Два молодых человека, застигнутые холодом и темнотой городской окраины, опаздывают на последнюю электричку. Ночь давит на плечи, ветер свищет, и некуда голову преклонить. Тут-то и рождается дерзкая выдумка: один из них, в отчаянии, называет себя старшим сыном незнакомого человека. О, эта ложь, родившаяся из нужды и страха, эта маленькая хитрость, что, казалось бы, должна была рассыпаться при первом же взгляде, при первом слове! Но нет — она не рассыпалась. Напротив, она стала той самой дверью, через которую в дом вошло нечто куда более важное.

Евгений Леонов: "Я этого Сарафанова так сыграю, что зритель плакать будет… или смеяться, это уж как он увидит".

Евгений Леонов не просто исполнял на экране роль отца — он и в жизни становился настоящим наставником и опорой на съёмочной площадке. Его доброта и чуткость согревали всю группу, а мудрые советы помогали молодым артистам раскрыться и поверить в себя.

А Боярский, тот вообще случайно попал: шёл по коридору, шляпу нёс, а ассистентка Мельникова как глянет: "О, вот он, Сильва!" Ну, Мишка и не стал спорить — человек он покладистый, да и роль ему пришлась по душе. Самого себя играть - эт тоже уметь надо! Караченцов настоящий профи: всё репетировал, даже в перерывах что-то бормотал себе под нос, будто с невидимым партнёром разговаривал. Главная роль как никак! Блестящая работа. Советские актёры с каждым годом играют лучше.

Место для съёмок было выбрано будто нарочно для гоголевской повести: окраина Ленинграда, станция Ржевка, расселённый дом, уже приговорённый к сносу. Дом этот, полупустой, с гулкими коридорами и холодными комнатами, казался живым существом, которое ещё помнит голоса прежних жильцов, но уже готовится уйти в небытие. Декораторы колдовали над ним, стараясь вернуть ему хотя бы тень уюта, и в этом было что-то трогательное — словно пытались удержать мгновение, которое вот-вот исчезнет. И ведь действительно: вскоре после съёмок дом снесли, и осталась от него только память, запечатлённая на плёнке.

А самое интересное началось, когда дело дошло до музыки. Тут, граждане, вышел целый спор. Одни говорят: "Надоть что-то своё, оригинальное", другие: "Да бросьте, Рахманинов лучше любого композитора!" В итоге остановились на прелюдии — и правильно сделали. Как зазвучит эта музыка, так сразу и понимаешь: вот она, душа фильма, чистая и простая.

Съёмки шли необычно: сцены снимали длинными кусками, почти как театральные акты. Оператор Юрий Векслер выстраивал кадр так, что в нём чувствовалось дыхание времени, тяжесть молчания и радость нечаянного слова. А на площадке царила атмосфера редкого согласия: режиссёр не давил, не диктовал, а словно прислушивался к тому, что рождается само собой. И оттого каждый жест, каждый взгляд, каждая пауза в фильме — не случайны, а выстраданы, выстроены, прожиты.

О, как легко было бы свести смысл этой картины к простой морали. Но "Старший сын" куда глубже. „Старший сын“ — это окно в жизнь. Мы будто проживаем с ними там, в той квартире на окраине, среди чашек, старых пальто и неловких пауз, когда никто не знает, что сказать. И в этой неловкости — всё. Не поза, не красивая фраза, а настоящая человечья правда.

"Старший сын" не утомляет, не давит, не учит свысока. Он просто показывает, как люди живут. Где то там. Не помню на какой станции. Между лесом и столбами.

Нынче смотрится этот шедевр совсем не так, как смотрели полвека назад! Тогда, в эпоху застоя, он был словно откровение. А нынче, когда мир гремит и торопится, когда каждое слово должно быть острым, а каждая сцена — как выстрел, "Старший сын" вдруг стал глотком тишины. Ламповость и уют на дальней станции Советского Союза так и льётся из этой картины.

И вот сидишь после титров, чашку с остывшим чаем крутишь в руках, и вроде ничего особенного не произошло — просто кино посмотрел. А на душе как-то спокойнее. Будто кто-то рядом тихо сказал: "Всё нормально, ты не один".

Иногда и этого хватает.

Режиссер Алексей Коренев собрал на съемочной площадке великолепный актерский ансамбль из звезд советского кинематографа, каждая из них - обладатель неповторимой харизмы: Николай Караченцов, Юрий Яковлев, Иннокентий Смоктуновский, Вениамин Смехов, Ирина Шмелева, Елена Коренева, Сергей Мигицко. Кстати говоря, это и есть весь актерский состав. В фильме задействованы всего 7 актеров.

Пересказывать сюжет невозможно, этот фильм надо смотреть своими глазами, чтобы понять и уловить все грани тонкого юмора, эмоций, взаимоотношений. В основе сценария - одноименная пьеса Робера Тома. Кстати, по пьесе этого писателя снят еще один блистательный комедийный фильм: "Ищите женщину" с Софико Чиаурели и Сергеем Юрским в главных ролях.

Фильм снимали в Ялте на чьей-то даче. По советским временам довольно богатой: там тебе и камин в стиле шале, и фонтанчик для питья, и крыша из настоящей черепицы, и натуральный камень в отделке, и радиотелефон, и куча бутылок из-под алкоголя с иностранными этикетками. В общем, полный комплект, отображающий видение "заграницы" советским человеком.

Пьеса Робера Тома это фарс, поэтому иногда может показаться, что актеры малость переигрывают, что персонажи не видят очевидного и иногда откровенно тупят. Но ведь это комедия, а не драма. Игра, забава, насмешка. И на мой взгляд, актеры сами изрядно развлекались в процессе съемок, от чего получали удовольствие.

Николай Караченцов (Даниэль Корбан) и Юрий Яковлев (комиссар полиции)

Вениамин Смехов просто восхитителен в роли лже-кюре. Некоторые отмечают его сходство с Лиамом Нисоном. Ну не знаю, не знаю. Я этого не вижу.

Псевдо-священник в исполнении Вениамина Смехова

Рядом со Смеховым на фото выше стоит Ирина Шмелева. Несмотря на богатую фильмографию, сейчас о ней мало кто помнит, а ведь она снялась в таких фильмах как "Битва за Москву", "Искренне ваш", "Кин-дза-дза", "Где находится нофелет" и еще трех десятках других. Кстати, Ирина из первых советских актрис, которые разделись на экране. Именно в этом фильме она предстала перед зрителями в обнаженном виде и не со спины и не в ванной в пене.

Беззубый Смоктуновский - полный отпад. По воспоминаниям участников съемок, Иннокентий Михайлович сам разработал образ "вольного художника" папаши Мерлуша и идея сниматься без зубного протеза тоже принадлежала ему. Ну что ж, великий Смоктуновский попал в точку - образ интеллигентного бомжа, на мой взгляд, затмевает все остальные образы, несмотря на то, что папаша Мерлуш появляется в кадре максимум на 10 минут и произносит не более 30 фраз. Он настолько органичен, настолько правдоподобен, настолько настоящ, то понимаешь - остальные играют, а он - живет.

Иннокентий Смоктуновский в образе папаши Мерлуша

Фильм идет полтора часа и очень понравится тем, кто ценит остроумные легкие комедии, не грузящие излишней философией. Ну и да - все тайное становится явным. Помните об этом. )

Знаете, есть истории, которые пересказывают из уст в уста. Байки. Они живут своей жизнью — их рассказывают в гримёрках, на съёмках, в курилках. И каждая новая версия становится только смешнее.

Одна из таких — про Иннокентия Михайловича Смоктуновского. Великий актёр. Гениальный. Абсолютно серьёзный человек. И вдруг такая история...

Я наткнулся на эту байку абсолютно случайно, на одном форуме. Поэтому и решил рассказать ее вам, мне она показалась очень забавной и, по-доброму, смешной.

Как всё начиналось

Дело было в Крыму. Снимали фильм "Ловушка для одинокого мужчины". Режиссёр — Алексей Коренев. Компания собралась отличная: Смехов, Караченцов, Аксёнова. И, конечно, Смоктуновский.

Съёмки шли на берегу моря. Жара. Как водится, в обед все бросились купаться. Смоктуновский — тоже. Наплавался, нанырялся, от души.

Вдруг слышит: зовут. Ну, он человек дисциплинированный. Если зовут — надо идти. Вылез, отряхнулся. Сел в кресло, ждёт, пока загримируют.

И тут чувствует — что-то не то. Во рту какой-то дискомфорт. Привычный, но странный. Языком пощёлкал. И понял.

Челюсти-то нет.

Тот самый момент

Выронил, когда нырял. Стоит теперь без челюсти. А гримёры ждут. Оператор говорит: надо снимать, пока солнце не ушло.

Смоктуновский встал, пошёл к режиссёру. Подходит и говорит:

— Я челюсть потерял.

Режиссёр смеётся. Вся группа смеётся. Думают — шутит. Великий актёр решил разрядить обстановку.

А он стоит серьёзный, без челюсти, и повторяет:

— Я не шучу. Челюсть потерял.

Полчаса доказывал. Показывал, что во рту пусто. Шамкал. Только тогда до всех дошло.

Весёлое стало грустным

И тут началась паника.

Снимать нельзя — актёр не может говорить. Да ещё предпоследний день месяца. Если материал сегодня в Москву не отправят — план провален. А значит, все потеряют премиальные.

В те годы это были не шутки. Премия — 40% к зарплате. Серьёзные деньги.

И вот все, кто минуту назад смеялся, теперь смотрят на Смоктуновского косо. Не зло, но с такой тоской: "Ну ты, Иннокентий Михайлович, даёшь".

Режиссёр говорит директору:

— Всё. Выкручивайся. Через полчаса чтобы Смоктуновский был в кадре.

Операция "Челюсть"

Директор бегает к художникам, к бутафорам. Те руками разводят:

— Мы не дантисты. Челюсть не наша специальность.

Тогда директор хватает мегафон. Выбегает на пляж и орёт на весь берег:

— Внимание! Тот, кто найдёт челюсть Смоктуновского, получит пять бутылок коньяка. Лично от меня!

После этих слов в воду бросились все. Даже те, кто в съёмочной группе не работал. Лежали на пляже, отдыхали — и те нырнули.

Пять бутылок коньяка, понимаете?

Ныряли долго. Кто-то искал челюсть. Кто-то просто за компанию. Вода была мутной, видимость никакая. И вдруг...

Итог

Из воды выныривает молодой парнишка-осветитель. Рот до ушей, глаза горят. В руке держит челюсть.

Все замерли. А потом как заорут! Радуются, обнимаются. Побежали готовиться к съёмкам.

Смоктуновский подходит к парню, берёт челюсть. Кивает с достоинством. Смотрит на неё. Потом суёт в рот.

И замирает.

Все смотрят на него. Он молчит. Тяжёлая пауза. Мхатовская, как он умел.

А потом шепотом, трагически, говорит:

— А она... не моя...

Моё мнение

Я до сих пор не знаю, правда это или нет. Но эта история — как бокал вина: если в ней есть доля правды и горькая усмешка, значит, она живая.

Смоктуновский — великий актёр. Он умел и драму сыграть, и комедию. Но эта сцена, я уверен, была лучшей в его жизни. Потому что в ней он был не актёром. Он был просто человеком, который потерял зубы в Крыму и получил взамен чужие.

И если это байка — дай бог каждой байке быть такой.

Вы также всегда можете поддержать автора канала (исключительно по вашему желанию и порыву)

Любовь Людмилы Поргиной и Николая Караченцова давно вышла за рамки личной жизни, став любовным романом-легендой. В разговоре с aif.ru вдова легендарного актёра Людмила Поргина раскрыла секрет их семейного долголетия, вспомнила, как дважды шла под венец, прежде чем найти того самого, единственного, и поделилась, как сегодня живёт без любимого мужа.

Три мужа — одна судьба

«Впервые я вышла замуж в 17 лет — после школы, за юношу из нашей студии. Мы вместе поступили в театральный институт, учились... Но всё время внутри меня что-то свербело: „Не то, не то“», — призналась Людмила Поргина aif.ru.

Вторым мужем актрисы был каскадёр Виктор Корзун. А потом она встретила его.

«Уйдя из МХАТа в театр Ленинского комсомола, я увидела Колю — и всё стало на свои места. Я искала необыкновенную энергетику, порядочность, воспитанность, цельную, мощную натуру. И вот он (Караченцов) вышел на сцену», — рассказала Поргина aif.ru. И, улыбнувшись, добавила: «Он был такой музыкальный, подвижный, кудрявый, улыбка во всё лицо»...

В тот момент актриса посмотрела на... люстру, прошептав: «Господи, где ж ты был? Если я не выйду за него замуж, то повешусь на этой люстре!»

Эти слова были сказаны Поргиной самой себе и остались в памяти на всю жизнь. Но тогда актриса сразу поняла, что нужен ей только Коля: «Судьба сжалилась — нас поставили в один спектакль. А потом как-то раз он подошёл ко мне и тихо спросил: „А если я тебе сделаю предложение, ты уйдёшь от своего мужа?“ Я тут же выдохнула: „Конечно, конечно, конечно!“ Но ждала я целых два года! И дождалась. Мы поженились, и с тех пор каждый день был подарком. Даже когда он стал тяжело болеть. А 13 лет борьбы за жизнь не затмили счастья. Коля смотрел на меня, целовал, любил. Это счастье — встретить такого человека: одарённого, полного фантазий, эмоционального, заразительного. К нам постоянно приходили друзья, Максим Дунаевский жил рядом — они разучивали песни вместе. Максим за роялем, Коля поёт, потом он берёт гитару... Это был бесконечный концерт, сказка. Вся наша жизнь — один сплошной праздник».

Когда Виктор Корзун узнал о романе жены с Николаем Караченцовым, он повёл себя крайне агрессивно. Он посадил актрису в машину, отвёз в лес и сказал: «Выходи, сейчас я буду с тобой расправляться». Впрочем, об этом эпизоде артистка вспоминает спокойно. «Я спросила: „Зачем тебе такой грех на душу?“ Он опомнился, довёз до маминого дома и высадил. Я даже номер этажа в лифте нажать не могла — так трясло. Но внутри всё ликовало: „Я свободна, и Коля — отныне мой единственный, самый любимый человек“, — вспоминала Поргина. — Кстати, я — единственная официальная его жена. Романы у него, конечно, случались — он был безумно обаятельный. Но на брак он прежде ни с кем не соглашался».

Во имя любви

Ради любимого Людмила Андреевна без колебаний отказалась от кинематографа. Николай Петрович жил в интернате, где 17 коек в спальне. «Я хочу, чтобы у меня был дом, чтобы меня ждали с ужином, встречали, кормили, разговаривали со мной», — говорил он.

Людмила Андреевна заплакала тогда, но ответила: «Коленька, мне очень нравится сниматься, но ради тебя я готова на всё».

Супруг был главным человеком в её жизни: его энергетика и любовь создавали такую атмосферу, что гости приходили в дом, а уходить им не хотелось. А ревность она отгоняла от себя подальше. Даже когда он работал с красавицей Анной Большовой, Поргина ни секунды не сомневалась в муже.

Сегодня о любимом муже актрисе напоминает младшая внучка Оленька. Как отмечает Людмила Андреевна, и лицом, и темпераментом.

«Она в три года уже играла Ромео и Джульетту, придумывала сценки, обожала театр. Её фантазия обескураживает всех, она творческая, влюблённая в искусство, занимается музыкой, учится прекрасно. Одарённые у нас внуки, есть чем гордиться», — поделилась актриса.

«Я тебя жду»

Как признается Поргина, сегодня ей очень грустно: не с кем обсудить спектакли, фильмы, книги.

«Коля успевал прочитывать что-то даже при сумасшедшем графике: ложился в четыре утра, вставал в восемь — и вперёд, с песней. Всего четыре часа сна, даже когда болел. Надо было прочесть сценарий, прослушать новые песни, пообщаться с композиторами — он жил этим. А теперь я просыпаюсь, смотрю на его огромный портрет на стене и говорю: „Здравствуй, Колька, ну как ты там, летаешь? А я проснулась. Давай с тобой поговорим“», — признаётся Поргина.

Как отметила Людмила Андреевна, с любимым Колей она говорит постоянно и ждёт встречи, помня его слова: «Твоя жизнь на земле короткая, а там — вечная. Мы венчаны, я тебя жду. Возьму на руки, и будем с тобой летать. Я буду петь тебе песни, и мы станем радоваться жизни долго-долго-долго».

Прощание с Николаем Караченцовым

https://aif.ru/culture/person/-my-venchany-ya-tebya-zhdu-kak...