О поэзии (1854) ...У Геродота действительно нет никакой внутренней связи: все девять книг его «Истории» наполнены эпизодами; он хочет, собственно, писать историю «войны персов с греками»— и успевает начать рассказ о ней только в шестой книге. Ему хочется поговорить обо всем, что только ему известно из истории и нравов знакомых ему народов. Его метод таков: персы воевали с египтянами: поговорим о египтянах — и следует целая книга о Египте же; воевали они также со скифами: поговорим о скифах — и следует целая книга о скифах и Скифии. В каждом эпизоде у него опять новые эпизоды, вплетенные почти так: у египтян главный город Мемфис — описание Мемфиса; я также был в Мемфисе — описание того, что он видел в Мемфисе; между прочим, был я там в одном храме — описание храма; в этом храме видел я жреца — описание жреца и его одежды; жрец этот говорил со мною о том-то — рассказывается, что говорил ему жрец; но другие говорят об этом не так — рассказывается, как говорят об этом другие, и т. д. и т. д. Геродот рассказчик, бывалый человек, и его история похожа на простодушные, интересные, но бессвязные рассказы всех бывалых людей.
блин... это ж — про меня...
...Мысль, что «искусство состоит в подражании» живой действительности и преимущественно воспроизводит человеческую жизнь, беспрекословно считалась справедливою в древней Греции. Платон и Аристотель одинаково полагали ее в основание своих эстетических понятий; они до того были уверены, как и все их современники, в неоспоримой истине этого начала, что везде высказывают его, как аксиому, не думая доказывать его. На чем же основано, что именем «Платоновой» называют совершенно другую теорию искусства, решительно противоположную излагаемой Платоном,— теорию, объясняющую начало искусства так: «идея прекрасного, присущая духу человеческому, не находя себе соответствия и удовлетворения в действительном мире, заставляет человека создавать искусство, в котором находит она себе полное осуществление»? И кто из мыслителей, в самом деле, первый высказал начала такой теории?
...Неоплатоники переделали платонову философию на египетский лад; но, будучи совершенно различно от платоновой философии по своей сущности, учение их сохранило черты наружного сходства с нею. Вот причина, по которой Платону было приписано многое, вовсе ему не принадлежащее, в том числе и учение об идеальном начале искусства. Его понятия о красоте, под влиянием системы неоплатоников, были смешаны с понятиями его об искусстве, между тем как красоту видит он в живой действительности, еще высшую красоту находит в идеях и поступках мудреца; из последнего очевидно, что его «прекрасное» вообще то, что мы в обыкновенном разговорном языке называем «прекрасным» (добродетель прекрасна; патриотизм — прекрасное чувство; прекрасно иметь благородный образ мыслей; цветущий сад — прекрасен и т. д.), а не то «прекрасное», о котором говорит эстетика и которое состоит в совершенстве материальной формы, вполне проявляющей свое внутреннее содержание.
Битва при Фермопилах. Картина Массимо д’Адзельо. 1823 год
Вероятно, самая известная битва в истории Древней Греции — это Битва при Фермопилах, случившаяся в 480 году до нашей эры, когда спартанский царь Леонид и триста его воинов героически отбили атаки огромной армии персов (во главе с Ксерксом) и спасли Грецию от разгрома и порабощения. «300 спартанцев» и «Фермопилы» уже несколько веков выступают символом героического сопротивления превосходящим силам противника — последний раз этот сюжет был разыгран в блокбастере «300» Зака Снайдера (2007 года).
Однако и Геродот, и другой древнегреческий историк, Эфор Кимский, от которых мы получили основные сведения об этом сражении (версия Эфора сохранилась в переложении Диодора Сицилийского), описывали его не совсем так. Во-первых, сражение было проиграно — грекам удалось лишь ненадолго задержать Ксеркса. В 480 году персидский царь и его союзники успели завоевать большую часть Эллады, и лишь спустя месяц, в сентябре 480 года, греки разгромили их при Саламине (на море), а через год — при Платеях (на суше). Во‑вторых, там были не только спартанцы — войска к ущелью послали разные греческие полисы, в том числе Мантинея, Аркадия, Коринф, Феспии и Фокида, и в результате первый натиск врага отражали не триста, а от пяти до семи тысяч воинов. Даже после того, как Эфиальт (гражданин фессалийского города Трахина) показал персам, как окружить греков, и Леонид отпустил большинство воинов по домам, чтобы не обрекать их на неизбежную гибель, общая численность отряда все равно доходила до тысячи человек: гоплиты из беотийских полисов Фивы и Феспии решили остаться, так как персидская армия неизбежно должна была пройти через Беотию (пелопоннесцы — мантинейцы, аркадцы и другие — понадеялись, что Ксеркс не дойдет до их полуострова). Впрочем, возможно, беотийцы действовали не из рациональных соображений, а решили умереть смертью героев, так же как воины Леонида.
Так почему же в народных представлениях сохранилось предание только о 300 спартанцах, хотя античные историки подробно перечисляют всех членов эллинского войска? Наверное, дело в привычке видеть только основных персонажей и забывать второстепенных. Но современные греки решили восстановить справедливость: возле памятника спартанцам (бронзовой статуи Леонида) они в 1997 году поставили монумент в честь 700 феспийцев.
Александрийскую библиотеку сожгли варвары
Пожар в Александрийской библиотеке. Гравюра. 1876 год
Александрийская библиотека была одной из крупнейших библиотек в истории человечества, в ней хранилось от 50 до 700 тысяч томов. Основали ее египетские правители эллинистической эпохи в III веке до нашей эры. Обычно считается, что библиотеку — символ античной учености — дотла сожгли варвары и ненавистники античной культуры. Это представление отражено, например, в фильме 2009 года «Агора» режиссера Алехандро Аменабара, посвященном судьбе александрийского ученого Гипатии.
На самом деле варвары не имели отношения к гибели библиотеки — и исчезла она не из-за пожара. Некоторые источники (например, Плутарх в «Жизни Цезаря») действительно упоминают о том, что книги пострадали от огня во время осады города Цезарем в 48 году до н. э. — но современные историки склоняются к тому, что тогда сгорели не книги, а папирусы, хранившиеся около порта (на них была записана бухгалтерская отчетность по товарам). Возможно, библиотека пострадала и при конфликте императора Аврелиана с Зенобией — царицей Пальмиры, которая захватила Египет в 269–274 годах. Но прямых свидетельств о каком-либо грандиозном пожаре, полностью уничтожившем библиотеку, не существует.
Скорее всего, Александрийская библиотека исчезла из-за сокращения бюджета, которое продолжалось на протяжении нескольких веков. Сначала внимание Птолемеев (династии, правившей Египтом в эпоху эллинизма) гарантировало сотрудникам библиотеки крупные привилегии, а также давало средства, необходимые для приобретения и переписывания десятков тысяч свитков. Сохранялись эти привилегии и после римского завоевания. Однако в «кризисном» III веке нашей эры император Каракалла ликвидировал стипендии для ученых и запретил иностранцам работать в библиотеке — что во многом превратило книги в мертвый груз, никому не понятный и не интересный. Постепенно библиотека просто перестала существовать — книги были либо уничтожены, либо естественным образом обветшали.
Современную демократию придумали в Афинах
Форма правления, которая существовала в Афинах примерно с 500 по 321 год до нашей эры, считается первой в мире демократической системой — и считается предтечей современного политического устройства стран Запада. Однако афинская демократия имеет мало общего с нынешней. Она была не представительной (где право граждан на принятие политических решений реализуется через избранных ими депутатов), а прямой: все граждане были обязаны регулярно участвовать в работе Народного собрания — высшего органа власти. Кроме того, Афины были очень далеки от идеала участия в политике всего «народа». Рабы, метеки (иноземцы и рабы, получившие свободу) и женщины, составлявшие большую часть населения, не имели прав граждан и не могли участвовать в управлении государством. По некоторым подсчетам, рабов в Афинах демократической эпохи было втрое больше, чем свободных. Фактически устраненными от политического процесса часто оказывались и бедные граждане: они не могли позволить себе потратить целый день на заседания в Народном собрании (хотя бывали периоды, когда гражданам Афин за это платили).
Слово «демократия» (как и многие другие понятия) получило новое значение в конце XVIII века, когда во Франции возникла идея представительной демократии (народ осуществляет свою власть через выбранных им представителей). Параллельно шла борьба за расширение избирательных прав, и сегодня большинство ограничений избирательных прав считаются антидемократическими.
Амазонок не существовало
Кратер с изображением битвы кентавров с лапифами (вверху) и битвы амазонок с героями (внизу). Греция, ориентировочно 450 год до н. э.
Среди греков были распространены сказания об амазонках — воинственном народе, состоящем из одних только женщин, стреляющих из лука и даже отрубающих одну грудь, чтобы легче было с ним управляться. Амазонки встречались с мужчинами соседних племен только для зачатия детей, причем мальчиков они возвращали или убивали.
Раньше историки считали амазонок вымышленными существами — тем более что греческие авторы помещали их в разные удаленные регионы обитаемого мира (то в Скифию, то в Анатолию, то в Ливию). Это ставило амазонок в один ряд с чудовищами и диковинными существами далеких стран, по тем или иным признакам отличающихся от «нормального» общества.
Однако, раскапывая скифские курганы причерноморских степей, археологи обнаружили захоронения женщин-воинов, в могилу которым клали лук и стрелы. Скорее всего, женщины, стреляющие из лука и скачущие на лошади наравне с мужьями, настолько сильно не вписывались в картину мира греков, что те выделили их в отдельный народ. Скифские женщины действительно могли постоять за себя — им это было необходимо, когда мужчины откочевывали на большое расстояние, — и, возможно, начинали сражение, обстреливая противника с безопасного расстояния. Но они вряд ли убивали своих сыновей, избегали мужчин и уж точно не отрезали себе грудь — военные историки уверены, что для меткой стрельбы это совершенно не нужно.
Античное искусство — это белый камень
Скульптура Сфинкса 570–560 годов до н. э. и реконструкция его первоначального облика
Мы представляем себе Парфенон и античные статуи белыми. Такими они сохранились до наших дней, поскольку были сделаны из белого мрамора.
Однако реальные статуи и общественные здания были выполнены в цвете — просто со временем краска облупилась. Дело в том, что пигменты, использовавшиеся в этих красках, были минеральными (киноварь, красная охра, медная лазурь, медная зелень, желтая охра и другие), а носитель, который «приклеивал» краску к поверхности, органическим. Органика со временем разрушается бактериями, поэтому краски легко осыпались.
Как изначально выглядели античные статуи, можно было узнать на передвижной выставке «Разноцветные боги: раскрашенные скульптуры классической античности» («Gods In Colour: Painted Sculpture in Classical Antiquity»), которую сделали в 2007 году американские и немецкие ученые. Помимо того, что статуи были цветными, оказалось, что у многих из них были бронзовые вставки, а у глаз — выпуклые зрачки из черного камня.
Спартанцы сбрасывали детей в пропасть
Юные спартанцы. Картина Эдгара Дега. Около 1860 года
Одно из самых известных преданий о Спарте гласит: когда в спартанской семье рождался мальчик, его относили на край пропасти Апофеты (на склонах горы Тайгет). Там старейшины внимательно осматривали его и, если мальчик был больной и слабый, сбрасывали в пропасть. Эту историю мы знаем из «Жизнеописания Ликурга» Плутарха, она красочна и до сих пор очень популярна — например, она обыгрывается в фильме-пародии 2008 года «Знакомство со спартанцами».
Недавно греческие археологи доказали, что это миф. Они проанализировали кости, извлеченные из ущелья Апофеты, и выяснили, что останки принадлежат только взрослым — конкретно сорока шести мужчинам в возрасте от 18 до 55 лет. Это согласуется и с другими античными источниками: они говорят о том, что в ущелье спартанцы бросали предателей, пленников и преступников, а вовсе не детей.
Ящик Пандоры
Пандора. Картина Данте Габриэля Россетти. 1871 год
Миф о ящике Пандоры известен нам в пересказе Гесиода, из поэмы «Труды и дни». В греческой мифологии Пандора — первая женщина на земле, которую Гефест вылепил из глины, чтобы она принесла людям несчастья. Сделал он это по просьбе Зевса — который хотел руками Пандоры наказать людей за то, что Прометей похитил для них огонь у богов.
Пандора стала женой младшего брата Прометея. Однажды она узнала, что в их доме есть нечто, что нельзя открывать. Любопытная Пандора открыла это, и по миру разлетелись многочисленные беды и несчастья. Пандора в ужасе попыталась закрыть опасную емкость, но было поздно — зло уже просочилось в мир; на дне осталась только надежда, которой люди таким образом были лишены.
В русском языке название предмета, из которого вылетели все несчастья, стало устойчивым выражением — о человеке, который совершил нечто непоправимое, с масштабными негативными последствиями, говорят: «Он открыл ящик Пандоры».
Однако у Гесиода речь идет не о ящике и не о ларце, а о пифосе, сосуде для хранения продуктов, который может быть очень большим — даже ростом с человека. В отличие от «глиняной» Пандоры, хранилище бед было сделано из прочного металла — Гесиод называет его неразрушимым.
Откуда же взялся ящик? Скорее всего, виноват гуманист Эразм Роттердамский, который в XVI веке переводил Гесиода на латынь. «Пифос» он принял за «пиксис» (по-гречески — «ящик»), возможно, вспомнив не ко времени миф о Психее, которая принесла из подземного царства ящик с благовониями. Потом эту ошибку перевода закрепили известные художники XVIII–XIX веков (например, Данте Габриэль Россетти), изображавшие Пандору именно с ящиком
История празднования Дня началась в 2009 году в Твери, где местные производители собрались, чтобы ещё больше рассказать о пользе и качестве напитка. Несмотря на то, что квас считается исконно русским продуктом, известно, что ещё 8 тысяч лет назад похожий напиток из зёрен ячменя умели готовить древние египтяне и жители древнего Вавилона. О нём есть упоминания у Геродота, Плиния Старшего и Гиппократа. Называли такой напиток «цитос» – от лат. «zythus». По одной из версий, русское слово «квас» означает «кислый напиток». (Из Сети)
По итогам историко-археологической экспедиции РГО и Института истории материальной культуры (ИИМК) РАН [в Туве (республика Тыва) ] на кургане Туннуг-1 ученые доказали, что скифский звериный стиль в его самых ранних, архаичных формах сформировался уже к концу IX века до н. э. Ученые нашли предметы в виде змей, кошек, баранов и причудливых птиц. Возраст этих открытий «удревняет» принятую в научном сообществе хронологию.
Туннуг-1, памятник раннего периода скифской культуры, находится в так называемой Долине Царей.
За восемь лет работы археологи исследовали 10 из 16 секторов, на которые условно разделили курган. Это было сделано, чтобы без вреда для культурного слоя проанализировать его внутреннюю структуру.
Раскопки вскрыли не только погребения разных исторических эпох, но и сложный комплекс с жертвоприношениями людей и лошадей, что подтвердило «кровавую» теорию Геродота. Древнегреческий историк описывал погребальный ритуал, согласно которому после гибели вождя 50 убитых юношей и лошадей, набитых отрубями, укрепляли на кольях и устанавливали на кургане в виде кавалерии мертвых всадников.
<...>
Геродот о скифах
Геродот. История в девяти книгах. Л., 1972.
71. Гробницы царей находятся в Геррах (до этого Борисфен еще судоходен). Когда у скифов умирает царь, то там вырывают большую четырехугольную яму. Приготовив яму, тело поднимают на телегу, покрывают воском; потом разрезают желудок покойного; затем очищают его и наполняют толченым кипером, благовониями и семенами селерея и аниса. Потом желудок снова зашивают и везут на телеге к другому племени. Жители каждой области, куда привозят тело царя, при этом поступают так же, как и царские скифы. Они отрезают кусок своего уха, обстригают в кружок волосы на голове, делают кругом надрез на руке, расцарапывают лоб и нос и прокалывают левую руку стрелами. Затем отсюда везут покойника на повозке в другую область своего царства. Сопровождают тело те, к кому оно было привезено раньше. После объезда всех областей они снова прибывают в Герры к племенам, живущим в самых отдаленных пределах страны, и к царским могилам.
Там тело на соломенных подстилках опускают в могилу, по обеим сторонам втыкают в землю копья, а сверху настилают доски и покрывают их камышовыми циновками. В остальном обширном пространстве могилы погребают одну из наложниц царя, предварительно задушив ее, а также виночерпия, повара, конюха, телохранителя, вестника, коней, первенцев всяких других домашних животных, а также кладут золотые чаши (серебряных и медных сосудов скифы для этого вовсе не употребляют). После этого все вместе насыпают над могилой большой холм, причем наперерыв стараются сделать его как можно выше.
72. Спустя год они вновь совершают такие погребальные обряды: из остальных слуг покойного царя выбирают самых усердных (все они коренные скифы: ведь всякий, кому царь прикажет, должен ему служить; купленных же за деньги рабов у царя не бывает). Итак, они умерщвляют 50 человек из слуг удушением (также 50 самых красивых коней), извлекают из трупов внутренности, чрево очищают и наполняют отрубями, а затем зашивают. Потом на двух деревянных стойках укрепляют половину колесного обода выпуклостью вниз, а другую половину – на двух других столбах. Таким образом они вколачивают много деревянных стоек и ободьев; затем, проткнув лошадей толстыми кольями во всю длину туловища до самой шеи, поднимают на ободья. На передних ободьях держатся плечи лошадей, а задние подпирают животы у бедер. Передние и задние ноги коней свешиваются вниз, не доставая до земли. Потом коням надевают уздечки с удилами, затем натягивают уздечки и привязывают их к колышкам. Всех 50 удавленных юношей сажают на коней следующим образом: в тело каждого втыкают вдоль спинного хребта прямой кол до самой шеи. Торчащий из тела нижний конец кола вставляют в отверстие, просверленное в другом коле, проткнутом сквозь туловище коня. Поставив вокруг могилы та ких всадников, скифы уходят.
Среди крымчан есть занятные люди, считающие себя потомками тавров! Они свято верят, что лживые древние греки грязно оклеветали их предков. Милейших людей, которые словно сошли с пасторальных картин, выставили какими-то кровожадными дикарями. Особенно достаётся отцу истории Геродоту, который навеки заклеймил тавров как варваров, "живущих разбоем и войной".
Просто суровый тип)
Полюбуйтесь только, что он написал:
"У тавров существуют такие обычаи: они приносят в жертву Деве потерпевших крушение мореходов и всех эллинов, кого захватят в открытом море, следующим образом. Сначала они поражают обреченных дубиной по голове. Затем тело жертвы, по словам одних, сбрасывают с утеса в море, ибо святилище стоит на крутом утесе, голову же прибивают к столбу. Другие, соглашаясь, впрочем, относительно головы, утверждают, что тело тавры не сбрасывают со скалы, а предают земле. Богиня, которой они приносят жертвы, по их собственным словам, это — дочь Агамемнона Ифигения. С захваченными в плен врагами тавры поступают так: отрубленные головы пленников относят в дом, а затем, воткнув их на длинный шест, выставляют высоко над домом, обычно над дымоходом. Эти висящие над домом головы являются, по их словам, стражами всего дома. Живут тавры разбоем и войной". Геродот, "История"
Но почему же современные адепты таврской невинности так яростно отрицают слова античных авторов? Потому что археология опровергает их. Её данные на этот счет не богаты, но они не подтверждают ни того, что тавры были отчаянными пиратами, которые на быстрых лодках беззастенчиво грабили греческие корабли, ни того, что они развешивали на оградах своих домов черепа поверженных врагов, ни того, что увлечённо прибивали головы пленников к стенам своих святилищ. Так что, скорее всего, сообщения Геродота и Ко про жестокость тавров несколько преувеличены. Но, несмотря на это, греческие писатели оказали таврам невероятную услугу. И вот какую.
Таврский каменный ящик и его реконструкция
Сегодня я снова посетил выставку таврских находок. Вспомнил прошлые. Вспомнил всё, что читал про археологию тавров. И знаете, о чём подумал? Тавры — это самый успешный пиар-проект Античности. Да, Геродот и иже с ним нагнали жути, но они создали бренд. Тавры! Жестокие и загадочные горцы, населяющие скалистые берега далёкого Чёрного моря! Где-то там находится и остров с захоронением Ахилла, и вход в царство мёртвых. Очевидно же, что обитатели таких мест должны быть мегасуровыми парнями, в горах которых не стоит появляться. Каждый из них — непобедимый воин и, вместе с тем, религиозный радикал, фанатично преданный своей кровожадной богине Деве. Такой образ сформировали писатели Эллады. С тех пор прошли столетия. И вот сегодня крымские экскурсоводы показывают туристам памятники и маршруты, связанные с историей тавров, государство Российское строит трассу "Таврида", а мы на канале с удовольствием называем Крымский полуостров именем этого народа. А все почему? Потому что это - бренд, созданный 2500 лет назад великим Геродотом.
Образцы материальной культуры тавров
На самом деле реальность была куда прозаичнее. Судя по данным археологии, тавры были убогими козопасами, главный технологический прорыв которых — это каменные ящики. Это такие "гробы", в которые хоронили покойников, а затем дохоранивали новых. В итоге, в некоторых оказывалось больше 60 штук. И это факт примечательный. Но что кроме него? Практически все значимые артефакты, найденные в горах Таврики, — скифские, греческие или римские. Сами тавры не создали ничего выдающегося. Их материальная культура была бедной. Это грубая лепная керамика, примитивные орудия, каменные ящики — вот и всё наследие. Причём даже эти ящики после III века до н. э. исчезают. Вместе с ними исчезает и вся их Кизил-Кобинская археологическая культура. Она была — и вот её больше нет. Куда же она делась? Ситуация выглядит так, словно все тавры поголовно вымерли. Однако греческие и римские авторы упоминают их как вполне себе живых ещё в I веке н. э. Даже в IV веке римский историк Аммиан Марцеллин вспоминал о них:
"Недалеко живут тавры. Среди них арихи, синхи и напеи страшны своей дикостью, и так как продолжительная безнаказанность усиливала их свирепость, то от того и пошло имя Чёрному морю "Негостеприимное".
Чуть ниже он писал о римских плебеях, которые во время недовольства "следуя обычаю племени тавров, начинают реветь противными и бессмысленными голосами". Так что сами тавры сохранились как минимум до IV века нашей эры, но их культура исчезла. Похоже, в течении нескольких поколений они полностью переняли культуру более развитых скифов.
Карта Крымского полуострова в древности: тавры и их соседи
Но даже и после этого сей народ не продемонстрировал высоты духа. Где их города и крепости? Где великие воинские традиции? Всё, что осталось — это редкие следы маленьких поселений в труднодоступных горных районах. Ни мощных укреплений, ни богатых захоронений, ни сложных культовых сооружений нет. Если сказать более жёстко, то это был примитивный народ, который когда-то давно загнали в горы более воинственные ребята. Возможно, те самые киммерийцы, что кочевали в степях Крыма до прихода в VII веке до н.э. скифских батыров. На горных плато тавры занимались пастушеским скотоводством, вели полукочевой образ жизни и поэтому не имели долговременных поселений. Они сгинули бы без следа, если бы не греческие рассказы. Но примерно одновременно со скифами в этих краях появились греческие колонисты и давай креативить.
Тавров больше нет, а козы живут в горах Таврики до сих пор и по-прежнему прекрасны!
Почему же эллины так раскрутили образ тавров? Ну, во-первых, отважные ребята среди них были. И убивать они умели неплохо. Отрицать это невозможно. Достаточно вспомнить судьбу римских моряков, корабли которых в 49 году н. э. выбросило на южный берег Крыма. Тавры перебили их, затрофеили оружие и притащили в своё горное святилище, где его и нашли археологи в 1980-х. Не стоит, конечно же, по отдельным представителям судить о целом народе! И тем не менее греки создали целую легенду вокруг этой темы, с освещением её даже в драматических произведениях. Чего стоит трагедия Еврипида "Ифигения в Тавриде!" Вероятно, всё дело именно в рассказчиках. Им нужен был образ свирепых и ужасных варваров на краю цивилизации. Не могли же они написать, что там, далеко на севере, где бродят хмурые андрофаги и псоглавцы, живут ещё какие-то бедолаги, которые коз доят и камни в кучу складывают. Согласитесь, история про жертвоприношения, пиратство и мрачные горные твердыни куда интереснее! С другой стороны, какая-то реальность за этим была. Как минимум, несколько раз тавры точно убивали и греков, и римлян. Ну и я всё ещё надеюсь, что однажды археологи найдут те самые жуткие святилища, усеянные человеческими черепами, о которых писали античные авторы. А пока — приходится признать: тавры были не грозными воителями, а скромными горными пастухами, которых мастера древнегреческого пиара превратили в легенду.
Так что, дорогие «потомки тавров», не обижайтесь на Геродота. Без него ваши предки так и остались бы безвестными козопасами. А теперь — они звучный бренд, увековеченный в истории. Ну разве не круто!? ))
Насчёт "рыбоедов" - это волгарях, они же: самарцы, сарматы, сарацины, шумеры, хазары, казаки, арии, словяне... В общем, крестьяне. Это их Царь Крестьян (греч. Иезус Крестос), по прозвищу РА и СПАСитель, научил их употреблять рыбу в пищу. Где-то в писаниях есть искажённое упоминание об этом факте. До Царя Крестьян, у крестьян не было традиции употребления рыбы в пищу. У ранних крестьян, ещё недавно перешедших от полукочевого, отгонного скотоводства и подсечно-огневого земледелия, к осёдлому, трёхпольному земледелию, были трудности с белковой пищей, поскольку мясо КРС не употреблялось ими в пищу. Вот и как хорошее подспорье в снабжении такой пищей и стало рыболовство. Именно РУские КРЕСТьяне - слОвяне, были первыми, кто начали питаться рыбой. За что их и прозвали рыбоедами, что было один из множества их прозвищ.
В корень. Видимо, им платят с листа русского текста, а надо бы - с оригинала. Давно заметил, что у переводчиков есть запретные слова: это короткие слова типа:"был". Они всегда напишут: находился или что-нить ещё длиннее. Но наука, историки, им дают фору: если повезёт и им попался текст, на котором до них никто не паразитировал, они на нём будут всю жизнь кормиться. Я не буду поминать про введение, послесловие и посмертное предисловие соратников, библиографию, примечания - всё то, что считается их работой, но что они делают с текстом! Изо всех синонимов они выбирают самый неподходящий, такой, чтобы смысл фразы терялся, потом рядом в квадратных скобках пишут тот, который и надо было написать, а в ссылке объясняют смысл фразы. Мне попалась такая: автор не успел её издать, протянул до смерти, даже ездил в Японию подбирать синонимы (!?); а книга интересная: записки о России времён Екатерины Великой, составленные со слов моряка, унесённого в Северное море. Его возили в столицу показать Екатерине, а потом отправили домой. Я её вычистил и разместил в сети: https://royallib.com/book/kuniakira/zapiski_o_rossii_sostavl... А почему все про Троянскую войну говорят со слов Гомера? Да потому что Геродот переведён таким же нечитаемым манером, и вместо истории мы учим мифы.
Кстати, интересный нюанс: один из народов, о которых рассказывали Геродоту, называется "ихтиофаги". Но ведь это греческое слово, почему его не перевели? Да потому что получается "рыбоеды" - ну, типа наших поморов. Ни те таинственности, ни романтики дальних стран.