бы человек подумал бы точно так же.

Тогда ребенок рассказал, что читал в комнате книгу и неожиданно, из коробки с цветными карандашами поднялся в воздух красный карандаш и начал писать на стене надпись: "Привет". Ребенок на то и ребенок, что он любознателен и доверчив, да и страх, конечно же, был, и он тут сработал, как оцепенение, после которого мальчик написал ответную надпись. Когда же красный карандаш вновь поднялся в воздух, мальчик по-настоящему сильно испугался и выбежал и комнаты.

Мать ему не поверила, и строго на строго, наказала ему, не врать родителям и не писать более не обоях. Мальчик, конечно, был расстроен, что родители ему не поверили, не поверили в его чувства, но послушался родителей.

Случай повторился, но не до конца. Опять же по рассказам ребёнка, когда карандаш поднялся в воздух, он сразу же выбежал к родителям. Когда всё семейство вошло в комнату, на стене была лишь небольшая черточка красного цвета, и никакой надпись.

Родители вновь не поверили своему сыну и наругали его. Тогда мальчик решил доказать им, что он говорит правду и в следующий раз, когда карандаш поднялся в воздух он начал снимать видео на свой смартфон на котором прекрасно было видно, как красный карандаш действительно взмывает в воздух на уровне метра, а после начинает писать на обоях.

Пятилетнему мальчику стоит отдать должное, за его храбрость. Тогда родителей не было дома, они были в магазине, и у него было доказательство, что он говорит правду. Поэтому он написал ответную фразу на стене. После же, красный карандаш вновь взмыл вверх, и на стене появилось слово: "Поиграем?".

По рассказам мальчика он задумался, кто хочет с ним поиграть. Он было, как раз решил, что можно поиграть с невидимым другом, и уже начал доставать игрушки, но тут пришли родители.

Мальчик вновь им рассказал о том, что случилось, но они ему вновь не поверили, и было хотели начать ругать, как он достал телефон и показал им видео, на котором карандаш парит в воздухе и пишет слова не обоях. Так, будто его держит невидимое нечто.

В тот же момент, отец семейства взял сына подмышку, а жену за руку, и они все вместе покинули дом, в том, в чём они были, оставив все свои вещи в доме. Благо, и в том случае рациональность прекрасная вещь, и семейство и не повторило поступков и опыта любой семьи из фильмов ужасов, когда в их доме происходит нечто, а они продолжают в нём оставаться.

Семья сразу же решила выставить дом на продажу, но одна знакомая рассказал им об одном молодом священнике - Серафиме их католической кирхе. Рассказал им, как Серафим берется за такие дела, не прося ничего за свою работу, ведь он настоящий божий человек, и для него главное служение своему Отцу Небесному.

Когда Серафим прибыл в город и встретился с главой семейства, его удивило, что тот будучи молодым, чуть более тридцати лет, а уже основательно седой. На что мужчина ответил Серафиму, что ещё несколько недель назад у него были русые волосы и ни о какой седине не было и речи.

Страх, удивительная вещь для живых существ. Страх может давать сил для борьбы с непознанным и неописуемым, так же страх может забирать и жизни, если человека напугать достаточно. В случае мужчины, благо, страх забрал только цвет его волос.

Мужчина поведал всё Серафиму. Показал ему видео. Показал на схематической карте, где находится комната, в которой всё происходило.

Конечно же, молодой священник взялся за дело, не попросив ни рубля за свою работу. Только кров и пропитание на время работы в их доме. Собственно сейчас молодой священник занимался своей работой, стоя у стены в детской, на которой были надписи цветными карандашами, последняя из которых до сих пор вопрошала об играх.

Серафима это удивило. Он понимал, что он имеет дело с призраком, или с духом. Но кто из духов или призраков будет хотеть поиграть? Как правило, они обладают единственным желанием - умертвить ещё живых и перетянуть их на свою сторону, на сторону бесплотных эфемерных созданий.

Поэтому его сумка помимо свечей с елеем и священного писания, была полна множеством других вещей для борьбы с потусторонним: обязательно святая вода, соль, серебро, а если быть более точным серебряный боевой крест. Так же в руках у него был посох. Самая настоящая реликвия, которой было множество столетий. Данный посох хранился в одной старой разрушенной войной кирхе, этот же посох помог ему изгнать из некогда священного места земное воплощение грехов, и ему никогда не забыть этой битвы со злом. Ведь в первую встречу с ними он потерял свою любимую, и продолжает её искать до сих пор.

Посох был из толстой ветви тёрна. Дерево уже потрескалось, ведь в своё время была насквозь пропитано святой водой и елеем, от чего любая древесина начнёт рассыхаться. Любой удар этим посохом о твёрдую поверхность тут же уничтожит его, но удар по потустороннему не сделает ему ничего, а главное позволит изгнать потустороннее, и воздействовать на него физически. Это то, что не доступно заурядным смертным.

Серафим сел в центр комнаты, освещенной танцующим пламенем свечи. Подле него лежал посох, в одной руке был крест, а у другой руки лежали бомбочки со святой водой. Он был готов ко всему, чтобы не происходили дальше.

Но, увы, не происходило ровным счетом ничего. Молодой священник просидел так несколько часов, а ничего так и не происходило. Он был рад, что помолился, и его никто не отвлекал, но огорчался тому, что не смог изгнать духа, но сдаваться не намеревался.

Его потянуло в сон, время было уже за полночь. Быть может, читатель подумал, неужели, он ляжет спать в этом доме. Да. Так и есть. Только прежде, Серафим насыпал круг солью и окропил это всё святой водой. Так он и уснул в свете свечи и вдыхая аромат елея.

Когда Серафим проснулся, было раннее утро. Солнце только начало вставать. Свеча давно потухла. На стене не появилось новых записей. В комнате всё было, как и прежде. За исключением одного но. Он увидел, что недалеко от его сумки валяется несколько фантиков от конфет. От тех конфет, что были у него в сумке, ведь он всегда носит с собой, что-нибудь сладкое, для быстрого подъема сахара, как обладатель анемии.

После пробуждения, голова ещё совсем не думала, ведь все мысли были только об утренней молитве. Серафим сел на пол для молитвы, взяв в руки бусины розария. Он перебирал их одну за другой, молясь своему Богу. Молодой священник просил помочь ему разобраться в его ситуации в доме. А более всего он желал, чтобы Господь подсказал ему, где он бы смог найти свою любимую, что прежде всегда была с ним. Пускай теперь уже и в облике бесплотного духа.

Аминь.

Молитва закончилась. А следом уже началась скорее медитация, ведь молодой священник обращался теперь не к Господу, а копошился в своих мыслях, а прежде обращался к своей любимой. Он просил её подсказать ему, где он может найти её, он просил у неё прощения, он вновь говорил в пустоту слова о любви к ней, и вновь не получал ответа.

Наконец в голове начались рассуждения о том, что происходит в этом доме. О записях на стене на такой небольшой высоте, о фантиках от конфет. И когда его осенило, неожиданно бусины розария встали на месте в его руке. Серафим открыл глаза и увидел перед собой ужас.

- Между Раздольным и Уссурийском деревня есть, мы её с тобой сегодня проезжали. Я даже не знаю, остался там кто-то или нет. Но по регламенту ты должен делать там короткую остановку. Её-то ты хоть заметил?

- Аа, то есть это ржавое недоразумение без крыши и есть остановка?

- Вот именно. Обычно там никто не заходит и не выходит. А куда идти с другой стороны? Лес кругом! До посёлка примерно пять километров, а до Уссурийска пятнадцать!

- Это понятно, - задумчиво произнёс Карпов, - а про что байки ходят?

- Нет, тут уж извини, рассказывать не буду. Ты, вижу, парень не из пугливых, но кто его знает, что там тебе во мраке причудится после моих рассказов!

- Ладно, не буду голову всякой дурью забивать. Пойду ко сну готовиться. Мне завтра в пять утра уже здесь надо быть?

Да, тебя автобус от компании заберёт и сюда привезёт. Примерно в 4:40 он на твоей остановке должен быть. Может минут на пять задержаться — дело привычное. Стартуешь в шесть часов из Уссурийска в сторону Раздольного. Хотя, что я тут рассказываю, завтра после медосмотра получишь путевой лист, там всё есть.

- Понял, до завтра!

Пожав руку начальнику, новоиспечённый водитель двинулся в сторону дома. Карпов пришёл в эту контору всего месяц назад. Прошёл обучение, выучил новый маршрут, заполнил все необходимые для трудоустройства бумажки. И вот, завтра должен был наступить первый рабочий день. К этому событию он хотел подойти со всей ответственностью, дабы не получилось как с предыдущим местом, откуда его выгнали за систематическое нарушение условий трудового договора. По-русски говоря, Карпов любил приходить на работу пьяным. До поры до времени начальство мирилось с его недугом, но после того, как он ушёл в недельный запой, было решено окончательно вышвырнуть его.

Вернувшись домой, Карпов сразу же полез в интернет, дабы найти ту самую байку, о которой ему говорил начальник. Проторчав в сети около часа и ничего не найдя, он бросил эту гиблую затею.

«Может, начальник так приколоться решил? С чего бы взрослым мужикам во всякие басни верить...» - пронеслась у него мысль.

Подумав над этим ещё немного, он отправился в душ. Сделав все вечерние процедуры, он вышел на балкон и закурил сигарету. Это был его своеобразный ритуал, от которого он был не в силах отказаться. Наблюдение с высоты пятого этажа за спящим городом приносило Карпову расслабление. Это была его своеобразная форма медитации перед сном.

Вернувшись в свою прохладную комнату, он лёг в постель и закрыл глаза. Завтра его ждал сложный и полный сюрпризов день. В тот момент он и помыслить не мог, с чем ему придётся столкнуться в самое ближайшее время.

*

Вставать в четыре утра оказалось той ещё задачей. Царящая за окном темень так и намекала Карпову на то, чтобы он бросил эту глупую затею с работой и отправлялся дальше спать. Переборов предательские идеи, он встал и направился в ванну. Мысль о работе, которая ещё вчера внушала Карпову трепет теперь висела грузом на его душе. Несмотря на то, что он пол жизни проработал водителем автобуса, сейчас он почему-то волновался. Где-то глубоко внутри поселилось нехорошее предчувствие.

«Нервы что-то шалят, видимо, из-за раннего подъёма...» - подумал он.

Небольшой серый минивэн подъехал на остановку строго по расписанию. Практически все места в салоне были заняты мужичками, возраст которых колебался от тридцати до пятидесяти лет. Сев к одному из таких, Карпов сказал:

- Здрасьте, много у нас ещё остановок? А то мест и так нет.

- Здорова, это была последняя остановка, следующая уже в депо будет. А ты сам откуда, новенький?

- Есть такое.

- Какой маршрут?

- На Раздольное пойду.

- Погоди, это случайно не новый маршрут?

- Да, именно.

Мужчина, сидевший рядом сразу изменился в лице. Нахмурив веки, он окинул Карпова пристальным взглядом.

- А сам не местный?

- Нет, только приехал в Уссурийск.

- Ну тогда понятно, ни один местный на такое не согласился бы!

- Это ещё почему?

- Места там нечистые! В самом Раздольном ещё ничего, жить можно, но вот вокруг творится какая-то чертовщина. То люди пропадают, то водители ночью тени всякие вдоль дорог видят.

- Господи, да ладно тебе пугать! Взрослый же мужик!

- Ну как знаешь... — сказал мужчина и отвернулся к окну. Больше он не проронил ни слова. Кажется, слова Карпова немного задели этого работягу.

Приехав на место, весь коллектив депо отправился на медосмотр. Это была стандартная процедура, которую проходили водители каждое утро.

- Жалобы есть? — спросил старый врач в сером халате.

- Нет.

- Новенький?

- Да.

- Понятно, был тут у нас один недавно, свалил, правда, быстро. Погоди, ты тоже на Раздольное едешь?

- Как понять «тоже»? Я единственный водитель на маршруте.

- Хм, просто тот парень тоже на той линии стоял...

Вероятно, это был самый первый раз на новом месте работы, когда Карпов почувствовал настоящий страх. Иначе и быть не могло. Все вокруг говорят, что его маршрут является опасным. К тому же, как оказывается, не так давно на его месте работал другой сотрудник, который куда-то исчез.

- Позвольте уточнить, а что стало с тем парнем, которого я замещаю?

- Хер его знает, в один день просто не пришёл на работу и всё. Его и искать ходили — всё без толку. Забухал, наверное, такое часто, к сожалению, случается.

Выйдя из кабинета, Карпов направился за путевым листом. Идти было недалеко, буквально за поворотом находился нужный кабинет.

«Ладно, если какая-то херня происходить будет, позвоню Мишке Яковлеву! Он в полиции следователем работает, в случае чего поможет разрулить любой вопрос!» — думал новоиспечённый водитель.

*

Маршрут оказался не таким загруженным, каким он изначально казался. Люди, в основной своей массе, ехали из Раздольного в Уссурийск на работу. Время в пути занимало всего около получаса, что не могло не радовать. Люди тоже были весьма доброжелательны к новому водителю. И в целом, всё было хорошо, катайся себе целый день по кругу да деньги зарабатывай. Но у Карпова никак не могли выйти из головы рассказы коллег. За каждым поворотом он ждал подвоха. Успокаивало лишь то, что помимо него в салоне автобуса сидели и другие люди.

Злополучная остановка так и оставалась пустой. За время своего рейса он успел трижды подъехать к ней. При этом в каждый из этих раз он ловил на себе озадаченные взгляды пассажиров. Но вот что они означали, Карпов не знал. То ли пассажиры не понимали, зачем останавливаться на пустой остановке, то ли что-то другое...

Разговорившись с одним заводчанином, водитель выяснил, что эта деревня носит название Красный Яр. По его словам, все жители этого населённого пункта давно покинули свои дома.

- Работы нет, нифига нет, чё им тут делать? До Уссурийска рукой подать, вот все туда и свалили! - пояснил мужичок.

Время до обеда пролетело быстро. Остановившись у полупустого кафе, Карпов вышел из автобуса и направился внутрь заведения. В его запасе было около часа, за это время он хотел пообщаться с местными жителями, дабы выяснить, что происходило в Красном Яре раньше. Почему-то сейчас этот вопрос интересовал его сильнее всего.

- У нас не принято о таком спрашивать, но если ты очень хочешь, могу рассказать, но только за хорошие чаевые! - произнесла женщина за барной стойкой.

- Давайте, я внимательно слушаю.

- Дело в том, что ещё лет пятнадцать назад Красный Яр считался довольно хорошим местом для жизни. Считай, пригород! У многих там дачи были. Чего далеко ходить, видишь вон ту официантку в белой футболке? Она сама родом оттуда. Примерно в то же самое время в деревне начали замечать каких-то мутных людей. Блин, выглядели они, конечно, ужасно! Бледные лица, впалые щёки, руки у всех трясутся, страшная картина! Мы периодически с девчонками их из окна видим, когда в город возвращаемся.

- И что же, на них управы не нашлось?!

- Смешной ты, а что ты с ними сделаешь? Нет, ну пытались их какое-то время ловить, но толку от этого было немного. Скажу больше, местные жители как-то на них облаву решили устроить, так они как сквозь землю провалились! Несколько месяцев ничего про них слышно не было. Потом начали опять появляться. Но самая жесть началась, когда начали пропадать местные жители. Нет, это не то, о чём ты подумал. Я про другое. Вот представь, идёшь ты по улице, а тебе навстречу твой бывший одноклассник. Весь бледный, глаза стеклянные, на твои вопросы не отвечает. Таких называли пропащими. С каждым годом их число увеличивалось. Помимо этого, совершенно здоровые люди начали испытывать ужасные головные боли, которые могли длиться часами. Вот так все в итоге и разъехались. Сведений о том, кто там сейчас живёт, у меня нет. Думаю, их ни у кого нет. Слушай, а позволь теперь я тебе вопрос задам?

- Ну, - задумчиво протянул Карпов.

- А тебе для чего вся эта информация? Что ты с ней собрался делать?

- Тут такое дело, я работаю водителем автобуса. И у меня маршрут до Раздольного прямо через эту деревню проходит.

- Ничего себе... - удивлённо протянула женщина, - и как ты только на это согласился?

- Хорошие деньги предложили.

- Оно и понятно. Слушай, дорогой, чаевых не надо. Я тебя лишь об одном прошу, раз уж ты вынужден там кататься, то хотя бы не делай остановок.

- Начальство по камерам и GPS смотрит, не могу просто мимо проехать. Хотя бы на мгновение, но должен остановиться.

Женщина отошла на несколько шагов от барной стойки и перекрестила Карпова. Этот жест удивил его больше, чем рассказ про Красный Яр.

- Ты если этих уродов встретишь, ты лучше с ними лишний раз не разговаривай. Если их не трогать, то они не опасны.

Доев свой обед, Карпов распрощался с продавщицей и двинулся обратно к автобусу. Пора было возвращаться на маршрут.

Весь оставшийся день шофёр думал об этой деревне. Трудно было выкинуть из головы весь тот объём информации, который он получил за прошедшие сутки. Карпов никогда не был трусом, скорее наоборот. Но именно сейчас он чувствовал себя максимально неуверенно.

Когда наступил вечер, пассажирский поток хлынул в обратную сторону. Десятки людей возвращались домой с работы. Вся эта суета настолько выбила водителя из сил, что на какое-то мгновение он забыл и про деревню, и про все байки, связанные с ней.

«Нормально, смена вот-вот закончится, остался всего час, и можно возвращаться в депо. А там уже меня будет ждать автобус с моими коллегами. Кстати, неплохо было бы приколоться над мужиком, который меня утром пугал. Только как...» - подумал Карпов, поднимая глаза на зеркало заднего вида.

В этот момент его сердце в груди водителя заколотилось с бешеной скоростью. На лбу появились маленькие капельки пота.

Помимо Карпова, в салоне каким-то образом появилось ещё три человека. Он не слышал, как они зашли на предыдущей остановке, но это было не главное. Дело в том, что выглядели эти люди точь-в-точь как в рассказе продавщицы.

Несколько красных пар глаз смотрели прямо на Карпова.

«Блин, а что делать?!» — судорожно думал он.

Тем временем атмосфера в салоне была спокойной. Загадочные пассажиры не шевелились. Тем не менее, каким-то внутренним чутьём водитель понимал, что стоит ему допустить какую-нибудь ошибку и эти твари кинутся на него.

Через пять минут пути на обочине показалась разрушенная остановка. Какого же было удивление Карпова, когда он увидел там ещё одного такого же «человека».

«Может просто мимо проехать? Хотя, эти трое уже в салоне, если они захотят меня порешать, они это с лёгкостью сделают. Надо останавливаться...»

Скрипнув тормозами, автобус медленно остановился. Ещё мгновение и складные двери со скрипом открылись. Фигуры в салоне синхронно встали. Сердце в груди водителя забилось с такой силой, что, казалось, сейчас выпрыгнет наружу.

Шаги этих людей были каким-то неуверенными. Шатаясь, они вывалились из автобуса на остановке. Заплатить за проезд никто из них и не пытался. Практически сразу эта группа из четырёх человек двинулась куда-то вглубь деревни.

Лишь когда последний из них скрылся в зарослях, Карпов смог прийти в себя. Закрыв двери, он со всей возможной скоростью стартовал прочь от этого места. Машина то и дело проваливалась в ямы, но Карпову было всё равно на это. Дорога до депо, которая в спокойных условиях занимает двадцать минут, заняла у него ровно в два раза меньше. Остановившись у нужного бокса, он подумал:

«Блин, кто это был? Ладно, подумаю об этом дома, сначала нужно смену закрыть...»

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

Главные роли в сериале исполнили Александра Никифорова и Макар Запорожский

Телеканал ТВ-3 и кинокомпания 1-2-3 Production закончили съемки сериала «Менталистка» – мистической мелодрамы о силе интуиции, поиске близких и сложных тайнах прошлого.

В центре повествования проекта оказывается психолог, которая обладает уникальным даром: Полина может увидеть прошлое людей, прикасаясь к предмету или человеку. Чтобы найти пропавшую сестру, девушка устраивается в полицию и начинает работать в паре со скептиком, который не верит ни в какие чудеса и сверхъестественные явления.

Режиссёром «Менталистки» и одним из соавторов сценария выступил Руслан Паушу («Идеальная жертва», «Свидание вслепую»).

В актёрском составе сериала задействованы Александра Никифорова, Макар Запорожский, Никита Мареев, Лариса Капустина, Вера Новикова и Евгения Синицкая. Помимо этого, в камео в проекте появятся Анна Хилькевич, Саша Стоун, Владимир Селиванов, Анжелика Стубайло и другие.

Премьера «Менталистки» состоится на телеканале ТВ-3 в новом телесезоне.

Источник: «Бюллетень кинопрокатчика», https://www.kinometro.ru/production/show/name/mentalistka_07...