За спиной лязгнул засов. Я стою на пыльной дороге с вонючим чемоданом, а в кармане — целое состояние. Тридцать семь рублей! Деньги сумасшедшие, ляжку жгут, аж страшно — как бы не прожечь казенные штаны от кастелянши. А то, не дай бог, увидят из окна, догонят и еще и за прожженные штаны из остатков высчитают. От этих деятелей всего можно было ожидать.
Первым делом я направился не на вокзал, а на рынок. Инвестировать, так сказать, в будущее. Зашел в ларек звукозаписи и, не моргнув глазом, вывалил долю своего «наследства» за аудиокассету группы «Анонс». Ту самую, с хитом про Олю. Ну а что? Теперь я взрослый, имею право слушать про Олю-проститутку официально. Это был мой личный манифест свободы: в одной руке вонючий чемодан, в другой — кассета с матерными песнями. Полный комплект для покорения мира.
Дорога вела по адресу в личном деле. К матери, которая за семь лет так и не решила, кто ей важнее — сын или очередной «хитроглуп», пустивший корни на нашей кухне.
Я шел и представлял эту «триумфальную» встречу: фанфары из пустых бутылок и красная дорожка из нестиранных половиков. С моими тридцатью с копейками рублями я был для них не просто сыном, а ходячим банкоматом, к которому забыли приставить охрану.
Дом был дедовский. Дед с бабкой его по бревнышку из леса таскали, каждую щель своей кровью и потом конопатили. Строили крепость на века, а получился филиал привокзального буфета.
Я подошел к калитке и замер. Картина маслом: посреди сада, на святой дедовской земле, расположились «отдыхающие». Мать и отчим принимали солнечные ванны. Ну и, разумеется, какой же загар без холодного пивка? Рядом батарея пустых бутылок — их личный счетчик счастья.
Я поставил чемодан и вкратце обрисовал, как меня с почетом выставили за ворота «Кузницы». Отчим, прищурившись от солнца, посмотрел на мой прикид и, видимо, решил, что я выгляжу слишком помятым для трезвого человека. — Херово тебе, пацан? — спросил он с пониманием мастера спорта по литрболу. — После конины-то? На, пивка выпей, поправь здоровье.Я молча взял бутылку. Если честно, мне и правда было херово. Не от коньяка, которого я вчера передознул, а от этого сюрреализма. Семь лет «кузни», мечты о доме, и вот он — финиш: я стою в казенных штанах посреди дедовского сада и похмеляюсь с людьми, которые едва вспоминают мое имя. Пиво было теплым и горьким, как и всё мое возвращение.
Но тут включилась мать. У неё в голове мгновенно сработал счетчик «хитроглупости». Она посмотрела на меня, потом на бутылку в руке отчима, и выдала шедевральное: — Он чего это… теперь с нами на равных пить будет?
В её системе координат я не был сыном, который вернулся из ада. Я был лишним ртом, который претендовал на её долю жидкого счастья. Хитроглупость в чистом виде: бояться, что пятнадцатилетний пацан обнесет твой погреб, пока ты загораешь на обломках семейного гнезда.Её волновал не мой желудок, выжженный казенной кашей, а её собственный лимит спиртного. Появление в доме еще одного взрослого рта она восприняла как угрозу национальным запасам хмеля. Любовь? Забота? Нет, только суровая арифметика: чем больше выпьет сын, тем меньше достанется ей.
Я стоял и смотрел на этот «пляж». В кармане лежала кассета «Анонс» с песнями про Олю, в другом двадцать семь рублей, а передо мной сидели два человека, которые за долю секунды определили мой статус в этом доме. Я был конкурентом у кормушки.
Добро пожаловать домой. Фанфары отменили из-за нехватки бюджета, зато сразу обозначили иерархию. В этом доме любовь измерялась в миллилитрах, и делиться ими со мной никто не собирался.
Я посмотрел на них, на пиво, на дедов дом и понял: дрессировщику с сегодняшнего дня придется работать без страховки.
Глава 4. «Территория»
Я вошел в дом. Всё как обычно: низкие потолки, которые, кажется, стали еще ниже, и этот вечный, несмываемый запах — смесь перегара и дешевого табака. За семь лет моего отсутствия «маляры» даже мебелью не обжились: как было всё «дедово», так и осталось. Дом-то — одно название: прихожка, кухонька, большая комната да спальня.
Я не стал ждать, пока мне укажут место. Прошел в спальню и просто занял её. Мой плацдарм. Буду я еще спрашивать, где мне кинуть кости? — Всё, — бросил я им. — В большой комнате стоит полуторка, там и спите теперь.
Отчим по глазам понял: территория перемечена. Директор в цирке сменился.
Ааа, хотя пизжу — как же не обжились? Вон, на тумбочке стоит мафон «Романтик-306». Олдскульный танк от мира звукозаписи. То, что надо. — Послушайте, что нынче в моде слушать, — сказал я, доставая кассету.
И врубаю им «Анонс». В тот первый день это был мой главный калибр. — Что за пошлятина?! — взвизгнула мать. — Про проституток поют?!
Эх, «черепа» вы мои дорогие. Это было только начало. Со временем вам придётся познавать всю культуру: «Сектор Газа», «Кино», «ГрОб», «Коррозия металла». И, конечно, «Алиса». Кинчев — это наше всё, Привыкайте, мои хорошие. Это, блядь, не частушки, здесь кровь через струны течёт.
Но гармонь у отчима еще какое-то время по инерции дышала. Он был любитель: как накатит — давай меха раздувать на трехрядке. И вот в одну такую очередную попойку, когда я уже окончательно обжился, мне до чертей заебало посреди ночи слушать эти дебильные частушки про то, как калина у ручья плачет или цветёт,хуй знает что она там делает.
Я просто вышел на кухню. Молча. Забрал у него гармонь прямо из рук, взял кухонный нож и одним движением распорол меха к хуям собачьим. Инструмент всхлипнул и сдох. — Всё, дискотека окончена, — сказал я, глядя в его ошалевшие глаза. — Будем теперь слушать только рок.
Я стоял в темноте кухни с ножом в руке, и в наступившей тишине было слышно только, как из распоротых мехов выходит последний воздух. Старый мир расползался по швам как эта трёхрядка. Они смотрели на меня и видели не сына или пасынка, а чужака, который принес в их затхлое болото шторм. И этот шторм им было не остановить.
Продолжение истории и новые главы буду выкладывать здесь каждую субботу. Кому удобнее читать весь текст целиком и следить за проектом в реальном времени — переходите в мой основной блог на Teletype:https://teletype.in/@tverdy_znak/7ZQHooyY6h9
Поздний вечер. Кухня, залитая тусклым светом. Я сижу над букварем. Нас, «толковых», в садике было всего несколько человек, кому выдали книги раньше срока. Я старательно складывал буквы в слова, а из соседней комнаты доносился привычный фон нашей жизни —захлебывающийся, тяжелый храп пьяного отчима.
И вдруг — тишина. Резкая, как обрыв троса под нагрузкой. Храп оборвался, и в доме стало слышно, как тикают часы. Всё. Умер.
Утро началось со скрипа входной двери. Зашла бабушка, стряхнула снег с платка, глянула на дверь комнаты: — А что это Володя-то ещё спит? Мать, не поднимая глаз, помешивая что-то в кружке, ответила буднично, как о погоде: — Он больше не проснется.
Тогда я еще не знал, что вместе с Володей в этом доме «уснуло» и моё право быть ребенком. Мать уже была лишена родительских прав, а бабушка приехала не на чай — она приехала забирать свою собственность по опеке. Меня.
В бабушкиной деревне я пошел в первый класс, но ранец за спиной казался чужим. Я часто думал: почему? Почему меня выдернули от матери? И в памяти всплывал один день из прошлого...
Мы едем с матерью в город «N», в детский дом к младшему брату— его опека забрала раньше. Мать покупает мне эклер за 22 копейки. Для меня тогда это был вкус большого праздника. А себе она берет портвейн. Пока мы шли к брату, я ел этот эклер, а она прихлебывала из бутылки. К воротам детдома она уже не шла — её штормило.
Нас не пустили. Вызвали милицию, приехал воронок. Мать увезли в вытрезвитель, а меня, мелкого, приютила на ночь воспитательница. В её квартире было уютно. Цветной телевизор, мягкий диван —другой мир по сравнению с нашей халупой.
Утром мы дождались у ворот «трезвяка», когда выпустят мать, и поехали обратно в свой кошмар. Она, конечно, опохмелилась первым же делом.
Тогда, у детского дома, я заметил трехэтажное желтое здание с пристройкой. Я не знал, что ровно через год оно станет моей клеткой на семь долгих лет. Это была школа-интернат — кузница и плавильня, где человеческое железо ковали скакалками, ремнями и вениками.Всем, что попадалось под руку «педагогам».
Через год бабушка-опекун умирает. Я снова в родной халупе у матери-алкоголички. Помню день: матери нет, со мной сидят тётки. Я что-то рисовал на подоконнике, когда во двор въехала «буханка» с решетками на окнах. Органы опеки.
Меня взяли под белы рученьки, как опасного рецидивиста, и швырнули в «обезьянник». Приемник-распределитель встретил пятиметровым забором и колючкой. На окнах — решетки, в коридорах — такие же «списанные» дети. Там я увидел пацана цыганенка.Он сидел на матрасе и с мертвым спокойствием вскрывал себе вены острой проволокой, выдранной из пружины матраса.
Ему было лет девять. Тогда мне это казалось нормой. Сейчас я понимаю — это был ад. Я посмотрел на него, отломал свой кусок стали от матраса и начал царапать на руке свои инициалы. Я не хотел умирать. Я хотел оставить знак. Доказать самому себе, что я существую в этом бетонном мешке.
Через месяц меня привезли к тому самому желтому зданию. Круг замкнулся. «Инкубатор» открыл свои двери».
Глава 2.Инкубатор
«Инкубатор». Так мы называли свою клетку. Городские, «домашние» дети, звали нас «интернатниками». В этом слове было всё: и брезгливость, и страх. Мы были для них другим видом — стайкой волков, от которых шарахались как от чумы. Система пыталась нас «смешать», переименовав в школьный детский дом и отправив в обычную школу, но это не работало. Мы сидели в классах как за колючей проволокой, даже если её не было на окнах. Помню, к нам в класс за какие-то грехи перевели домашнего пацана. Наказание такое. Я до сих пор не знаю, что у него творилось в башке, когда он зашел в наш кабинет, но вид у него был как у смертника, идущего на эшафот.Но ничего, норм пацан оказался, прижился.
В Инкубатор я попал, как в суровую кузницу, где из нас семь лет пытались выбить всё человеческое и отлить по единому шаблону. Сов-деп не воспитывал — он ломал. Первый день: захожу в спалку —пусто, все на уроках. Забрался на подоконник, смотрю в окно думу думаю. Заходит пацан. — Привет, — говорю. — Тебя как зовут? —Света. — Бля... А я думал, ты пацан.
Стригли там всех под одну гребенку. Потом ввалилась толпа моих будущих одноклассников. Один сразу в лоб: — Ты чего такой борзый? Чего на подоконнике расселся? — А что, не нравится? Слово за слово— махач. Огреб, конечно, от толпы, но зубы показал. Там я скорешился с Саней — цыганенком по кличке Белка. История у него была — врагу не пожелаешь: отец мать зарезал прямо у них с сестрой на глазах. Мы с ним часто рвали когти из Инкубатора. Помню, сбежали к его родне, и мне постелили пуховую перину. Я, казенный ребенок, привыкший к панцирным сеткам и вонючим матрасам, просто провалился в этот пух. Это было такое счастье, что до сих пор в пальцах это ощущение осталось.
Но счастье было снаружи. Внутри Инкубатора правили садисты.Первая учительница была не человеком — она была механизмом. Её любимое шоу начиналось со слов: «К доске».Она выводила очередную жертву. Провинность — копейка: в тетради не так черканул или на перемене пробежался. Садюга ставила ребенка на колени задом к классу. — Смотреть всем! Кто отвернется— пойдет следующим! — голос у неё был как скрежет железа по стеклу.
Она сгребала голову пацана своими тяжелыми бедрами, зажимала в тиски, чтобы тот не мог даже шевельнуться. Движение было привычным, отработанным. Одной рукой рвала штаны вниз — и скакалка в её руках свистела в воздухе. Хлысть!
Звук был такой, будто сырой хлыст ударил по дереву. На белой коже мгновенно вздувался багровый рубец. Училка била наотмашь, всем телом, упиваясь нашей беспомощностью. Не было ни одного человека в классе, которого минула бы эта скакалка. Луплены были все без исключения. И отличники, и тихушники, и сорвиголовы — каждый прошел через эти колени и этот свистящий резиновый жгут.
Мы сидели, вцепившись пальцами в края парт, и смотрели. Взгляд отвести было нельзя — за этим следил её косой, ястребиный глаз. В классе пахло пылью и общим, густым страхом. Тогда я понял: карма— это не сказка. За такое небо обязательно спросит.Это сейчас педагоги боятся косо взглянуть на ребенка. Тогда нам вбивали «любовь к жизни» скакалками.
Карма — штука злая. Эта учительница потом стала директором, и мы искренне радовались, когда у неё случился сердечный приступ прямо в кабинете. Она выжила, но жизнь её догнала: её единственную дочь нашли в реке — изнасилованную и убитую.После этого бабу словно подменили. Она стала ночной нянечкой, сидела с нами до полуночи, рассказывала про ментовской беспредел и жизнь в Америке. Стала «своей в доску». Но те скакалки и голые жопы у доски ей никто не простил.
Учителя там были через одного психопаты. Однажды меня угораздило жевать жвачку на уроке пения. Думал — не заметит. Но Баян (учитель музыки) замер на полуслове. Инструмент смолк, тишина стала такой густой, что слышно было, как муха бьется в стекло. Он подскочил мгновенно. В глазах — мутная, старческая ярость. Он не сказал «выплюни». Он сразу полез руками мне в лицо, пытаясь выдрать этот несчастный комок резинки прямо изо рта. Его пальцы, пахнущие табаком и канифолью, впились в мои губы, раздирая их в кровь.
Это было не воспитание, это было какое-то безумие. Он рвал мне рот, пока наконец не вышвырнул жвачку на пол. Я сидел, слизывая соленую кровь с разбитой губы, и смотрел на свои руки на парте. Рот горел, но я не плакал. Я просто запомнил: в этом месте даже учитель музыки может в секунду превратиться в зверя.
Били не только педагоги, воспитатели тоже не церемонились. Однажды мы посмотрели фильм про ковбоев и сразу все ими стали. После кино один пацан в спальне начал скакать по кроватям с криками: «Я ковбой!». Воспитательница быстрым движением выкрутила ножку из табурета и швырнула прямо в него. Ножка в полете развернулась так, что попала парню прям за ухо, резьбой в череп. Ещё чуть-чуть — и в висок бы. Паренек «поплыл», скорая, больница... А она в машине умоляла его не сдавать её, обещала все блага. И он не сдал.Даже в таких ситуациях мы старались быть стойкими.
Практиковалась и карательная психиатрия. Если ребенок плохо учился или «выступал», его могли законопатить в дурку месяца на два. Там давали галоперидол, и человек реально съезжал. Был у нас Саид— постоянный клиент, после каждого такого «лечения» он становился всё дебильней. Из человека делали овощ просто ради тишины в отчетах.
И вот он — выпускной. Восьмой класс, пятнадцать лет, хребты уже окрепли, а зубы оскалены. Мы чувствовали себя ветеранами, прошедшими многолетнюю плавильню. Нас лупили, нас гнули, нас пичкали галоперидолом, но мы выжили. И теперь, когда заветные корочки были почти в руках, в башке пульсировала одна мысль: «Всё, ёпта, мы взрослые! Имеем право!»
Этот «взрослый» статус мы решили закрепить. Скинулись последними копейками, заслали гонца. В руках оказалась бутылка коньяка «Три бочки». Клоповник редкостный, вонючий, как старый матрас, но для нас это был эликсир свободы. — Ну, за то, чтоб больше никогда этой ограды не видеть, — выдохнул Саня Белка.
Мы не рассчитали. Да и как могли рассчитать пацаны, чьи организмы были закалены только казенной кашей и хлоркой?Накрыло быстро. Мы жрали этот коньяк, как будто пытались залить им все обиды за семь лет, все удары указкой и все унижения. В ту ночь мы были королями этого клоповника.
Утро было страшным. Оно пришло не с рассветом, а с ледяным криком директора. Я проснулся от того, что меня стаскивали с кровати за шиворот. Голова раскалывалась, во рту — как будто стадо коней переночевало. Директорша, красная от ярости, трясла меня за плечи и орала прямо в ухо: — Кровать поломана — минус десять рублей! Тумбочка поцарапана — минус три рубля! Нажрались, скоты?! Она не видела в нас выпускников. Она видела брак, который нужно поскорее вышвырнуть со склада. — Собирай чемодан! Чтобы духу твоего здесь через час не было! В бухгалтерию за деньгами — и вон за ворота!
«Чемодан»... Кастелянша выдала мне шмотья на 200 рублей —полное дерьмо, в котором только в шахте работать. На руки полагалось 50 рублей подъемных. После всех вычетов за «ущерб» государственному имуществу мне протянули ровно 37 рублей.
Я выставил этот вонючий чемодан за ворота Инкубатора. Сзади лязгнул засов. Пятнадцать лет. Тридцать семь рублей в кармане. Тошнотворный привкус дешевого коньяка и еще более тошнотворное чувство абсолютной, дикой свободы. Семь лет за забором закончились коротким пинком под зад.
Я стоял на пыльной дороге и понимал: Инкубатор закончился.Теперь я один. И на этот раз бить будут уже не скакалкой, а по взрослому.
Продолжение истории и новые главы буду выкладывать здесь каждую субботу. Кому удобнее читать весь текст целиком и следить за проектом в реальном времени — переходите в мой основной блог на Teletype:https://teletype.in/@tverdy_znak/7ZQHooyY6h9
Если есть кто-то из Северодвинска и может отвезти Галину в областной суд 3 июня утром, очень прошу вас помочь ей. Суд состоится 3 июня в 9:40 зал 23 на 3 этаже. Архангельский областной суд, г. Архангельск, ул. Карла Маркса, 20.
Имейте в виду, что администрация дома-интерната может попытаться помешать вам. Старайтесь всё фиксировать на видео- и аудиозапись.
Также прошу, если кто-то может приехать и снять с ней видеосюжет, чтобы она показала, как разговаривает (из-за ДЦП речь ограничена) и как пишет в мессенджере на планшете...
Галина на старом кресле-коляске с электроприводом
Для ЛЛ:
Галина инвалид с детства по причине ДЦП, проживает в доме-интернате. С 2023 по 2024 год пользовалась старым креслом-коляской с электроприводом, которое ей предоставил в пользование другой инвалид, получивший новое кресло-коляску по истечении срока пользования старого. Но старое кресло-коляска сломалось. Галине подсказали, что она тоже всё это время имела право на кресло-коляску с электроприводом. Она обратилась ко врачебной комиссии для получения государственной услуги Направления на МСЭ. Но ей незаконно отказали по причине якобы наличия у неё выраженных эмоционально-волевых нарушений. Законом не предусмотрен отказ в предоставлении данной государственной услуги по такому основанию. Поэтому благодаря помощи составившего обращение адвоката, права Галины были защищены прокурором путем внесения прокурорского представления об устранении нарушения. Врачебная комиссия приступила к исполнению прокурорского представления, но врач-психиатр Бреславец Андрей Борисович решил отомстить Галине и подал судебный иск о принудительном освидетельствовании Галины и признании её недееспособной. Первая инстанция прошла без участия Галины, суд принял решение в пользу требования психиатра. Государственный адвокат подал апелляцию. Апелляция назначена на 3 июня. Но от Галины это скрывали. Как скрывали и причину суда (мы думали, что психиатр пытается оспорить представление прокурора). Судья первой инстанции вынес решение даже не удосужившись увидеть человека, в отношении которого он разрешил принудительное освидетельствование. Даже после того, как скрывать от Галины причину суда они больше не могли, администрация дома-интерната запретила ей поехать на судебное заседание о принудительном освидетельствовании её для признания недееспособной.
Сразу поясню: я практически полностью парализован из-за травмы шейного отдела позвоночника. Я помог многим и продолжаю иногда помогать инвалидам в сообществе Инвалайф (телеграм, ВК и т.д.), когда их права нарушаются самым грубым и беспринципным образом. Но моя помощь заключается в составлении обращений, которые инвалид должен самостоятельно отправить в прокуратуру и в другие органы, посредством Госуслуг. Если инвалиду очень сложно выполнить эту задачу, я присылаю пошаговое руководство в виде скриншотов или видеозаписи моего экрана. Но приехать к инвалиду (тем более в другой регион), привезти распечатанные документы на подпись и отправить почтой, я не могу, так как мои "путешествия" с сопровождающим и необходимыми мне приспособлениями требуют огромных финансовых затрат.
История беззакония в отношении Галины:
Чуть больше года назад, в чат обратилась проживающая в интернате женщина по имени Галина, инвалид с детства из-за ДЦП. Ей незаконно отказали в выдаче Направления на медико-социальную экспертизу для разработки ИПРА (индивидуальной программы реабилитации и абилитации) с рекомендацией кресла-коляски с электроприводом. По сути, в отношении неё был совершен служебный подлог с клеветой по сговору администрацией дома-интерната, врачебной комиссией ГБУЗ Архангельской области «СГКБ № 2 СМП» и комиссией врачей ГБУЗ «Северодвинский психоневрологический диспансер».
Удалось найти вопрос Галины в чате в марте 2025 года:
Я ответил ей, что в электроколяске отказали ей незаконно и предложил разобраться в её ситуации:
Изначально, Галина указала имя Даля, так как боялась санкций от администрации интерната
Далее я стал подготавливать черновики для обращения. Первое, на что я обратил внимание: нелепость диагноза, на основании которого палачи попытались отказать Галине в кресле-коляске с электроприводом. Вот как это написано в заключении об отказе в оформлении Направления на МСЭ:
Что бросается в глаза мне, человеку с улицы, не имеющему медицинского образования: Как звучит диагноз, который ей поставил не фельдшер сельского района, а целая комиссия врачей городского психоневрологического диспансера?
(Цитата): F07.88 - Другие органические расстройства личности и поведения в связи со смешанными заболеваниями с выраженными эмоционально-волевыми и когнитивными нарушениями не достигающими степени деменции.
Какой вопрос вызывает этот диагноз? Что означает термин "эмоционально-волевые и когнитивные нарушения не достигающие степени деменции"?
Если мы откроем работу Захарова Владимира Владимировича, д.м.н., профессора кафедры нервных болезней и нейрохирургии Первого МГМУ им. И.М. Сеченова, под названием "Эволюция когнитивного дефицита: легкие и умеренные когнитивные нарушения", то мы узнаем, что (цитата):
"""""""
Изучение когнитивных нарушений началось с деменции. Деменция — это выраженные полифункциональные когнитивные расстройства, обязательно затрагивающие память, которые приводят к дезадаптации в повседневной жизни. Естественно, что деменция как наиболее очевидное расстройство, весьма распространенное в практике, существенно влияющее на качество жизни пациента и его родственников и сопряженное с тяжелыми экономическими потерями для общества в целом, первым обратила на себя внимания врачей и исследователей. Однако также очевидно, что деменция представляет собой финал нейродегенеративных, сосудистых и других церебральных заболеваний. В подавляющем большинстве случаев деменция развивается спустя многие годы после начала патологического процесса и обычно ей предшествуют менее тяжелые когнитивные нарушения.
Одно из первых описаний недементных когнитивных нарушений принадлежит американскому психиатру W. Kral (1962 г.) [1]. По его наблюдениям, немало пожилых лиц жалуются на снижение памяти, которое подтверждается результатами нейропсихологических тестов, однако не сопровождается нарушением интеллекта или критики и длительное время остается стабильным, не вызывая деменции (так называемая доброкачественная старческая забывчивость). Высказано предположение, что в отличие от дементирующего процесса доброкачественная старческая забывчивость вызывается физиологическими инволютивными изменениями и представляет собой вариант возрастной нормы. В 1986 г. Американский институт психического здоровья предложил термин «связанные с возрастом нарушения памяти» для формального обозначения данного состояния. Были разработаны также диагностические критерии, на которых должен базироваться данный диагноз [2]. В 1994 г. вслед за США международное научное сообщество в лице экспертов психогериатрической лиги ВОЗ рекомендовало неврологам и психиатрам использовать диагноз «возрастные когнитивные нарушения» при снижении когнитивных функций, предположительно связанном с нормальным старением. Данная диагностическая позиция была позднее включена в DSM-IV [3].
Между тем концепция возрастных когнитивных нарушений весьма неоднозначна и противоречива. Чрезвычайно трудно провести грань между «нормальным старением» и ассоциированной с возрастом дегенеративной и цереброваскулярной патологией. Еще труднее практически исследовать «здоровых пожилых», так как нет ни одного метода, который позволял бы прижизненно исключить все возможные структурные и функциональные патологические изменения головного мозга. По существующей договоренности между экспертами, которая базируется на ряде исследований «условно здоровых» лиц, с возрастом возможно развитие негрубого нейродинамического дефицита когнитивных функций в виде снижения концентрации внимания, повышенной чувствительности к интерференции, снижения скорости реакции. В то же время приобретенные в течение жизни знания и навыки не утрачиваются, что позволяет достичь компенсации и избежать какого-либо существенного затруднения в повседневной жизни. Жалобы когнитивного характера обычно связаны не с «нормальными» возрастными изменениями, а с началом нейродегенеративного процесса или ранними стадиями цереброваскулярного заболевания. Наблюдения за пациентами с так называемыми связанными с возрастом когнитивными нарушениями показали, что в большинстве случаев после более или менее длительного относительно благополучного состояния у них развивается полная клиническая картина деменции [4—10].
Умеренные когнитивные нарушения (УКН). Учитывая неоднозначность и противоречивость концепции «возрастного когнитивного снижения», в 1997 г. R. Petersen [9] предложил в качестве альтернативы термин и диагностические критерии синдрома УКН (англ. — mild cognitive impairment, MCI). В настоящее время под УКН понимают гетерогенный в этиологическом отношении синдром приобретенного снижения одной или нескольких когнитивных функций (чаще всего памяти), без развития профессиональной или социально-бытовой дезадаптации. Допускается, хотя и считается маловероятным, что этот синдром изредка может развиваться в рамках нормального старения. Однако в подавляющем большинстве случаев синдром УКН знаменует собой начало болезни Альцгеймера (БА) или иного церебрального заболевания с когнитивными нарушениями [8—11].
Диагностические критерии УКН [12]:
- когнитивные расстройства, по словам пациента и/или окружающих лиц;
- объективные свидетельства когнитивных нарушений по данным нейропсихологических методов исследования;
- приобретенное недавнее снижение когнитивных функций по сравнению с прошлым уровнем;
- отсутствие выраженных нарушений повседневной активности;
- отсутствие деменции.
Распространенность синдрома УКН, по данным международных эпидемиологических исследований, составляет 11—16% среди лиц старше 65 лет [14, 15]. В России в 2004—2005 гг. было проведено исследование встречаемости когнитивных расстройств среди амбулаторных неврологических пациентов (ПРОМЕТЕЙ), в котором участвовали 132 невролога амбулаторного звена из 33 городов 30 регионов нашей страны и более 3000 пациентов. Было показано, что синдром УКН может отмечаться не менее чем у 44% пожилых лиц, по какой-либо причине обратившихся за неврологической помощью [16].
Этиология синдрома УКН, как и деменции, гетерогенна. Предположительно самой частой его причиной является БА, которая наиболее часто обусловливает когнитивные нарушения в целом. Установлено, что нейродегенеративный процесс при БА начинается задолго до клинической манифестации деменции. Предположительно патологический процесс протекает бессимптомно не менее 10—15 лет, и лишь затем возникает когнитивная недостаточность, которая в течение 1—5 лет достигает выраженности деменции. В силу особенностей распространения нейродегенеративного процесса при БА в наибольшей степени страдают ме-диобазальные лобные отделы и гиппокамп, поэтому первым симптомом обычно является нарушение памяти. Формируется так называемый амнестический тип УКН, в структуре которого доминируют нарушения памяти при отсутствии или минимальной выраженности других когнитивных нарушений [4, 8, 11, 17].
Диагностические критерии амнестического типа УКН (обычно — продром БА) [13]:
- снижение памяти, по словам пациента и/или окружающих лиц;
- объективные свидетельства мнестических нарушений по данным нейропсихологических методов исследования;
- относительная сохранность других когнитивных функций;
- отсутствие выраженных нарушений повседневной активности;
- отсутствие деменции.
Существуют, однако, значительные методические сложности клинической диагностики БА на этапе УКН. Согласно современным представлениям, вероятный диагноз БА может быть поставлен лишь на этапе деменции. До этого диагноз может быть сформулирован как предположительный или должен подтверждаться нейрохимическими и нейровизуализационными методами исследования, включая функциональную нейровизуализацию. Поэтому в реальной клинической практике диагноз БА на этапе УКН ставят относительно нечасто. Так, в лаборатории нарушений памяти Клиники нервных болезней им. А.Я. Кожевникова из 433 пациентов с синдромом УКН диагноз начинающейся БА предполагался лишь у 17%.
Другими причинами УКН являются цереброваскулярная патология, дегенеративный процесс с тельцами Леви, продромальные стадии лобновисочной дегенерации, дисметаболические расстройства и др. По опыту лаборатории нарушений памяти Клиники нервных болезней им. А.Я. Кожев-никова, наиболее частой (61%) причиной синдрома УКН в России являются цереброваскулярные расстройства. Однако к этим данным следует относиться осторожно, учитывая трудности прижизненной диагностики БА до развития деменции, о которых говорилось выше.
Клиническая картина УКН зависит от основного церебрального заболевания. Если, как было отмечено, для начальных стадий БА характерны нарушения памяти, то для цереброваскулярной патологии — нарушение лобных «управляющих» функций, для дегенеративного процесса с тельцами Леви — зрительно-пространственные расстройства и др. Выделяют 4 основных клинических варианта синдрома УКН (рис. 1).
Синдром УКН в большинстве случаев является прогрессирующим состоянием: в 10—15% случаев в течение 1 года УКН трансформируются в деменцию. За 5 лет наблюдения деменция развивается у 55—70% пациентов. Риск более быстрого развития деменции выше у пациентов старших возрастных групп с более низкими исходными результатами нейропсихологических тестов, невысоким уровнем образования, наличием атрофии гиппокампа по данным магнитно-резонанской томографии головного мозга, неблагоприятным семейным анамнезом в отношении деменции, а так-же при наличии затруднений в повседневной жизни. Тем не менее в значительном числе случаев УКН остаются стабильными на протяжении длительного времени или под-вергаются обратному развитию. В основе обратимого синдрома УКН обычно лежат дисметаболические, дистимические или функциональные нарушения [6, 10, 11].
""""""' (конец цитаты)
Зачем я привёл такой длинный отрывок из статьи? Для того, чтобы мы могли более полно понять, что сделали "палачи в белых халатах".
Теперь давайте посмотрим ещё один маленький отрывок статьи "Ковальчук В.В., Нестерин К.В., Юзефович Т.С. Расстройства когнитивных функций. Своевременная диагностика и грамотный выбор средств патогенетической терапии – залог успеха терапии и профилактики. Эффективная фармакотерапия. 2023; 19 (38): 18–28" (цитата):
""""""
Основу классификации когнитивных расстройств составляет прежде всего их выраженность: легкие, умеренные и тяжелые [3]. Данная классификация представляет интерес и имеет существенное значение с практической точки зрения, поскольку и терапевтическая тактика, и прогноз развития заболевания, и возможности адаптации пациента к повседневной жизнедеятельности во многом определяются выраженностью когнитивных нарушений.
Легкие когнитивные расстройства отличаются преимущественно нейродинамическим характером и проявляются отдельными когнитивными симптомами: легкими нарушениями оперативной памяти, скорости обработки информации, концентрации внимания, способности быстрого переключения с одного вида деятельности на другой. Легкие когнитивные нарушения находят отражение в жалобах пациента, но не заметны для окружающих. Симптомы когнитивных нарушений при легких когнитивных расстройствах не образуют целостный синдром, возникают периодически, обычно в состоянии утомления или эмоционального стресса и не влияют на бытовую, профессиональную и социальную деятельность пациента.
Объективизация легких когнитивных расстройств вызывает определенные трудности, поскольку при использовании даже высокочувствительных нейропсихологических тестов далеко не всегда выявляются отклонения в когнитивной деятельности или данные отклонения выражены незначительно и часто являются невоспроизводимыми при повторном тестировании.
Когнитивные расстройства легкой степени в одних случаях могут в течение длительного периода времени не усугубляться, в других – прогрессируют и переходят в умеренные когнитивные расстройства, затем в деменцию.
Умеренные когнитивные расстройства представляют собой моно- или полифункциональные расстройства когнитивных функций, которые значимо выходят за рамки среднестатистической возрастной нормы, но не способствуют нарушению адаптации при осуществлении повседневной деятельности, хотя могут приводить к трудностям в сложных и непривычных для пациента ситуациях.
В отличие от легких когнитивных нарушений умеренные когнитивные расстройства представляют собой не отдельные симптомы, а клинически определенный синдром умеренной когнитивной недостаточности, при котором когнитивные нарушения отражаются в жалобах пациента и его родственников и подтверждаются при проведении различных нейропсихологических тестов.
Умеренные когнитивные расстройства вызывают чрезмерное психофизиологическое напряжение при интеллектуальной работе, но не приводят к социально-бытовой и профессиональной дизадаптации.
"""""" (конец цитаты)
Что мы узнали из двух приведенных мной отрывков статей? Мы узнали, что когнитивные нарушения не достигающие степени деменции - это либо умеренные когнитивные нарушения, либо лёгкие когнитивные нарушения.
И как тогда будет звучать диагноз светил психиатрии Северодвинска? - F07.88 - Другие органические расстройства личности и поведения в связи со смешанными заболеваниями с выраженными эмоционально-волевыми и умеренными когнитивными нарушениями.
Ну хорошо, скажете вы, а что же тогда значит диагноз "выраженные эмоционально-волевые нарушения"?
Тревожное расстройство. Человек с таким нарушением находится в постоянном напряжении. Он раздражителен, чувствителен, легко утомляется, может иметь проблемы со сном и аппетитом.
Расстройства аутистического спектра (РАС). Люди с этим нарушением плохо понимают эмоции и их градации, им сложно строить отношения с другими людьми.
Депрессия. Человек с этим заболеванием чаще всего апатичен, ни в чем не заинтересован, имеет сниженную активность и работоспособность. Может страдать бессонницей или, наоборот, много спать.
Среди волевых нарушений выделяют:
Абулию. Характеризуется полным отсутствием желаний и подвижности. Такой человек безучастен к своей жизни и не может выполнять даже самые простые действия по уходу за собой.
Гипобулию. Представляет собой пониженную активность. Человек с таким расстройством обычно вялый, необщительный, практически не имеет желаний и в целом мало двигается.
Гипербулию. В отличие от двух предыдущих типов, проявляется в виде повышенной энергичности и подвижности. Такой человек действует импульсивно, он неусидчив и желает как можно скорее достичь цели. При этом пациент не может добиться результатов, так как часто меняет побуждения и как бы «распыляется» на все задачи.
Парабулию. При этом нарушении волевые побуждения человека имеют искаженный характер. Такие люди гримасничают, имеют вычурную походку, склонны к повторению бессмысленных действий или слов.
И здесь возникает вопрос: какие именно у Галины выраженные эмоционально-волевые нарушения?
Для понимания, что означает слово "выраженные":
""""Апато-абулический синдром — выраженный дефект эмоционально-волевой сферы. Пациенты бездеятельны, пассивны, безынициативны, равнодушны к своему облику, состоянию здоровья, условиям жизни, имеют мало общения, не проявляют к чему-либо интересов. В беседе эмоционально невыразительны, монотонны, однообразны. Со временем утрачивают прежний социальный статус — теряют работу, семью, иногда жилье, т.к. несмотря на общую сохранность когнитивных и физических способностей, часто оказываются неспособны не только преодолевать различные жизненные трудности (поиск новой работы, разрешение давнишних бытовых и семейных споров и пр.), но и даже выполнять свои повседневные бытовые дела. Например, живя самостоятельно дома, перестают готовить, едят только самую простую пищу, не убираются, захламляют квартиру, имеющиеся деньги тратят на ненужные мелочи, т.к. не могут противостоять сиюминутным желаниям и пр. При этом пациенты такого рода могут удовлетворительно существовать при наличии хороших социальных условий (ненавязчивая помощь близких или социальных работников должна помогать им «организоваться», служить опорой, поддержкой), но они очень чувствительны к неблагоприятным социальным факторам: в тех случаях, когда им, так или иначе, удается приспособиться к текущим условиям жизни, любое значимое неблагоприятное изменение в социальном окружении приводит к срыву этой адаптации, а далее к неблагоприятным психологическим последствиям этой дезадаптации (что служит ведущей причиной госпитализаций пациентов с резидуальной шизофренией в психиатрические стационары).
В наиболее выраженных случаях апато-абулического синдрома такие больные днями проводят в постели, пренебрегают даже элементарными гигиеническими процедурами, терпимы к длительному голоду. В стационаре или учреждениях социального обслуживания (психо-неврологических интернатах) персоналу приходится все время следить за тем, чтобы такие пациенты ели, мылись, убирали кровать, выходили гулять на улицу и пр.""""
Про остальные "волевые нарушения" я даже не знаю, какие из них могут быть выраженными.... И какие из них могут быть у Галины? Гипобулия - это "лёгкая" версия абулии, она по определению не может быть "выраженной".
Гипербулия или Парабулия? Если вы обладаете знаниями в этой области, то прошу вас в комментариях написать как проявляется и как диагностируется "выраженная гипербулия" и "выраженная парабулия"... И есть ли на приведенных фрагментах видеозаписей (нашёл пару опубликованных в соцсетях её коллеги по интернату видеозаписей с Галиной) признаки наличия у Галины выраженных гипербулии или парабулии, или иных "выраженных" эмоционально-волевых нарушений?
Обратите внимание, смогли бы вы так филигранно управлять креслом-коляской с электроприводом как мы видим на последнем фрагменте сверху? Как Галина паркует коляску к инсталляции в виде сердца. При случае, обязательно попробуйте сесть и покататься на кресле-коляске с электроприводом, выполняя парковку задним ходом, если окажетесь на какой-нибудь выставке или в шоу-руме магазина кресел-колясок. Не каждый может освоить управление на таком уровне сходу.
А в середине видео фрагмента? Когда Иван предлагает Галине подняться на подиум инсталляции, чтобы сделать фото. Он не уверен, получится ли. Но Галина без проблем проезжает там, где указал Иван.
Вы только вдумайтесь, какое это счастье и какая радость для человека, который почти целый год проводит в стенах интерната (сколько в Северодвинске таких денёчков, когда можно подышать свежим воздухом и полюбоваться парком и морем?), какая это радость прогуляться, полюбоваться морем, парком, подышать морским бризом... Проехать туда, проехать сюда... Не просить сопровождающего тебя дотолкать туда и дотолкать сюда... А самому... Вы понимаете? И каким нужно быть законченным подонком, чтобы лишить этой единственной радости и без того с нелегкой судьбой человечка?
Чтобы убедиться в правильности своих размышлений, я разместил вопрос на платную консультацию на сервисе "Спроси врача". При этом в самом вопросе я дал и ответ: всё, что требовалось - это либо согласиться с предложенным ответом, либо аргументировать, почему предложенный ответ неверен:
1/9
Листайте скриншоты в сторону, чтобы просмотреть всю карусель скриншотов.
Но из четырех ответивших врачей сервиса, трое палачей безоговорочно поддержали своих коллег палачей из Северодвинска. И только один врач осмелился высказать сомнения в диагнозе комиссии врачей-психиатров:
Как мы видим, все палачи прекрасно понимают абсурдность поставленного Галине диагноза, но из соображений солидарности, всеми по-детски наивными способами, пытаются оправдать выдвинутый палачами приговор Галине быть лишённой конституционного и конвенционного права на свободу передвижения.
Обратите внимание на слова этих палачей:
"описаны относительные противопоказания, но противопоказания" - а что говорит закон? А закон говорит (Цитата из Перечня показаний и противопоказаний для обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации): "При наличии одновременно медицинских показаний и относительных медицинских противопоказаний для обеспечения инвалида, ребенка-инвалида креслом-коляской с электроприводом, затрудняющих управление, определяются альтернативные виды управления: головой, подбородком, пальцем руки, культей руки, ногой, иные альтернативные виды управления коляской с электроприводом" (конец цитаты).
То есть относительные противопоказания не являются причиной для пожизненного приковывания инвалида к постели. Перечень показаний и противопоказаний для обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации содержит по сути только два абсолютных противопоказания - это эпилептические припадки с нарушением сознания и практически полная слепота. При этом даже эпилептические припадки, я считаю, что причисленны к абсолютным противопоказанияи ошибочно: современные кресла-коляски с электроприводом могут снабжаться альтернативными видами управления с помощью дыхания, с помощью движения зрачков (кстати эти системы используются для полностью парализованных людей, у которых двигаются только зрачки) и другие способы альтернативного управления, способными распознавать эпилептические припадки и блокировать движение, активируя аварийную сигнализацию. Поэтому эпилепсия не должна быть поводом для приковывания инвалида к постели.
Вот, к примеру, у девушки кресло-коляска с электроприводом с альтернативным видом управления с помощью дыхания и дублирующим пультом управления на спинке кресла для перехвата управления сопровождающим лицом:
1/5
Пролистывайте скриншоты в сторону, чтобы увидеть все изображения.
Но я вас уверяю, наши врачи скорее удавятся и постараются выдумать любые небылицы, чтобы отказать инвалиду в предоставлении такого кресла-коляски с электроприводом в рамках социальных гарантий государства, особенно, если инвалид - житель интерната, или у инвалида нет должного образования или активных образованных родственников, способных защитить его права.
Но что самое главное мы должны увидеть: в утвержденном законом "Перечне показаний и противопоказаний для обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации" - даже выраженные и значительно выраженные нарушения психических функций - не являются абсолютными противопоказаниями для обеспечения креслом-коляской с электроприводом:
А я весьма сомневаюсь, что у Галины присутствуют хотя бы выраженные нарушения психических функций.
На что ещё обращают внимание все трое палачей в белых халатах, застенчиво обходя вниманием абсурдность диагноза:
"указания на неоднократные падения и проч.", "приведены сведения почему конкретно отказывают и дело тут не в сопутствующем психическом расстройстве, хоть и оно тоже имеет решение (высокий риск травматизма, дтп на дороге)", "судя по заключению ВК, у Галины есть серьезные проблемы с координацией и движениями в руках и ногах, есть когнитивные и эмоциональные нарушения. Это значит, что она не сможет быстро среагировать на изменение обстановки на дороге, может не заметить опасность, тем более, что уже были случаи, когда она падала с коляски" - то есть они даже не задаются вопросом, а кто решил, что Галина нарушала правила дорожного движения и создавала аварийную ситуацию? У неё нет ни одного штрафа, ни одного протокола, ни одного предупреждения от ГИБДД. Есть лишь клевета со стороны администрации интерната. Ещё более гнусной выглядит клевета о якобы имевших место (цитата заключения комиссии) "неоднократных случаях падения с кресла-коляски с электроприводом". Они угарают??? Вы действительно думаете, что парализованный человек 1957 года рождения многократно упал с кресла-коляски и при этом нет ни одного вызова скорой помощи, ни одного осмотра травматолога или хотя бы терапевта с заключением о полученных в результате падения травмах и ушибах? Вы верите, что такое может быть?!!
Напишу имена приговоривших Галину к лишению кресла-коляски с электроприводом палачей, страна должна знать своих героев:
- директор Северодвинского дома-интерната для престарелых и инвалидов Пожилова Анна Александровна;
- фельдшер Климюк А.А.
Врачи-психиатры сервиса "Спроси врача":
- Шендеров Кирилл Валерьевич, заведующий кафедрой психиатрии и нейронаук мединститута БФУ им. И. Канта;
- Николаева Татьяна Евгеньевна, ГБУЗ "Самарская областная клиническая психиатрическая больнца";
- Флегинский Дмитрий Владимирович, ФКУЗ МСЧ МВД России по Калужской области.
Отдельного внимания заслуживает статья о сменившемся незадолго до начала беззакония над Галиной директоре дома-интерната:
""""Напомним, что «Беломорканал» рассказывал о нелегкой судьбе проживающей в доме-интернате Галине Голышевой, о незрячем с золотыми руками Сергее Дьячкове, о судьбе целеустремленного инвалида детства Сергее Биркине. Все они за себя и за того, кто не может пожаловаться, рассказывали о плохих условиях проживания, хамском отношении к постояльцам. Материалы можно найти на сайте "Беломорканала". За время правления Натальи Никифоровой (после жалоб проживающих) в учреждении проводились проверки, приезжал губернатор Поморья, прокуратура нашла нарушения. Будем надеяться, что при новом руководителе жизнь людей будет спокойнее""""
Как видим, наивные надежды журналистов не оправдались.
Опять возвращаясь к первой статье, которую я привёл в самом начале, давайте посмотрим, что сделали перечисленные выше лица. (Цитата из первого отрывка): "По опыту лаборатории нарушений памяти Клиники нервных болезней им. А.Я. Кожевникова, наиболее частой (61%) причиной синдрома УКН в России являются цереброваскулярные расстройства".
Добавим к этой цитате ещё одну маленькую цитату из статьи "Колесникова, Е. В. Когнитивные нарушения и их взаимосвязь с двигательными расстройствами у детей дошкольного возраста, страдающих ДЦП / Е. В. Колесникова, А. И. Стародубцев, А. А. Стародубцев, О. А. Минаева. — Текст : непосредственный // Медицина и здравоохранение : материалы III Междунар. науч. конф. (г. Казань, май 2015 г.). — Казань : Бук, 2015. — С. 40-44" (цитата): "Когнитивные нарушения отмечаются у 80–95 % детей, страдающих детским церебральным параличом (ДЦП). Клиническая картина когнитивных нарушений у детей дошкольного возраста с ДЦП тесно связана со степенью выраженности двигательных нарушений. Легкие и умеренные нарушения краткосрочной и долгосрочной памяти, в связи со степенью выраженности двигательных нарушений, чаще всего отмечались у больных с умеренными двигательными нарушениями; выраженные нарушения памяти превалировали у больных с выраженными двигательными нарушениями".
О чем это говорит? О том, что подобным методом названных выше палачейможно лешить права на свободу передвижения 80-95% людей с ДЦП.
А что же ответил тот единственный специалист (закрыл его имя во избежание ополчения на него палачей системы за отказ поддержать круговую поруку):
Что же произошло далее?
По словам Галины, кресло-коляску с электроприводом, которым она пользовалась ранее, ей отдал тот товарищ, который снимал видеоролик. Это его старое кресло-коляска. Когда он получил новое, передал старое Галине. Она пользовалась этим креслом-коляской с мая 2023 года и до июня 2024 года. Затем, после замены резины на колесах, двигатели стали барахлить и вышли из строя (не удивлюсь, если мастер обманул её и заменил моторы, но вполне допускаю, что просто так совпало или мастер был криворук).
Далее Галина попыталась обратиться за государственной услугой "Выдача гражданам направлений на медико-социальную экспертизу" для разработки ИПРА с целью внесения в неё рекомендации на кресло-коляску с электроприводом.
15 ноября 2024 года (как следует из справки, фотографии которой я предоставил выше) ей отказали в Направлении на МСЭ по надуманному предлогу, но так как, видимо, предлог был совсем наивным, то 19 ноября комиссия психиатров повторно рассмотрела исследование от 15 ноября и придумала уточнённый чудо-юдо диагноз: F07.88 - Другие органические расстройства личности и поведения в связи со смешанными заболеваниями с выраженными эмоционально-волевыми и когнитивными нарушениями не достигающими степени деменции.
Этот диагноз для неокрепших и неискушенных умов звучал гораздо более серьезно и убедительно. А потому врачебная комиссия пришла к выводу: прокатит... И так сойдёт.
Но не прокатило. Галина продолжила борьбу за своё право на свободу передвижения и на социальные гарантии государства в виде предоставления инвалиду первой группы кресла-коляски с электроприводом.
В марте 2025 года она обратилась в чат, и я ответил ей, что отказ врачебной комиссии предоставить ей Направление на МСЭ незаконен. На тот момент ей уже пообещал помощь какой-то журналист и общественник, поэтому я предложил ей дождаться логического результата его работы, чтобы мы не дублировали друг друга. В конечном счёте он перестал заниматься вопросом Галины.
Но я также не смог ей помочь. Галина настаивала, чтобы я отправил бумажное обращение (теоретически это можно было выполнить, наняв какого-нибудь человека, чтобы он распечатал обращение и привёз Галине на подпись, но у меня не было времени об этом думать, да и мне не по карману такие изыски). Я так и не понял, то ли она испугалась, что я хочу завладеть её госуслугами (и это правильное опасение, никому не нужно давать доступ или демонстрацию экрана своих госуслуг), то ли у неё и вовсе нет доступа к сайту госуслуг. А в какой-то момент, она осознала, что я такой же паралитик, как и её товарищ по интернату и сделала вывод, что я физически не в состоянии ей помочь:
И это вполне нормально для человека, который рос на домашнем обучении. Поэтому здесь нет ничего такого обидного. Я часто обращал внимание, что у инвалидов с детства, которые росли на домашнем обучении, немного по-своему наивный и упрощённый взгляд на мир, но это вполне естественно и нормально. Поэтому вполне нормально, что Галина посчитала, что если человек парализован, то он и не сможет ничем помочь в её ситуации.
Тем не менее я не перестаю удивляться и восхищаться такими людьми, что в тех условиях, в которых они выросли, они смогли освоить и компьютер/планшет, и смартфон, и очень даже достойно излагают свои мысли в мессенджерах. Вот только чиновники делают вид, что настолько глупенькие, что не понимают их. Но это тоже вполне обыденность, если даже на разжеванные до нельзя обращения с указанием всех конкретных пунктов и статей законов, мы порой получаем такие фантастические "отписки", что все, кому ты даёшь прочитать, буквально впадают в ступор, не понимая, как так можно...
Поэтому, я отстранился, чтобы Галина попыталась найти себе помощника, а если бы она не нашла, тогда бы уже снова постарался бы найти на неё время и предложил бы свою помощь, если бы Галина пришла к пониманию, что ей необходима моя помощь.
Кстати, вот очень наглядные фрагменты ещё одного видеоролика, который был сделал уже после того, как чиновники незаконно отказали Галине в кресле-коляске с электроприводом, эта видеозапись сделана в день города Северодвинска прошлым летом:
Вы только посмотрите, какое на Галине нарядное платье по случаю празднования дня города! А между тем она сама откладывает деньги (2/3 пенсии забирает себе интернат) и покупает себе одежду на маркетплейсах... Посмотрите, как она достает платок и старается затереть кляксу от подтаявшего мороженого. Стал бы человек с выраженными эмоционально-волевыми нарушениями так принаряжаться к празднику и так беспокоиться по поводу кляксы от мороженого?
Обратите внимание, как Галина подпевает и хлопает в ладоши! Она похожа на человека с выраженными эмоционально-волевыми нарушениями?
И да, Северодвинск, мы действительно гордимся твоими бессовестными и беспринципными чиновниками, лишающими инвалидов их законного права на свободу передвижения и права на государственные социальные гарантии в виде предоставления кресла-коляски с электроприводом.
На что ещё хочу обратить внимание читателей: посмотрите в каком положении находятся ноги Галины... Кто-нибудь пробовал вот так посидеть сколько-нибудь длительное время? Комфортно вам было бы так сидеть с висящими ногами? А между тем, Галине по закону положено кресло-коляска с электроприводом с электрической регулировкой углов наклона подножек:
Именно такое кресло-коляска с электроприводом с электрорегулировками углов наклона спинки, сиденья и подножек положено Галине по закону в соответствии с Перечнем показаний и противопоказаний для обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации. И врач-невролог не имеет права не знать этого. Если мы откроем утвержденный законом Профстандарт врача-невролога, то мы увидим, что в должностные обязанности входит "назначение медицинских технических средств". Поэтому врач-невролог обязан был инициировать врачебную комиссию, которая обязана была назначить Галине в Направлении на МСЭ кресло-коляску с дополнительной фиксацией с электроприводом, с электрорегулировками углов наклона спинки, сиденья и подножек, а не издеваться над Галиной садистскими методами.
Но врачи-неврологи муниципальных больниц и поликлиник в России в абсолютном большинстве случаев не только скрывают от инвалидов, что им показано и положено по закону, но и даже когда у инвалида есть рекомендации от врачей федеральных научно-клинических центров и специалистов протезно-ортопедических организаций, даже в этом случае эти врачи попытаются найти предлог, чтобы отказать инвалиду.
Приведу ещё одно видео, переписки в Телеграм, когда Галина совсем недавно, 7 марта этого года, присылала своё селфи:
Вы только посмотрите, как Галина принарядилась по случаю концерта ко дню 8 марта! А между тем каратель психиатр Бреславец Андрей Борисович утверждает, что в это самое время у Галины "тяжёлое психическое расстройство". Вы согласны с этим психиатром в том, что человек в состоянии тяжёлого психического расстройства будет так следить за своей внешностью и переживать, что сильно постарел за год из-за выпивших всю кровь чиновников?
Каратель Бреславец убеждает суд, что 19 марта Галина уже находилась в состоянии "тяжёлого психического расстройства" и была неспособна удовлетворять основные жизненные потребности.
Но вернёмся к повествованию истории беззакония в отношении Галины:
Спустя какое-то время после моего отстранения, Галина порадовала меня: сообщила, что какая-то женщина-адвокат согласилась написать для неё обращение в прокуратуру и даже приехала к ней в интернат, чтобы Галина подписала обращение, и затем отправила обращение в прокуратуру. Галина сказала, что эта женщина работает платно, но ей согласилась помочь бесплатно.
На самом деле, эта женщина-адвокат, совершила в некотором роде подвиг для нашей современной реальности. Я думаю, что среднестатистический адвокат, за такую работу, с учётом поездки к клиенту, потребовал бы с Галины не менее 50 тыс.руб.
Я же порадовался за Галину. А спустя ещё некоторое время, она поделилась со мной, что прокурор внёс представление врачебной комиссии в связи с незаконным отказом выдать Галине Направление на МСЭ. Именно то, о чем я и написал Галине, когда она впервые обратилась со своим вопросом в чате. Поэтому я снова порадовался, что наконец-то справедливость восторжествовала.
Далее, Галина делилась со мной информацией о том, как проходила медкомиссию:
И рассказала, что тот самый каратель-психиатр Бреславец Андрей Борисович решил судиться. По своей наивности, я почему-то подумал, что этот тип хочет в судебном порядке обжаловать представление прокурора.
Но я был слишком наивен. Его план был намного коварнее. Врачебная комиссия как бы стала выполнять требование прокурора и проводить обследования для оформления Направления на МСЭ. А тем временем каратель подал в суд иск о принудительном освидетельствовании Галины для признания её недееспособной.
И я об этом не знал. Из-за проблем с интернетом Галина лишь изредка присылала СМС-ки:
И вот в воскресенье 24 мая Галина наконец-то смогла настроить себе Вацап. И поделилась со мной апелляционной жалобой государственного адвоката и изначальным иском карателя, из которого я узнал, что каратель добивается принудительного освидетельствования Галины, заявляя что у неё ТЯЖЕЛОЕ психическое расстройство:
Оказалось, что первая инстанция уже одобрила требование карателя. Галину, на суд конечно же не пустили. Она даже не знала, что её пытаются признать недееспособной.
И более того, администрация дома-интерната скрыла от неё, что рассмотрение апелляционной жалобы в областном суде будет 3 июня. Сомневаюсь, что повестка на первую инстанцию есть, а повестка об апелляции могла не дойти в дом-интернат. Да и факт, что от Галины скрыли, что суд по поводу признания её недееспособной. Её также убедили, что именно 3 июня приедет комиссия медико-социальной экспертизы, чтобы принять решение о назначении кресла-коляски с электроприводом (Тоже совпадение?). А когда скрывать информацию о судебном заседании уже не смогли, то прямо заявили что не пустят её на суд.
Поэтому я очень прошу всех, кто может приехать к Галине в Северодвинский дом-интернат и отвезти её на судебное заседание. Прошу вас помочь ей. Имейте в виду, что администрация дома-интерната может попытаться помешать вам. Старайтесь всё фиксировать на видео- и аудиозапись.
Ещё пару слов хочу сказать о том, почему отказ врачебной комиссии в ноябре 2024 года по причине якобы выраженных эмоционально-волевых нарушений был абсолютно незаконным. И почему даже если бы у Галины действительно было бы тяжёлое психическое расстройство, как это утверждает каратель психиатр Бреславец Андрей Борисович - отказ предоставить кресло-коляску с электроприводом всё равно будет незаконным.
Представьте: вот некий человек заимел тяжёлое психическое расстройство и в состоянии острого периода этого расстройства становится буйным... Вызвали психиатров. Они его усмирили. И вдруг, некий психиатр заявляет: "Этого человека теперь нужно пожизненно приковать к постели". Что вы подумаете об этом психиатре? Наверное, вы скажете, что этот психиатр законченный психопат и садист. Ведь даже буйных людей с расстройством психики, если они создают угрозу для окружающих, помещают в спецучреждения, но не приковывают к постели пожизненно - это совсем уже какой-то садизм. Так почему тогда психиатры считают, что имеют право, как боги решать, кому выдать кресло-коляску с электроприводом, а кому нет?
А всё дело в том, что ранее тяжёлые психические нарушения были абсолютным противопоказанием для кресла-коляски с электроприводом, а Приказ Минтруда РФ 888н от 28 декабря 2017 года и вовсе для всех (!) видов прогулочных колясок добавил в качестве абсолютного противопоказания «значительно выраженные нарушения психических функций, приводящие к выраженному снижению или отсутствию критической оценки своего состояния и ситуации в целом» (причем эта формулировка сама по себе носит неопределенный и оценочный характер, не учитывает того факта, что снижение критической оценки, как правило, носит не постоянный, а временный характер):
"""Там же, где в старом приказе присутствовали такие противопоказания как «психические расстройства с тяжелой или глубокой умственной отсталостью, деменцией», что, во всяком случае, является четким медицинским критерием, появилась еще более расплывчатая формулировка: «выраженные, значительно выраженные (то есть не только «значительно» выраженные, но и просто «выраженные», видимо, в том числе незначительно) нарушения психических функций, приводящие к выраженному снижению или отсутствию критической оценки своего состояния и ситуации в целом, нарушениям поведения, аффективно-волевым, психопатоподобным нарушениям, психопатизации личности».
...Непонятно, почему наличие нарушения психических функций препятствует получению технического средства реабилитации, предназначенного для компенсации ограничений в передвижении на улице (прогулочные коляски). Фактически это означает, что передвижение людей с такими психическими нарушениями должно быть ограничено жилым помещением (поскольку для комнатных колясок таких противопоказаний в новом Приказе нет). Отсутствие необходимого технического средства реабилитации делает невозможным для таких граждан передвижение вне дома даже при наличии сопровождения и мер по обеспечению контроля и безопасности.
Такое регулирование фактически связывает право маломобильного человека на передвижение по улице и в общественных местах с отсутствием психического заболевания, что является дискриминацией, нарушает Конституцию РФ (право на свободу передвижения), Закон РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании» (ст. 5, запрет ограничений прав и свобод только на основании психиатрического диагноза), а также нарушает ст. 20 Конвенции о правах инвалидов (индивидуальная мобильность)""".
Такие положения закона приводили к тому, что ушлые психиатры всех тех инвалидов, которые пытались бороться за свои права, назначали умственно отсталыми и на этом основании лишали права на обеспечение креслом-коляской с электроприводом:
"""''"" (Цитаты из статьи)
Обездвиженный инвалид три года выбивает у чиновников коляску с электроприводом. Обращения в надзорные органы результатов не дают: психиатры признали мужчину умственно отсталым. А таким по закону электроприводные коляски не положены... В тексте поста Владимир пишет: «Мною было написано электронное письмо Владимиру Путину, чтобы дали мне коляску с электроприводом. Приходила на дом комиссия, и меня посчитали умственно отсталым...»
Устанавливает диагноз психиатр на основании данных теста Векслера, заключения логопеда и дефектолога.
Тест Векслера состоит из 11 субтестов, в каждом из которых от 10 до 30 постепенно усложняющихся вопросов и заданий — арифметические задачи, определение словарного запаса, запоминание цифр, конструирование блоков, расположение картинок по порядку. А вот как, по словам Владимира, умственную отсталость ставили ему.
«Ко мне пришли только два врача: невролог и психиатр. У меня невролог спрашивал несколько вопросов. Был вопрос по математике и про братьев и сестер: кто кому кем приходится. Я не на все смог ответить. Психиатр ничего не спрашивал. Написал диагноз не на русском языке, чтобы я ничего не смог понять», — рассказывает Владимир. Будучи умственно отсталым, но, очевидно, не тупым, мужчина одной рукой загуглил диагноз.
«Мне стало очень обидно, что меня врачи вообще не считают за человека», — пишет мне мужчина в Facebook. Владимир освоил социальные сети, как только научился читать и писать – в 2007-м, когда ему было 32: его брата забрали в армию, а терять связь не хотелось.
Несмотря на то что деньги выделяются, добиваться электроприводных колясок инвалидам приходится годами и с боем. Причины для отказов разные. Например, в случае с другим инвалидом коляска с необходимыми параметрами не входила в федеральный перечень. Свою борьбу он вел открыто, публикуя петиции и выступая в средствах массовой информации, но предпочел, чтобы мы не называли его имя. Несколько лет ушло у мужчины, чтобы доказать наличие нужной коляски в перечне. Ее он в итоге получил, но не от Фонда социального страхования, а от благотворительного фонда. На простой вопрос, в чем проблема, он ответил: «Секрет в том, что чем меньше денег потрачено, тем больше премии».
Какие существуют опасения, если доверяешь управление коляской с электроприводом умственно отсталому человеку? С точки зрения медицины — никаких.
«Единственным ограничением могут быть затруднения в управлении коляской», — пояснили нам в Минздраве на вопрос, в связи с какими опасениями обездвиженным умственно отсталым инвалидам противопоказана коляска с электроприводом. Но в Минтруда ссылаются на позицию МВД.
Вы только вдумайтесь, какое это безумие: люди, которые не могут освоить компьютер и соцсети, ставят диагноз "умственно отсталый" человеку, который не имея образования, самостоятельно изучил компьютер и соцсети.
Важно иметь в виду, что МВД не требовало считать кресла-коляски транспортным средством и иметь водительские права. Напротив, МВД ответило, что это не их сфера и кресла-коляски с электроприводом не являются транспортными средствами.
К счастью, после многочисленных возмущений правозащитников, Минтруда изменили Перечень показаний и противопоказаний, убрав психические нарушения из списка абсолютных противопоказаний для обеспечения инвалидов креслами-колясками. Это происходило в 2018-19 годах.
Казалось бы, ура! Больше никакой карательной психиатрии над инвалидами... Но, как видим, безграмотные и беспринципные врачи продолжают издеваться над инвалидами.
О чем говорит отказ врачебной комиссии выдать Галине Направление на МСЭ в 2024 году, а затем теперешняя месть карателя-палача Бреславеца Андрея Борисовича (простите, но у меня язык не поворачивается назвать это существо врачом), пытающегося принудительно признать Галину недееспособной за то, что она защитила свои права, а не подчинилась безумию этого существа? Их дела говорят о том, что они настолько преуспели в своем безумии, что даже не понимают, что все их попытки тщетны и они будут обязаны выдать Галине кресло-коляску с электроприводом (мы обязательно проследим за этим).
Напишу ещё два слова о том, откуда вообще пошло это стремление к карательной психиатрии для лишения инвалидов их законных прав на социальные гарантии государства.
Дело в том, что в 2014 году было принято Постановления Правительства Российской Федерации "Об утверждении перечней медицинских противопоказаний, медицинских показаний и медицинских ограничений к управлению транспортными средствами". И, конечно, тот самый диагноз, который комиссия психиатров со второй попытки придумала Галине в ноябре 2024 года, чтобы отказать в Направлении на МСЭ для назначения кресла-коляски с электроприводом, диагноз F07.88 входит в Перечень противопоказаний для управления транспортным средством.
Казалось бы, какая может быть взаимосвязь между транспортными средствами и креслом-коляской с электроприводом, являющемся медицинским техническим средством реабилитации? Тем не менее безграмотные врачи, действительно, считают, что для получения назначения кресла-коляски с электроприводом нужно пройти водительскую медкомиссию... (речь не о всех врачах вообще, а только о безграмотных врачах). И даже в Москве, в 2023 году, когда я проходил медкомиссию для оформления Направления на МСЭ, заведующая поликлиникой твердила о необходимости пройти водительскую медкомиссию для рекомендации кресла-коляски с электроприводом. Разумеется, я трактовал это требование, как самоуправство. И мне потребовалось добиться привлечения к административной ответственности Начальника управления по работе с обращениями граждан Департамента здравоохранения города Москвы Полозкова Игоря Михайловича. И только после этого поликлиника оформила Направление на МСЭ, в котором незаконно отказала мне в рекомендации кресла-коляски активного типа и кресла-коляски с электроприводом. Но так как меня очно осматривал штатный врач-невролог Главного бюро МСЭ города Москвы и подтвердил заключение другого врача-невролога федерального клинического центра, которое я получил, чтобы противопоставить подложному заключению врача-невролога городской поликлиники, эксперты экспертного состава №7 Главного бюро МСЭ города Москвы выразили недоумение о том, почему врачебная комиссия поликлиники обошлась со мной таким образом, и вопреки незаконному отказу врачебной комиссии поликлиники эксперты внесли запрашиваемые мной и показанные мне ТСР в мою ИПРА. И если такое происходит в Москве, то что уж говорить о безграмотных врачах такой глубинки, как Северодвинск?
Для понимания всей абсурдности отказа психиатров выдавать кресло-коляску с электроприводом инвалидам, я рекомендую прочитать мнение о принятом без обсуждения законопроекте с Перечнем противопоказаний для управления транспортным средством, которое было написано действительно грамотным человеком:
""""""" (Цитата)
В.Я.Евтушенко, председатель комиссии по правовым вопросам Российского общества психиатров.
Представленный проект медицинских противопоказаний к управлению транспортными средствами по разделу «Психические расстройства и расстройства поведения» НЕПРИЕМЛЕМ НИ ПРИ КАКИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ.
Основания:
Конституция Российской Федерации определяет, что каждый ее гражданин имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (часть 1 статьи 37 Основного Закона страны). К такому роду деятельности, в том числе и профессиональной, относится и управление транспортными средствами.
Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо, в частности, в целях защиты здоровья, прав и законных интересов других лиц (часть 3 статьи 55 Конституции РФ). Исходя из этого положения Конституции, федеральным законом № 437-ФЗ от 28 декабря 2013 года было определено, что «медицинскими ограничениями к управлению транспортным средством являются заболевания (состояния), наличие которых препятствует возможности безопасного управления транспортным средством» (часть 3 статьи 23.1. федерального закона № 437-ФЗ). Перечень медицинских противопоказаний и медицинских ограничений к управлению транспортными средствами устанавливаются Правительством Российской Федерации (часть 4 той же статьи закона № 437-ФЗ).
Закон РФ РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при его оказании» (статья 5) вводит строгие рамки ограничения любых прав и свобод лиц, страдающих психическими расстройствами. Только в пределах этих рамок могут формироваться медицинские психиатрические противопоказания к тому или иному виду деятельности, в том числе и к управлению транспортом.
Закон подчеркивает, что права и свободы лиц, страдающих психическими расстройствами, не могут быть ограничены, в частности, только на основании психиатрического диагноза, или факта нахождения под диспансерным наблюдением.
Однако представленный в проекте Постановления Правительства РФ «Перечень медицинских противопоказаний к управлению транспортными средствами» опирается именно на те критерии, применения которых не допускается Законом. Ограничение права управления транспортом предполагается устанавливать, во-первых, на основании психиатрического диагноза (указаны даже коды диагноза заболеваний по МКБ-10). Во-вторых, на факте нахождения под диспансерным наблюдением (скрытым под витиеватой формулировкой: « до снятия с диспансерного наблюдения в специализированной медицинской организации..».
Сделанное примечание в скобках – «при наличии хронических и затяжных психических расстройств с тяжелыми стойкими или часто обостряющимися болезненными проявлениями» еще более запутывает ситуацию. И не только потому, что такие расстройства рассматриваются в рамках диагноза. И не только потому, что нет дефиниций - что такое «хроническое», «затяжное» расстройство, чем оно отличается от «стойкого», что значит «часто обостряющееся». Нет самого главного – какое отношение характер расстройства психики имеет к управлению транспортом, какие психические особенности человека, усиливающиеся (или появляющиеся) в случае болезни и как они влияют на процесс управления. Без этого все люди, которым поставлен диагноз болезни, крайне многообразной в своих проявлениях, в части которых совсем не нарушена способность управления транспортом, несомненно, будут без всяких оснований ущемлены в своих правах. Проблема допуска к управления транспортными средствами с точки зрения оценки психического состояния водителей требует глубокого изучения, и только совместным рассмотрением этого вопроса психиатрами, психологами, специалистами по безопасности движения могут быть выработаны противопоказания не на основе диагноза или диспансерного наблюдения, а на основе реальной оценки состояния психики человека.
Принятие перечня в том виде, в каком он предложен, нанесет огромный врем не только оказанию помощи психически больным (в результате массированного уклонения граждан от психиатрической помощи). Еще больший психологический и политический вред принесет демонстрация избирательности применения законов, обязательных для рядовых граждан, и совершенно не обязательных для Правительства.
Стоит напомнить, что в той же части 3 статьи 5 Закона РФ «О психиатрической помощи…» сказано: «Должностные лица, виновные в подобных нарушениях, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации». Отдают ли себе в этом отчет составители проекта данного постановления?
И если председатель комиссии по правовым вопросам Российского общества психиатров так жёстко прокомментировал противопоказания к управлению транспортными средствами, то как вы думаете, что бы он сказал по поводу того беззакония, которое вытворяет каратель психиатр Бреславец Андрей Борисович в отношении Галины?
Когда смотрю видео про буллинг... Вспоминаю собственную историю..
Если вкратце, у меня была херовая биография. Отец постоянно в тюрьме, мать после смерти дедушки, её папы, стала бухать по страшному. А нас уже два парня... Мне почти 8, брату почти 5 лет. И под всю эту дудочку, перед уходом в очередной раз на нары, мелкие кражи, мой отец забацал третьего.. Умирает дедушка, приезжает брат деда из Мурманска и забирает бабушку жить в деревню из Минска. Мать, скорее всего, из-за депрессии, развал СССР, и других стрессов начала пить и курить. Во время беременности. Но это не суть, то что мой третий брат родился с проблемами повлияло на нашу судьбу косвенно, и уже через 2 года э, по совету участкового, тёти, и бабушки мы оказались в интернате.
Изначально, после проверки знаний, отправили в третий класс, хотя по возрасту я должен быть уже был как минимум в четвёртом, а я и учился в четвёртом до интерната. Средний брат в первый. Третий брат попал в специнтернат и пропал из радаров. (Теперь он живёт в Италии как и я, помогла итальянская семья).
Эта первая часть была нужна только для того чтобы объяснить, как я оказался в интернате. Кто был в интернате знает, каково это жизнь там, особенно на первых порах. Через какое-то время оказалось, что я не такой уж тупой, и если в начале года когда попал туда, я и не мог решать даже банальные проблемы из таблицы умножения, к весне оказалось что я достаточно умный, и у меня даже какие-то суперспособности к математике. Меня перевели в четвёртый класс. В конце учебного года. И в этом классе был обычный двоечник, как и во всех классах, но парень был, несмотря на возраст дерзкий и спортивный. Если дерзкий можно было объяснить тем, что у него учился брат в восьмом классе, то то что он спортивный и сильнее других было как-то противоречиво, да, он выглядел сильнее, ну не то чтобы в 10 лет ты будешь накаченным бруталом. Он использовал банальную технику устрашения. Или как сегодня по-современному называют "буллизировал" весь класс. А тут появляюсь я, какой-то вундеркинд, на вид худенький блондин, скромный, и не умеющий за себя постоять. Поводов не было, но я был новым персонажем в классе. Наверное из-за своих "умственных способностей и то что меня перевели из третьего в четвёртый класс Я стал объектом внимания. И к кому не доебаться как не ко мне? Он меня запугивал на расстоянии, иногда толкал, иногда бил в спину и убегал. Один раз ударил в ухо после обеда и опять убежал я за ним но хрен догонишь.. Нет, то чтобы он меня просто вот брал и бил не было. Наверное он видел в моих глазах что-то, какую-то смелость, который не было у других одноклассников, что я коплю что-то внутри , и возможно немного боялся, просто выйти, как сегодня модно говорить "один на один". Тем более что может быть за один на один в четвёртом классе? Но это интернат. Ты встаёшь в одно и то же время, ты практически живёшь в одной и той же комнате, ты учишься в одном классе и после уроков, если тебя не отправят убирать территорию, как минимум ты встретишься с этим человеком ещё много раз. А после обеда в часа так четыре или пять вечера все опять вместе в классе делать уроки... Стресс конечно жёсткий. Когда ты застенчивый стеснительный, а вокруг тебя все такие же дети из трудных семей. Как говорится выживает сильнейший. И вот очередной день. Пусть это будет утро понедельника. Точные даты я естественно не помню. Урок биологии. И мы изучаем какие-то растения, я поднимаю руку, отвечаю правильно на вопрос, что-то было про сорняки, или про зелень. Урок, как ни странно, был на белорусском языке. И эти сорняки называются "пустозелле". Конец урока, выходим из класса и я иду в холл, становлюсь возле окна и продолжаю что-то заучивать. А за спиной Владимир Морской, имя настоящее. Потом поймёте почему я его не скрываю. И он начинает у меня за спиной твердить, пустозелле, пустозелле, пустозелле. Несмотря на то что он двоечник, он прекрасно понял значение этого слова. Внутри меня горит огонь, я не сорняк, я хочу развернуться и ответить ему, но нет повода, Я и сам боюсь, на провокации стараюсь не реагировать. В какой-то момент он мне заряжает со всей дури оплеуху прямо в ухо. Или был удар кулаком. Я не понял. Было больно, но в тот момент во мне проснулся зверь который созревал уже пару месяцев. Вадим бегал быстрее всех. Это я знал. И наверное поэтому я не реагировал на его обзывания, потому что знал, всё равно не догоню. Даже если захочу толкнуть или что-то ещё. Но удар в ухо был как будильник, вот оно, он достаточно близко чтобы его догнать. Не знаю как у меня получилось, после удара в ухо по идее как минимум я должен был заплакать. Но плакать я разучился уже давно. Развернулся на 180°, быстрее чем Ван Дамм (мой кумир в то время). Набросился на Вадима и начал его реально пиздить со всей дури по лицу. Естественно он этого не ожидал. И в какой-то момент я заметил что в том же холле в пяти метрах от нас стоял его брат из восьмого класса. Я испугался и чуть не остановился, ну тут услышал то что никто никогда не ожидал услышать: его брат начал кричать, пизди его сильнее, он этого заслужил, всех запугивает, бей бей бей бей. Я начал бить сильнее, но почти сразу остановился, потому что понял, Вадим уже всё. Я автоматически стал самым сильным в классе, я автоматически стал "буллом" "альфой" или как это ещё можно назвать, а учитывая то что я ещё был и отличником... почти....Из никого превратился в главного персонажа школы. До конца школы. И почему-то я даже остался отличником до конца школы. А Вадим стал моим другом. Ему нравилось быть вторым номером. Почему-то я вдруг стал бегать быстрее его, я стал ему помогать в уроках. И если честно, мы держали на струнке всю школу до конца девятого класса. Но уже по другим правилам, не запугивая слабаков, а не давай я тем кто посильнее стать выше нас или издеваються над новенькими или слабыми. Вот так я выжил в этой школе. После девятого класса, так как в моей школе не было старших классов, перешёл в другой интернат и закончил 11 классов. На следующий год, когда мы были уже далеко, всё равно решились все встретиться на 9 мая в старой школе. И там у меня была фотография. Когда Вадим меня без чувств тащил на руках. Водка зло. Прям как ребёнка, потому что, если честно, он всегда был сильнее и здоровее меня, и по непонятным причинам намного мускулистее. Но он наверное меня использовал как мозг, или потому что я был честный, никогда не предавал, а он на самом деле был классным пацаном, он просто выживал как и все. И мы выжили.
Тётя Оля навестила меня в середине весны. Мы сидели в комнате свиданий, она снова рассказывала все о том же - о ремонте, козах, собаках, огороде... Её речь текла монотонным потоком, обтекая меня, не находя отклика. Я могла даже не скрывать скуку, разглядывая свои старенькие кеды, жизнерадостные плакаты о жизни в интернате, ворон, раскачивающихся на ветках тополя. Мной она вообще не интересовалась, начни я ей рассказывать про себя, она с таким же, как и я, скучающим видом перебирала пальцами платок на коленях и смотрела в окно на ворон. Вороны, явно, были нам более интересны, чем мы друг другу. В первые годы наших редких встреч меня это очень огорчало, теперь нет, я просто отсиживала время. Мой взгляд снова упал на кеды. "Может попросить её купить мне новые кроссовки? Кеды почти развалились..." - пришла мне в голову неожиданная мысль. Я подняла взгляд на тётю - китайский поношенный пуховик у которого весь пух свалялся в подоле, какие-то несуразные леопардовые штаны, ботинки, не менее разбитые, чем у меня. Потом взгляд невольно зацепился за её полинявший платок, одним концом свесившийся до пола, - и всплыло воспоминание о её захламленных комнатах бабки-старьевщицы: груды тряпья, пыльные банки... "Гадость какая, - я тряхнула головой отгоняя наваждение, - а ведь я там жила...". Наконец ей надоело болтать, и она вручила мне обязательный пакет с конфетами.
- Тётя Оль, обожди меня, я тебя провожу.
- Проводи, проводи, доченька.
От её приторного "доченька" меня каждый раз передергивало, будто я кусала кислое, зелёное, незрелое яблоко.
Единственной отдушиной в наших встречах была возможность выйти за пределы интерната не отчитываясь куда иду и когда вернусь - я провожаю тётю.
Отойдя за угол, сказала тёте "Пока" и никуда не пошла.
Идти было некуда. Весной в городе особенно тоскливо, в парках грязь и слякоть, аттракционы закрыты, а тратить неожиданную свободу на читальный зал - казалось нелепой затеей. И пока раздумывала над тем, куда пойти, смотрела вслед тёте Оле. А та, походкой хромой утки, не спешно направилась к автобусной остановке.
Мне было безумно жаль тетю, вероятно, она сама не отдавала себе отчёт о начинающемся у неё расстройстве.
Сейчас я понимаю, тётя и так была не шибко здорова психически, а смерть моей мамы, её сестры, мы с братом, свалившиеся ей на голову - не прошло для неё бесследно. Но это я понимаю сейчас. А тогда, подростком, я смотрела ей вслед и жалость к ней смешивалась со стыдом и брезгливостью. И чем-то ещё, что заставляло ставить ей в вину всю мою неустроенность и то, что я оказалась в интернате для детей с ЗПР.
Тётю забрал автобус, и я вспомнила, как по пятницам родители забирают на выходные подруг домой и с какой радостью они вместе идут на эту остановку. Я видела это тысячу тысяч раз. Видела, но ни разу не испытывала этой радости. Представила, как это - когда берут за руку, и говорят: "Ну, что пойдём?".
И тут мой взгляд зацепился за женщину подходящую на роль моей "мамы". И я начала свою любимую игру, в которой кроме фантазии не требовалось ничего.
Женщина не спеша шла с сумками обходя весенние лужи. Я пристроилась за ней шагах в пяти - десяти. Сейчас бы ей обернуться и сказать: "Варя, смотри под ноги, что ты по лужам шлепаешь...". Невысокая, русая, красивая волна волос, у меня бы были такие же, если бы не регулярная стрижка под мальчишку. Она легко встряхнула головой поправляя причёску, я повторила её жест, хотя мои волосы давно не отрастали больше, чем на длину ладони. Короткое пальто, прямая юбка, чёрные сапожки - интересно, что бы сказал Шерлок Холмс взглянув на неё? Кем она работает? Точно не воспитателем, моя "мама" хороший человек.
Прошли один квартал и свернули к серой пятиэтажке.
Не доходя до подъезда, я свернула на детскую площадку и залезла на горку. В воздухе чувствовалась весна. Сумерки перешли в вечер, зажглись фонари и свет в подъездах. Я устроилась поудобнее и наблюдала как женщина вошла в подъезд и начала подниматься по лестнице пятиэтажки.
Вот в окне на площадке между первым и вторым этажом появляется её тень, вот она сама, вот снова тень. Между вторым и третьим этажом все повторяется. Она медленно поднималась по лестнице на свой этаж, сказывались тяжелые сумки в руках. Наверное она ещё останавливалась и отдыхала на этажах. Представила как поднимаюсь вместе с ней, вот она говорит мне: "Варя, возьми у меня одну сумку... Вот эту, она полегче...". Я беру из её руки сумку и узкие тряпочные ручки больно впивается в мои ладошки. На мне же школьная сумка через плечо, я резким движением закидываю её за спину. И обхватываю ладонь другой ладонью, так тащить тяжёлую сумку легче.
- Заяц белый. Куда бегал? - проговариваю считалочку, делая на каждое слово шаг на ступеньку. Так делала моя мама, когда я была совсем маленькой и мы поднимались по лестнице домой, что бы отвлечь меня и я бы не запросилась на руки вместо того чтобы подниматься самой.
- В лес дубовый. - отвечает мама. .
- Что там делал?
- Лыко драл.
- Куда клал?
- Под колоду.
- Кто украл?
- Миша, медведь украл. - говорим хором на этом месте считалочки мы всегда смеемся.
Между четвёртым и пятым этажом женщина не появилась. Мы подошли к двери. Здесь самый лучший момент, я пришла домой.
-Ты чего здесь делаешь?
Мальчишеский окрик вывел меня из транса и как ветром сдул мои фантазии о маме и доме. А ведь так хорошо все начиналось. Я оглядела грязный мокрый двор зажатый между пятиэтажками. Под горкой стоял и смотрел на меня пацан, может и ровесник.
"Сука, - подумала я, - а ведь я дошла до двери и настроение у мамы хорошее было...".
Пацан стоял перед горкой и у меня в голове созрел хитрый план мести за прерванные фантазии.
- Иди в жопу!
- Чё ты сказал? - угрожающе спросил пацан и сделал пару шагов к горке.
Я скатилась с горки и с силой ударила ногами по луже, скопившейся в яме выдолбленной ногами катавшихся с горки детей. Лужи хватило, что бы откатить мальчишку грязной водой с ног до головы, а мои ноги и так были мокрые. Это вечная беда выдаваемой в интернате обуви - промокает через пять минут после выхода на улицу.
Я стояла перед ним руки в карманы джинс, а он реально был на голову ниже меня.
- И чё ты мне сделаешь? Драться будем?
- Не будем, я с девчонками не дерусь.
- Ты кого девчонкой назвал?
- Ты девчонка, хоть ты и одеваешься как мальчишка. Я тебя знаю, видел, ты из интерната.
- Да, пошёл ты... - развернулась и побежала к себе. Надо было как можно быстрее убежать из двора, к горлу подкатывал ком и наворачивались слезы.
Я бежала пока не начала задыхаться, а в боку появилось неприятное покалывание. Только тогда перешла на шаг, вытерла рукавом лицо и опустилась на ближайшую лавочку перевести дух.
По фасаду многоэтажки рассыпались как звезды по небу огоньки окон. Были холодные белые, тёплые жёлтые всевозможных оттенков, были голубые, красные и даже зелёные. Светящиеся окна составляли созвездия и звёздные скопления.
Каждое окно отдельный мир со своей историей. Вот например то, с ярким голубым светом. Во всей квартире свет горит только на кухне. Я только что встала с дивана, ёжусь, наверное форточка открыта, босиком, иду на свет, вхожу на кухню, встряхиваю головой откидывая волосы назад. "Привет, а я уснула, не слышала когда ты пришла...", ее не вижу, но чувствую тепло, как-будто меня погладили по голове, а на столе чашка с какао.
Или вон то окно, тусклый свет идёт из нижнего угла. Это понятно, это моя комната, я вижу её стоя в дверном проёме - справа кровать, слева платяной шкаф, напротив на стене книжные полки, у окна стол с настольной лампой. Окна занавешны плотными шторами от сквозняков, но по ногам все равно тянет холодом, надо бы форточку закрыть...
Интересно, а где окна давешнего пацана? Наверное вон там, в квартире где во всех окнах горит свет. С ехидной радостью представляю какую взбучку ему устроили родители, за то, что он вернулся с улицы мокрым и грязным.
Мокрые ноги окончательно замёрзли,
Я встала, потянулась, надо было возвращаться в интернат. «Погуляв среди созвездий, душа просит вернуться туда, где пахнет дождём и травой», вспомнилась вычитанная из какой-то книги цитата. Я невольно вдохнула поглубже. Ну, да пахнет талым снегом, сырой землёй и весной.
Подумала: “В следующий раз попрошу у тёти Оли новые кроссовки. Может найдётся что-то подходящее, среди ее барахла... Или не найдётся... Или украду, кеды тоже не её подарок".
Сегодня в интернатных учреждениях края проживает 278 человек, которые в силу состояния здоровья не могут самостоятельно ориентироваться в жизни и защищать свои права. Для них перевод из казенного учреждения в домашнюю, семейную обстановку – это не просто смена места жительства, а решающий шаг к социальной адаптации, улучшению эмоционального состояния и повышению качества жизни.
«Каждый наш подопечный, живущий на данный момент в интернатном учреждении, нуждается в заботе и поддержке в семейной обстановке. Хочу отметить, что опекуном такого человека может стать любой гражданин, даже не являющийся его близким родственником, при условии заключения договора об опеке на платной основе», — подчеркнула министр социального благополучия и семейной политики Камчатского края Анастасия Фёдорова.
Опека и попечительство над взрослым устанавливается, если человек нуждается в постоянном присмотре, уходе и защите его прав. Это не просто юридическая формальность, а отношения, основанные на ответственности, человеческом участии и желании подарить подопечному тепло, уют и достойную жизнь в кругу семьи.
Государство оказывает существенную поддержку опекунам. В соответствии с Законом Камчатского края № 150 от 14.11.2012 года, за выполнение обязанностей по договору опекуны (попечители) получают ежемесячное вознаграждение в размере от 14 743,80 рублей (после удержания НДФЛ).
Дети там по сути бесправны. Над ними реально издеваются психически больные воспитатели.
Как вам идея установки камер во всех помещениях детских домов, сервера которых будут находиться в региональном комитете по соцполитике и с хранением сроком 25 лет (как истории болезни). Там, где нельзя камеры (туалеты, раздевалки) будет вестись постоянная аудиозапись.
Хоть так можно будет постараться обезопасить детей в детских домах.
Вопрос обусловлен комментарием https://pikabu.ru/story/otvet_viknovik_v_usyo_13399195?cid=373516142 Это правда, что за особо тяжкие преступления ответственность наступает в 11 лет в виде отправки в специнтернат, который отличается от колонии для несовершеннолетних только тем, что судимость не "записывается"?