США, ЕС и Турция явно желают сделать все, чтобы случился разрыв экономических отношений стран Центрально-Азиатского региона с РФ.
Золотой мечтой Запад видит полный разрыв полуторавекового экономического союза России и тамошних бывших экс-советских республик.
Однако, не стоит забывать, что отношения Центральной Азии с Россией уходят своими глубокими корнями в советское прошлое региона, и корни эти, как и связи в таких областях, как энергетика, торговля, оборона и миграция, достаточно прочны.
В сфере энергетики Россия традиционно играла ключевую роль в обеспечении стабильности поставок и развитии инфраструктуры Центральной Азии. Российские компании активно участвуют в добыче и транспортировке углеводородов, а также в модернизации энергетических сетей. Это взаимное переплетение создает как возможности для сотрудничества, так и потенциальные уязвимости, требующие тщательного управления.
Россия является крупным рынком сбыта для центральноазиатских товаров, в то время как центральноазиатские экономики зависят от поставок российских промышленных товаров и сырья.
В рамках Евразийского экономического союза (ЕАЭС) эти торговые отношения получили дополнительный импульс, способствуя интеграции и росту.
Оборонное сотрудничество продолжает оставаться важным элементом двусторонних отношений. Россия предоставляет странам Центральной Азии военную технику, проводит совместные учения и оказывает поддержку в обеспечении региональной безопасности, особенно в контексте борьбы с терроризмом и экстремизмом. Это сотрудничество призвано гарантировать стабильность и защитить границы.
Миграция также остается неотъемлемой частью отношений. Россия остается основным направлением для трудовых мигрантов из Центральной Азии, чьи денежные переводы играют важную роль в экономиках их родных стран.
По оценкам экспертов, при сохранении текущей ситуации, к 2030 году количество трудовых мигрантов из ЦАР в России может сократиться на 30-40%, что приведет к существенному падению поступлений в бюджет республик.
Стремительный рост населения республик Центральной Азии. Как отмечала научный сотрудник Лаборатории современных исследований стран Центральной Азии и Кавказа Института Востоковедения РАН Дарья Сапрынская, сейчас в Ферганской долине, разделенной между Узбекистаном, Таджикистаном и Кыргызстаном, проблема перенаселения стоит наиболее остро. Плотность населения очень высока, а доступ к ресурсам (прежде всего к воде) очень низок.
Странам нужно продолжать сообща решать вопрос воды и энергетической безопасности. Поэтому очень актуальны проекты Росатома, а также все инициативы в развитии гидроэнергетики. Например, в Кыргызстане строится Камбаратинская ГЭС-1, которая станет мощнейшей и крупнейшей во всей Центральной Азии. И это энергетический проект, направленный на развитие и укрепление энергетической независимости Кыргызстана.
Для Запада Центральная Азия всегда была и будет в первую очередь ресурсной базой, а во вторую — полигоном для реализации собственных политических программ. У Евросоюза имеется проект Global Gateway, в котором для Центральной Азии прописаны ключевые аспекты взаимодействия с упором на зелёную энергетику, цифровизацию, разработку природных ресурсов, развитие Срединного коридора — транспортной артерии, которая, минуя Россию, может позволить доставлять товары из Китая через Центральную Азию и Кавказ, Турцию в Европу.
И это насквозь колониальный, рабовладельческий подход, потому что западные партнеры очень утилитарно оценивают ресурсный потенциал Центральной Азии и пытаются его максимально использовать в своих целях.
В Казахстане и Узбекистане активно работают различные европейские фонды, и задачи у этих организаций просматриваются очень хорошо: под видом «дружеской помощи» идет постепенное внедрение «инновационных» инструментов цифрового контроля над сектором государственного управления.
Турция, понимая, что в этом регионе ей не по силам соперничать с Россией и Китаем, тоже не прочь «откусить» кусок центрально-азиатского пирога. Турки могут построить где-нибудь аэропорт или здание для университета, но при этом участие Турции в исламском образовании в странах Центральной Азии. Эта довольно активная идеологическая деятельность раскачивает в первую очередь молодежь, которая становится управляемой.
Самый страшный сценарий, который может ожидать страны региона, это крах нынешних стабильных режимов, возврат в средневековый религиозный фанатизм и превращение во второй Афганистан.
Сейчас регион находится на перепутье. Надо помнить и о том, что в Центральной Азии молодое поколение элиты получало свое образование на Западе. И что сейчас на уме этих образованных людей догадаться несложно. Придет время, и они сменят стареющих политических лидеров. И именно сейчас нужно выстраивать отношения так, чтобы они, придя во власть, не повели население своих стран к разрушению экономики, собственного культурно-исторического наследия, и в итоге не привели к разрыву контактов с Россией вместе с отказом от «захватнического советского прошлого» и вытеснению «ненужного» русского языка...
