Секретарь: Сет! Тебе звонит Гарри Рейнард.

Сет: Да, переключай.

Сет: Гарри, я как раз звонил вам.

Гарри: Верните мои деньги.

Сет: Понимаю, вы очень расстроены. Произошел спад, но волноваться не стоит, это хорошие акции. Гарри, я принесу вам 6–8 долларов за акцию до конца года. Говорят, нас ждет следующий Microsoft.

Гарри: Сет, у меня куча неприятностей, мне нужны деньги. Я должен сделать первый взнос на наш дом, или мы его просто потеряем. Поймите меня.

Сет: Гарри, акции поднимутся.

Гарри: Сет, верните мои деньги!

Сет: Простите, Гарри. Никак не могу.

Гарри: Сет, мне очень нужны эти деньги.

Сет: Мне надо идти (Вешает трубку)

Гарри: Алло? Алло? Алло!

Сет (секретарю): Если он перезвонит — меня нет.

(Гарри снова набирает номер)

Секретарь: J.T. Marlin.

Гарри: Сета Дэвиса.

Секретарь: А кто его спрашивает?

Гарри: Гарри Рейнард.

Секретарь: Мистер Дэвис ушел на совещание.

Гарри: Нет... Черт.

Меня удивляет, что Гарри отправил более 50 тысяч долларов в контору, с которой не заключал никаких договоров на бумаге. Здесь работает пословица: «Надейся на лучшее, а готовься к худшему». Если работодатель, брокер, друг, еще кто-то способен вас кинуть без юридических или иных рисков, тогда это будет лишь вопрос времени, когда вас кинут.

«Сет, у меня куча неприятностей, мне нужны деньги.» — говорит Гарри. Гарри пытается давить на жалость, но не понимает, что Сету, как и любому другому, нет никакого дела до его проблем, если эти проблемы его не касаются (прямо, косвенно). Даже если бы Гарри резко потребовалась платная операция, которая спасёт ему жизнь, он бы не смог убедить Сета в возврате своих денег. Как говорил главный герой в фильме «Рокки Бальбоа»: «Мир не такой уж солнечный и приветливый. Это очень опасное, жёсткое место. И если только дашь слабину, он опрокинет тебя с такой силой, что больше уже не встанешь.». Гарри получил удар и не встал. Вне зависимости от ваших ожиданий, любая просьба о помощи извне будет проигнорирована, если ваше положение дел никак не касаются человека, чью помощь вы запрашиваете. Я не спорю, что могут влиять многие факторы, но приоритетно стоит исходить из этой позиции и формировать запрос у тех людей и в тех формулировках, которые зацепят их интерес.

«Сет, мне очень нужны эти деньги.» — говорит Гарри. Жалобы не дадут никакого результата ни в одном из случаев в формировании просьбы. А Гарри здесь может лишь просить, но никак не требовать. Чтобы требовать что-либо, у Гарри должны быть соответствующие инструменты или рычаги влияния/давления. Только Гарри даже местоположения их офиса не знает, а об остальном и говорить нечего. Жалобы и мольбы начинаются тогда, когда человеку нечего предложить, и он не может никак надавить на того, у кого просит. Будь у него соответствующие возможности или ресурсы, он бы давно начал требовать.

Она пережила тяжелые обстоятельства. Он вернулся с войны. А общество сказало: «Забудь, это в прошлом». Но травма не знает времени.

Вы наверняка слышали фразу: «Истерика у женщин — это просто эмоции». А теперь представьте, что ту же самую картину врачи XIX века видели у солдат после боёв. И называли это не «слабостью», а боевым неврозом.

Звучит неожиданно? А между тем психологи и исследователи уже давно проводят параллель: то, что в частной жизни называют «истерией» у женщин, по своей природе — та же самая реакция на травму, что и у мужчин на войне.

В этом посте — все материалы цикла о психологии травмы, диссоциации, перевозбуждении и исцелении. Выбирайте удобный формат

Читать: глубокие статьи и разборы

Платформа О чём материал

Одноклассники «Истерия — это боевой невроз войны полов?» Разбираем, как травмы в семье связаны с тем, что происходит в обществе. От исследований Ленор Уокер до признания ПТСР.

ВКонтакте Травма — это не про «силу удара», а про беспомощность. Как мозг ломается и почему «нормальные» реакции становятся симптомами. Феномен фрагментации, триада симптомов ПТСР и диссоциация.

VCRU Почему в момент ужаса мы «выключаемся»: как диссоциация спасает и одновременно ранит. Реальные цитаты ветеранов и разбор механизма.

Одноклассники | ВКонтакте | VCRU | Dzen | Pikabu

Смотреть: видео

«Перевозбуждение и интрузия: два полюса посттравматического существования»

Что происходит с мозгом и телом человека после тяжёлой травмы? Почему даже тихий хлопок может заставить сердце биться в горле, а прошлое будто бы снова становится настоящим? Разбираем два ключевых симптома ПТСР — перевозбуждение и интрузию.

Смотреть на RuTube

Слушать: подкасты

«Когда травма становится действием: от навязчивого повторения к исцеляющему смыслу»

Почему человек снова и снова попадает в одни и те же болезненные сценарии? Как детская игра может быть «рассказом» о пережитом насилии? И как энергию травмы можно направить в конструктивное русло? Разбираем на примерах ветеранов и психотерапевтической практики.

Платформа Ссылка

Podster Слушать

Яндекс.Музыка Слушать

Soundstream Слушать

Звук Слушать

Поддержать проект

Если вам откликаются такие глубокие разборы на стыке психологии, истории и социальной справедливости — вы можете поддержать проект на Sponsr или Boosty. Ваша подписка помогает делать контент ещё качественнее.

Sponsr | Boosty

Вопрос для обсуждения

Как вы думаете, почему теме психологических травм так долго не давали «права голоса»? Что мешало обществу признать, что домашнее насилие и боевой невроз — это про одно и то же?

И второй вопрос: замечали ли вы, как сильные переживания меняют восприятие мира — своё или близких? Делитесь в комментариях (без деталей, если не хочется, просто «да, такое было»)

Сохраните, чтобы не потерять

Если материал был полезен — поставьте реакцию и поделитесь с друзьями, кому тоже важно понимать, как работает травма и почему нельзя обесценивать чужую боль.

Следующий выпуск — о том, как ...

Ален Мареко сидит за столом в тюремной камере. Перед ним разложены листы бумаги, конверты, стоит настольная лампа, магнитофон, стакан с водой и пачка сигарет. Он сосредоточенно пишет письма.

Ален (голос за кадром): Хочу проинформировать вас об ужасах, пережитых мною за прошедшие 20 месяцев, и о своем намерении умереть в тюрьме, объявив голодовку. Уважаемый министр юстиции, хочу проинформировать вас об ужасах, пережитых мною за прошедшие 20 месяцев, и о своем намерении умереть в тюрьме… Уважаемый председатель сената, хочу проинформировать вас об ужасах, пережитых мною… Уважаемый господин мэр, хочу проинформировать вас об ужасах, пережитых мною… Господин премьер-министр, обращаюсь к вам как к последней инстанции в надежде, что мой крик услышат и мою невиновность признают.

Ален в сопровождении конвоира спускается по лестнице, а затем идет по коридорам тюрьмы. Его заводят в кабинет к сотруднице тюремной администрации.

Женщина: Вы Ален Мареко, номер 25 12 66 А?

Ален: Да.

Женщина: Я обязана направить вас на осмотр, поскольку вы объявили голодовку. Вы намерены её продолжать?

Ален молчит, опустив взгляд.

Женщина: Проходите дальше. До свидания, мсье.

Медицинский кабинет. Медсестра измеряет Алену давление, пока он сидит на стуле в нижнем белье.

Медсестра: Давление очень низкое, мсье Мареко.

Вторая медсестра готовит шприц и жгут для забора крови.

Медсестра: Глубокий вдох. Вот так. Готово. Вот так. Можете одеваться.

Ален пытается встать, но у него резко кружится голова. Он начинает падать, медсестры подхватывают его под руки и помогают сесть обратно.

Медсестра: Мсье Мареко, вы в порядке? Присядьте. Как вы себя чувствуете? Всё нормально? Хотите стакан воды?

В дальнейшей транскрипции нет смысла, так как уже понятна суть. Ален устроил голодовку.

Вы видите пользу в голодовке для достижения какого-либо результата в контексте доказательства своей правоты? Я этой пользы не вижу. Мне сложно вспомнить или представить такие условия, когда голодовка человека окажется решающим аргументом в доказательстве своей правоты. На практике человек умирает, и о нем забывают через пару дней с вероятностью, близкой к 100%. Польза от голодовки может быть лишь в том случае, если за состояние человека есть ответственные, которые должны были предотвратить такой сценарий. Во всех остальных случаях головка является бредом.

Вспоминается история из жизни. Я попал в ожоговое отделение, когда кипятком облил лицо. В палате лежал старый хрыч, который объявил голодовку до тех пор, пока перед ним не извинится уборщица. Та ему то ли нагрубила, то ли сказала что-то, что его напрягло, не помню деталей. Голодовка была объявлена днем, после обеда. К вечеру он отказывался от ужина. Уборщицу заставили извиниться, чтобы он согласился поесть.

Я тогда был в шоке от абсурдности происходящего. Начну с того, что он взрослый человек и никого не должны волновать его седые капризы. Пусть капризничает и ограничивает себя, сколько влезет. Никто не должен его обслуживать и подтирать немытое седалище. Если умрёт, значит, туда ему и дорога. Я бы еще понял, если бы он голодал за идею (как персонаж из фильма), был бы хоть какой-то смысл. А тут, видите ли, его обидели. Так нагруби в ответ, если кто-то быканул.

Вынужденное и безразличное извинение от уборщицы фактически не несет никакой реальной трансформации ни её отношения, ни реальности, ни удовлетворения старого хрыча. Все остались на тех же позициях и в той же реальности, в которых находились до вынужденного извинения. Правоту он не доказал, но шантажом вынудил воспроизвести пустые действия, что не доказывают его правоты.

Действие происходит на многолюдном торжественном приеме.

Фрэнк Дребин: Прошу прощения, мэм. Служба безопасности.

Фрэнк начинает проверку стоящего рядом мужчины в смокинге. Рядом мгновенно оказывается капитан Эд Хокен, помогая контролировать ситуацию.

Фрэнк Дребин: Стоять, на месте! Спокойно, спокойно, всё в порядке.

Мужчина в смокинге: Я ничего не сделал!

Фрэнк Дребин: Неужели?

Фрэнк запускает руку во внутренний карман смокинга капитана, думая, что это карманы мужчины в смокинге и достает оттуда пистолет.

Фрэнк Дребин: А это что?

Мужчина в смокинге (оправдывается): Я ничего не сделал! У меня есть права!

Фрэнк игнорирует возмущения и вытаскивает из другого кармана подозреваемого раскрытый бумажник. Он внимательно смотрит на содержимое, а затем поворачивает его к Эду Хокену.

Фрэнк Дребин: Смотри, Эд. У него фотография твоей жены.

Эд Хокен (вглядывается в снимок, его лицо каменеет от шока): Этель?!

Эд без предупреждения наносит мужчине в смокинге сокрушительный удар кулаком прямо в челюсть. Нокаутированный подозреваемый падает на пол, увлекая за собой банкетный стол.

Фрэнк Дребин (с каменным лицом поворачивается к застывшим от ужаса гостям): Так, кто ещё здесь встречался с его женой?

Люди видят и находят в других такие свойства, опыт, характеристики, состояния, которые им хочется, удобно и/или выгодно видеть. А если другие люди увиденным и найденным не обладают, то обладание им присваивается вне зависимости от реального положения дел.

При высокой потребности выплакаться, человек даже в самом безразличном незнакомце будет способен найти нечто, что запустит желанный сценарий «выплакаться». А когда ожидаемый сценарий не воспроизводится, человек начинает фрустрировать и/или агрессировать из-за нереализованных ожиданий.

«Я ничего не сделал! У меня есть права!» — говорит мужчина в смокинге. Права есть лишь у тех, кто способен их отстоять и защитить. В контексте происходящего демонстрируется твоя реальная способность в защите своих прав. Эта способность отсутствует. Ты просто поддался навязанному сценарию, выражая своё сопротивление, не имея сопротивления фактического.

Чхве Кан: Здрасьте! Есть кто дома-а?

Коллектор 2: Эй, мы пашем, как скоты. Почему бы тебе не ответить? Если занимаешь деньги, надо их вернуть, а? У тебя нет ничего?

Коллектор 1: Эй, а ну-ка поищи, где она тут их прячет. Давай!

Коллектор 2: О-о... Сидеть! Где деньги?!

Коллектор 1: Так, ничего не бить. Аккуратно и тихонько осматривай.

Коллектор 2: Да-да, аккуратно. Да-да-да, давай, давай, ищи. Мы же не хотим, чтобы весь город знал, что она по уши в долгах. (Смеется)

Коллектор 1: Желтый бери! Это же подсолнух, кретин. А в середине черненьким мазни. Ты дальтоник, что ли?

Чхве Кан:: Здравствуйте! Департамент особых расследований. Зовут меня Чхве Кан.

Женщина: А-а, угу...

Чхве Кан: Я бы хотел вам кое-что сообщить. Я тут присяду с вашего позволения... (Кряхтит, садится) Вам нужно меня послушать. По наследству передаются не только деньги, но и все долги погибшего. Но от наследства можно отказаться. Однако выгодоприобретателем вы быть не перестанете. Скажите, отказ от страховых выплат сильно снизит ваш уровень жизни? Нет? Даже если вы откажетесь от наследства, то сможете получить выплату за страхование жизни, потому что она лично ваша. И если вдруг к вам придут коллекторы и попросят вернуть долг — вы сможете их игнорировать.

Коллектор 2: Вы слышали, что он сейчас сказал, а? Он что, из страховой компании?

Коллектор 1: Судя по всему.

Чхве Кан: Запомните мои слова и сделайте, как я сказал. Хорошо?

Женщина: Да, спасибо вам...

Чхве Кан: А ты, видимо, Со Юль? Ой, какая лапочка! Сейчас... (Достает деньги) Угости маму вкусненьким. Да и себе с малышом возьми чего-нибудь. Ладно?

Девочка (Со Юль): Большое спасибо!

Коллектор 2: Ну прямо идиллия, а?

Чхве Кан: Ну всё, идите.

Женщина: А, ага... (Уходит с ребенком)

Чхве Кан: Я тут разберусь, вы не волнуйтесь.

Женщина: Ладно.

Коллектор 2: И мне мороженое прихвати! Только рожок, не в стаканчике! Эй, страховщик... Поди-ка сюда. Ты какого это хрена в наши дела лезешь, а? Сюда иди, сопля!

Чхве Кан: (Мысли вслух) Главное — не убить. Жена не простит.

Звук сильного удара, грохот, крики избиваемых коллекторов

Чхве Кан: Слышь? Смелый, что ль? Ты чё босса игнорируешь?

Звуки жестких ударов, крики коллекторов: «А-а-а! О-о-о!»

Чхве Кан: (Тяжело дышит, садится за стол, берет ручку) Написал?

Коллектор 2: (Скулит, пишет под диктовку) Да...

Чхве Кан: Стол — 3 миллиона вон. Стулья — 2 миллиона.

Коллектор 2: Ты где такие стулья-то видел?

Чхве Кан: Надо весь комплект менять, чтобы не отличались!

Коллектор 2: Стулья-то целые... Молчу.

Чхве Кан: Плюс миллион за журнальный столик.

Коллектор 2: Да это же грабеж...

Чхве Кан: Ладно, согласен. Думаешь, дешего?

Коллектор 2: Пишу — миллион.

Чхве Кан: Ты что, бычок на стол кинул?! Пиши: уборка — 500 тысяч.

Коллектор 2: Чё? Уборка?!

Чхве Кан: Клининг нынче дорогой! Ясно? Пиши.

Коллектор 2: Да...

Чхве Кан: И снизу: дата, имя и подпись с расшифровкой. Дай проверю.

Коллектор 2: Вот. Расписка.

Чхве Кан: Вышло 6,5 миллионов, верно?

Коллектор 2: Да... Штаны заляпал.

Чхве Кан: Так, допиши: 7 тысяч за химчистку.

Коллектор 2: Чего-о?!

Коллектор 2: Не, не, я за деньгами! Семь... Я сейчас отдам. Секунду... (Звук шуршания денег)

Коллекторы прессуют беззащитную женщину с детьми, потому что могут и считают себя вправе, не встречая никакого сопротивления. Ни со стороны женщины, ни со стороны властей, ни со стороны кого-либо. Проявляемая агрессия в отношении женщины будет бесконечна, пока не будет встречной агрессии. Они повесят на неё невозможные проценты, изъяв всевозможное имущество. А после сделают из неё проститутку, чтобы та активнее закрывала конский процент. Даже не сам долг, ибо до долга добраться невозможно, проценты этого не позволят.

В подобных ситуациях государство становится слепо к проблемам граждан, потому что решать эти проблемы будет гораздо дороже их игнорирования. Лишь энтузиасты по типу главного героя готовы решать то, что изначально не входило в его зону ответственности.

На словах государство защищает всех и каждого, но на деле всем плевать. Одно предложение вычурно сообщает о реальном отношении к проблемам граждан: «Когда убьют, тогда и приходите». И проблемы такого формата встречаются буквально в каждой стране. Если человек не находится в нужной касте или не имеет важную социальную роль, тогда для системы он букашка. При незначительном масштабировании он даже не букашка, а просто ничто.

Я не отрицаю, что государственные структуры могут и работают так, как должны работать, но периодически это превращается в шизу уровня: «Когда убьют, тогда и приходите».