Вопрос к DeepSeek:

Тигран Кеосаян сказал: "Мы воюем не с Украиной и даже не с НАТО, мы воюем за свою безопасность". Многие политики утверждают, что мы воюем с НАТО. Тогда пример отношения к инвалидам нужно приводить из стран НАТО, а не из Украины? А если за свою безопасность, то с кого пример брать?

Ответ DeepSeek:

Вы сделали очень точное наблюдение. Вы уловили ключевое противоречие в риторике, которое делает «whataboutism» (дословно с англ. — «какнасчётизм») с отсылкой к Украине логически неустойчивым.

Давайте разберем это противоречие, используя вашу логику.

1. Три риторические конструкции и их последствия для сравнения

В публичном поле существуют (иногда одновременно) три версии того, с кем «воюет» Россия. В зависимости от выбранной версии, меняется и то, с кем логично сравнивать социальные проблемы:

2. Противоречие, которое вы обнаружили

Ваш комментатор использовал первую логику (сравнение с Украиной), но при этом, вероятно, поддерживает риторику, которая утверждает, что либо Россия воюет с НАТО, либо воюет «за безопасность».

Если последовательно применять его же предпосылки:

А) Если мы воюем с НАТО
То показывать проблемы инвалидов в Украине — это логическая ошибка. Украину в этой картине мира считают «инструментом» или «жертвой» НАТО. Сравнивать себя с инструментом противника — странно. Нужно сравнивать себя с самим НАТО (США, Великобритания, Германия и т.д.), чтобы доказать, что «у нас лучше». Но если сравнивать доступную среду в России и в странах НАТО, картина будет для него неудобной.

Б) Если мы воюем за свою безопасность
То сравнение вообще не нужно. «Безопасность» — это абсолютная категория, связанная с благополучием собственных граждан. В этой логике инвалид, разбивающий бордюр в Саратове, — это прямое свидетельство того, что безопасность (в широком смысле: социальная, бытовая) не обеспечена. Показывать, что где-то еще есть проблемы, не решает эту конкретную угрозу безопасности конкретного человека.

3. Что это меняет для дискуссии?

Ваше замечание обнажает, что комментатор, использующий «whataboutism» с отсылкой к Украине, неявно выбирает ту версию войны, которая ему удобна в данный момент:

• Ему нужно оправдать внутренние проблемы → он выбирает версию «воюем с Украиной», чтобы сравнивать с ней

• Ему нужно объяснить затяжной характер войны → он выбирает версию «воюем с НАТО»

• Ему нужно оправдать мобилизацию или социальные тяготы → он выбирает версию «воюем за безопасность»

Эти три версии логически несовместимы, если их использовать одновременно для разных целей. Но в пропагандистском дискурсе они сосуществуют, потому что их задача — не создать стройную систему, а закрыть любую критику, подставив под нее подходящее обоснование.

4. С кого тогда брать пример?

Если следовать риторике «за свою безопасность», то пример нужно брать:

• С себя в прошлом — стали ли условия для инвалидов лучше, чем 5, 10, 20 лет назад?

• С лучших мировых практик — потому что безопасность граждан требует не сравнения с худшими, а достижения наилучших стандартов

• С собственных обязательств — Россия ратифицировала Конвенцию ООН о правах инвалидов (в 2012 году), и там есть четкие стандарты доступной среды

Если же следовать риторике «воюем с НАТО», то пример нужно брать именно со стран НАТО. Но в странах НАТО:

• Доступная среда для инвалидов — это законодательно закрепленный стандарт (Americans with Disabilities Act в США с 1990 года, аналогичные законы в Европе)

• Пандусы, лифты, тактильная разметка — это норма, а не героизм отдельных инвалидов с молотком

Сравнение с НАТО в этой области было бы для критикана невыгодным, поэтому он и выбрал для сравнения Украину — страну, находящуюся в состоянии войны, где инфраструктура целенаправленно разрушается.

Итог

Ваш комментатор, показывая видео из Украины, неявно выбрал ту версию войны, которая позволяет ему не сравнивать Россию с более успешными странами, а вместо этого «уравнять» Россию с противником, находящимся в заведомо худших условиях. Это риторический прием, который работает только до тех пор, пока слушатель не задаст вопрос: «А с кем мы на самом деле воюем и с кем тогда логично себя сравнивать?»

Изменилось... ТЦКшники колясочников мобилизуют теперь, чтобы в городах не мелькали?

Ну и в окопах не только колясочники...

Действующий двукратный чемпион RDS GP Аркадий Цареградцев находится на четвертой позиции. Для защиты титула ему понадобится практически идеальный финал и серьезная осечка соперников. Но именно Цареградцев уже доказал, что умеет выигрывать чемпионат после старта финального этапа с четвертого места.

Многое может решиться уже в квалификации. Если претенденты окажутся друг против друга в сетке ТОП-32, борьба за титул начнется гораздо раньше финального заезда.

Fresh Racing близка к командному титулу

В командном зачете Fresh Racing опережает «Systeme Electric Одержимые Моторспорт» на 453 балла. Шансы соперников выглядят небольшими, но в дрифте прогнозы легко меняются за один заезд.

За второе и третье места также продолжат бороться Takayama Forward Auto и Carville Racing.

Чемпион RDS Open на старте

Финальный этап станет шансом проявить себя не только для лидеров RDS GP. По уайлд-кард на старт выйдут Сергей Давидадзе, Владислав Ерофеев и Анатолий Щербак — действующий двукратный чемпион RDS Open.

А еще на Moscow Raceway снова выступят юниоры в рамках учебно-тренировочных сборов Aimol Junior. Среди них Тимофей Колобов, Степан Попов и Лука Мигаль.

За событиями можно следить на трибунах Moscow Raceway или в прямом эфире RDS TV. Квалификация доступна бесплатно после регистрации, парные заезды — по подписке.

Кто заберет чемпионский титул — решится в последние выходные лета.

Инвалиды на 3-м проезде Муленкова в Саратове прокладывают себе путь

Паралимпиаду проводят, чтобы инвалиды как в Саратове находили в себе силы крушить бордюры?

Обычный день и обычная работа, по крайней мере тогда я ещё не придавал ей особого значения. Перевалившись на правый бок, одной рукой придерживаясь за оголовье, другой – в локте – опираясь ещё на кровать, я с некоторым усилием сел ближе к краю. И с ходу рывком перебрался на коляску.

«Да благослови господи тот день, когда я решился купить жёсткий матрас, – поймал я себя на этой приятной мысли (ведь ещё до прошлой недели дело обстояло так, что я то и дело слетал вниз, протягивая пятую точку слишком далеко).

Завершив весь утренний туалет, размяв, насколько это было возможно для сидячего, руки и помассировав ноги, я двинулся на кухню готовить завтрак. Сырники – это вещь, товарищи. Подробности вам ни к чему.

Скажу лишь, что тогда я особенно долго не хотел отрываться от кресла у окна. Была даже мысля, а может к черту, с одного дня не убудет. Но все же, взявши себя в руки – буквально – я двинулся шарить за одеждой и готовиться к выходу.

«10:51», – вдыхаю свежий утренний воздух. У нас во дворе, прямо напротив моего подъезда, растет прекрасная сирень. В такие моменты хочется жить.

«Ладно, двигаем».

А двигать как обычно пришлось с крайней изворотливостью. Честно говоря, именно поэтому я не особо возражал против тех приколов, которыми сей день и закончится. Конечно, бл*ть, я и так трюкач хоть куда. Попробуй выживи в нашем паршивом городишке. Десятки жалоб, а сколько лично я долбил этих чинарей в высоких кабинетах. Ладно, не о том речь. Перескакивая через колдобины и ямы, взбираясь то на один тротуар выше уровнем, то спускаясь на другой, – я покатил на остановку.

На месте мы всегда встречались за 30 минут. Стандартная рутина. Ехать от меня где-то двацок, так что я хоть и очень относительно, но успевал. На клятый трамвай, само собой, ибо две пересадки на маршрутке – к черту.

Каждый раз забраться в него – целый вызов. В принципе, я уже человек учёный, – и в такой ситуации привык вести себя королем. Так что всегда с особой элегантностью прошу собравшуюся в трамвае прорву внести меня – и поскорее – по этим злосчастным ступенькам. Ооо, эти недоуменные рожи нужно видеть. Другое дело тот исключительный случай, когда как манна небесная приходит новый трамвай – он практически в уровень – так что проблем доставлять случается меньше. А то иной раз приходится с десяток минут стоять, ждать, пока соберётся консилиум учёных и общим усилием решит эту задачу. Ведь уехать без меня трамвай не имеет права. Хотя бывало и такое...

Оттарабанил я, значит, на этом корыте до центра города. По удобному обстоятельству – в виде двух коренастых мужиков – спустился на дорогу и дал бой очередному бордюру, застопорив целую полосу движения на добрых 3 минуты. Этот гранитный воин с десяток дней назад стал стеной на точке перехода, после того как недавно двинули уличный забор. Короче, раньше, когда нужно было перейти от остановки на правую сторону улицы, по направлению движения была ложбинка в точке соприкосновения тротуара с полотном дороги. Но после недавних, по тому времени, ремонтных работ на место ложбинки вперили очередной забор, а переход двинули чуть в сторону – в упор высокого бордюра. Да-да, инвалид опять начал капать на мозг неравнодушным пешеходам.

*Честно сказать, веселая манера эта у меня только тут, в дневнике. В действительности одуреешь трижды, прежде чем пройдёшь все эти круги ада.

Колесить от остановки до точки сбора нужно было недалеко. Работа знакомая, второй месяц на ней торчал. Платили вменяемо – 1700 рэ за 8 часов. Хотя как я теперь люблю говорить: «По-клоунски за клоунские труды».

Обряжали разными лохмотьями, скрывая колеса и все механизмы какой-то атласной тканью, по сторонам завешивали картоном – разной степени рекламной дурости – и бросали в атаку, бить по ушам зевак убойными кричалками. В одиночку. Но только до вечера.

Во второй половине дня появлялся ещё в жопу ужаленный танцор, как он сам выражался – фристайлер. Битый вечер он все то время, что я работал в компании, выскакивал на сцену и до*бывал меня своей отвратной музыкой в стиле евро-бит. Устраивал «перфоманс», как мне одним днем поведал менеджер. Причем этому непосредственному петуху ещё и платили полтораху за 1-2 часа.

Точно, я же забыл упомянуть что это был за костюм – гоночный карт. По крайней мере, за таким названием. Как это чудо выглядело на самом деле вам лучше не знать. Рекламировать же приходилось контору, которая занимается прокатом в местном парке аттракционов таких маленьких, а-ля гоночных, машинок из фанеры. Достаточно шустрых, я вам скажу. У них даже по городу есть своя секция – возят детей на соревы и т.д.

В общем, в чем состояла работа в этот конкретный день, что я решил отвесить вам в ленту столько букаф:

Итак, 12 часов. Я выкатываюсь на главную городскую площадь и начинаю раздавать листовки. А между тем колонка, повисшая у меня на подлокотнике то и дело извергает всякие рекламные сводки и лозунги, типа: «Мы ждём тебя, гонщик», «Ноги не носят – погонять просят» и, самый угарный, судя по расплывающимся в улыбках лицам школьников, – «Нету ножек – есть педальки, погналииии!»

В таком режиме, с перерывами на туалет и пожрать, я катался из стороны в сторону следующие пять часов. То и дело исходя на говно из-за уродских гранитных булыжников, которые тут и там, по велению градостроительных уникумов, устилали и без того видавший виды тротуар.

И вот, когда время уже подбивалось к 17:30 – ааа, с*ка, вы ждали, да – появился этот выхолощенный герой нетрадиционной ориентации, как я привык его называть. Сначала по программе он отдрочил свои трюки, позадвигал унылый мудеж. В общем, покрутился-повертелся, иии–

Так, наступил час икс – час пик, 6 часов. Площадь накрыло толпами бредущего к дому народа, а петушок тем временем запустил свою зубодробительную шарманку:

«Спи-и́-иди спит бо́й, гасолин из бёрнин… Спи-и́-иди спит бо́й, эсс фаст эз ай Кэн би… туру-ту-ду-дут-ту-дуру-руру…»

Под этот непонятный мне, но явно спидовый лейтмотив, он начал вынимать из потрепанной хозяйственной сумки дешманскую инвалидную коляску. Разложил ее и начал крутить на ней какие-то трюки. Музыка тут уже начала орать так, что нахлухо забила мой рекламный эфир и переманила всю клиентуру.

И вот тут-то началось самое интересное. Внезапно остановившись и развернувшись в мою сторону, он разогнал что есть мочи свой тарантас и вылупился в мою коляску. Тут же подскочил, актер сраный, и начал агрессивно подбивать на конфликт:

– Погнали, герой. Кто первый, того и тапки. Начинаем отсюда, – он указал на заранее начерченную линию старта, а затем перевел руку к зданию напротив – и во-о-от до туда, до крыльца.

– Сейчас подкатят мои братишки, устроим настоящий заезд, сынок, – продолжал изрекать кринж-мен, пока я вах*евал с того, как школотрон назвает бородатого мужика сынком.

Наученный по-настоящему горьким опытом передвижения по этой конченой, во всех смыслах отсутствия удобств для инвалидов, площади, я хотел было заехать по его тупой будке кулаком. Но он тут же подпрыгнул с коляски и шепнул мне, что если не продолжу действовать согласно сценарию, – не получу заслуженной выручки. А так ещё и надбавку накинут – 1000. И тут же, выхватив у меня из рук оставшиеся листовки, достал из своего балахона несколько плакатов похожего содержания и стал подсовывать весь этот хлам случайным людям из толпы. Заодно предлагая всем желающим поучаствовать в надвигающейся нелепости за сертификат на тот самый картинг.

Музон не сбавлял обороты – теперь уже тяжёлый металл наступал на барабанные перепонки единым фронтом. Начали подходить другие фриковатые особы, испещренные пирсингом и татуировками. Парочка зевак из толпы тоже вызвалась.

Готовилась гонка. Да, якобы по ровной поверхности, по крайней мере большей частью этого отрезка. Но по сторонам, куда ни глянь, считай, обрыв – шаг в сторону и все, приехали. Оставалось лишь соображать, что делать, как не шваркнуться и не отправиться отдыхать. Однако внезапно меня огорошили ещё и тем, что нас, оказывается, будут подталкивать на старте. Как бы я не крутился, как бы не брыкался, отвертеться не удалось. Да, именно это и случилось. Вот так, бл*ть, просто. Со старта же гонки мое лицо отправилось вылизывать мерзотную мостовую.

Так как в заезде учавствовало порядка 8 претендентов, то идиот, что давал мне разгон, не успевши сыграть и половины своей роли, споткнулся и своротил меня прямо в аидов котел. Что было дальше меня особо не интересовало. Пару зубов оставил я в тот день на этой проклятой площади. Скорая – три дня в больничке. А как итог конторские всучили мне лишь полторашку, не додавши даже полного оклада. Не отработал типа, но так и быть, они решили смилостивиться. Хотя, согласно подписанному мной же договору, должны были по случаю неотработки не более половины заявленной оплаты.

«Чтоб я ещё хоть раз раздавал эти блядские листовки», – зарёкся я в тот день.

t.me/NovelChad