С петлёй на шее, но с Чопочкой на руке: Честная история мастера Эдуарда
С петлёй на шее, но с Чопочкой на руке: Честная история мастера Эдуарда
Меня зовут Резник Эдуард. Мне 52 года. Я родился и вырос в Алматы. Всю свою жизнь я был сильным, крепким мужчиной: при росте 172 см весил 82 килограмма чистых мышц. Работал водителем, крутил баранку, летом ездил с друзьями на рыбалку, играл в бильярд, а зимой моей страстью были горные лыжи. Я катался на лыжах с самого детства, профессионально владел элементами фристайла, ходил во фрирайд по глубокому снегу. Каждый выходной проводил в горах. Но один день в декабре 2015 года на Шымбулаке перечеркнул всё.
Это были обычные выходные. Я съехал пару раз, особо не напрягался. Посидел в кафе, выпил кофе, сел в кабинку фуникулера. Я до сих пор помню лица людей, с которыми поднимался на вершину, помню, как вышел на верхней станции… и всё. Из памяти просто вычеркнуло кусок. Я не помню, как спускался, как упал. Пришел в себя уже внизу: лыжи рядом, жесткие ботинки намертво застегнуты. Ни царапины, ни синяка. Только правая рука висела плетью. На адреналине я умудрился сам дойти до машины, погрузить снаряжение, сесть за руль и доехать до дома и рассказать всё жене. Мы с женой тогда еще пошутили: "Ну, висит и висит, завтра заработает".
Не заработала. Травматический шок держал меня дня три, рука не болела, а на четвертый я проснулся от дикой, изматывающей боли. Скорее всего, на склоне нерв у ключицы удержался на тонких волокнах, а во сне я повернулся и оборвал его окончательно. Диагноз - паралич Эрба-Дюшена. Операцию назначили только через два месяца. От боли я не спал, не мог есть, высох с 82 до 52 килограммов.
Эта адская боль после операции не проходила больше трех лет. Меня годами пичкали сильнейшими препаратами. Трамадол по две таблетки дважды в сутки - я годами жил как в тумане от этого наркотика. Потом Феназепам, потом Лирика (Прегабалин), Нейромедин и прочие таблетки, уколы… В день я выпивал огромную горсть - по 15 таблеток за раз, несколько раз в сутки. Эти лекарства просто уничтожили мой организм: пострадали печень, желудок, начался медикаментозный колит. Мышцы на плече и груди полностью гипотрофировались. К ним просто не поступает нервный импульс от оборванного нерва. Я ходил в реабилитационные центры, делал ЛФК, массажи, специальную гимнастику, но мышцы все равно таяли, обнажая кости. Мой процесс пошел в обратную сторону. Из сильного спортсмена я превратился в худого - больного человека. От таблеток посыпались все зубы. Последние деньги, оставшиеся от продажи автомобиля, ушли на то, чтобы поставить зубные протезы. Это стоило как два хороших гриндера. Год назад зубы я сделал, но остался абсолютно нищим.
Выяснилось, что друзей, с которыми я годами общался, больше нет. Обо мне никто ни разу не вспомнил, никто не позвонил спросить: "Эдик, ты жив?". Любимая женщина, с которой мы много лет жили семьей в её квартире, терпела мои ночные стоны от боли всего год. А потом выгнала, продала квартиру и уехала в Россию, и я остался один. Кому нужен неполноценный калека, который ничего не может?!
Без здоровья, без жилья, без друзей я вернулся к пожилым родителям. Сейчас отцу уже много лет, он ухаживает за мамой, у которой деменция, и одновременно тянет меня. В Казахстане систему ВТЭК не волнует твоя боль - меня перевели со второй группы на третью, "рабочую". Пособие урезали, а на работу инвалида никто не берет. Мало того, нужно было ходить подтверждать инвалидность в течении 6 лет. Эти круги ада в общественных поликлиниках, бесконечные очереди к хирургам, невропатологам, окулистам, скрининги, УЗИ… Чтобы успеть, я всегда старался приходить раньше всех, стоять часами в коридорах. Денег катастрофически не хватает даже на еду, мне стыдно, что я, взрослый мужик, объедаю стариков-родителей и живу на их крошечную пенсию. Иногда от этой безысходности и вечного недосыпа по 4 часа в сутки в голову лезут суицидальные мысли. Вспоминается старая песня рок-группы "Мастер" - "С петлёй на шее". Реально хочется прекратить эту душевную и физическую боль. Кажется, что ты просто балласт. А ведь счастье - это когда ты кому-то нужен. А, когда ты на хрен никому не сдался - ты просто несчастный и беспомощный человечек.
Но в моей жизни есть две вещи, которые держат меня.
Первая - это мой единственный верный друг, Сорока. Семь с половиной лет назад я возвращался с очередной комиссии (ВТЭК). В сквере увидел, как собаки загнали маленького сорочонка еще без перьев. Я отбил его у псов и принес домой. Назвал Чопочкой. Я никогда не учил её разговаривать, но она росла рядом, слушала, как я хвалю её: "хорошая птичка, важная птичка, пушистик, Сорока Белобока кашку варила!". И Чопочка всё выучила! Теперь она всегда садится мне на руку и сама себя хвалит моими же словами. Она не выживет без меня, она пропадет. И эта ответственность за живую душу держит меня на свете лучше любого каната.
А вторая вещь - это моя мечта о домашней ножевой мастерской. Эта любовь родилась глубоко в детстве. У нас в гаражах был сосед - дядя Саша. Мы, дети, постоянно прибегали к нему, он учил нас чинить велосипеды, подсказывал, как делать своими руками разные поделки. У него стоял большой самодельный станок с мощным мотором, на котором он делал ножи. Я просил дать попробовать, но он строго говорил: «Подрастешь тогда поговорим - инструмент опасный». И вот перед армией, когда мне было 16 лет, я зашел к нему, когда он затачивал ножи. У меня дома лежал кусок стали - раскованный подшипник, заготовка, из которой кто-то хотел, да так и не сделал нож и отдал мне эту поковку. Дядя Саша сказал: "Раз есть из чего - приходи". Он показал мне, как сводить спуски, я тогда взял и сделал свой первый нож. У меня получилось, и это чувство захватило меня на всю жизнь. Много лет спустя дяди Саши не стало, а его уроки остались.
Да, ковать металл я больше не смогу. Но заниматься слесаркой, ремонтом и заточкой мне абсолютно под силу! Моя рука после реабилитации поднимается на 90 градусов, она гнется в локте, я чувствую заготовку пальцами, могу её удерживать. Я хочу изготавливать кухонные ножи на заказ, а еще - предлагать ремонт и заточку ножей в своем городе. Это рутинная работа, и пусть больших денег она не принесет, но это поможет улучшить финансовое положение, чувствовать себя нужным и приносить пользу. Мне действительно очень нравится это делать.
У меня есть базовый инструмент: маленькая болгарка, дрель, дремль-гравер. Мой рабочий процесс полностью просчитан (2 - 3 ножа за три дня, поэтапно, чтобы не перегружать руку). Но чтобы выводить ровные спуски, мне жизненно необходим надежный профессиональный гриндер с лентой длиной от 900 до 1250 мм, частотный преобразователь и плоскошлифовальный модуль, который будет выравнивать кривые кузнечные поковки. Весь этот рабочий комплект стоит около 2500 долларов. Собрать такую сумму с пособия по инвалидности невозможно. Моя кампания на FundRazr не принесла результата, потому что люди не видели за сухими строчками живого человека.
Мне обидно. Всю жизнь защищал слабых, помогал старикам. Даже сейчас, выходя из автобуса или троллейбуса, я всегда подхватываю детские коляски и помогаю молодым мамам спустить их на землю. Мне это несложно, а на душе становится хорошо от того, что принес пользу. Но когда помощь понадобилась мне самому - мир повернулся спиной.
Я пишу эту историю не ради жалости. Я не хочу сочувствия. Я хочу простого человеческого понимания. Быть одному, чувствовать себя выброшенным за борт, существовать как балласт - это страшно и больно. Я ищу людей, мастеров и единомышленников, которые увидят во мне человека, готового трудиться, и помогут мне запустить мою мастерскую. Пока у нас внутри есть сострадание и мечта, а руки готовы держать инструмент - мы живы.
И в заключение я хочу обратиться к тем, кто сейчас проходит через свой собственный ад. К тем, кто прямо сейчас сидит в больничной палате после тяжелой травмы, кто разбит новостями о диагнозе или доведен до отчаяния бесконечными медицинскими продцедурами. Я знаю, каково это - просыпаться в шоке, смотреть на свое изменившееся тело и чувствовать себя балластом, который никому не нужен.
Пожалуйста, не сдавайтесь. Потеря привычной работы или уход тех, кого вы считали друзьями, - это не конец вашей личности. Это лишь черта, за которой начинается совершенно другая, новая глава. Признать, что ты больше не можешь жить как прежде — это не слабость. Это первый и самый сложный шаг к тому, чтобы принять свою новую реальность и начать строить себя заново.
Ищите то, ради чего бьется ваше сердце, будь то забота о беззащитном живом существе или ремесло, в которое можно вложить душу. Пока в нас жива способность сострадать, пока у нас есть мечты и пока наши руки готовы держать инструмент - мы остаемся людьми. Мы остаемся мастерами своей жизни. Держитесь, несмотря ни на что. Вы не одиноки.
P.S. Друзья, если кто-то из вас захочет помочь мне запустить мастерскую или поддержать наш с Чопочкой проект, напишите мне в WhatsApp или MAX - +7 (708) 189 93 05. Я с радостью отвечу на любые ваши вопросы, поделюсь всеми подробностями и отправлю ссылки на страницу сбора. Спасибо каждому, кто не прошел мимо.
