14 марта 1915г броненосный крейсер "Кент" завершил карьеру последнего корабля из эскадры адмирала Шпее - лёгкого крейсера "Дрезден".
С конца декабря 1914г он (в компании со вспомогательным крейсером "Орама") занимался поисками беглеца, обследуя тихоокеанские воды Южной Америки.

Радиоперехват 3 марта дал информацию об угольщике "Гота", который должен был ждать немецкий крейсер в 300 милях к западу от Коронеля. Прибыв на место 7-го, "Кент" никого там не обнаружил. На следующий день, однако, был усмотрен дым от корабля, в котором опознали не "Готу", а "Дрезден". Началась погоня, которую "Кент" уверенно проиграл - сказались недостаток угля и обросшее днище; он развил скорость 21,5 уз.
Перехваченная во время погони радиограмма с "Дрездена" была расшифрована через несколько дней, указав британцам на острова Хуан-Фернандес. Утром 14 марта "Кент", лёгкий крейсер "Глазго" и вспомогательный "Орама" обнаружили "Дрезден", который стоял на якоре в бухте Камберленд острова Мас-а-Тьерра. Он пришёл туда 9-го числа, с пустыми угольными ямами. Так как законные 24 часа стоянки в нейтральных водах истекли, немцы готовы были спустить флаг, но не разоружаться (по крайней мере до официального интернирования). На случай же прибытия британцев командир "Дрездена" фрегаттенкапитан Фриц Людеке как мог, приготовил свой корабль к бою: ненужная часть команды была свезена на берег, на ночь в дозор уходил катер, на корму был заведён буксир для разворота крейсера бортом ко входу в бухту. Расчёты орудий были наготове.

Катер сообщил на "Дрезден" о прибытии англичан, но дальше план Людеке начал расходиться с реальностью: из-за противного течения шлюпка не смогла развернуть крейсер должным образом.

"В 09:51 "Глазго" и "Орама" открыли огонь с дистанции около 42 кбт. Но уже через минуту лёгкий крейсер стрельбу прекратил. В это время расстояние от "Кента" до "Дрездена" составляло 24.5 кбт (по немецким данным, 45 гектометров). Немецкие пушки и орудия броненосного крейсера "заговорили" примерно одновременно в 09:52. В этот же момент повторно открыл огонь и "Глазго". Стоящий на якоре "Дрезден" оказался очень удобной мишенью. Всего за пару минут в него попало порядка десятка снарядов. На германском рейдере вышли из строя артустановки №2 и 3, а также центральная система управления огнём. В корме возник пожар, из-за распространения которого пришлось затопить погреб №3. Элеваторы подачи боезапаса были разрушены. А вскоре пришлось оставить и погреб №2, так как он наполнился дымом и газами. Ещё один британский снаряд сделал подводную пробоину в отделении торпедных аппаратов, поскольку из-за практически полного израсходования топлива, значительно подвсплыла нижняя кромка скоса защитной палубы. И броня уже не так эффективно выполняла свои функции, так как снаряды проходили под ней. Также свелись к нулю и защитные свойства опустевших угольных ям. Семь членов экипажа погибли, ещё 29 получили ранения. В 09:54 Людеке приказал поднять белый флаг и спустить военно-морской. Хотя впоследствии он утверждал, что фал, на котором крепилось полотнище, перебило осколком, и оно просто упало на палубу. Британские крейсера сразу же "задробили" стрельбу.
Вскоре от немецкого рейдера "отвалил" катер с парламентером. В 10:19 обер-лейтенант цур зее Вильгельм Канарис поднялся на палубу "Глазго" чтобы заявить протест кэптену Люсу. В это время с кораблей Его Величества, которые сблизились с "Дрезденом" уже до 10 кбт, было хорошо видно, как экипаж его покидает, и кто на шлюпках, а кто вплавь добирается до берега. В 11:00 над "Дрезденом" вновь взвился стеньговый флаг, хотя белый остался на своём месте. Практически одновременно с этим в носовых погребах боезапаса сработали подрывные заряды. После чего последний из кораблей эскадры Шпее начал заметно оседать форштевнем в воду, и через 15 минут он скрылся с поверхности моря. В этот момент весь экипаж "Дрездена" во главе с Людеке, уже собравшийся на берегу, хором запел песню "Дойчланд, Дойчланд юбер аллес", прощаясь со своим крейсером....

За две с небольшим минуты боя 152-мм орудия "Кента" выпустили по противнику 29 снарядов (19 общего назначения и 10 фугасных лиддитных) с дистанции от 24.5 до 17.5 кбт, и можно с уверенностью утверждать, что львиная доля попаданий принадлежит именно артиллеристам броненосного крейсера. Несмотря на то, что "Кент" являлся единственным кораблем, по которому немцы вели огонь, он не получил никаких повреждений и ни один член его экипажа не пострадал" (С) А. Александров, Два боя крейсера Кент, Моделист конструктор, 08/2020.

- В одна тысяча сто одиннадцатом году!

После развала недолго просуществовавшей империи Карла Великого, на протяжении ряда веков не прекращались попытки её восстановить. Не могу сказать, чем было вызвано такое желание. Причины называются разные: от сакрального желания восстановить Римскую империю, до идеи «единой Европы». В средневековой Европе всё еще Рим продолжал считаться «главой Мира» (caput mundi) фактически таковым не быв. В конце Х века один из германских королей – Оттон I захватил Рим и объявил себя Римским императором. Позже это неустойчивое государственное образование стало называться «Священная Римская империя германской нации».

Появилась новая империя, сотканная из множества лоскутов: королевств, герцогств, княжеств, графств, маркграфств и епископств. При этом, со времени разъединения христианских церквей на западную и восточную, во главе Рима находились папы. И вот вся последующая многовековая история развернулась вокруг противостояния пап и германских императоров.  Как это происходило?

Германские императоры заявляли о своем верховенстве над церковью. Типа, они – ставленники божьи. Сторонники пап считали иначе. Императоры считали себя вправе назначать на высшие церковные должности. От аббатов до пап (это право называется термином «инвеститура»). Сторонники церковной самостоятельности практиковали выборность. Таким образом то и дело возникали папы и антипапы (кто-то назначен, кто-то избран).  И даже короли и антикороли, когда на какой-либо территории церковники брали верх и сами избирали короля из местных феодалов!  

Интересный момент: в то время, когда аббатские и епископские тёпленькие места получали из рук императоров отпрыски феодальных семей (это действо было одной из тем торга между сюзереном и вассалами), в среде церковников работал социальный лифт: даже крестьянское происхождение не препятствовало выдающейся персоне стать папой, что и случалось.

Итальянские территории то и дело сопротивлялись германской экспансии. Из века в век то и дело очередному императору приходилось вновь их завоевывать, и не всем это удавалось. А Рим все ещё оставался сакральной вершиной мира.

Был и постоянный раскол в среде церковников. Ведь епископы на германских территориях были в основном назначенные императором и их отношения были взаимно обязательными. В то время как в других местах их назначали папы.

Бывало, что очередной успешный император получал возможность назначить Риму своего протеже – папу, который должен был быть союзником. Но человеки коварны! Случалось вдруг, что и такой протеже начинал действовать в пользу собратьев по рясе и отлучал своего «благодетеля» от церкви.

Особенно успешно действовал в конце XI века папа Григорий VII (сам при этом – Гильдебранд). Сохранились его речи, в которых он называл светскую власть «властью дьявола» и не признавал вовсе никаких наследственных прав. Ему удалось получить в союзники Польшу, Венгрию, Чехию.  Нам этот папа интересен тем, что именно у него просил помощи Изяслав, желавший вернуться на киевский престол. Обещая при этом привесть славян в католичество. Почему-то папа с ним не слюбился.

Главным же прижизненным противником этого папы Григория был император Генрих IV, злодейский муж Евпраксии, дочери Всеволода Ярославича. Григорий не справился, за дело взялся его преемник – Урбан II. Пока политика делается, дети подрастают. Сын императора скинул его с трона и стал императорствовать под именем Генриха V.

Вассалы из германских и не только земель стремились к ослаблению императорской власти, и нашли в этом союзника в лице очередного папы Пасхaлия II . Таким образом, и новый Генрих стал для папы врагом. Примите во внимание, что Рим по наследству не передавался! Его новому претенденту на императорство следовало вновь завоевать. Чем он и занялся.

Так о чем анекдот?  Мало было молодцу завоевать город. Нужно было, чтобы папа возложил на его голову императорскую корону! Чего тот делать не собирался. Но Генрих V оказался хитрецом, придумав многоходовочку.

Папа ставил условием отказ будущего императора от инвеституры (т.е., от права и практики назначения церковных иерархов). На что Генрих якобы согласился, но с условием, чтобы эти иерархи, современные и будущие, отказались от льгот и регалий, полученных церковниками еще от Карла Великого. Коротко говоря, вопрос был шибко денежный.

На том и порешили. И составили документ. И огласили его в храме Святого Петра присутствовавшим там кардиналам и епископам. Которые пришли в ужас и негодование в связи с «ограблением церкви божьей» и лишения ее «законных благ». Поэтому, когда Генрих V кивнул своим оруженосцам, и они повязали папу Пасхалия II, никто за него не заступился. Подержав его эдак пару месяцев в стесненных обстоятельствах, сказал: да ладно уж, оставьте регалии себе, а корону – надевай на меня! И произошло это в 1111 году.  

Европейские державы, особенно Германия при кайзере Вильгельме II и канцлере Бернхарде фон Бюлове, и Великобритания, стремившаяся защитить интересы британских инвесторов, пришли к выводу, что коллективные силовые меры являются единственным действенным способом. Италия присоединилась к коалиции. Важным фактором стало отсутствие явного противодействия со стороны США, чей госсекретарь Джон Хэй в частном порядке дал понять, что, согласно «доктрине Монро», Вашингтон не будет возражать против принудительного взыскания долгов, при условии что это не повлечет за собой территориальных захватов.

Ход кризиса: от блокады до арбитража

К началу декабря 1902 года в карибских водах у побережья Венесуэлы была сосредоточена объединенная эскадра трех держав. Германская имперская эскадра включала в себя броненосный крейсер Винета, легкий крейсер Фальке и канонерские лодки Пантера, Штейн и Циклоп. Британская эскадра - бронепалубные крейсеры Ариадна и Харибда и две канонерские лодки. Итальянцы прислали один крейсер – Карло Альберто.

9 декабря 1902 г. объединенная эскадра официально объявила о блокаде главных портов Венесуэлы – Ла-Гуайра, Пуэрто-Кабельо и позднее Маракайбо. Были остановлены и досмотрены первые торговые суда. В тот же день немецкий крейсер Винета и канонерка Пантера в заливе Пуэрто-Кабельо потребовали сдачи венесуэльской флотилии, состоявшей из трех современных миноносцев и нескольких старых паровых канонерок. После отказа командующего венесуэльской флотилией, капитана Непомусено Пинеды, немецкие корабли открыли огонь. Пантера потопила артиллерийским огнем венесуэльский миноносец «23 de Mayo». Остальные корабли были захвачены немецкими десантными партиями, высадившимися в порту.

После захвата флота, для «наказания» венесуэльских властей и демонстрации силы, немецкая канонерка Пантера в течение нескольких часов 13 декабря обстреливала старые береговые укрепления Пуэрто-Кабельо – форты «Солета» и «Инсеньоса». Ответный огонь был неэффективным. Хотя обстрел нанес незначительный материальный ущерб, но имел большой психологический эффект.

Эти действия, хотя и ограниченные по масштабу, вызвали серьезную озабоченность в администрации Теодора Рузвельта. Особенно усилились в американском обществе антигерманские настроения после бомбардировки форта Сан-Карлос 17-21 января 1903 г.

Поводом для этой операции стал захват венесуэльскими войсками в форте Сан-Карлос, охранявшем вход в озеро Маракайбо, германского торгового судна. В ответ на это немецкая канонерка Пантера подошла к форту и потребовала освобождения судна и извинений. После получения отказа Пантера 17 января начала обстрел форта. Для окончательной «нейтрализации» укрепления 21 января к Пантере присоединился более мощный крейсер Винета, который продолжил методичный обстрел, превратив форт в руины. Были убитые и раненые с венесуэльской стороны.

В американской прессе эти события были поданы как пример немецкой безжалостности и «варварской бомбардировки» мирного города.

Кроме того, в ходе операций у Маракайбо немецкие корабли потопили несколько небольших венесуэльских военных судов, пытавшихся оказать сопротивление или нарушить блокаду: паровую канонерку «Totumo» и шхуну «Сентенарио».

Президент США Рузвельт, по его собственным более поздним воспоминаниям (о достоверности которых историки спорят до сих пор), предъявил Германии ультиматум, пригрозив отправить американский флот под командованием адмирала Дьюи для защиты Венесуэлы в случае попыток территориальной экспансии.

Независимо от точности деталей «ультиматума Рузвельта», давление США и готовность Венесуэлы к переговорам привели к дипломатическому урегулированию. 13 февраля 1903 года в Вашингтоне были подписаны протоколы, согласно которым Венесуэла соглашалась выделить 30% таможенных сборов своих портов для погашения долгов. Основным пунктом было согласие на международный арбитраж для определения приоритетности требований кредиторов. Однако арбитраж должен был решить принципиальный вопрос: имеют ли державы, применявшие вооруженную силу, преимущественное право на удовлетворение своих претензий перед державами, не применявшими её (такими как США, Франция, Бельгия, Испания и др.).

Постоянная палата третейского суда в Гааге в 1904 году вынесла серию решений (известных как «Претензии против Венесуэлы»). Суд постановил, что блокирующие державы (Германия, Великобритания, Италия) имеют право на приоритет в выплатах из-за того, что их действия создали фактическое давление, заставившее Венесуэлу согласиться на выделение средств. Это решение было истолковано как легитимизирующее использование силы для взыскания долгов, что вызвало резкую критику в Латинской Америке.

Непосредственным правовым ответом Латинской Америки стала нота министра иностранных дел Аргентины Луиса Марии Драго (декабрь 1902), в которой заявлялось, что «государственный долг не может служить основанием для вооруженной интервенции, ни тем более для оккупации территории американских государств». Эта позиция, несколько смягченная, была формализована на Второй Гаагской конференции мира (1907) в виде «Конвенции Драго-Портера», которая ограничила применение силы для взыскания договорных долгов, предписывая в первую очередь обращаться к арбитражу.

Кризис укрепил роль США как арбитра в делах Западного полушария. Рузвельт вывел из событий вывод о необходимости превентивного вмешательства для предотвращения действий внерегиональных держав. В 1904 году он сформулировал «Следствие Рузвельта» к доктрине Монро, провозгласив право США на «полицейские действия» в случаях «хронического бесчинства» или «неспособности» государства поддерживать порядок. Это напрямую вело к интервенциям в Карибском бассейне в последующие десятилетия.

Кризис ускорил переход от европейского к американскому доминированию в Карибском бассейне, стимулировал развитие международного права, ограничивающего право на интервенцию, и четко обозначил, что с начала XX века США считали себя единственной силой, имеющей право на принуждение в своей сфере влияния.

Если вам интересна история, особенно ее малоизвестные эпизоды, буду не против если вы подпишитесь на мой тг-канал: https://t.me/bald_man_stories
Спасибо за внимание!

К осени 1918 года немецкой военной машине стало нехорошо. Совсем. Союзники один за другим отваливались: 30 октября капитулировала Турция, 3 ноября — Австро-Венгрия. На Западном фронте американцы подвозили свежие войска, как дрова, а у немцев заканчивались и дрова, и люди. 29 сентября генерал-квартирмейстер Эрих Людендорф, человек, который, по сути, и вел эту войну, пришел к кайзеру и сообщил: «Все». Фронт не продержится и 24 часов. Война проиграна.

Но Людендорф был не только военным, он был еще и хитрым администратором. Он не собирался сам вывешивать белый флаг. Вместо этого он потребовал немедленно сформировать новое, «демократическое» правительство и поручить ему просить о мире. «Теперь они должны лечь в ту постель, которую они приготовили для нас», — бросил он своим офицерам. Проиграли войну военные, а расплачиваться за это будут политики.

Новым главой правительства (канцлером) 3 октября назначили принца Максимилиана Баденского, фигуру компромиссную. Он тут же написал президенту США Вудро Вильсону: мол, мы готовы на мир на основе ваших «14 пунктов». Вильсон, однако, был не так прост. Переписка шла недели. Американцы требовали: выведите войска, прекратите топить корабли. А в третьей ноте, от 23 октября, сказали прямо: «Если правительству США придется иметь дело с... монархической верхушкой Германии... оно должно будет требовать не переговоров о мире, а капитуляции». В переводе с дипломатического: «Пока ваш кайзер сидит на троне, разговора не будет».

Пока в Берлине думали, как быть с кайзером, страна пошла вразнос. 4 ноября в Киле взбунтовались матросы. Началась так называемая Ноябрьская революция. Немцам срочно нужно было остановить войну, просто чтобы не началась полномасштабная гражданская. 6 ноября делегация выехала во Францию. Возглавлял ее не военный, а гражданский — Маттиас Эрцбергер. Военные ехали лишь как ассистенты.

8 ноября они прибыли в Компьенский лес, в штабной вагон маршала Фердинанда Фоша. Никаких переговоров в духе «давайте обсудим» не было. Фош появился всего дважды. В первый раз — чтобы спросить, чего они хотят. Во второй — чтобы посмотреть, как они подпишут. Немцам просто выдали список требований и дали 72 часа.

Пока делегация читала список, в Берлине их страна исчезала на глазах. 9 ноября принц Макс, не дожидаясь согласия самого кайзера, объявил о его отречении и передал власть социал-демократу Фридриху Эберту. Тут же с балкона Рейхстага Филипп Шейдеман провозгласил Германию республикой. А через пару часов Карл Либкнехт провозгласил другую, «советскую» республику. Кайзер Вильгельм, поняв, что его «кинули» все, 10 ноября сел на поезд и удрал в Нидерланды.

В Компьене у делегации просто не осталось страны, от имени которой они могли бы торговаться. Из Берлина летела паническая телеграмма от Эберта: «Подписывайте. Что угодно. Немедленно». То же самое подтвердил и фельдмаршал Гинденбург.

Условия были не просто суровыми — они были унизительными. Прекращение огня через 6 часов. Эвакуация из Франции, Бельгии, Эльзаса-Лотарингии. Сдача 5000 орудий, 25 000 пулеметов, 1700 самолетов. Сдача 5000 паровозов и 150 000 вагонов (это парализовало всю немецкую транспортную систему). Интернирование всего флота. Отмена Брест-Литовского мира с Россией. И главный пункт: морская блокада не снимается. То есть, вы разоружаетесь, но мы продолжим морить вас голодом, пока не подпишете основной мирный договор.

11 ноября, в 5:20 утра, Маттиас Эрцбергер, тот самый гражданский, поставил свою подпись. Военные чины из делегации демонстративно стояли рядом. Война должна была закончиться в 11:00, но боевые действия шли до 10:59, до последней минуты. Американский рядовой Генри Гюнтер погиб в 10:59, когда атаковал немецкий пулеметный расчет, который уже махал ему, чтобы он уходил. Война закончилась не победой, а просто остановкой по расписанию, оставив военных чистить мундиры, а политиков — принимать на себя позор.

***********************
Подпишись на мой канал в Телеграм - там доступны длинные тексты, которые я не могу выложить на Пикабу из-за ограничений объема.

3. 🇹🇷 Османская империя (период геноцида армян, ассирийцев, понтийских греков) (1915-1923): Пик целенаправленного, системного этнического насилия пришелся на короткий период Первой мировой войны и её окончания. Жертвы: ~1.5 - 2 млн+. Высочайшая интенсивность и крайняя жестокость.

4. 🇪🇸 Испанская империя (период завоевания Америки, XVI век): За несколько десятилетий конкисты произошла демографическая катастрофа: население Америки сократилось на десятки миллионов (в основном от завезенных болезней, но также от жесточайшей эксплуатации и прямого истребления). Шок от столкновения был беспрецедентным.

5. 🇬🇧 Британская империя (в конкретных локациях):

· Тасмания: Полное уничтожение коренного населения за несколько десятилетий.

· Ирландия: Великий голод (1845-1849) с высокой интенсивностью смертности.

· Концлагеря для буров (1899-1902): Высокая смертность в короткий период.

6. 🇫🇷 Французская колониальная империя (период подавления восстаний, например, в Алжире): Высокая концентрация жестокости в периоды войн.

7. 🇷🇺 Российская империя: Несмотря на обширную территорию и длительную историю, не имела периодов такого же концентрированного, тотального геноцидального насилия на ограниченной территории, как лидеры этого рейтинга. Жестокость была более "распределенной" во времени и пространстве (Кавказская война, подавление восстаний в Польше).

Итог: При оценке "жестокости в единицу времени" и целенаправленности уничтожения небольших народов Бельгийское Конго, Германская Юго-Западная Африка и Османская империя в период геноцида выходят на первое место, значительно опережая более крупные и старые империи.

Российская империя на фоне остальных просто няшка.