В прошлый раз я рассказывала, что моя дочь ударилась об пень во время прогулки в школе. Это случилось 2 октября. Ребенка из школы увезла скорая. Неважно, ищу ли я виноватых, но обычно в таких случаях включаются правоохранительные органы. Не включились. Мы с супругом потребовали видеозапись, акт о расследовании несчастного случая и документы на соответствие данной площадки стандартам безопасности. Все предоставили, кроме последнего. Конечно, винить школу и всех вокруг- это нехорошо. А что же делать?
На этот вопрос изящно ответила администрация школы, директор которой ни разу не вышла со мной на связь. Ну ладно, не царское это дело- с ненормальными мамашами разговоры о пустяках разговаривать. Ну подумаешь, сделал ребенок сальто, подумаешь- шрам на лице. Пустяк. Другие дети точно не захотят туда запрыгнуть. Просто эта конкретная девочка не соблюдала правила безопасного поведения. Наверное надо поставить ей двойку за поведение.

Целую комиссию создали! Работали! Очень разумно! Надо провести внеплановый инструктаж! Главное- не ослаблять визуальный контроль. После выговора воспитатель группы продленного дня непременно овладеет силой останавливать детей взглядом.

Вариант- убрать от греха подальше все пни- ни в одном из документов не всплыл.

Когда меня пригласили на встречу, директора на ней не было, она была занята.

Я не согласна, что мой ребенок нарушил правила безопасного поведения. Все дети бегали. И там везде пни. Но взрослые тети на серьезных щах говорили мне и даже подписали много бумаг, что ребенок нарушил правила! И говорили, что не могут убрать все пни. Ну если откровенно пофиг до ребенка, то хотя бы инстинкт самосохранения должен быть? Вроде УК РФ еще не отменили.

За защитой прав и интересов ребенка я обратилась в прокуратуру. Ну честно, выбора не оставили. Пусть уж компетентные органы разберутся, кто нарушил правила. Ребенок, бегающий на прогулке или директор, не удаливший пни.

Уполномоченная при президенте РФ по правам ребенка Мария Львова-Белова дала «Ведомостям» большое интервью. В нем она рассуждала о счастье и детях, феминизме, насилии в семье и многом другом. Собрали некоторые тезисы из этого разговора.

Мария Львова-Белова о детях и счастье

Львова-Белова, отвечая на вопрос о причинах снижения коэффициента рождаемости, сказала, что «одними мерами поддержки рождаемость не повысить».

«Я уверена, что если ты вырос в большой счастливой семье, то ты такую семью захочешь и сам построить. <…> Кроме того, важно, как это все пропагандируется — в кино, передачах, рекламе», — считает Львова-Белова.

Она привела в пример фильм «Однажды двадцать лет спустя» с Натальей Гундаревой. Уполномоченный по правам ребенка поделилась, что выросла на этом фильме, и считает, что подобного кино должно быть больше.

«В них [фильмах] не показывают роскоши или достатка, там счастье в другом. А многие люди просто не знают про такое счастье», — уточнила Львова-Белова (Мария — мать 10 детей, в том числе приемных).

О домашнем насилии

На вопрос о том, нужна ли в законодательстве отдельная статья о домашнем насилии, Мария Львова-Белова ответила отрицательно.

«Мой опыт показывает, что закон не всегда решает. В 90% случаев дело не в законе, а в условиях, в инфраструктуре, в подходе», — уточнила она.

Львова-Белова считает, что в 80% случаев причиной семейного насилия является алкогольная зависимость. Уполномоченная по правам ребенка рассказала, что работает сейчас с коллегами над комплексом документов, который позволит в каждом регионе выстроить систему помощи алкозависимым людям.

«Невозможно заставить родить ребенка»

Львова-Белова считает, что чиновники/депутаты не должны в грубых формулировках говорить о том, что женщинам надо рожать.

«Они должны создавать условия, чтобы женщины рожали. Невозможно заставить родить ребенка. Рожать заставляют на скотобазе. Это странный подход. Нужно создавать условия, чтобы женщина хотела рожать», — сказала уполномоченная по правам ребенка.

Отношение гинеколога к беременности пациенток

По словам Львовой-Беловой, сейчас, когда женщина приходит к гинекологу, ее поздравляют с тем, что она станет матерью. Раньше ситуация была несколько другой.

«Аборт стали воспринимать как убийство будущего ребенка. Раньше это было хирургическое вмешательство. „Мое тело — мое дело“ и т. д. <…> Я не знаю ни одной женщины, которая сделала аборт и потом об этом не пожалела», — заключила Львова-Белова.

О феминизме

Мария Львова-Белова, отвечая на вопрос о том, феминистка ли она, сказала, что феминизм бывает западный и русский.

«Русский феминизм — это про такое равноправие, когда женщина говорит, что я могу быть вместе с мужчиной. А западный феминизм — это когда женщина говорит, что мне мужик вообще не нужен», — подчеркнула Мария.

Себя Львова-Белова назвала «простой русской бабой».

«Когда я в должности, когда я спасаю, защищаю, решаю проблемы, я русская феминистка. Но как женщина я всегда была за мужчиной, и я очень это ценю», — подчеркнула она.

Фонтанка