Вы не просили, но я снова это сделала...
Сначала написала, а потом спела песню...
Слышишь, как бьётся прибой? «Аквамарин» — винтажный дрим-поп с джазовым флёром. История двоих, сбежавших в собственное подводное измерение, где «пойти на дно» — значит довериться и тонуть в глазах цвета аквамарина добровольно, как субмарина. Винтажная, стиляжная летняя романтика в духе фильма «Дом Солнца».
Ответ на пост «Мы стали забывать какими стильными были наши мужчины»7
Ваши мужчины, а не наши. Да и ваши по улицам ходили одетыми;)
Как мы в Иране нашли остров хиппи. Там зубная фея приносит риалы
Вторая часть Иран: остров, где все пошло не по плану
Январь 2024 года. Остров Хенгам - мелкая точка на карте. 8*5 км. Прямо посреди Ормузского пролива. Вечером отсюда Дубай видно.
Но нонсенс не в этом. Хенгам - остров хиппи.
Да, в Иране.
Ехав туда, мы о хиппи не знали. Поэтому удивились.
С дредами, татуировками, цветными штанами, гитарами, смузи, рафами, веганской едой и ощущением, что ты на Гоа.
Но это Иран.
Если бы сюда попал религиозный дружинник, он выглядел бы как проповедник в ночном клубе.
Добраться туда просто. На пристани Кешма стоят местные "паромы". Видите стеклопластиковые лодки? Одна из них и есть паром.
Еще на пристани мы заподозрили странное.
Вместе с нами в лодку грузилась молодежь. Большие рюкзаки. Яркая одежда. У некоторых дреды.
Все улыбаются, знакомятся друг с другом, болтают.
После недели в Иране выглядело это... необычно.
Уже на острове взяли тук-тук. Хотя там пешком метров 500. Но у нас чемодан со шмурдяком для подводной охоты.
Дом оказался неожиданно роскошным. На фоне всех остальных бежевых пыльных домиков выглядел дворцом. Белый, двухэтажный, ночью красиво подсвечивается. Нам достался весь первый этаж с огромной террасой. Почему второй этаж - закрыт - спрашивать не стали.



Вот он, наш дворец. На фоне остальных он раскошен. Фото из Гугл-мэпс.
Внутри обстановка непривычна. Огромная комната, маленькая спальня, кухня и санузел. Кроватей нет. Вместо них матрасы на полу. В стенах сделаны небольшие ниши для сна. Сначала кажется странным, а через полчаса думаешь: «А почему бы и не?»



На Хенгаме мы впервые за всю поездку перестали куда-то спешить. Расслабились и кайфанули.
До ближайшего пляжа километра три. Несколько раз ездили туда на тук-туке, а обратно возвращались пешком вдоль моря. На пляже никого. Дети бесились и купались. Мы со Светой тоже.





Однажды случилась проблема.
У Платона выпал зуб.
Казалось бы, событие рядовое. Но сын серьезно спрашивает:
— Пап... а зубная фея русский вообще понимает? Она же Иранская.
Логично.
Перевел записку на персидский. Платон старательно переписал всё справа налево. Я проверил обратным переводом — ошибок не было. Только вместо риалов франки.


Утром под подушкой лежали пятьсот тысяч риалов.
Так что если кто-то сомневался... Зубные феи в Иране работают.
Каждый вечер мы гуляли по поселку.
Вокруг маленькие кафе.
В одном играют на странных инструментах. В другом варят отличный кофе. В третьем делают смузи.
Кто-то сидит босиком прямо на земле, кто-то рисует, кто-то что-то обсуждает.
И всё это в стране, которую мы представляем по новостям. Не так совершеннео.
В одном месте увидели очередь.
Оказалось, местная женщина - Хенгамка готовит какие-то невероятно тонкие лепешки - намазки-на-сковородку с сыром или яйцом. Я так и не понял, как они называются. Но это была одна из самых вкусных вещей, которые мы ели в Иране. И потом нигде ничего похожего найти не смогли.


А основная хипповская тусовка жила ближе к центру острова. Там небольшой оазис с деревьями, между которыми стоят палатки. Народ сидит вечерами, играет музыку, общается. Очень хотелось сходить посмотреть поближе.
Но... К ним лучше без детей... В другой раз.
На южный пляж острова мы решили съездить на пикапе. Нашел местного водителя, договорились, загрузились.



По российским меркам это выглядело как нарушение всех возможных правил безопасности.
По местным — обычная поездка.
В итоге именно Хенгам оказался тем местом, которое запомнилось сильнее всего.
Не Тегеран. Не древние города. Не знаменитые достопримечательности.
А маленький остров посреди Ормузского пролива, где по вечерам пьют раф, слушают музыку, продают украшения ручной работы, а зубные феи читают записки на фарси.
Уезжали мы с грустью.
Впереди был Шираз — самый туристический город Ирана.
И знаете, что?
Туристический Иран оказался гораздо менее интересным, чем тот, который начинается сразу после того, как заканчиваются туристы.
Если однажды снова окажусь в Иране - поеду на Хенгам.
Надеюсь, их война с США закончится к тому времени.
Спасибо за внимание!
______________________________________________________________________________________
Приглашаю на нашу базу отдыха Восемь обезьян в часе езды от Москвы по Горьковке.
Делали ее с душой, под впечатлением от наших многочисленных путешествий.
Посты про создание места, куда хочется вернуться:
Ну и про другие случаи в наших путешествиях:
Эмо эмо
Это я. Пыталась выглядеть как эмо, так как в магазинах Узбекистана я не смогла найти товаров для эмо. Поэтому делала сама как могла.. 😃 Это было мне лет 13-14. Теперь я выгляжу абсолютно обычно
Если вы были эмо, готы, хиппи и т.д, то очень интересно посмотреть ваши фото раньше и какими вы стали теперь 🦋
Стихи 80-х, пишу по памяти
Потонули в любви мои братья по духу и прозе,
из которых слагались стихи на нездешнем морозе,
короли афоризмов, джазовые аристократы,
для которых я, кажется, так и не стал младшим братом
Чья-то кровь с молоком ещё бродит у царственной бронзы,
по фольклорным названьям кофеен, харчевен и снов.
Я ничей, я случайный снежок, уцелевший под солнцем,
позабывший значенье бог весть где затверженных слов.
Поднимались стволы в перекрестия сердца и струн,
и мелькали в досье кришна, битлз, и даже иисус,
И тянуло коричневым тленом вдоль улиц неюных,
где, сжимая гитару, я думал, что снова проснусь
Уцелевшие руки в исколотых сросшихся венах
наливались теплом, покидая колючие стены,
безымянные пальцы сплелись в золотые объятья,
и сквозь грустный туман улыбались мне старшие братья
(с) Лещина, Москва, 1982 год, наверное.
Всемирный день свободной любви, драгоценные книжники и книжницы!
"- Дурак! - закричал на него Солнце. - Да ты хоть понимаешь, какая она клёвая, эта сраная жизнь!".
Жанр: Проза.
Аннотация: Советский Союз. Рубеж 1960-1970-х гг. Девочка Саша из успешной семьи дипломатов поступает в институт и знакомится с парнем по имени Солнце, принадлежащим совершенно к другому общественному слою. Он - человек, слушающий западную музыку, ведущий иной образ жизни, чем все остальные граждане. Героиня открывает для себя то, о чем раньше даже не догадывалась. У их истории любви красивый, но недолгий срок. В поисках идеального Дома Солнце умирает. Во время странствий по стране друзья встречают культовых персонажей тогдашней тусовки - первых битломанов, хиппи, сквотеров и т.д.
Фильм "Дом Солнца" снят режиссером Гариком Сукачевым в 2010 году по повести Ивана Охлобыстина "Дом восходящего солнца".
Гарик Сукачев начал собирать деньги на съемку фильма в 1995 году. В музыкальных журналах печатались обращения к бизнесменам и предпринимателям с просьбой о денежной помощи.
Фильм примечателен известными актерами, великолепной музыкой и атмосферой молодёжного движения хиппи начала советских 1970-х годов.
Интересный момент в фильме - это первый концерт группы "Машина Времени", который разогнала милиция. Но здесь есть небольшая несостыковка. В фильме действия происходят в начале 1970 года, а первое выступление было в 1969 году.
В фильме участников группы играют дети Андрея Макаревича и Евгения Маргулиса (Иван Макаревич и Даниил Маргулис). В жизни Маргулис примкнул к группе лишь в 1975 году.
Прототипом Солнца — главного героя фильма — стал лидер и один из основателей московской системы хиппи —Юра "Солнышко" Бураков.
Юрий Будаков, он же Солнышко, родился в 1949 году. Отец - крупный чин КГБ. Младший брат - комсомольский лидер. Солнышко - паршивая овца в семье. Очень симпатичный. У него не было харизмы, скорее, коммуникабельность - мог найти язык с кем угодно.
Солнышко, на пару с Сергеем "Айм Сорри" и парнем по фамилии Шлейман делал бизнес - проворачивал многоходовые, гениальные по-своему комбинации.
У иностранцев покупалась валюта по два рубля за доллар (в газете "Известия" доллар оценивался в 80 копеек). Любой нормальный фарцовщик после этого бежал в кафе "Московское", где сбывал валюту афганцам - уже по три рубля за доллар. Но только не Юра Солнышко.
У Шлеймана была хорошая знакомая - продавщица в "Березке", магазине, где торговали дефицитом за валюту. Продавщице вручались доллары, и производилась закупка - в этом и заключалась фишка - партии японских складных зонтиков.
Такие зонтики в обычном магазине стоили 45 рублей, но их было днем с огнем не найти. Из-под прилавка они шли уже по 60 рублей. За эту цену и продавали зонты Солнышко сотоварищи, наваривая огромную прибыль - им-то зонтик обходился в 2 рубля 50 копеек...
Также в фильме хорошо показан момент, когда демонстрацию против войны разогнал отряд конной милиции. Подобная акция проходила около американского посольства в 1971 году в Москве.
Съёмки проходили в Москве и Крыму.
Название фильма (и повести Охлобыстина, по которой он снят) отсылает к известной песне «The House of the Rising Sun», ставшей известной в исполнении группы The Animals, в которой герой повествует о том, как погубил свою жизнь в доме Восходящего Солнца, и предостерегает от такой судьбы.
Повесть и фильм, конечно, тихая сказка про то тяжелое время. Реальность была гораздо страшнее – алкоголь, наркотики, психушки, суициды…





























