Естественно, рейтинг такого горе-Начальника моментально падает. Потому что у простого человека сразу вопрос - "ну раз ты всё знаешь, то чего ж ты НИХРЕНА НЕ ДЕЛАЕШЬ?!". Варианты - да этот Начальник гнида по жизни, его всё устраивает. Чмошник. Или этот Начальник пустозвон в окружении лживых подхалимов - на самом деле, ничего он не знает. Знал бы - молчал бы. Чмошник. Ну и всякие промежуточные, тоже не очень.

Вот так, по чуть-чуть, Начальник теряет вес, влияние, авторитет, и в конечном итоге - высокую должность. А знал бы теологию - мог бы продержаться подольше.

Джейк Грин идет по улице мимо припаркованного Кадиллака к входу в бильярдный клуб «Sticks and Balls». Он несет в руке черную кожаную сумку, набитую деньгами. Его походка уверенная, взгляд направлен вперед. Джейк заходит внутрь и бросает сумку на бильярдный стол.

Джейк Грин (закадровый голос): Общаясь со специалистами, я понял одну вещь. Ни хрена эти специалисты не рубят. Любое правило можно обойти. Любой закон можно нарушить. Отныне я намерен нарушать их все. Потому что отчаявшиеся люди совершают отчаянные поступки.

Хотите, чтобы человек совершил нечто, что ему не свойственно? Создайте условия для таких состояний, настроений, мыслей и веры, чтобы человек хотел проявляться иначе или видел выгоду в несвойственном для него поведении. При высоких возможностях, ресурсах и знании, можно любого человека принудить или внушить необходимость проявлять такие свойства, что ему были чужды.

«Общаясь со специалистами, я понял одну вещь. Ни хрена эти специалисты не рубят» — говорит Джейк. Многие специалисты действительно не углубляют своё знание и понимание в трудовом ремесле. Почему? Потому что углубление требует времени, денег, энергии, но это никак не конвертируется в увеличение денежного потока, если человек работает на кого-то. Поэтому проще знать, понимать и выполнять требуемый минимум, не отвечая за качество создаваемого ЦКП (ценный конечный проукт).

Если брать медицинские услуги, тогда их ошибка в большинстве случаев не приводит к ответственности. А попытка призвать к ответственности через суд всегда выливается в безграничные траты и затянутый процесс с сомнительным результатом. Рано или поздно люди приходят к девизу: «Как заплачено, так и нахуячено». А в капиталистическом мире заработная плата всегда будет стремиться к минимуму при работе на кого-либо.

Ко всему прочему добавляется ограниченность восприятия рамками специальности. Далеко не каждый может и готов рассматривать ситуацию более масштабно, подтягивая знания из других областей, если они существуют.

Авторитет образа «специалистов» для Джейка рухнул. Если раньше он готов был им довериться без лишних вопросов, то теперь поняв их реальное отношение к делу, необоснованная вера была уничтожена. Вера была заменена скептичным отношением и дотошностью к их словам.

«Любое правило можно обойти. Любой закон можно нарушить. Отныне я намерен нарушать их все» — говорит Джейк. Любое нарушение правил — это вопрос последствий и способности человека с ними совладать. Правила — это не физические стены, а ментальные конструкции. Они работают до тех пор, пока участники общества в них верят и соглашаются им подчиняться. А точнее верят в то, что за их нарушение и неподчинение будут такие последствия, с которыми они неспособны совладать. Только в истории хватает примеров тому, когда нарушив правила, человек оставался безнаказанным, даже при знании того, что он сделал.

Стремление Джейка нарушать все правила и законы продиктованы не реальной потребностью, необходимостью или желанием. Они продиктованы его капризами всем показать и доказать, как несправедливо с ним поступает жизнь. Раз он смертельно болен, тогда другие должны простить и принять любые его выходки. Так обычно размышляют дети. Если ребенку плохо, тогда он позволяет устраивать себе любые капризы, игнорируя контекст жизни других людей. Навязывая им свой сценарий жизни и восприятие реальности, где он является центром вселенной. Это бунт от инфантильности и обиды.

Сет: Ты мне очень помог.

Грег: Во-первых, тебя часто будут спрашивать, кто ты и откуда. Но ты в этих делах полный кретин.

Сет: Благодарю. Это очень вдохновляет.

Грег: Один мой друг тоже владеет фирмой. Он дает всем новичкам особый ежедневник — книгу доказательств. Она похожа на простой календарь с множеством закладок. Но вместо букв алфавита там написаны всякие полезные фразы, например: «Жена мне не дает», или «Я еще не на рынке», или «Пришлите мне проспект». Фразы на все случаи жизни. Но тебе это пока не нужно. Сейчас для тебя главное — понять, что по телефону ты можешь представиться кем угодно. Ты меня понимаешь? Кого это волнует? Делай всё, что захочешь. Придумай другую фамилию. Скажи, что ты вице-президент — это не важно. Главное — начать разговор с клиентом. Это главное.

Сет: Но как я могу это сделать? Разве тут не сидит государственный контролер?

Грег: Все так делают, разве ты не знал? Даже парни с Уолл-стрит. Какой еще контролер? Ты о Джонни? Он работает на нас. Он просто кукла, посмотри на него. Его единственная обязанность — вовремя принести мне с утра завтрак. Он сидит здесь только для отвода глаз. У него самая легкая работа в мире. Смотри, уверен, он сейчас мастурбирует.

Его учат представляться тем, кем он не является и никогда не являлся. В тот же момент рассказывая про того, кто так же играет роль, навязывая Сету реалистичность отыгрываемой контролером роли.

Вот других обманывай, мы такое одобряем. Мы тоже тебя будем обманывать, но не скажем об этом прямо. А сам ты неспособен догадаться, ибо поверил в контекст происходящего.

Каждый думает, что он находится над обманом, над ситуацией, вне системы, но фактически захлебывается в тех рамках, из которых, как он думает, давно вышел или не находился в них вовсе.

Сету внушают новую генеральную реальность. А чтобы внушения прошли легче, его сначала обесценивают, иерархически опуская ниже. Далее замыливают восприятие бесполезным разговором про ежедневник, чтобы он потерял бдительность, и проводят необходимые внушения под конец. А как ключевой аргумент используют апелляцию к авторитету в виде абстрактных парней с Уолл-Стрит: «Все так делают, разве ты не знал? Даже парни с Уолл-Стрит.».