Прежде всего стоит рассказать о самом авторе громкой подделки. Юрий Миролюбов родился в 1892 году в семье священника в городе Бахмуте Екатеринославской губернии. Учился в Варшавском университете, потом перевелся в Киевский – на медицинский факультет.
Когда грянула Первая мировая, пошел на фронт добровольцем в чине прапорщика. В Гражданскую войну был в составе деникинских войск, эвакуировался в Константинополь в 1920-м. Потом несколько месяцев его мотало по свету (от Южной Африки до Индии), но в итоге он приехал в Прагу, где продолжил учебу. А в 1924 году эмигрировал в Бельгию. В 1954 году Миролюбов переехал в США, обосновавшись в Сан-Франциско, где и развернул свою основную литературную и издательскую деятельность в среде русской эмиграции.
Первая ступень
Еще до переезда Миролюбов работает над псевдоисторической книгой “Ригведа и язычество”, в которой излагает модные тогда взгляды на арийскую предысторию славян и “ведизм” как их истинную религию.
Книгу он дописывает в 1952 году, причем в конце он пишет:
“Большего о славянах мы не знаем и считаем пока нашу тему законченной. Может быть, новые данные и заставят нас к ней вернуться, но пока мы этот труд заканчиваем, так как лишены источников, могущих нам служить в этом вопросе”.
Большой популярности его работа не снискала. И тогда Миролюбов решается на серьезный шаг – в октябре 1953 года он объявляет, что у него есть некие древние дощечки с подлинной историей славян. Так на свет появляется “Велесова книга”.
Вторая ступень
История обретения была захватывающей. Якобы он списал текст с деревянных дощечек, которые вывез из России белый офицер Изенбек. И Миролюбов годами ходил к нему, чтобы переписывать текст. А когда Изенбек умер в 1941 году, дощечки исчезли. Но переписанный Миролюбовым текст сохранился.
Помним при этом, что еще полтора года назад автор сетовал на отсутствие источников по истории древних славян. А как же “Велесова книга”, которая у него все это время вроде как лежала под боком? Очень просто. На тот момент она еще не была написана.
Проведя анализ предложенного творения, научное сообщество признало “Велесову книгу” грубой подделкой. Язык ее представляет собой причудливую и невероятную с научной точки зрения мешанину из разных славянских языков, приправленную собственными выдумками автора. Что касается содержания, то оно удивительным образом совпадает со взглядами самого Миролюбова, которые он излагал в “Ригведе и язычестве”.
Третья ступень
Столкнувшись с обстоятельной критикой “Велесовой книги”, Миролюбов решает подкрепить свою позицию новым аргументом. И выпускает в свет “Сказы Захарихи” – якобы народные предания, пересказанные ему бабкой Захарихой. И в этих преданиях опять-таки постоянно идут отсылки к содержанию “Велесовой книги”.
“Можно отметить, что их содержание весьма скупо, фантастического в них весьма мало, и похожи они на действительные события, имевшие место в седой древности. В них перечисляются цари, память о которых давно исчезла, обстоятельства пастушьей жизни, всякие такие вещи, события, которых Захариха, простая женщина, придумать сама не могла. Мы обязаны, изучая славяно-русскую мифологию, их передать, так как сказы, несомненно, передают некоторые альтернативные факты прошлого нашего народа”, – пишет Миролюбов в предисловии.
Три кита
Таким образом, перед нами выстраивается четкая трехступенчатая система, где каждый новый элемент был призван легитимизировать предыдущий. Сначала создается теоретическая основа в “Ригведе и язычестве”, которая, не встретив энтузиазма, требовала “древнего первоисточника” для подтверждения. Таким источником и стала “Велесова книга”. А когда ее подлинность была опровергнута, в ход пошел “независимый” фольклорный источник – “Сказы Захарихи”. В реальности ни единый человек на земле, кроме самого Миролюбова, этих сказов никогда не слышал и не встречал.
Псевдонаучный труд, фальшивый артефакт и придуманный фольклор – звенья одной цепи. Юрий Миролюбов попытался создать самодостаточную вселенную, в которой его собственные идеи, выданные за древнее знание, подтверждали бы сами себя по замкнутому кругу.
Давайте я пока немного отдохну от обзоров книг про Ришелье и утону в прекрасной теме рукописей-мистификаций - псевдоисторических, псевдолингвистических и псевдолитературных. Вот из них всех «Велесова книга» – моя любимая. Потому что она одновременно мистификация и глупость. С одной стороны – до боли явная пародия на берестяные грамоты. Со второй – идеальный мем: «У тебя есть книга?» – «Лучше – у меня есть фотография книги!»
А ещё она запустила свои волосатые лапы повсюду, и всё вот это вот «явь-правь-навь» с выдуманными именами божеств зашло настолько далеко, что нам эту чушь читали на лекциях. Спецкурс славянской мифологии со встроенной псевдоисторией и псевдолингвистикой, кушайте, пожалуйста, студенты первого курса филфака, нам не жалко. А потом я выросла и ка-а-а-ак обалдела, когда узнала, откуда это! «Так что же, нам преподаватели врали, что ли?! А-а-а-а-а-а…» (удаляющийся филологический вопль).
Сразу скажу – в этой статье я не буду приводить подробных аргументов о не-подлинности. Тот же академик Зализняк справился куда раньше и лучше. Я просто расскажу о явлении… в своём стиле, кхм. Ни в коем случае не в научном – скорее, в стиле забавного пересказа. И постараюсь проследить, насколько нелепым было появление «Велесой книги и обретение этим документом популярности.
Ахтунг! В тексте много текста. В тексте присутствует взгляд на "Велесову книгу" с точки зрения официальной науки. В тексте присутствует глумление, измывательство, упрощение и утрирование.
В общем, жил-был в начале и середине 20 в. такой Юрий Миролюбов.
И был он человек и швейцарский нож:
- учился в духовном училище – не закончил.
- учился на медицинском факультете – не закончил.
- был прапорщиком в Деникинской армии. Закончил. В Египте. В эвакуации.
- был в Африке, Индии, Турции, Чехии, Бельгии.
- учился в Пражском университете. Не закончил.
- работал в Бельгии инженером-химиком на заводе глицерина.
И, уж само-то собой, именно этот человек писал славные истории про древние арийские корни славян – ну, потому что он же так глубоко разбирался в предмете!
Миролюбов трудится над подлинной историей славян
В общем, в своих публикациях (а в США он редактировал таки целый журнал) Миролюбов отстаивал идеи о том, что русы/руссы – древнейшие люди на земле, они – истинные арии и их истинная религия – ведизм. Не знаю, было ли там про войны с ящерами и славянский зажим яйцами, но если бы было – это не выбивалось бы из научного уровня, вы понимаете.
А в 1951 г. научное сообщество немножечко взорвалось от находки первой берестяной грамоты в Новгороде. А потом и всех последующих, потому что грамоты в раскопе попёрли густо, обеспечивая историческое языкознание работой на годы вперёд.
Фотография берестяной грамоты №2
И тут внезапно в 1953 году в США Миролюбов вместе с другим примерно столь же одарённым эмигрантом А. Куренковым опубликовали в журнале (который редактировал сам Миролюбов) историю поразительной чистоты и достоверности.
Мол, жил-был такой полковник белой армии Изенбек...
Нужно сказать, что такой полковник действительно жил, и был он тоже эмигрантом и ещё и художником.
Вот такой был Изенбек
Просто к моменту рассказа Изенбек давно и надёжно умер и возразить против истории ничего не мог. Конец отступления.
Так вот, в 1919 г. во время гражданской войны в какой-то там усадьбе (неизвестно, в какой), на каком-то там направлении (непонятно, на каком) Изенбек внезапно на полу обнаружил какие-то «дощьки» (дощечки). По которым невежественные красные солдаты вовсю ходили от непонимания исторической ценности. А полковник эту самую ценность сразу же осознал, с первого взгляда. Потому досочки с полу собрал и возил их за собой следующие шесть лет. Но никому, однако, не показывал. А Миролюбову полковник взял да и показал! В смысле, доски показал в 1925 г, зная чистый миролюбовский интерес к истории славян и их ведической арийскости.
А Миролюбов этим всем ужасно заинтересовался. Дай, говорит, перепишу дощьки! А Изенбек взял да и не дал. Нет, говорит, сил моих расстаться с такой великой славяно-арие-ведической ценностью – переписывай на месте. Вот каморка, вот карандаши, писать отсюда и до обеда.
И вот 15 лет Миролюбов в присутствии самого Изенбека, который только иногда отвлекался на написание картин (полковник был ещё художником) переписывал эти самые таблички. Ну, потому что языка он не знал, и вообще, таблички были в беспорядке, по ним же там ходили невежественные красные солдаты. Так что их было то ли 37, то ли 38, а ещё куча мелких осколков.
В общем, за 15 лет Миролюбов мог бы вполне и справиться, но тут Изенбек умер. И дощечки потерялись, по версии Миролюбова, отобранные гестапо вместе с картинами художника.
А Миролюбов трепетно хранил записи ещё десятилетие с лишним, а потом решил – всё, пора скинуть на науку эту филологически-историческую бомбу – ловите «Велесову книгу», муа-ха-ха!
Наука не то чтобы взорвалась, она скорее немножечко сделала «пу-пу-пу». Потому что о «Велесовой книге» было написано всякое удивительное. Происходила она вроде как из Новгорода (это совпадение такое), из древнего-предревнего святилища. Но зато была не из бересты (пфуй, что за ненадёжный материал), а из прямо-таки из древесины, всем же известно, что дуб хранится дольше. Ещё они для сохранения были натёрты то ли маслом, то ли лаком.
А письмена на них были процарапаны. И рассказывалось в тех странных письменах, не в пример жалким берестяным грамотам с их бытовой и деловой перепиской, история и мифология древних славян от 9 века и дальше вглубь веков, прямо до ариев. Точнее, до отца славян Ория или Орея и его трёх сынов Кия, Щека и Хорива. На них там нападали всевозможные дасуво и хуние из тьмы земель индийских. И вот, покинув свои земли, народ Ория шёл, прямо по классике – «лесами тёмныма, степями широкима, горами высокима...» Возможно, давали концерты по дороге, с большим успехом.
В общем, арии стали русами. А потом немножко Руськолани. Потом они воевали с Египтом и Ассирией, служили у вавилонского царя, пять веков партизанили в Карпатах, дали вместе с дулебами трындюлей римскому амператару и вообще вели очень насыщенную жизнь, подобающую бывшим ариям.
Правда, особых деталей и конкретных моментов (география там всякая, даты, образные подробности) книга старательно избегала и говорила обо всём как-то даже общо. Зато там появлялась пресловутая явь-правь-навь как триединая установка мироздания. И верховенство Рода как божества, полноценное божество Земли-Матери, Велес с расширенными функциями, куда даже заповеди морали завезли, птица-молния «Матерь-Слава» и всякое там другое прекрасное. Например, Кришаня. Который как Мишаня, но из Индии к нам в пантеон заехал. В общем, всё, чего наука прежде не знала и знать не могла, потому что не было такого – но уж очень хотелось адептам «древности славян», чтобы было.
Да. А ещё славяне там такие духовные-предуховные, чистые-пречистые, жертв животных и человеческих не приносят, жертвуют только плоды, поклоняются каким-то «образам» богов, а не каменным истуканам. В общем, они были примерно как славяне в цикле картин "Ведическая Русь" Всеволода Иванова.
Одна из картин цикла
И было это написано до того странным языком, что культурные деятели, хоть немного видавшие древнерусский и старославянский, хором сказали: «Ну нафиг» - и в дальнейшем от дискуссии воздержались.
Более заинтересованные личности таки прониклись публикациями, но потребовали пруфы. Тут Миролюбов резко вспомнил, что ой, таблички-то исчезли, нет от них ни малейшего следа, но есть тетради с моими записями, надо? Как не надо? А я вот табличку зарисовал, надо? Как не надо? А… вот у меня вроде бы были фотографии табличек! Ой, куда ж я задевал-то их… а, вот, есть одна. Но это перерисовка с фотографии. Или фотография? Или перерисовка?!
"Ни в коем случае не пародия на берестяные грамоты"
То есть да, вот зацените просто иронию. Вот эта книга, которая столько шума наделала, на которую так истово ссылаются неоязычники, псевдоисторики и родноверы всех мастей… она существует в виде одной фотографии, и эта фотография – прорисовка, а не фото. УПС.
В общем, и целом, всё было ясно, и публикации Миролюбова шли при довольно вялом интересе публики. Но тут публикациями заинтересовался Лесной. Лесной на самом деле был Парамоновым. Ещё он тоже был эмигрантом из СССР (ну, не полностью эмигрантом, он с фашистами вместе при отступлении уехал). А жил он в Австралии. Где изучал двукрылых и писал о величии славян. Кому как не энтомологу по образованию, в конце-то концов, просвещать народ об истории и филологии! Вот разве что химик-инженер Миролюбов подойдёт.
Лесной смотрит на вас как на двукрылое
Лесной развёл вокруг научного сокровища суету и суетился так, что шумиха дошла даже до СССР. В Академии наук академик Виноградов долго смотрел на единственное фото и думал, какими исключительно богатыми языковыми средствами можно выразить мнение. Мимоходом набрав материала на два новых словаря, академик пошёл к Жуковской.
Жуковская была человеком страшным. Она читала «Повесть временных лет» за завтраком и доказывала подлинность «Слова о полку Игореве» на обед. Ей проще было читать новгородские берестяные грамоты, чем современные романы.
И вот этому эксперту на стол попала «дощка Изенбека». Дальше был практически мем «Но это же ветка».
"Всё ещё абсолютно точно не пародия на эти ваши жалкие берестяные грамоты"
- Но это же прорисовка, - сказала Жуковская.
- Анализируй ето, - сказал Виноградов и с трёх метров шваброй подтолкнул к Жуковской страшное.
- Всё же тут понятно, - сказала Жуковская и расфокусированно посмотрела в пустоту.
- Наука требует жертв, - напомнил академик, запер Жуковскую на ключ и убежал.
Взгляд учёного, который анализировал ЭТО.
Жуковская припомнила Некрасова, решила, что вот её избы с конями и таки выдала экспертное заключение не матом. В экспертном заключении значилось, что текст на фотографии не может быть подлинным, потому что сочетает в себе элементы языка из самых разных эпох, и современные диалектизмы тоже. А так не бывает в исторических источниках. Так бывает при мистификациях. Когда человек, не знакомый с историческими процессами, которые в языке происходят, пытается коверкать язык, придавая ему вид «древности».
После Жуковской к тексту «Велесовой книги» пытались подступить другие филологи, и все были едины во мнениях: тот, кто это писал, не знал даже дореволюционной орфографии – не то что древних языков. И ни в одном естественном языке так исковеркать слова невозможно. Да, даже если летописец был больным дисклексией аутистом с СДВГ и неродным древнерусским.
Но кто поверит эксперту, правда? Лесной был энтомологом. Они не очень-то понимают в филологических аргументах. Куренков закончил колледж божественной метафизики с дипломом психолога. Ребиндер, который потом продвигал книгу, был тоже инженером. В общем, намечается кое-что общее у тех, кто потом собирал наследие Миролюбова, издавал это и продвигал.
Как, собственно, и у тех, кто с удовольствием приводит «Велесову книгу» сегодня в качестве научных аргументов. Обидно, конечно, что в 90-х она опять обрела популярность – и с тех времён её не то чтобы совсем не утратила… но таки продолжает привлекать всех, кто верит, что история и языкознание – это что-то такое, что не требует методической работы, системы доказательств и профессиональной подготовки. За эти годы вокруг «Велесовой книги» сложился культ – как религиозный, так и псевдонаучный. Хотя о какой вообще науке, даже псевдо, может идти речь, когда весь источник – одна прорисовка таблицы из тетради?
В общем, пранк вышел из-под контроля.
А учёные, конечно, пытаются бороться. Они этот фейк опровергали много раз. Например, доказывали, что ну не соединяли славяне дубовые дощечки по принципу индийских тростниковых книг – потому что это немножко разное же. И ещё есть прекрасная статья академика Зализняка с разоблачением фальшивки. А теперь вот на волне популяризации науки пошли ролики от современных учёных. Впрочем, кто слушает учёных? Вот у нас же тут явь-правь-навь…
Самое интересное, что и в фэнтези тоже можно встретить элементы «Велесовой книги». И на сайтах, посвященных славянскому пантеону и мифологии. И много где. Так что, пожалуй, это действительно моя любимая литературная мистификация. Которую я не могу простить только за одно.
Ну, почему там ничего нет про славянский зажим яйцами?!
В общем, так. В планах у меня притащить сюда статью про кабинетную мифологию и коллекцию вкусняшек из недавно закрывшегося музея "Новой хронологии". Если нужно - пишите, ладно?
Каменный диск причудливой формы, с тремя загнутыми "лопастями". Найден в гробнице чиновника Сабу, построенной свыше 5000 лет назад, еще до постройки первой пирамиды. Функционал диска совершенно непонятен.
Берегите мозг
Любители таинственного заявляют, что такую "совершенную" форму египтяне не только создать, но даже придумать не могли, и явно это что-то инопланетное, или, по крайней мере, наследие атлантов.
На самом деле, материал диска совершенно природный, мягкий и для обработки не требующий ничего сверхъестественного, кроме очень прямых рук и адского терпения. Да и форма у него далеко не идеально симметричная. Но зачем он, совершенно непонятно. Возможно, ритуального предназначения. Есть еще одна версия - это древнеегипетское клюкало.
Римские додекаэдры
Додекаэдр это правильный двенадцатигранник, состоящий из пятиугольников. Такие додекаэдры, чаще всего с шишечками и отверстиями на гранях, находили по всей Европе в ареале Римской империи и той же эпохи изготовления. Додекаэдры изготовлены чаще всего из сплавов меди, но находили и серебряный, и каменные. Отверстия даже в одном многограннике часто разных диаметров. Размер варьируется от 4 до 11 сантиметров. Никаких надписей нет. Найдено почти полторы сотни таких изделий. Интригует, что на территории самой Италии не найден ни один многогранник. Для чего они были нужны, совершенно непонятно, так как ни единого упоминания в документах не существует. Есть с десяток гипотез, у которых нет подтверждений.
1/2
Антикитерский механизм
В 1900 году был обнаружен затонувший античный корабль, с которого, собственно, и был поднят этот артефакт. Когда его изучили, то ученые схватились за головы. В этом механизме было не менее 30 бронзовых шестерен и циферблаты со стрелками. Машины такой сложности для античности считались невозможными, их начали изготавливать только к концу Средневековья.
Механизм начали немедленно изучать и реконструировать. Так как он находится в очень плохом состоянии, то реконструкции сильно различаются. Чего нельзя отрицать - машинка была действительно сложной. Большинство исследователей уверены, что предназначалась она для астрономических вычислений. В отличии от додекаэдров, в древнеримских источниках описания таких машинок присутствуют.
Я ни на что не намекаю, но..
...и фэйковые
Хрустальные черепа
Собственно, человеческие черепа, изготовленные из цельного куска горного хрусталя. Информация о них стала появляться во второй половине 19 века. На сегодняшний день известно четыре черепа, находящиеся в музеях, возможно, есть и другие, в частных коллекциях. Три из известных якобы найдены в джунглях Гватемалы французским антикваром Эженом Бобаном, четвертый якобы найден авантюристом и писателем Митчеллом-Хеджесом.
Берегите мозг
Согласно мнениям в псевдонаучной литературе, черепа было невозможно изготовить земными орудиями, во всяком случае, древними. В запущенных случаях, артефактам приписывается паранормальное действие , оказываемое на психбольных и наркоманов, а также, что черепа стреляют лучами поноса из глаз.
В реальности, черепа неоднократно исследовались новейшими научными методами, которые показали следы обработки инструментами, характерными для 19 века, а хрусталь происхождением из германских или швейцарских Альп. Для какой же цели они изготавливались? Получить денежков с лохов любителей древностей на хайпе открытия мезоамериканских цивилизаций.
Камни Ики
В начале 1960-х годов в Перу, на черном рынке стали появляться странные камни. Точнее, это были обычные камни-гальки, но с необычными гравировками. Сделанные в стиле перуанского народного искусства, они изображали динозавров, людей и динозавров, хирургические операции и научные занятия. Профессор медицины Хавьер Кабрера посчитал их подлинными и стал скупать в огромных количествах. Он же и прославил камни на весь мир.
Берегите мозг
Конспирологи, естественно, считают камни подлинными. Кто-то из них думает, что это свидетельства контактов перуанцев и инопланетян, кто-то подтверждением ошибочности теории эволюции.
На самом деле экспертиза давным давно подтвердила современное происхождение артефактов. Нет задокументированных раскопок, происхождение держится в тайне. Изображения абсолютно безграмотные с точки зрения биологии и науки вообще и явно срисованы с энциклопедий 50-60-х, с устаревшими сведениями. Наконец, несколько местных жителей просто признались в фальсификации и объяснили методику изготовления (например, камни "состаривались" в костре с навозом).
1/3
В конце ой!
Велесова книга
Книга, в которой содержатся неизвестные сведения из истории и верований древних славян, уходящие аж в пятый век нашей эры.
Это настолько махровая фальшивка, что лень объяснять. Ладно. Начнем с истории публикации. Напечатал текст некто юрий Миролюбов, русский писатель-эмигрант, по странному совпадению, писавший до этого псевдоисторические сочинения. Списал текст он, якобы, с неких деревянных дощечек, с вырезанными текстами. Дощечки подогнал ему некий полковник Федор Изенбек, который, якобы, нашел их в разоренной красными усадьбы, неизвестно чей, при размытых обстоятельствах. То есть, количество передаточных звеньев уже намекает. Это круче, чем "Рабинович по телефону напел". Где же дощечки? А нету, утеряны, есть только фотка одной.
Язык "Книги" противоречит развитию что древнерусского, что языков вообще (а лингвистика наука точная, оперирующая сложным математическим аппаратом) и представляет собой дикую мешанину славянских языков (много от современного польского, чешского, хорватского, и так далее). Грамматика "Книги" сильно противоречива даже внутри нее самой.
ВЕЛЕС- наиболее почитаемый бог у сельских жителей, в частности славян судя по общепринятой истории. Если исходить из языков волжскофинских народов мордвы(Мокша,Эрзя), то Велес переводится вероятно от Велеса-В Селе, т.е. по сути ВЕЛЕС -СЕЛЬСКИЙ, именно поэтому возможно и был наиболее почитаем сельскими жителями.
Прошлая часть вызвала некоторые споры в комментариях, которые, как обычно, быстро ушли в сторону. Думаю, это связано с тем, что упомянутые в ней фейковые «документы» - относительно свежие и касаются событий, близких к современности. В этот раз речь пойдет о более старых подделках и эпохах. На всякий случай, напомню – тема поста сами фальшивки, история их появления и разоблачения. А не более глобальные вопросы, как например, есть ли у западных стран планы ослабления России или – существуют ли тайные общества.
«Велесова книга»
В принципе, эта фальшивка даже моложе «Протоколов сионских мудрецов», но в ней речь идет о более отдаленных временах. Первым «Велесову книгу» опубликовал русский писатель-эмигрант Юрий Миролюбов. Он уверял, что изначально этот текст был записан древнерусскими язычниками на деревянных дощечках. Дощечки в годы Гражданской войны обнаружил некий белый офицер Изенбек, который увез их с собой в эмиграцию. А там они попали в руки Миролюбова, десятилетия потратившего на их расшифровку. Пока в 1953 году вместе с другим эмигрантом Александром Куренковым они не издали текст «Велесовой книги» в Сан-Франциско. Правда, тогда особого интереса эта брошюра ни у кого не вызвала.
Потом в продвижение книги включился еще один эмигрант Сергей Парамонов. Биолог по образованию, в годы Великой Отечественной войны он не стал эвакуироваться из Киева, по его словам, чтобы сберечь коллекцию Зоологического музея, где работал. В итоге, он покинул Киев в 1943 году, сопровождая ту самую коллекцию, которую немцы вывозили в Германию. После войны ему удалось избежать репатриации и уехать в Австралию. Там он стал писать книги «по альтернативной русской истории» под псевдонимом С. Лесной. Он же сделал первый «литературный перевод» «Велесовой книги».
После исключения из партии Месяцева отправили в «почетную ссылку» старшим научным сотрудником в Институт научной информации по общественным наукам (ИНИОН). Там он сошелся с Валерием Скурлатовым, который уже в 1980-е засветится среди русских националистов. Но это будет позже, а в 1976 году эта парочка сумела опубликовать в «Неделе» (воскресное приложение газеты «Известия») статью о «Велесовой книге» в любимом всеми конспирологами стиле «историки скрывают правду». И вот с этого времени «Велесова книга» на долгое время стала популярной в кругах наших сограждан, интересующихся историей. А для возникшего чуть позже движения неоязычников («родноверов») чуть ли не манифестом.
Ну а теперь перейдем к перечислению причин, по которым историки считают ее подделкой (кстати, первый детальный разбор этих причин был опубликован в журнале «Вопросы истории» еще в 1977 году, так что дальнейший самообман ее поклонников дело сугубо добровольное).
Первое. Никто, кроме Миролюбова, не видел этих табличек, после того, как он их переписал, они «удачно» пропали. Сам Миролюбов постоянно путался в их описании: текст на них то был «выжжен», то «выцарапан шилом» (при этом позже сказано, что текст «выцвел»). А единственная их фотография оказалась снимком вовсе не с дощечки, а с рисунка на бумаге.
Второе. Утверждается, что она написана в IX веке докириллическим языческим письмом. Но на упомянутом снимке с бумажной «таблички» видна как раз деформированная кириллица (которую позже изобрели Кирилл и Мефодий), а некоторые буквы выглядят так, как они сложились веку ко временам Ивана Грозного.
Третье. По содержанию, количеству персонажей, их биографиям «Велесова книга» на порядок беднее других известных нам древних эпосов, той же «Эдды» или греческих мифов. И это при том, что она «описывает» события, якобы, охватывающие тысячелетия. Лично мне тут стало совсем обидно за славян.
Четвертое. По заключению языковедов, автор текста явно не владел старославянским языком, и произвольно смешивал в тексте русские, украинские, польские, сербские и другие гораздо более поздние орфографические и морфологические формы. Это определение, кстати, хорошо подходит самому Миролюбову, который до того написал немало фантастики, основанной на мифах древних славян. А еще в этом «ведическом трактате» часто встречаются обороты из Библии, типа «и ныне и присно и во веки веков», «тайна сия велика есть».
Пятое. Главный довод лингвистов. Язык «Велесовой книги» — это, строго говоря, вообще не язык. Он начисто лишен грамматического строя, нет системы склонений и спряжений, зато полно химер типа «я пришли», «ты делаю», «они напишешь». Язык без грамматического строя попросту не может существовать. Его невозможно не то что выучить, но даже и сымитировать. По этой же причине «Велесову книгу» нельзя адекватно перевести.
А в 1990 году известный филолог-медиевист Олег Творогов не только собрал все эти аргументы воедино, но и обоснованно предположил, что настоящий автор – Миролюбов (Творогов нашел множество псевдоисторических построений в произведениях Миролюбова 1920-1940-х годов, которые потом перешли практически без изменений в «Велесову книгу»). Для специалистов на этом вопрос, в принципе, был закрыт. Но, насколько я знаю, до сих пор есть чудики, которые верят в ее подлинность. Об одном таком я здесь как-то рассказывал (мы вместе заканчивали истфак). Хотя, если учесть, что он успешно издает книги по «правдивой истории славянского язычества», столь же «правдивые», как «Велесова книга», то еще вопрос – кто чудик, он или его читатели?
Записка готского топарха
Эта история началась на сто с лишним лет раньше. 1819 год. Париж оправляется от последствий революции и наполеоновских войн. Русская армия вернулась домой, но наших соотечественников без труда можно встретить в столице Франции. В ходе одной такой встречи хранитель греческих рукописей королевской библиотеки Парижа Карл Бенедикт Газе познакомился с русским канцлером Николаем Петровичем Румянцевым. И получил от него деньги на издание «Истории» Льва Диакона (византийца, жившего в Х веке). Диакон был близок к императорскому двору, а значит, хорошо информирован, что нашло отражение в его десятитомном сочинении. В частности, оно является прекрасным источником сведений о балканских походах князя Святослава, с котором боролась Византия.
В примечаниях к изданию Газе указал, что видел еще одну византийскую рукопись, описывающую события русской истории. После разгрома Наполеона, по словам Газе, рукопись увезли из Парижа в неизвестном ему направлении, но он успел переписать и перевести несколько отрывков. Эти отрывки он опубликовал под общим названием «Записка готского топарха» (топархами тогда называли губернаторов приграничных областей).
Первый отрывок описывает путешествие рассказчика через снега с неким посольством и его переправу через реку Днепр: «Некоторые из лодок, будучи затоплены, стремительно тонули – таким оказался рассвирепевший Днепр». Преодолеть реку удалось только после того, как она покрылась льдом, но и далее путь был непрост: поднялся северный ветер огромной силы, дороги были непроходимы, буря слепила снегами. «Мы не прошли… и семидесяти стадий… Снег был в четыре локтя», – говорилось в тексте.
Второй отрывок был посвящен нападению неких варваров на область, которой управлял рассказчик. В третьем отрывке он вновь отправляется с посольством к некоему могущественному правителю, «царствующему к северу от Дуная, сильному многочисленным войском и гордому боевою силою». «Я был принят в высшей степени гостеприимно… рассказал ему обо всем… и [он] отдал мне охотно снова всю область Климат» (так в византийских источниках обозначаются их владения в Южном Крыму). Поскольку в опубликованных текстах не указывались точные даты событий, то разные комментаторы отводили на роль «северного правителя» то Святослава, то Владимира Мудрого, а то и Ярослава Мудрого.
Вообще «Записка…» вызвала большой интерес и есть масса ее интерпретаций, не все, кстати, считали, что там речь о Киевской Руси, были версии про болгарских правителей, а роль варваров во втором отрывке отводили то венграм, то печенегам.
В общем, ученых дискуссий было иного. Но в 1970 году на Международном конгрессе исторических наук в Москве выдающийся американский византинист Игорь Шевченко объявил, что «Записка готского топарха» — это фальсификация, написанная самим Газе. И не просто заявил, но и убедительно обосновал свой вывод.
Для начала Шевченко изучил корректурные листы «Записки…», хранившиеся в парижских архивах. И показал, что в этой корректуре Газе правит греческий текст не как издатель, а как автор. Заменяет слова не синонимами, а новыми терминами, «деревню» на «город» на похожие друг на друга, а на совсем непохожие. Например, слово «деревня» он заменяет словом «город», что, согласитесь, совсем не одно и то же.
Далее Шевченко обратил внимание на то, что рукопись, «относящаяся к Х веку» написана языком, характерным для византийских текстов XIII века. И на то, что в первоначальном варианте она состояла из двух отрывков, к которым в ходе подготовки к публикации добавился третий (и это спустя восемь лет после «таинственного исчезновения» оригинала).
Затем Шевченко привел ряд документов из архива канцлера Румянцева, из которых следовало, что тот щедро оплатил работу Газе. Желание раскрутить русского вельможу на новые «гранты», по мнению ученого и подтолкнула Газе к написанию «Записки…». И судя по личному дневнику хранителя рукописей, до которого тоже добрался дотошный американец, тот был человеком весьма циничным и достаточно образованным, чтобы изготовить качественную подделку.
Часть участников конгресса сразу признала правоту Шевченко (к тому же сомнения в ее подлинности на полвека раньше уже высказывал наш выдающийся специалист по истории Византии Бенешевич, но ему не разрешили работать с заграничными архивами в поисках доказательств сомнений). Но были и те, кто сомневался. Точку в этом вопросе уже в нашем веке поставил петербургский византинист Игорь Павлович Медведев. Для начала он сумел найти еще один поддельный текст от Газе, но там фальсификатор сработал менее тщательно (вероятно, потому, что не планировал продавать текст русским спонсорам). Вместе с Шевченко им даже удалось найти оригинальную рукопись, которую Газе «переписал», заменив время и место событий, вместе с именами их участников. И на полях текста обнаружились пометки, сделанные почерком Газе. Технология подлога стала понятной: хранитель находил малоизвестный текст и, взяв сюжет за основу, обрамлял его «нужными» деталями, которые должны были вызвать интерес заказчика. На основе этого Медведев остроумно предположил, что первый отрывок «Записки…» списан с воспоминаний какого-нибудь французского офицера, бежавшего из Москвы по зимним дорогам. Как бы то ни было, на сегодня «Записка…» считается полностью дискредитированным источником.
Краледворская рукопись
Интересное совпадение – история этой подделки начинается в том же 1819 году, но в Чехии. Некий филолог Вацлав Ганка опубликовал под этим названием несколько лирических стихотворений на старочешском языке и восемь эпических сказаний о подвигах героев, чьи имена известны по старым хроникам. Он уверял, что нашел эти тексты двумя годами ранее в подвале одного из домов в городе Двор Кралове, где останавливался проездом. В Чехии, которая тогда была частью Австро-Венгерской империи издание «Краледворской рукописи» встретили с искренним восторгом. Причина проста: до того немцы постоянно троллили чехов тем, что у них, мол, бедная история, в которой, кроме гуситов и нет ничего героического. А тут чехи получили свой вариант «Песни о Нибелунгах».
Авторитета публикации придала поддержка со стороны некоторых ученых, прежде всего, один из основателей славяноведения Йозеф Добровский. Он же обратил внимание на то, что найденная рукопись, по сути, набор уцелевших листков гораздо большего текста, отчего чувство национальной гордости у чехов только выросло: их наследие становилось богаче на глазах.
Вацлав Ганка
Для самого Ганки тоже началась «белая полоса» - он стал одним из руководителей оргкомитета по созданию чешского Национального музея, которому сам Ганка торжественно подарил найденный экземпляр «Краледворской рукописи». Пражский бургграф Франтишек Коловрат решил не отставать и подарил музею еще одну рукопись, получившую известность как ««Суд Либуше». Точнее, это тоже была часть какого-то старинного пергамента, где рассказывалось, как некая княжна Либуше пыталась примирить двух своих враждующих вассалов, но один, недовольный решением княжны, поднял против нее мятеж… Этот отрывок вообще датировали рубежом IX и Х веков. Так началась история обретения древней чешской словесности (которая заслуживает не одного отдельного поста).
Что интересно, бургграф уверял, что получил рукопись по почте от анонима. Сорок лет спустя выяснилось, что отправителем был слуга одного австрийского фельдмаршала. Разбирая фамильный архив своего господина, он наткнулся на старинные пергаменты и решил их припрятать. А позже, узнав об открытии музея, отправить письмом его учредителю. Такой вот своеобразный патриот.
Правда, тот же Добровский предложили свою версию: рукопись была подделана Ганкой и учеником самого Добровского Йозефом Юнгманом, которые, якобы, перевели ее на современный язык с древнечешского (собственно, легкость с которой они проделали эту работу и заставила сомневаться старого ученого). Но Добровского слушать не стали, тем более, годами ранее он сам восхвалял Ганку за «Краледворскую рукопись».
Надо сказать, тогда в Праге сложился целый кружок молодых патриотично настроенных чехов, которые периодически «находили» древние чешские манускрипты.
Одна из страниц "Суда Либуши", также известного как "Зеленогорская рукопись"
Но если в отношении одних («Вышеградская песня», «Любовная песня короля Вацлава» и т.д.) ученые-слависты сразу высказывали сомнения в подлинности, то другие находки, и, прежде всего, «Краледворская рукопись», долгое время считались подлинниками. А пражское общество (образованная его часть) так и вовсе считало крайне непатриотичным сомневаться в происхождении свеженайденных памятников древней чешской письменности.
Но уже в середине XIX века ситуация поменялась, ученые, изучая все эти манускрипты, стали находить в них достоверные следы подделок. Дошло и до «Краледворской рукописи», причем, скандал получился такой резонансный, что дело попало в Пражский суд. Но опираясь на показания неких свидетелей суд сумел лишь установить, что Ганка нашел эту рукопись в Двор Кралове и все. И даже тот факт, что в предыдущих скандалах с подделкой регулярно были замешаны приятели Ганки, никак не повлиял на вердикт. Равно как и прецеденты довольно вольного обращения самого Ганки с экспонатами Национального музея (он сживал отдельные манускрипты в рукописи, в некоторых – обводил буквы чернилами, в других вымарывал и вписывал слова и предложения, по своему разумению).
Снова «Краледворская рукопись» попала в центр скандала незадолго до Первой мировой войны, когда на одном из ее листов обнаружили почти выцветшую надпись «V. Hanka fecit», то есть «В. Ганка сделал». Сторонники версии о ее подделке восприняли это как решающее доказательство. Но их оппоненты указывали на данные химической экспертизы о том, что пергамент – древний и никаких следов предыдущих надписей не обнаружено. Как поэт смог бы обвести вокруг пальца химиков, замечали они.
И только спустя два десятилетия, исследователям удалось установить имена еще двух участников этого массового «поиска древних манускриптов» - печатник Иоганн Миних и художник-реставратор Франтишек Горчичка. Дневник последнего и внес больше ясности в то, как группа молодых чехов фактически создала фундамент для изучения родной литературы и истории. По сути, они инициировали интерес в обществе и у местной власти, который потом принес немало подлинных ценных находок. Но в начале были все же фальсификаты. И «Краледворская рукопись» в их числе. Хотя намерения ее создателей и были довольно благие.
Говоря о языке древней Руси, то и дело приходится рассматривать многочисленные аспекты культуры, мировоззрения и верований людей, на этом языке говоривших. Об этих людях, и о их взаимоотношении с Богом (или богами) сейчас сказано и написано столько, что диву даёшься, как это только терпит бумага.
Один из таких моментов - "славянское" трёхмирье Правь-Явь-Навь, чем-то напоминающее скандинавскую триаду Асгард-Мидгард-Хель. Как только эти три стороны бытия ни склоняют, уж куда только их ни пихают, а всё неймётся нео-ра-дно-верам.
или так:
То к трём мирам ещё и Славь пришьют, и населят её СЛАВянами. То христианскую конфессию православие (калька греческого «ортодокс», в свою очередь бывшего калькой с иудейского «иехудим», дословно «правильное учение») выведут от словосочетания "славить Правь".
То туда же ещё понапихают всяких звучных слов на "-авь", лишь бы нужное количество получилось. Трёх мало, надо пять. А лучше семь. Или девять.
Так давайте же разберёмся, откуда есть пошли эти все слави, здрави, яви и прочие нави (Оэль нгати камэйэ, Джейк Салли).
Слово "явь" широко использует русским языком для обозначения действительности как противопоставления сну, мечте или бреду («мечта стала явью»). Происходит от праслав. *avь, то есть «ясно, известно».
Поэтому очевидно, что в источниках Национального Корпуса Русского языка это слово многократно встречается. Вот только встречается оно лишь в смысле, указанном абзацем выше. Как противопоставление сну, мечте или бреду. Никаких отсылок к Мидгарду, Миру проявленному или чему-то подобному до конца XX века не встречается. А дальше - сплошь неоязыческие переливания из пустого в порожнее.
Слово "правь" это повелительное наклонение глагола "править". Слово "правь" как существительное выдумали всё те же ра-дно-веры: инглинги и прочие подобные.
В Национальном Корпусе слово "правь" встречается лишь как повелительное наклонение от глагола "править". Как имя существительное оно там тоже до конца XX века отсутствует.
Слово "навь" означает смерть или мертвеца. Слово это исконно славянское, восходит к индоевропейским корням. Есть мнение, что слова "неф" (вытянутое помещение, часть интерьера, ограниченное с одной или с обеих продольных сторон рядом колонн или столбов, отделяющих его от соседних нефов) и венетское nave (судно) происходят из этого же корня, а значение "смерть" прикрепилось к слову "навь" через образ погребальной ладьи.
Навки, навьи - это заложные покойники, то есть люди, умершие "злой", не своей смертью. Их даже на кладбищах не хоронили, а закапывали на перекрёстках дорог, закладывая яму камнями и ветками (отсюда и термин "заложные"). А для того, чтобы наверняка уж затруднить такому мертвецу возвращение к живым, его ещё и в гроб укладывали лицом вниз. Он там-де очнётся, не сориентируется сразу и начнёт копать вниз, а не вверх.
Слово "навь" тоже многократно встречается в источниках Корпуса. Но тоже, как и явь, означает только указанное чуть выше множество значений: смерть, мертвец. Как часть некоего Трёхмирья его (равно как и "правь" и "явь") стали упоминать лишь во второй половине XX века, после публикации широко ныне известной "Велесовой Книги".
Что же гласит оная книга о Славянском Трёхмирье?
праве бо есь невідомо уложена дажьбом, а по ньяко пря же ся теце яве і та соутворі живо то нашо а токо лі одіде сьмртье есь явь есь текоуща а творено о праві наве нбо есте по тоія до те есте нава а по те есте нава а в праві же есте явъ
Я намеренно не хочу в этом обзоре вообще касаться вопроса подлинности данной книги. Даже если считать её достоверным источником древнерусской культуры (а это ещё вовсе не факт!), это никак нельзя переносить на её интерпретации и переводы.
Например, есть и иная её трактовка, названная "Приникание". И в нём указанные строки звучат совсем иначе:
ПРАВЕ БО ЕСЬ НЕВИДОМО УЛОЖЕНА ДАЖЬБОМА
ПОНИАКО ПРИАЖЕСИА ТЕЦЕИА ВЕИ ТА СОУТ ВОРИ ЖИВОТО НАШО А ТАКО КОЛИ О ДИДЕСЬМ РТЬЕСЬ ИАВЬЕСЬ ТЕКО УЩА ТВОРЕНО О ПРАВИ НАВЕН
БО ЕСТЕ ПОТОИИА ДО ТЕ ЕСТЕ НАВА А ПО ТЕ ЕСТЕ НАВА А В ПРАВИЖЕ ЕСТЕИА ВЬПОУ ЧИХОМ СИА
что в переложении, по мнению автора:
Доля по закону, если есть не обнаружившийся ранее хозяин, что ему и отдаётся.
Владения оспаривать бегут к Вейцам те, чья суть грабители жизни нашей. Таким образом, на дедины наши с войском явились. Прибежавшим начали мы доказывать право новин.
Было это принуждение, и земля до того была не занятой, и потому есть новина и, стало быть, есть право наше. Те стали вопить…
«Чихать на это...
Как видите, никаких трёх китов славянского мироустройства. "Навь" читается в значении "новое, новина", "правь" - в значении "право". Всё обыденно, какие-то там земельные дрязги. Квартирный, так сказать, вопрос.
Вот и получается, что хвалёное "Древнее славянское триединство" покоится (как, впрочем и многое другое "древнее славянское", на деле сочинённое в перестройку или немногим позже) на совсем иных трёх устоях: на жажде власти, жажде признания и жажде наживы.
А уж на этих устоях можно какую угодно "развесистую клюкву" развести, и найдутся простаки, что в эту чушь поверят и понесут её как великое откровение. Потом, конечно, окажется, что колосс на глиняных ногах, и фундамент поплывёт, и клюква тоже разъедется. Но к тому времени бабки уже надёжно осядут в нужных карманах, и можно будет возводить новую Главную Теорию Всего. Что, в общем и происходит в наше время то тут, то там.
Сейчас вот на гребне моды лингвофричество системы "все языки произошли от русского" - на эту тему я уже много всего написал, "родовые практики" (копание в тёмном прошлом и объяснение им всех нынешних бед клиента) и прочие давно известные штуки, но с приставкой "славянские". Славянский массаж (печально известные "ладки" - тоже слово, неизвестное доселе Русскому языку), славянский бесконтактный бой с крестом и без. Дальше сами соображайте.
Если у кого-то из читателей возник вопрос: "что же делать?" - учите Древнерусский язык, настоящий Древнерусский язык по классическим учебникам, не поддаваясь соблазну лингвофричества.
