1 числа будет месяц, как не стало моего пирожочка. Взял его для родителей много лет назад под Питером, он жил с ними, когда отца не стало, матери сложно было, потому забрал к себе. Оказалось, он ждал меня все это время - так радовался, когда меня увидел) Пожили вместе несколько лет, водил его в лес, гулял, старичок радовался) До сих пор, ложась спать, ощущаю, что чего-тоне хватает - он справа спал у меня под боком. Онкология и старость, мать её...

До сих пор ищу его спросонья под боком, когда понимаю, хреново становится. Всем кошечкам и собачкам теплой радуги.

Я заснула в такси в неудобной позе, потому что, когда проснулась, почувствовала скованность в теле. Мне всего-то тридцать пять лет, а маленький дискомфорт заставил заныть суставы и мышцы.
Крякнула, выпрямилась, пытаясь спросонья вспомнить – где я и куда еду? Так бывает в первые секунды, пока голова не прояснилась. Посмотрела в окно: точно не домой. Улица не та. Мы в центре города, а надо в заводской район, в новые кварталы.
Только повернулась и хотела спросить водителя, как вздрогнула от неожиданности: рядом со мной сидел Игорь. Первой мыслью проскочило – с какого перепугу он вдруг покрасился в блондина, и кто его так жутко постриг, почти на лысо? А второй мыслью – что он здесь делает? Он – муж моей коллеги по работе. Бывало, мы проводили время вместе, компанией, но так чтобы один-на-один я с ним не общалась.
Ничего не могу понять, и сонливость из головы никак не хотела уходить. Заболела что ли? Продуло накануне? Температура поднялась? Что-то случилось, чего я не помню, и из-за этого меня провожает до дома Игорь?
— Что ты сделал со своими волосами?
Другие вопросы важнее, а проскочил этот, не важный. Игорь странно на меня посмотрел и не ответил, только взял за руку, ладонь в ладонь. Заботливо так. Нежно. Нехорошо… Я высвободилась, чувствуя неловкость, и подвинулась от него поближе к двери.
— Куда едем?
— Домой.
— Я живу в заводском. Вы с Маришкой тоже. Мы едем явно не туда. Куда?
Игорь вдруг придвинулся, приобнял за плечо и шепнул:
— Не волнуйся, родная.
Родная? Я ужаснулась всего – и жеста, и вкрадчивости. Пошлость какая – приставать к коллеге собственной жены! А мы с Маришей не просто вместе работаем, мы настоящие подруги! Гадство! Может, он меня напоил, потому голова мутная? Я вижу то хорошо, то не очень – близко чуть размывается, а дальше вроде как почётче. Надо собраться и понять, что происходит.
Замерла под его рукой, вглядываясь в окно. Улица вроде знакомая, а вроде и незнакомая одновременно – проехали «Дом Мод» на Центральной, но он весь оброс стеклянными павильонами. Когда успели? Потом парк, у которого кто-то вдруг сменил всю чёрную ограду на синюю с белыми колоннами. Такое за день не сделать. А после, что напугало сильнее всего, справа открылся красно-кирпичный храм с куполами. Я его на картинке баннера только видела, ещё вчера он строился. Строился! Кусок территории с котлованом, забором и вечным обходам по плитам!
— А где Маришка?
Шепнула я, придавленная заботливой рукой и липким ужасом понимания, что это всё – какой-то кошмар, который с нормальными людьми в реальности не случается.
Игорь долго молчал, потом с явным терпением в голосе произнёс:
— Она умерла. Давно.
Пришлось долго молчать мне, и тупо смотреть на улицу… скачок во времени… как в кино, как в книжках… я лишь заснула в машине и попала в какой-то… квантовый разлом? Переместилась в будущее? И потому голова такая, будто ещё наполовину сплю… я читала, я в кино видела…
— Ты мой муж?
— Да, родная.
— А какой… какой сейчас год?
— Мы скоро будем дома, почти приехали.
— Какой сейчас год?
— Шестьдесят седьмой.
Каждая клеточка в теле замерзла одним мигом. Еле повернула голову к Игорю, поняв, наконец-то, что он не постригся, а полысел, и те пучки волос над ушами не крашеные, а седые. Он стар! Стар на те сорок лет, которые я проскочила в этом временном разломе! Как я в такое попала? Как вернуться? Должен же быть способ вернуться!
Такси сделало несколько поворотов и остановилось. Я еле вышла на слабых ногах. Игорь расплатился картой, вышел со мной, но через секунду водитель крикнул:
— Недостаточно средств!
— Чушь. На ней есть деньги.
— Смотрите сами.
Игорь приоткрыл дверь со стороны пассажирской, посмотрел куда-то, хмыкнул, и снова достал карту:
— Приложите ещё раз…
Мой шанс? Мой единственный шанс не оказаться сейчас в плену чужого человека в чужом доме? Я зашагала от подъезда лишь раз обернувшись и убедившись, что проблема задержит его надолго. Добралась до выезда со двора… второе такси! Удача! Какой-то мужчина с чемоданом выгрузился, а я, стараясь быть спокойной и усмирив одышку, заняла его место.
— Заводской район. Солнечная 5, пожалуйста.
Водитель удивился мне, внезапной пассажирке, но кивнул и повёз. А я прикрыла глаза, заполняясь вместо страха надеждой. Нет, даже уверенностью! Всё вернётся на круги своя, едва открою дверь и переступлю порог. Где ещё быть порталу, где ещё быть грани обратного перехода? Я не собиралась доживать здесь в немощи и безумии, как героиня-попаданка из дешёвого сериала. Должно сработать!
— Э! Э, куда? Деньги!
Едва такси подъехало к знакомой «свечке» в двенадцать этажей, я нагло вышла, собрав последние силы, и сразу пошла к ступеням. Сначала код домофона, потом кнопка лифта, потом я позвоню в нашу синюю железную дверь, а мама откроет. Мама уже на пенсии, всегда дома – сидит у телевизора и вяжет. Шмель залает, кинется встречать и вертеться у ног. А я кинусь обнимать маму, будто не видела её целую вечность, хотя лишь сегодня утром она меня провожала на работу обещанием, что после не забуду пройти через аптеку - купить мазь. И через магазин, у Шмеля корм кончается… Дома уже пахнет ужином, я знаю! Дома фоном шумит вечерняя передача. Дома на столе в зале подсыхает букет от кавалера, с которым я неделю назад познакомилась на выставке собак. Дома у меня своя комната, а в ней недочитанная книга на тумбочке и неоконченная картина по номерам… Мне только шаг…
Не срабатывает код! Не пищит чёртов замок и не пускает внутрь, к спасению из этого чужого времени, мира, города, тела, что захватили, как пленницу, ни за что!
Сзади раздались шум и возня. Чьи-то руки одновременно крепко и мягко взяли меня за плечи:
— Ну-ну-ну, родная… не волнуйтесь, сейчас! Я всё заплачу, дайте мне сначала жену успокоить…
Игорь догнал. Игорь объяснял кому-то, что я больна, что я хорошо помню давние события и совсем не запоминаю настоящие. Что я перестаю его узнавать и задаю глупые вопросы. И что он всегда, когда я сбегаю, находит меня по старому адресу…
Это же надо такое выдумать!
Отбивалась, как могла, но сила оторвала от двери, в которой не сработал код доступа. А ведь почти получилось!
Я не выдержала и заплакала в голос:
— Вы не понимаете… вы не понимаете… я просто хочу домой!

Ксения Татьмянина