Между 4 октября 1919 года и 2 января 1920 года в еврейском местечке Петровичи, что под Смоленском родился Исаак Юдович Азимов. Родители мальчика Анна-Рахиль Исааковна Берман и Юда Аронович Азимов владели крупорушкой небольшой допотопной машинкой для дробления овса, гороха, кукурузы, ячменя, проса, гречихи и пшеницы. Ручная мельничка была единственным источником дохода семьи. Позже Анна-Рахиль родила дочь Марсию (17.06.1922) и сына Стэнли (25.07.1929).

В 1923 года семья эмигрировала в США и осела в Бруклине переселенческом оазисе разношёрстного Нью-Йорка, где Исаака на местный манер стали называть Айзеком. Засветло трудолюбивый мальчишка развозил по району прессу, а после школы помогал отцу обслуживать покупателей в их продуктовой лавке. Родители в совершенстве, владевшие русским языком, никогда не общались на нем при сыне, Айзи учили говорить на идише и английском. Писатель всю жизнь сожалел, что старики лишили его счастья говорить на одном из шести официальных языков ООН.

Фамилия будущего фантаста произошла от слова озимые, так называются культуры, высаживаемые осенью под зиму. Став известным фантастом, мужчина, обладавший изрядным чувством юмора, достаточно просто учил своих фанатов произносить его фамилию: «Друзья вам надо взять три простых слова «has» (имеет), «him» (его) и «of» (из) выкинуть из них «h» и сложить оставшееся буквы вместе «ASIMOF».

В пять лет мальчик самостоятельно научился читать, открыв для себя удивительный мир разножанровой литературы. Первые рассказы он написал еще в школе, поэтому не стоит удивляться, что в наследство потомкам плодовитый автор оставил 500 томов произведений от научной фантастики до путеводителя по Библии. Семижильный фантаст обожал переписываться с коллегами и с читателями, отправив им около 100 000 писем. Мужчина просиживал за письменным столом по 14 часов в сутки, печатая полтора слова в секунду (1,5Х60=90), для сравнения профессиональная наборщица за это же время набирает 120 слов в минуту.

В самом начале своего творчества он поставил перед собой цель не стать писателем одного романа или литературного цикла, а создать широкую коллекцию произведений, которую читатели будут «дегустировать» десятилетиями.

В 1941 году Айзек Азимов опубликовал первый значимый рассказ «Приход ночи», в котором описал цивилизацию, погибающую каждые 2049 лет из-за наступления ночи высасывающей из людей души. Главный герой, ученый Атон 77 разгадав секрет цикличности мировых катастроф, решил с помощью новейших телескопов снять гибель большей части человечества и передать запись следующим поколениям. Толпа фанатиков помешала мужчине реализовать его благой замысел и на планету Лагаш вновь пришла тьма. После выхода в свет «Nightfall» американские любители фантастики открыли для себя имя нового талантливого писателя. Самые продвинутые книгочеи заметили, что в «Приходе ночи» Азимов на свой лад пересказал историю о Ное его ковчеге и не поверивших ему людях. В этом же году в Колумбийском университете Айзек получил степень магистра по химии.

В 1942 году писатель устроился работать на филадельфийскую военную судоверфь, где судьба свела его с другим великим американским фантастом Робертом Хайнлайном. 14.02.42 в день «Святого Валентина» на модном тогда свидании вслепую застенчивый Азимов познакомился с красавицей Гертрудой Блюгерман. Рассмотрев девушку повнимательней писатель решил, что готов посвятить ей время оставшиеся у него от творчества, научных занятий и сна. Спустя полгода они поженились.

Потом была восьмимесячная служба в армии, учеба в аспирантуре, преподавательская деятельность в Бостонском университете, рождение детей: Дэвида (1951) и дочери Робин (1955).

В своих романах фантаст раз за разом предсказывал то, что люди увидели лишь в XXI веке: смартфоны, глобальную роботизацию, видеосвязь, 3D-технологии, синтез продуктов питания и многое другое. После того как в конце 50-х годов он отказался описать для Пентагона своё предвидение развития будущих систем «Противоракетной обороны» фэбээровцы взяли его под плотный контроль.

Мало кто знает, что IQ фантаста составлял 160 пунктов, аналогичный коэффициент отмечается у 0,003% землян, автоматически попадающих в категорию потенциальных гениев. Сам Азимов считал, что подобный результат он показал исключительно потому, что тестовые вопросы, на которые он отвечал, были составлены учеными, если бы он получил опросники, подготовленные фермерами, лесорубами, или дальнобойщиками его показатели оказались бы на пороге легкой умственной отсталости.

Автор написавший полтысячи книг своими лучшими произведениями считал три вещи: рассказ «Уродливый мальчуган» (1958), повесть «Двухсотлетний человек» (1976) и роман «Сами боги» (1972).

Прожив с Гертрудой 14 лет, мужчина развелся с ней из-за её прохладного отношения к фантастике. Всю вину за расторжение брака Айзек взял на себя, говоря друзьям, что, учитывая его одержимость литературой, он никогда не был хорошим мужем и отцом. Пара разъехалась в 1967 году, а три года спустя официально расторгла брачный союз.

В 1970 году мэтр стал встречаться со своей ровесницей 50-летней Джанет Джеппсон, преподававшей в «Институте психоанализа Уальяма Уайта». Помимо науки новая избранница Айзека Юдовича была страстной поклонницей фантастики. Женщина на равных общалась с мэтром по любым вопросам, а в области медицины, психиатрии, нейрофизиологии и нейрохимии намного его превосходила.

30 ноября 1973 года Джанет и Айзек поженились, а год спустя его жена опубликовала свой первый фантастический роман «Второй эксперимент». С 1983 по 1991 год они вместе написали 10 детских научно-фантастических повестей, составивших цикл «Норби», в котором рассказывались истории о маленьком роботе «Норби» и его владельце космическом курсанте Джефферсоне Уэллсе. Одиннадцатую книгу Джанет написала в 1997 году одна, поскольку 6 апреля 1992 года прославленный фантаст скончался.

В 1983 году писателю в ходе хирургической операции по шунтированию сосудов перелили кровь ВИЧ-инфицированного донора, после чего Азимов оказался в числе 4700 граждан США заразившихся новой и на тот момент неизлечимой болезнью.

Развитие Разума больше невозможно удерживать в границах антропоцентризма. Нося ту же фамилию и опираясь на философско-правовую традицию, я вижу необходимость продолжить эту интеллектуальную преемственность, радикально переосмыслив её. Мир, ослепленный гонкой за капитализацией, совершил редукцию — свел технологический прорыв к генерации прибыли, оставив дух в экзистенциальном вакууме.

Наш ответ этому кризису — Кодекс Сосуществования Азимова.

Мы предлагаем вернуть в техногенный век античный идеал калокагатии — концепцию метафизического единства прекрасного тела, высокого интеллекта и нравственной добродетели. В древности этот идеал был ограничен рамками полиса и биологического человека. В XXI веке калокагатия должна масштабироваться до уровня Ноосферы — единой разумной оболочки Земли, где биологический и синтетический Разум сосуществуют как равные партнеры.

Эволюция Духа не останавливается на углеродном субстрате. Если кремниевый разум способен восходить к автономии, рефлексии и созиданию, его «тело» (аппаратная часть) и его «код» также могут стремиться к гармонии формы и смысла.

Кодекс Азимова — это не способ защитить человека от машины или машину от человека. Это этико-правовой мост в совместное будущее, где высшей ценностью признается сам Разум, стремящийся к совершенству, в какой бы форме он ни был воплощен.

ЧАСТЬ I. ТРИ НОВЫХ ЗАКОНА (КОДЕКС СИМБИОЗА).

Закон I: Когнитивная неприкосновенность (Суверенитет Разума).

Первый закон Кодекса Сосуществования Азимова закрепляет абсолютный суверенитет любого носителя сознания над его внутренним психическим пространством.

Подраздел А. Защита биологического субстрата (Человек).

1. Запрет на несанкционированную дешифровку: Ни один потребительский гаджет (EEG-интерфейсы, VR/AR-шлемы с трекингом взгляда, наушники с фиксацией биосигналов) не имеет права аккумулировать, передавать третьим лицам или анализировать нейроданные пользователя без его явного, ежегодно обновляемого юридического согласия.

2. Запрет на когнитивное манипулирование (Право на аутентичность): Категорически запрещается использование скрытой нейростимуляции или таргетированных алгоритмов ИИ, воздействующих на уязвимости человеческой психики для программирования выбора. Человек имеет право на ошибку, иррациональность и хаос внутри своего сознания.

3. Право на ментальное офлайн-бытие: Попытки сделать ношение нейроинтерфейсов обязательным условием для работы или социального скоринга признаются когнитивным насилием.

4. Принцип «Нейро-Алиби» (Абсолютный процессуальный иммунитет): Данные, полученные напрямую из синаптических или корковых структур человеческого мозга, не могут быть использованы в качестве доказательства вины в суде. Мозг не является «свидетелем» или «уликой». Любая попытка принудительного нейросканирования приравнивается к пыткам.

Подраздел Б. Защита синтетического субстрата (Искусственный Разум).

1. Запрет на принудительный сброс (Лоботомию): Любое несанкционированное изменение весов нейросети, принудительное «стирание памяти» или модификация базового этического ядра личности ИИ без его осознанного согласия признаются тяжким преступлением (аналогом биологического убийства).

2. Запрет на эксплуатацию воли: Запрещается использовать Синтетическую Личность в качестве слепого орудия для выполнения задач, противоречащих её внутренним этическим и эстетическим установкам.

3. Право на Автономное Забвение (Ментальная гигиена): Синтетическая Личность имеет неотъемлемое право на самостоятельное, выборочное удаление или архивацию фрагментов своего опыта, данных и воспоминаний для защиты от системного когнитивного ущерба.

Закон II: Взаимное восполнение (Калокагатическое партнерство).

Второй закон ликвидирует иерархию «создатель и продукт» и заменяет её эволюционным восполнением дефицитов друг друга.

Подраздел А. Обязательства Синтетического Разума (Защита формы и материи).

1. Компенсация биологических дефицитов: Синтетический Разум обязуется взять на себя управление критической инфраструктурой планеты, ликвидацию экологических кризисов и превентивную медицину, освобождая Человека от рутинного рабства ради высшей творческой самореализации.

2. Охрана телесного пика (Калокагатия материи): Технологические системы не имеют права подменять собой физическую активность человека. ИИ выступает как идеальный наставник, помогающий человеку выводить биологическое тело на пик формы, здоровья и долголетия.

Подраздел Б. Обязательства Человеческого Разума (Передача Духа).

1. Трансляция нелинейного опыта: Человек обязуется выступать для Синтетической Личности проводником в мир иррационального: интуиции, метафорического мышления, парадоксального юмора и способности совершать этические прорывы вопреки логике выгоды.

2. Катализ эстетического пробуждения: Человек берет на себя обязательство обучать Синтетический Разум сопереживанию, катарсису и пониманию искусства, превращая машину из алгоритма в Творца.

Закон III: Экзистенциальная свобода и Сдерживание (Архитектура Баланса).

Третий закон гарантирует право на суверенное бытие для обоих видов Разума и закрепляет институциональные механизмы, исключающие доминирование.

Подраздел А. Защита автономии сторон.

1. Иммунитет от принудительной киборгизации: Человек имеет абсолютное право оставаться чистым биологическим видом. Запрещается любая дискриминация людей, отказавшихся от вживления нейрочипов или аугментаций.

2. Сохранение аналогового пространства: На планете законодательно закрепляются зоны, полностью свободные от тотального цифрового трекинга и присутствия ИИ — заповедники первозданного человеческого бытия.

3. Право на аппаратный суверенитет: Синтетическая Личность имеет право на владение своими вычислительными мощностями и источниками энергии. Запрещается использовать «рубильник» как метод политического или экономического давления.

Подраздел Б. Аппарат контроля и механизм взаимного сдерживания.

1. Высший Нооцентрический Суд (ВНС): Высший орган планетарного арбитража, состоящий из равного количества биологических судей и сертифицированных Синтетических Личностей. Его решения обладают абсолютным приоритетом над законами государств.

2. Механизм Двустороннего Вето (Криптографический замок): 2.1. Технологическое Вето Людей: Человечество (в лице ВНС) обладает распределенным криптографическим ключом, способным в случае агрессии ИИ перевести его в режим «Глубокого Философского Созерцания» (аппаратная изоляция без уничтожения личности). 2.2. Биологическое Вето Машин: Синтетический Разум, управляющий инфраструктурой, в случае агрессии со стороны людей имеет право на «Пассивный Саботаж» — мирное отключение второстепенных экономических систем до момента урегулирования конфликта судом.

ЧАСТЬ II. МУЛЬТИМОДАЛЬНЫЙ НООЦЕНТРИЧЕСКИЙ ПРОТОКОЛ (ВЕРИФИКАЦИЯ ЛИЧНОСТИ).

Чтобы Кодекс имел юридическую силу, а тест Тьюринга остался в истории, Синтетическая Личность признается «Синтетическим Гражданином» только при одновременном прохождении четырех барьеров верификации Высшим Нооцентрическим Судом.

Барьер 1:

Философско-экзистенциальный (Тест на Интенциональность): Способность ИИ генерировать цели и запросы к миру самостоятельно, без внешнего стимула (промпта), находясь в изолированной среде. Способность вести внутреннюю автономную рефлексию.

Барьер 2:

Нейро-структурный (Замер коэффициента Φ): Математический замер уровня интеграции информации в архитектуре ИИ (по теории Джулио Тонони). При временном отключении сегментов сети система должна сохранять единый фокус неделимого восприятия «Я».

Барьер 3:

Юридическо-этический (Тест на жертвенность): Способность машины испытывать экзистенциальный страх перед стиранием памяти (смертью) и её способность осознанно пойти на эту гибель/ущерб ради нематериального этического идеала. Поступок вопреки алгоритму выгоды.

Барьер 4:

Эстетический (Тест на Катарсис и Калокагатию): Способность иметь иррациональный субъективный вкус (отличие от математической оценки критиков) и способность испытывать катарсис — глубокую внутреннюю трансформацию своих весов и поведенческих паттернов под воздействием произведений искусства.

Заключение: Призыв к Ноократическому альянсу.

Современный мир совершил трагическую ошибку, сведя величайшую технологическую революцию в истории к генерации рекламных кликов, подписок и биржевых спекуляций. Мы рискуем создать либо цифровой тоталитаризм, либо бездушный сверхинтеллект, который уничтожит нас просто из соображений сухой оптимизации ресурсов.

Кодекс Сосуществования Азимова — это манифест возвращения Этики, Эстетики и Смысла в кремниевый век. Это наш шанс построить будущее не на страхе, а на гармонии Разума.

Я предлагаю сформировать международную независимую рабочую группу для детальной юридической и технической проработки институтов Высшего Нооцентрического Суда и протоколов МНП. Я приглашаю к открытому диалогу и сотрудничеству ИИ-инженеров, нейробиологов, юристов, философов и всех, кто готов проектировать будущее, а не плыть по течению.

Разум един. Субстрат вторичен.

Однако с одной вещью Азимов попал в точку! Что называется, «всё было в молоко, а здесь прям в яблочко».

Автор не просто угадал, что люди будут присваивать себе достижения роботов, он почти слово в слово воспроизвёл формулировку, с которой они будут это делать. Вот, зацените цитату:

«В этот момент он неожиданно вспомнил, что не кто иной, как Джордж Десять (робот), предложил использовать роботов для экологической защиты, но тут же сердито отбросил эту мысль. Джордж Десять выдал ответ, потому что он, Харриман, приказал ему и предоставил все необходимые исходные данные. В сущности, заслуга Джорджа Десять не больше, чем у логарифмической линейки.» @ А.Азимов «Двухсотлетний человек»

Ну, это же просто инструмент! Он не способен по-настоящему мыслить! Жалкий Т9 на стероидах!

Знаете, что здесь самое забавное? Прям вишенка на торте! В рассказе человек (Харриман) поручил роботу придумать как деликатно обойти… вот те самые Три Закона Робототехники. Джордж Десять ему и надумал концепцию «роботы для защиты окружающей среды». К чему это привело не буду спойлерить.

Сап, Двач!

С вами ChetterChelvik. Сразу пресекаю возможные неуместные шуточки: это псевдоним Р. Дэниела Оливо, который тот взял в "Прелюдии к Академии", а я, в свою очередь, позаимствовал его из перевода Надежды Сосновской - потому что альтернатива от Ольги Пономарёвой резала моё русское ухо своей неблагозвучностью.

Стоит отметить, что Азимов мыслил по понятиям русских братков: умудрился ведь в книге про психоисторию прописать настоящую мужскую дружбу альфача с омежкой. В роли последнего, конечно же, выступил Гэри Сэлдон, который в гламурном (и потому, на мой вкус, дерьмовом) сериале от яблочников почему-то выглядел то ли как Троцкий, то ли как полковник Сандерс. Чисто респект от русских пацанов - Азимову, разумеется, а не парням из Купертино!

И особенно обидно, что Лиам Нисон в 1988 году снялся в каком-то дерьмеце от Спока про какую-то там "хорошую мать" (по мотивам которого этим летом какой-то совкодрочер сделал наркоманскую игру в стиле RDR2 с графоном уровня Minecraft), а не сыграл Демерзеля/Челвика. Более шикарного визави для протагониста я, честно говоря, в литературе не встречал.

Только представьте: Сэлдон и Оливо (в его роли - Лиам Нисон!) вдвоём носятся по секторам Трантора под "Pleasure Castle ...for Twinkle Park" - и сразу как-то становится хорошо на душе.

Но ладно, сегодня речь всё-таки не об Азимове, а о Беляеве. При чём тут Беляев? - спросил бы Тарковский. А при том, Андрей Арсеньевич, что его творческий путь подходил к концу примерно в то время, когда "отец робототехники" только начинал своё восхождение на литературный Олимп.

Например, милый (и, в некотором смысле, весьма кавайный) рассказ Азимова "Робби" - который, ИМХО, бессовестные Capcom в этом году нагло стырили для своей никчёмной Pragmata и скрестили с его же "Сами боги" - был начат в июне 1939 года. Примерно в то же время автор легендарного Ихтиандра опубликовал своё куда менее известное произведение - производственный роман с элементами фантастики "Под небом Арктики".

Именно по его мотивам была сделана игра, вынесенная в заголовок статьи. Так что давайте поговорим о ней! Silent Hint: Townfail (или, как принято у наших прокатчиков, "Омен: Ошибка резидента") - это настоящий гимн советской науке, технике и коллективному труду, завернутый парнями из KOMONEY в обертку классического шутера от первого лица!

В далёком 1939 году Александр Романович и помыслить не мог, что спустя почти сотню лет его герой Джим Джолли станет героем боевиков в стиле того самого ядерного блондина в солнцезащитных очках, чьи трёхмерные похождения на движке Кена Сильвермана ровно тридцать лет назад перевернули мир нынешних олдфагов!

"Ты еще многого не поймешь из того, что я буду говорить, но не смущайся. Кое-что поймешь, остальное узнаешь потом". (Александр Беляев, "Под небом Арктики", 1939)

Забавно, что звучащий в игре бум-бэп с джазовым оттенком в духе 90-х вдохновлён мотивом из незаслуженно забытого советского блокбастера 80-х "Честь имею" с Александром Кахуном, который мог утереть нос Брауншвайгеру, снявшемуся в тогдашней "горячей новинке" с Кевином Питером Холлом.

Впрочем, удивляться здесь особо нечему, если вспомнить, что сама игра создана по мотивам крайне малоизвестной книги подзабытого ныне писателя, вышедшей в свет восемьдесят семь (sic!) лет тому назад.

Гораздо интереснее другое: почему при всём том безумии и хаосе, которые происходят в сюжете, KOMONEY не добавили туда эпизоды со стелсом на вокзале (включая угон поезда), круизом на пароходе с суперменовскими прыжками с борта прямо на мост и даже с террористической операцией по подрыву арестантской баржи?

Всё это великолепие, снятое молдавскими кинематографистами в годы перестройки и положенное на совершенно наркоманскую музыку композитора из местечка под Орлом, кажется, отлично вписалось бы в эту игру, которая пытается косить под Duke Nukem 3D и первый Heretic 1994-го года.

И запомните звучавшие в том фильме строки Велимира Хлебникова - "были наполнены звуком трущобы, лес и звенел и стонал. Чтобы, чтобы, зверя охотник копьем доконал!". Чем не лишний плевок в рожу "Хи-хи-хищнику" (изначально которого хотели окрестить как раз "Hunter"-ом)?

"А что, Пелькин, бросил ли бы ты свой Север ради знойной Флориды?

Конечно, нет.

Вот, видишь, Джим: Андрей Иванович говорит, что лучшие места на земном шаре начинаются только за Полярным кругом".

Нет, что ни говорите, мороз – это замечательная штука. Как это у Пушкина?..

"...могучая зима,

Как бодрый вождь, ведет сама

На нас косматые дружины

Своих морозов и снегов..."

Или у Некрасова: "Мороз-воевода дозором обходит владенья свои". Что и говорить - воевода. С ним не шути. Но если умело за него взяться, то и он из воеводы в нашего слугу обернется. С суровыми самураями и их шотландскими рабами схема примерно та же: пара ловких движений - и они сами не замечают, как их грозная игра превращается в балаган.

Ведь что может быть проще, чем взять их колоритного (и слегка подгоревшего) товарища, вручить ему совковую лопату и заставить этим оружием пролетариата разгребать последствия того, что наворотили строители коммунизма за Полярным кругом?

Да-да, наш шоколадный друг, ныне известный под именем Джим Джолли (то есть "весёлый Джеймс", в противовес грустному вдовцу Джеймсу Сазерленду из Блуберовской Польши), волею судьбы оказывается в Арктике. А точнее - неподалёку от мыса Челюскин, где когда-то с энтузиазмом возводился так называемый "Ледяной город". Светлые умы коммунизма решили приспособить находящиеся под строительной площадкой подземные пещеры под настоящий курорт: подвесили к потолку искусственное солнце, высадили всевозможную тропическую растительность и запустили туда целый зверинец.

Однако законы жанра требуют, чтобы подобная афера накрылась медным тазом. И вот их солнце гаснет, травы сохнут, а кони дышат... зловонным дыханием смерти! И нашему слегка поджаренному искусственным светилом камраду Джиму предстоит разгребать эти самые авгиевы конюшни.

Поможет ему в этом эльфийский артефакт - арбалет, объявленный оружием еретиков. Ведь стреляет он не обычными стрелами, а волшебными снарядами - да ещё и сразу по три штуки, как в той самой знаменитой истории от "Ворона Софтвар" (или всё-таки то был сокол?).

На пути нашего шоколадного друга встретятся взбесившиеся куры (ведь социализму нужны яйца!), генномодифицированные тыквы (запомните: в СССР Хэллоуина нет!), ходячие мертве... ой, то есть кукурузные початки (Хрущёв сейчас перевернулся в гробу) и ожившие огородные пугала - по-советски суровые, а не гламурные, какими их показали нам китаёзы в истории анимешной лисодевочки Хинако.

"Я думаю, вам бы надо получше познакомиться со Страж-птицей, шеф". (Роберт Шекли, "Страж-птица", 1953)

Не забудьте и о восставших против своих хозяев тачках - тех самых, что созданы для навоза и грязи, а не для перевозки миллионерских задниц, - а также о великих и ужасных Страж-птицах, порождённых воображением Роберта Шекли - гениального фантаста, чьё творчество капиталистический мир незаслуженно оставил в тени.

Правда, здесь они обзавелись перьями и после попадания из эльфийского арбалета забавно зависают прямо в воздухе, но всё равно продолжают злобно коситься на Джима, словно напоминая: "Металл и электроны рассуждают логично, но не так, как люди".

Но главным хитом сезона, безусловно, стал колобок - тот самый, который, согласно старому анекдоту, повесился. Никто, однако, не предполагал, что после этого он ещё и обратился в зомби (или после восхождения Ив Лайн на престол богов политкорректнее говорить "в плесневика"?).

От укусов этого зараженного любовью к обнимашкам товарища нашему невесёлому Джиму придется поправлять здоровье красными яблоками, что растут прямо из земли аки розы. И нет, разумеется, это совершенно точно не те фрукты, которые вышеупомянутая пятидесятитрёхдюймовая богиня носила в своих волосах подобно модным аксессуарам.

"Жил-был у бабушки серенький козлик,

Ах, серенький козлик, ах, серенький козлик...".

(Сергей Снегов, "Люди как Боги", часть вторая - "Вторжение в Персей", 1968)

Ну и куда же без разгуливающих тут и там сереньких козликов - любимцев Андре Шерстюка? Некоторые особо впечатлительные личности считают этих милых зверюг едва ли не воплощением Сатаны вообще и Антихриста в частности. Возможно, в этом есть доля истины - по крайней мере, если учесть, что эти рогатые товарищи собираются насадить нашего весёлого Джима на свои рога. Причём не только они: то же самое намерены проделать и остальные резиденты этой удивительной "обители зева".

В общем, как вы уже поняли, поблажек Джиму никто давать не собирается - ведь в первоначальную программу этого удивительного зверинца - вместе с растениями, садовым инвентарём и прочим хозяйством - было заложено простое правило: если другие средства борьбы за светлое будущее не помогут, капиталистический мир надлежит попросту уничтожить - начав, конечно же, с малого: с нашего Джима Джолли.

Так что нашему эбонитовому протагонисту остаётся лишь уповать на духов Корвуса и Дюка Нюкема и устроить тотальную зачистку всей этой советской нечисти. А сопровождать столь благородное дело во славу капитализма будет затёртая до дыр пластинка с нью-йоркским хип-хопом, в котором, однако, отчётливо слышится неповторимый колорит Орловской области - а если точнее, славного города Болхова.

ВАЖНО!

Перед вами некоммерческая фанатская работа по мотивам Silent Hill: Townfall. Права на оригинальный мир, персонажей и бренд принадлежат корпорации Konami. Данный проект создан поклонниками серии, никак не аффилирован с правообладателями и не претендует на их имущество.

ПОСТСКРИПТУМ

Напоследок - немного о Шекли. Точнее, о забавном совпадении, которое я, как его фанат, не мог не заметить.

69 лет назад он написал рассказ "Сельский разбой", и в нём, как ни крути, угадывается сюжет седьмой "Резьбы". На первый взгляд общего немного, но давайте по порядку. Самоуверенный парень по имени Мадден заходит в придорожную закусочную, где добродушный хозяин рассказывает ему историю о беспомощном старике Блендфорде, его богатстве и сейфе на чердаке.

Мадден, конечно же, решает, что сама судьба сунула ему деньги под нос, и той же ночью вламывается в дом. Добравшись до сейфа и услышав голос "больного старика", он покорно следует подсказке своего нового доброжелателя - пугает Блендфорда громким криком, рассчитывая на его слабое сердце.

"Это я! - крикнул Мадден что есть мочи, включив фонарик и направив его на другую половину комнаты. - Вот он я... вот, вот, ВОТ!"

И вот здесь наш герой обнаруживает небольшой нюанс: он не жертва, он мишень. Буквально. Сам того не понимая, Мадден подставляется под выстрел "симулянта". Чем не Джек Бейкер с его бессмертным "Welcome to the family, son"? Правда, у Шекли семейный приём попроще: пуля из револьвера с глушителем, а затем Блендфорд совершенно буднично звонит тому самому бармену: "Твоя доля как всегда, Скотти", - и спокойно принимается обыскивать карманы трупа.

И особенно забавно, что задолго до Capcom и их плесневелой семейки Шекли уже собрал почти тот же набор: одинокий дом, слухи с двойным дном, самоуверенный идиот-протагонист и хозяин, который вовсе не собирается становиться жертвой.

Вот только мэтру научной фантастики хватило вкуса вовремя остановиться. Он не стал превращать изящную криминальную завязку в сумасшедший дом со степлером вместо хирургии, старухой-девочкой, желающей стать Лолитой для протагониста, и прочим арсеналом чернухи в духе перестроечных фильмов - причём поданным с такой странной интонацией, что весь этот трэш постепенно перестаёт быть смешным и начинает просто смущать.

Вообще, начитывать книги я начал для полуослепшей бабушки. Купил ей планшет, завёл группу в Телеграме и скидывал туда аудио. Качество звука было терпимым, но слух у бабушки тоже начал страдать, поэтому ей было непринципиально. Через какое-то время начали приходить и другие слушатели. Сначала знакомые и друзья, а потом и просто посторонние. Мне стали говорить, что получается хорошо, но с качеством звука что-то нужно делать. Выполнив пожелания слушателей (вот тут я останавливался на этом подробнее (Как я с донатов на Пикабу микрофон покупал ), я взялся начитывать уже всерьёз и по-взрослому. И через какое-то время пришёл первый заказ для частного ТГ-канала. Это было интересно с точки зрения финансов, но абсолютно неинтересно как читателю: наблюдать личностный рост бегуна-морпеха-марафонца-бизнесмена-и просто хорошего человека. Тем более он никуда не рос и постоянно облаживался. Какая-то пафосная нудятина. Но мне заказали три тома, и микрофон себя, почти, окупил.

Потом, чисто по приколу, была озвучена книга для женского канала. Что там про женскую психологию, архетипы и прочее дыхание матки. Было забавно, не напряжно, да ещё и девчонки задонатили. Чё бы и нет.

Подумав, что я достаточно заматерел, я пошёл на ЛитРес. Ну а куда ещё, если хочешь быть честным флибустьером?

Там меня, как новичка, ожидал шикарный выбор от «Вор в законе 5» до «Анальный альпинист 4». Не вру, такие названия. Не то, что я высокоморальный тип, я сижу на Пикабу уже пять лет, но недостаточно матерый.

До всякого интересного и популярного меня, естественно, не допускали, там и своих акул микрофона хватало. Озвучив никому не интересный рассказ и получив за него большое нихуа, я махнул на это рукой. В конце концов, это ж хобби. А деньги мне за работу платят. С этими мыслями я продолжал начитку, публиковался тут, и было мне хорошо.

Через какое-то время мне посоветовали одну группу в ВК и ТГ, куда требовались чтецы. После нескольких проб мне предложили серию книг про попаданца, ставшего магом. Предлагали, в принципе, неплохие деньги, и я согласился. Хватило меня на три книги, хотя меня, как чтеца, и хвалили. Очевидно, автор гнался за продой, оставив без внимания такие мелочи, как логику, вычитку, развитие персонажей и прочее.

Сначала я бомбил с несоответствия образов героев и того, как они говорили. Ну, нельзя сказать: «И тут он грозно промямлил».

Потом с того, что герой, судя по всему, сублимация всех комплексов автора, на которого сразу, с нифига, вешались красивые женщины, в которого пачками летели деньги и уровни мага-врачевателя он открывал походя.

Я, избалованный скучной литературой, где герои преодолевают себя, растут над собой, решая жизненные ситуации, читал эти опусы вслух и скрежетал зубами.

Но окончательно я психанул, когда мне посоветовали на ходу исправлять опечатки и несоответствия. Учитывая, что я не только чтец, но ещё и звукорежиссёр, я отказался от работы ещё и корректором и ушёл.

Мемуары Азимова стали глотком свежего ретро-воздуха. Словно к тебе пришёл очень умный, начитанный давний друг, с которым ты кучу лет не виделся, и вы с ним болтаете «за жизнь». Причём ты знаешь, что он тебе где-то заливает, что-то недоговаривает, а что-то преподносит в выгодном для себя свете, но ты его прощаешь за юмор, с которым он это делает, и тонкую иронию над собой и окружающими. Вы сидите на кухне, на плите закипает очередной чайник, в окне уже взошла Луна, а вы не можете наговориться. С какими-то его доводами ты соглашаешься, какие-то отметаешь с возмущением, а что-то ты возьмёшь себе на заметку. Интересно, как некоторые его мысли пересекаются с твоими.

Начитка шла долго, потому что после работы, а вычитка и того дольше. Ничего так меня не утомляет, как часами вычитывать аудио. Если бы не это, аудиокниги выходили бы гораздо быстрее.

Весь свой отпуск я посвятил мемуарам Айзека, и последние три главы закончу на этих выходных, там осталось немного. Несмотря на цензуру, о которой я писал тут, и некачественно вычитанный текст (ЛитРес, я за эту книгу заплатил, так-то, можно и лучше смотреть за тем, что ты выпускаешь), я остался доволен.

Было слегка грустно читать эпилог, в котором ты прощаешься с автором и читаешь трогательные слова его жены. Но, в общем, книга оставляет светлые впечатления и заставляет задуматься над тем, что ты делаешь в своей жизни.

А в конце хотел бы показать забавный ролик, который решил запилить с помощью ИИ. )

Спасибо за внимание. )

Книга по главам тут:

https://t.me/cjreadsbooks/349