Для ЛЛ: Пясты, династия польских королей, которая стала синонимом самого польского поляка (так что в XVII—XVIII веках при избрании королей «пястом» именовался кандидат на престол — поляк), оказались генетически пришлыми для местных славян, а их гены - типичными для Великобритании и Западной Европы.
Памятник князю-крестителю Мешко I и Болеславу Храброму, расположенный в Золотой капелле (Złota Kaplica) Архикафедральной базилики Святых Петра и Павла в Познани, Польша.
Пясты — первая польская династия, задокументированная история которой начинается с крестителя этих земель князя Мешко I (960–992 гг.). По легенде, они произошли от простого местного крестьянина, поэтому веками считалось, что Пясты — чистокровные славяне.
Правда, научных подтверждений этому не было, и у историков крепли подозрения, что всё гораздо сложнее (была даже версия об их происхождении из Великой Моравии).
Марина Александрова и Михал Дубровский в роли легендарных основателей династии – Дзивы и Земовита, в фильме «Когда солнце было богом» 2003 года. Зимовит сверг легендарную династию Попелидов и основал династию Пястов.
Выяснить правду решил международный коллектив ученых, который в 2026 году опубликовал детальный ДНК-портрет династии (см. иллюстрацию).
ДНК-портрет династии Пястов; Михал Зенчак, Луиза Хандшух, Институт биоорганической химии Польской академии наук, Познань, Польша, 2026 год.
Исследование проводились на отдельных представителях династии, и следует помнить, что из-за непредвиденных обстоятельств, которые могут произойти независимо от времени и социального статуса человека (например, супружеская измена, изнасилование), невозможно доказать, что генетические данные, полученные для одного исторического персонажа, применимы ко всей династии. Кроме того, для людей, живших сотни лет назад, однозначная идентификация останков по скелету, даже если речь идет о короле или королеве, может быть непростой задачей.
И задача оказалась невероятно сложной: исследователям пришлось проверить более 340 предполагаемых захоронений Пястов по всей Польше, ведь отдельные ветви рода правили в регионах вплоть до XVII века. Большинство могил оказались кенотафами — пустыми памятниками. Только в восьми некрополях археологам удалось найти реальные останки 33 человек, представляющих 13 последовательных поколений.
Посмертная история монархов сильно запутала работу ученых. В Плоцком соборе (главной усыпальнице династии) кости за прошедшие века так часто тревожили, перекладывали и путали с останками местной знати, что надгробные надписи вообще не совпали с датировками, полученными радиоуглеродным методом.
1/3
Могила Болеслава III Кривоустого из династии Пястов в Плоцком соборе
В Варшавском соборе ситуация оказалась лучше. Там исследователи четко подтвердили личности последних мазовецких князей-братьев — Станислава и Януша III, умерших молодыми в возрасте около 25 лет, а также их предка Болеслава IV. Отсеяв чужие кости, генетики выделили 10 идеальных геномов, принадлежавших чистокровным Пястам. У большинства из них обнаружилась редкая Y-хромосомная гаплогруппа R1b-BY3549 (вариант, который находили у князя Януша).
Самое интересное, что эта мужская линия типична не для Польши, а для Великобритании и Северо-Западной Европы.
Исследователи сравнили этот профиль с базой данных более чем 150 древних мужчин, живших на территории Польши в ту же эпоху, и ни у одного из местных славян такой гаплогруппы не нашли. Более того, в мировых базах данных древней ДНК этот вариант до X века всплывал всего трижды. Такой вариант R1b нашли у человека гальштатской культуры во Франции (650 г. до н.э.), на римском кладбище в Нидерландах (115 г. н.э.) и у викинга, похороненного в Англии (примерно 940 г. н.э.).
Вывод ученых однозначный — Пясты были пришельцами неславянского происхождения. Вероятнее всего, это была скандинавская элита (викинги), которая подчинила себе местное население.
Часть филогенетического древа группы Y-hg R/R1b обнаруженной у семи останков, захороненных в Плоцке и Варшаве. На карте показана частота встречаемости гаплогруппы R1b-P312 в современной Европе.
Это идеально согласуется с историческими данными о том, что главным источником дохода первых польских князей была массовая работорговля, контролируемая скандинавами на Балтике. Трудно представить, чтобы вчерашние лидеры скромного локального племени могли с ходу стать столь влиятельными фигурами в общеевропейской политике.
Правда, без семейных тайн не обошлось: у нескольких членов династии (включая князя Лешека, правившего в конце XII - начале XIII века) оказалась совершенно другая гаплогруппа — R1a. Похоже, в княжеских спальнях случались супружеские измены, и не все дети происходили от законных отцов. Упс!
Пясты активно заключали международные браки, и ДНК польских правителей помогла распутать семейные тайны соседних государств (см иллюстрац ниже). Женские имена редко попадали в хроники, поэтому восстанавливать историю принцесс пришлось по митохондриальной ДНК, которая передается строго от матери. Ученые сопоставили данные Пястов с ДНК венгерской династии Арпадов. Выяснилось, что польский князь Конрад I Мазовецкий и один до сих пор не опознанный венгерский принц из королевской крипты имели идентичную редчайшую мутацию — гаплогруппу T2b2b1. Их общими предками оказались сербские принцессы-сестры Елена и Мария. Генетика сработала лучше архивного сыщика и раскрыла личность «принца из крипты» — им оказался король Гёза II. Заодно во Вроцлаве проверили могилу Анны Чешской (внучки венгерского короля Белы III), и её гаплогруппа H7b1 идеально совпала с данными её венгерской бабушки. В итоге исследователи составили карту материнских линий для более чем 200 знатных особ из 10 великих европейских династий (включая Рюриковичей, Гедиминовичей и Габсбургов). Этот колоссальный массив данных открывает скрытую «женскую» историю европейской политики, о которой летописцы предпочитали скромно умалчивать.
Генеалогическое древо, показывающее связи между династией Пястов и венгерским королевским домом Арпадов.
Несмотря на то, что исторические источники не сохранили данных о происхождении первых польских королей, генетики всё равно докопались до истины. Никаких местных крестьян в предках Пястов не оказалось, зато не обошлось без знатных скандинавов.
Авторы заключают, что процессы государственного строительства, наблюдавшиеся в Центральной и Восточной Европе в IX–XI веках, были в значительной степени инициированы иностранцами. Аналогичные сценарии были предложены для Руси и Венгрии, которыми правили Рюриковичи и Арпады соответственно.
Компания Kongō Gumi — уникальное явление в мировой экономике. Она просуществовала под руководством одной семьи почти полторы тысячи лет. Её история показывает, как мастерство, умение адаптироваться и особая философия помогают бизнесу пережить расцвет и падение империй, войны и природные катастрофы.
Истоки: корейский мастер в Японии
История началась в 578 году. В Европе тогда только что пала Западная Римская империя, а в Японии принц-регент Сётоку решил построить первый буддийский храм. Местным мастерам не хватало знаний, поэтому из корейского королевства Пэкче пригласили трёх храмовых плотников — миядайку. Среди них был Сигэмицу Конго — именно он основал компанию и дал ей своё имя.
Портрет принц-регента Сётоку с двумя сыновьями, изображение взято с https://ru.ruwiki.ru/
Под его руководством возвели храм Ситэнно-дзи в Осаке — первый буддийский храм Японии. После завершения строительства в 593 году семья Конго осталась в стране и сделала обслуживание и реставрацию этого храма своим главным делом на века.
Храм Ситэнно-дзи в Осаке, фото из открытых источников
Мастерство миядайку: дело длиною в жизнь
Плотников в Kongō Gumi называли миядайку — и они были настоящими виртуозами своего дела. Чтобы стать высококвалифицированным специалистом, ученик должен был пройти десять лет обучения. И ещё десять лет требовалось, чтобы достичь уровня мастера. Двадцать лет практики — вот цена высочайшего качества.
Одна из важнейших традиционных техник — кигуми, метод соединения деревянных деталей без единого гвоздя или металлической фурнитуры. Такая конструкция не только бережёт древесину от коррозии, но и, словно амортизатор, гасит колебания при землетрясениях, делая здания невероятно устойчивыми к подземным толчкам. Всего мастера компании владели более чем 200 приёмами кигуми.
Секрет их идеальной работы скрывался в системе внутренней конкуренции. Мастера компании объединялись в рабочие группы — куми. Эти группы постоянно соревновались друг с другом, доказывая, кто построит лучше, быстрее и надёжнее.
Секреты долголетия: как продержаться 14 веков
Выживание на протяжении 1428 лет не было случайностью. Семья Конго выработала несколько ключевых принципов.
Меритократия вместо кумовства. Во главу угла ставили не родственные узы, а умение грамотно вести дела и плотницкий талант. Если родной сын не справлялся — его отстраняли. Если подходящего наследника не было вовсе, в семью входил талантливый ученик, брал фамилию жены и продолжал династию. В истории компании не раз случалось, что наследницей становилась дочь, которая затем выходила замуж за искусного плотника.
Кодекс семейной мудрости. В эпоху Мэйдзи, когда Япония стремительно забывала традиции под напором западной индустриализации, 32-й глава семьи записал кодекс «Семейное знание ремесла» из 16 заповедей. Там были и строгие наставления о качестве работы, и бытовые правила: как одеваться в соответствии со своим положением, умеренно есть и пить, с предельным уважением относиться к окружающим.
Гибкость в кризис. Когда во время Второй мировой войны спрос на храмы упал до нуля, Kongō Gumi оперативно перепрофилировалась и выжила за счёт изготовления деревянных гробов и ящиков для нужд армии.
Женщина во главе династии: Ёсиэ Конго
Настоящим испытанием для компании стала Великая депрессия конца 1920-х годов. Финансовые трудности оказались настолько серьёзными, что 37-й глава семьи покончил с собой. Компания оказалась на грани выживания.
Но вместо краха руководство взяла на себя его вдова — Ёсиэ Конго. Для консервативной Японии тех лет это было совершенно беспрецедентное событие. Ёсиэ проявила незаурядные управленческие способности: именно она лоббировала в правительстве разрешение на производство гробов во время войны, разделила менеджмент и плотницкие позиции, что помогло компании процветать. Сегодня, хотя семья Конго больше не управляет компанией, одна из наследниц всё ещё носит титул сё дайку (главного плотника) — 41-го в истории династии.
Парадоксально, но главным конкурентом и причиной потери независимости стал технический прогресс. После Второй мировой войны Kongō Gumi одной из первых начала использовать бетон для быстрого восстановления сгоревших храмов. Но этот же материал сделал нишу доступной для крупных строительных корпораций, разрушив монополию уникальных технологий.
К этому добавились неудачные инвестиции в недвижимость в 1980‑х и огромные долги. В январе 2006 года, имея задолженность в несколько сотен миллионов йен, компания стала дочерним подразделением строительного гиганта Takamatsu Construction Group. На тот момент в штате компании трудилось чуть более 100 человек, а годовая выручка составляла около 70 миллионов долларов.
Что осталось
Kongō Gumi была не просто строительной фирмой, а хранителем культурного кода и передовых технологий своего времени. Её история напоминает: иногда самые устойчивые структуры построены не из бетона и стали, а на фундаменте традиций, уважения к ремеслу и готовности меняться. Сегодня Kongō Gumi продолжает работу как часть Takamatsu Construction Group, сохраняя древние техники и выполняя заказы по реставрации культурного наследия Японии.
Сколько себя помню, вокруг всегда была толпа родственников, что со стороны матери, что со стороны отца.
Обе семьи были родом с Кубани. И у нас как-то сильно была развита сваимовыручка и династийность в плане профессии. Можно было выбрать одно из трех направлений: преподаватель, медицинский персонал, железнодорожник и развиваться только в этом направлении.ююВсе остальные считались "оторви и брось", "фигней какой-то занимается", "непонятно чем и на что живет".
Меня с детства готовили в медицину. Двоюродный брат моей бабушки был главврачом в областной больнице, за что его крайне уважали в нашей семье, и он пристраивал работать полчища наших родственников, которые получали мало-мальское медицинское образование. Добрая половина из них работает и по сей день врачами скорой помощи и медицинскими работниками низшего звена.
Вот и я первые четыре года после выпуска отработал под его крылом, заглушкой для недоштата. Достаточно , чтобы понять, что перспектив практически никаких нет, вокруг дичайшее кумовство, а квалификация окружающих оставляет желать лучшего. Да, в этом на тот момент был юношеский максимализм, но доля истины была еще более значительна.Это было 22 года назад.
Я решил с ничего уехать жить куда-нибудь подальше. Нашел себе работу терапевтом аж в Тюмени, и уехал. На удивление родители меня поддержали. Все прочие родственники крутили пальцем у виска и я попал в категорию "оторви и брось".
С тех пор я сменил три региона проживания, восемь мест работы, получил еще одно высшее образование, завел семью. Практически все это время я работал за себя и за того парня. И последние лет пять-семь у меня все стабильно хорошо в плане работы и заработка, и родственники перевели меня в категорию "непонятно чем занимается, но деньги у него есть", и почему-то считают что я обязан с ними делиться. Ко мне постоянно пытаются заселить пожить своих детей, пока те учатся, просят пристроить кого-то ко мне на работу, и просто просят денег. За это время я успешно интернировал только одного юнита из навязывемых мне - двоюродную племянницу, она шустро (и за свой счет) закончила все требуемые курсы повышения квалификации, прошла стажировку у меня на работе и года два вкалывала с тем же трудоголизмом, вышла замуж за моего коллегу, пока что в декрете. Еще два юнита, один 26 лет от роду, второй - 42 не смогли даже сдать курсы и очень обиделись на меня.
Никого из этих троих я к себе пожить не пускал. И последующих, кого слезно просили пристроить на работу, предлагал направить на общих условиях трудоустройства, без моей протекции, через кадровую службу. Потому что поручиться за них я не могу.
Последней была двоюродная сестра моей матери, которая хотела, чтобы я взял к себе пожить ее сына, пока он будет учиться. Я отказал. Она начала кричать в трубку: " Ну и куда я его дену? Ты цены на жилье видел? Красиво жить не запретишь? Да? Вот и живите там, в своей квартире! Сколько всего для тебя делали! А ты бабок урвал и нос от нас воротишь... "
Что конкретно там для меня делали я не понял, у нас общение на уровне "видел пару раз в детстве на праздниках у родни". Но последуем ее совету . "Будем жить здесь, в своей квартире".
Александра Датская стала королевой Великобритании и женой короля Эдуарда VII (короля Великобритании и Ирландии, императора Индии).
Мария Фёдоровна - российская императрица, супруга Александра III (с 28 октября 1866 года), мать императора Николая II. В девичестве Дагмар, и Александра Датская были родными сёстрами, а их родителями были датский король Кристиан IX и Луиза Гессен-Кассельская.
Тира Амалия Датская была младшей дочерью датского короля Кристиана IX и королевы Луизы Гессен-Кассельской. Родная сестра Александры и Марии (Дагмар).
Уважаемые гости и жители нашего прекрасного города, я хочу познакомить Вас с одним из интереснейших памятников архитектуры Санкт-петербурга - "Доходным домом Л. И. Жевержеева". Этот великолепный дом был построен в 1899-1900 годах по проекту П. П. Макаревича для купца первой гильдии, а так же Почётного гражданина города Ивана Алексеевича Жевержеева, который был не только успешным предпринимателем, но и известным меценатом и страстным коллекционером и собирателем. Обратите внимание на фасад здания. Он выполнен в стиле эклектики с элементами модерна, что было характерно для архитектуры Петербурга начала ХХ века. Особенно примечательны эркеры, украшенные лепным декором и увенчанные башенками. Эти архитектурные элементы не только предают зданию выразительность, но и увеличивают жилую площадь квартир. Интересна и планировка дома. Как и большинство доходных домов того времени, он имел квартиры различной площади и комфортности. На первом этаже традиционно располагались магазины, что приносило дополнительный доход владельцу. Отдельное внимание заслуживает внутреннее убранство дома. Парадные лестницы, отделанные мрамором, витражные окна, лепной декор потолков- всë это создавало атмосферу роскоши и комфорта для жильцов. К сожалению, не все элементы первоначального интерьера сохранились до наших дней, но те, что дошли, поражают своей красотой и изысканностью. Интересно отметить, что Иван Алексеевич Жевержеев был не просто владельцем этого дома, но и постоянно жил в нём сам. Здесь же находилась и его знаменитая коллекция театральных эскизов и плакатов, которая в последствии стала основой собрания Театрального музея в Санкт-Петербурге. У И. А. Жевержеева были сыновья. И один из них, Левкий Иванович так же проживал с семьёй в этом же доме. Только отец занимал второй этаж, а сын третий. Это была комфортная с интересной планировкой квартира. Как и во всех домах того времени в квартиру было 2 входа. По чёрной с входом в 45 метровую кухню и парадный вход в квартиру общей площадью 360 квадратных метров ( жилой 240 квадратных метров), с высокими потолками около 4 - ех метров. В квартире мало, что сохранилось от прежних хозяев. Но память о такой династии присутствует в изразцовой печи, печи голландки, частичной лепнины , старых окнах. Ведь до сегодняшнего дня квартиры дома использовались как коммунальные квартиры. Хотя многие и выкуплены. В 1911 году наследство принял Л. И. Жевержеев, и унаследовал не только большое наследство, но и любовь к искусству и продолжил меценатство. В 1911 году на своей земле, и за свои деньги строит Троицкий театр ( улица Рубинштейна 18/5), который пережив множество перипетий существует как МДТ. После 1917 года, Левкий Иванович передаëт всё драгоценности материальные и не материальные в Театральный музей, Казанский собор. Эта достойная династия Жевержеевых напоминает нам о том времени, когда Петербург был не только столицей Российской империи, но и центром культурной и художественным центром страны. Вот о такой квартире выставленной на продажу хотелось рассказать. Интересно, может ли она заинтересовать кого-то, как некогда квартира, ( а по сути одна комната) Бродского?
Итак, пару лет я сижу на Пикабу и что-то читаю. Пришло и мне время что-то написать. Берешь - давай в ответ. Тема первого поста пришла сама собой. Сидя на пляже Шарм-Аль-Шейха и, чередуя состояние алкогольной комы и великорусской хондры, я решил вспомнить свое востоковедческое прошлое. Для желающих и постоянно практикующих обижательство на все, что только можно сообщаю: в очерке будут затронуты темы миролюбивого насаждения авраамических религий, расизма, антисемитизма, геноцидов и обрезаний, но исключительно в научно-публицистических целях.
Ну и, собственно говоря, к предмету повествования.
Красивая картинка для привлечения внимания
Древние поселения: Мемфис и Фустат
Места, где расположен Каир обитаемы очень давно. Ушлые египтяне сразу распробовали эту локацию. Воды Нила даровали возможность возделывать поля, иметь почти халявную логистику и в целом чувствовать тут себя не плохо. К юго-западу от современного центра Каира около XXXI века до н.э. фараон Менес (хитрые иудеи величали его Нармером) заложил свою новую столицу объединенного Царства Египетского - Мемфис. Почти полторы тысячи лет этот город играл для любетелей фиников и звериноголовых богов роль не только столицы, но и крупного религиозного, торгового и производственного центра (тут как раз-таки и изготовили львиную долю экспонатов британского музея). С религией у них получилось особенно хорошо - Пирамидки в Гизе и остатки храмовых и погребальных комплексов в Саккаре тому отличное подтверждение (надо же китайским туристам куда то ездить кроме Москвы и Санкт-Петербурга). Со временем значение Мемфиса снизилось - Сашка Македонский захватил все что можно, назначил себя местным богом и перенес столицу в городок на берегу Средиземного моря, скромно названный в свою честь. А древняя столица пришла в упадок . Тем не менее выгодное стратегическое положение в дельте и долине Нила способствовало тому, что на территории будущего Каира поселения возникали вновь и вновь.
В I веке н.э., сюда в товарных количествах пришли римские легионы для контроля своей имперской зерновой кормушки. Для того чтобы жить с комфортом и не шибко баловать легионеров похотливым развлечениями в городской среде, они заложили недалеко от остатков Мемфиса укреплённый лагерь Вавилон Египетский, контролировавший переправу через Нил.
В 641 году арабский полководец Амр ибн аль-Ас, завоевав Египет для Арабского халифата, благополучно вырезал гарнизон римского лагеря (римлян там правда уже не было) и на его месте организовал военный лагерь с шариатом и верблюдами, который вскоре превратился в город Эль-Фустат (палатка – по-арабски, вообще арабы очень любят палатки). Фустат стал первой столицей арабского Египта при Омейядском и Аббасидском халифатах, оставаясь главным городом страны с 641 по 969 годы. Город быстро рос благодаря удачному положению на пересечении караванных путей и близости к Нилу. К X веку н.э. на месте будущего Каира уже существовал целый бардак из поселений – помимо Фустата, тут заложили аль-Аскар (столица Египта при Аббасидах в VIII–IX вв.) и аль-Катаи (построен при династии Тулунидов в 870-е годы). Все они потом органично вольются в виде районов в новый город Каир.
Основание Каира династией Фатимидов (X век)
В 969 году Египет завоевала шиитская династия Фатимидов, пришедшая из Северной Африки. Полководец Фатимидов Джаухар ас-Сакали на равнине к северо-востоку от старого Фустата заложил новый укреплённый город, названный Аль-Кахира («победоносная», так город, кстати, и называется сейчас в оригинале) . По замыслу Фатимидов Аль-Кахира должна была служить дворцовым центром халифата – городом для правящей элиты, эдакие новые Патрики, там предполагались кутежи, празднества, и церемонии. Строили быстро и добротно: за четыре года были возведены городские стены и две огромные резиденции халифа (а как же))) . Рядом с дворцами в 972 году была построена мечеть аль-Азхар – впоследствии величайший центр богословия и один из старейших университетов мира, непрерывно действующий более тысячи лет (вообще тема для отдельной статьи, если формат зайдет). В 973 году халиф аль-Муизз перенёс в новую крепостную столицу свою резиденцию из Магриба, ознаменовав расцвет Фатимидского Египта .
Тот самый Аль-Азхар
Молодой Каир (так тупые европейцы упростили название Аль-Кахира) вскоре поглотил все ранее существовавшие вокруг него поселения и быстро превратился в политическое и духовное сердце государства: были построены дворцы, парки, базары, велось монументальное строительство мечетей и медресе.
Слишком все хорошо? Не, музыка нашиды играли не долго - правление халифа аль-Мустансира (1036–1094) разразился страшный голод и смута . Единственный вменяемый там мужик - визирь Бадра аль-Джамали, прибегнув старым-добрым репрессиям, спас Фатимидский халифат от окончательного скатывания в родо-племенной строй, что все равно не помешало к началу XII века им ослабеть настолько, что Либерия на их фоне была бы образцом государственного строительства.
Правление Айюбидов (1171–1250)
В 1171 году полководец Салах ад-Дин (известный нам как Саладин, гига-чад средних веков; буду писать о нем даже, если формат не зайдет) сверг последнего фатимидского халифа, восстановив в Египте власть суннитского ислама под формальной опекой багдадских Аббасидов. Он основал династию Айюбидов и превратил Каир в столицу своего обширного султаната, простиравшегося помимо Египта на Сирию и Йемен.
Была только одна проблема… Периодически из-за моря прибывали мужики с крестами, чумой и бухлом и несли слово Божие на Ближний Восток, подспудно вырезая местное несильно христианское население. Хеджируя эту угрозу Салах ад-Дин в 1176 году на холме Мокаттам отстроил визитную карточку нынешнего Каира - Цитадель Каира, которую благодарные арабы назвали в честь ее основателя.
Салах-АдДин из очень известного голивудского фильма
Правление Айюбидов ознаменовалось оживлённым городским развитием. Саладин учредил новые медресе, превратив Каир в оплот суннизма после шиитской эры Фатимидов (углубимся в детали попозже). При айюбидских султанах в городе строились караван-сараи, бани, и прочие ништяки, позволившие городу не скатиться в тотальную антисанитарию (эх, сейчас бы там что-то с этим сделать). К концу правления династии (примерно 1250 г.) Каир представлял собой уже сплочённый и укреплённый город с населением свыше 200 тысяч жителей, готовый пережить новую смену власти. В 1250 году мамлюкские гвардейцы султанского двора взяли власть в свои руки, положив конец периоду Айюбидов.
Мамлюкский султанат (1250–1517)
Короткое отступление в сторону. Арабский халифат рос невероятно быстро. А вот внутри проблем хватало. Местные шейхи, шерифы (нет, не техасские) и просто вожди племен вырезали друг друга с завидной регулярностью. В связи с этим появился спрос на наемников (непременно мусульман), которые не будут активно участвовать в местных политических движухах. Ими и стали Мамлюки - представители тюркских народов (казахи, черкесы и много еще кто). Долгое время они выполняли роль гвардии, пока не решили захватить власть сами (вообще популярный сюжет в мировой истории).
В 1250 году первый мамлюкский султан Айбек занял трон, отправив в мир иной всех остальных желающих. И в последствии власть в Каире передавалась среди мамлюков самым надежным и демократическим способом из всех придуманных человечеством - путем дворцовых переворотов и аннигиляции предшественников.
При этом, Мамлюкский Каир достиг невиданного расцвета. К XIV веку население города приблизилось к 500 тысячам человек, что сделало его крупнейшим городом Европы, ближнего востока и Африки (не считая Ваканды конечно))). Город разросся примерно в пять раз по площади относительно первоначальной фатимидской оградки. Через Каир шла торговля специями оставляя некислый навар в местной казне. Каждый султан старался остаться в истории как самый-самый и это выгодно отразилось интеллектуальной и культурной сфере жизни - Аль-Азхар стал сильнейшим универом тех времен, а уж всяких домиков понастроили - не сосчитать. Ну и разумеется настал расцвет исламского зодчества - с тех пор Каир получил прозвище «город тысячи минаретов».
В 1261 году после разрушения монголами Багдада мамлюки даже пригласили в Каир уцелевшего члена династии Аббасидов и провозгласили его «халифом» – номинальным духовным главой суннитов . Это укрепило религиозный авторитет Египта: вплоть до XX века Каир оставался резиденцией формальных наследников халифата.
Только вот было пару проблем. Во-первых мамлюки излишне регулярно передавали власть (то есть вырезали друг друга), а во вторых хитрые португальцы поломали весь бизнес по перепродаже пряностей из-за своего отчаянного желания найти морской путь в Индию. Поэтому к началу XVI века совсем все захерело. В 1516–1517 гг. Османская империя нанесла мамлюкам решающее поражение: в битве при Риданийе под Каиром османский султан Селим I разгромил их армию и вошёл в столицу. Город был подвергнут грабежу, многие сокровища вывезены в Стамбул, и длившаяся почти 270 лет эра мамлюкского величия завершилась .
Каир под властью Османской империи (1517–1798)
После завоевания Османами в 1517 году Египет превратился в провинцию султанской империи, а Каир утратил статус самостоятельного центра силы. В городе разместилась администрация османского наместника (паши), подчинённого Стамбулу . Хотя номинально столица государства переместилась в Константинополь, Каир оставался крупнейшим городом региона и духовным центром благодаря аль-Азхару и другим учреждениям. Тем не менее, за два с лишним века османского владычества город постепенно принял провинциальный облик и окончательно превратился в Воронеж. Без покровительства самостоятельных султанов монументальное строительство почти прекратилось, а многие районы пришли в запустение. Европейские путешественники XVIII века описывали Каир как величественный, но несколько шибко ушатанный город (кстати ничего не поменялось).
На самом деле османам нравилось строить домики только в одном городе - Стамбуле, а еще очень нравилось воевать, а это, кстати, дорого. Каир совсем загрустил и в 1798 году, накануне вторжения французов, население Каира сократилось менее чем до 300 тысяч жителей – едва ли больше половины от уровня XIV века. Тут конечно продолжали учить правильно молиться последователей Ислама суннитского толка и даже какая-никакая торговля была… но все равно все не то, что раньше. Раньше-то точно лучше было, и мороженное настоящее, и верблюда можно было купить за 3 руб. 50 коп…..
Французская оккупация (1798–1801) и влияние Наполеона
В конце XVIII века Каир, неожиданно для себя, вляпался в эти богомерзкие европейские игрища. Наполеон Бонапарт, стремясь приобщить британцев к нормальной кухне, в 1798 году высадился в Египте во главе экспедиционной армии. Разбив мамлюкское войско под пирамидами (битва при Эмбабе), французские войска 24 июля 1798 года вступили в Каир. Первое время египтяне отнеслись к чужестранцам настороженно, но без открытого сопротивления. Наполеон пытался заручиться поддержкой населения, выпуская обращения на арабском языке и заявляя о своем уважении к исламу (вот только переводчика они, видимо, купили на вайлдбериз и все арабы со смеху умирали от того, что лягушатники там понаписали). В октябре 1798 года в Каире из-за запретов на шаурму и нежелания жрать улиток арабы подняли восстание против оккупантов, которое французы подавили с помощью дипломатии, шрапнели, штыков и прочих либеральных европейских ценностей. Такое происходило регулярно в течение всех трех лет власти французов.
Французы знакомят местно население с идеями равенства
Для того чтобы немого отстоять роль белого человека в истории отметим, что Наполеон привёз с собой учёных (саваннов) – специалистов в разных областях, которые исследовали историю, природу и общество Египта. В Каире был основан Институт Египта – первое научное учреждение страны, где собрались ведущие французские умы того времени. Именно этими учёными был начат грандиозный труд «Описание Египта», положивший начало египтологии, подробному изучению древностей и их систематическому разграблению. Кроме того, французами была привезена невиданная доселе техника: печатный станок. Те кто пробовал писать по-арабски поймут, почему печатать по-арабски - это тот еще онанизм. Но французы все изобрели-придумали, и тут же начали выпускать «Courrier de l’Égypte» на французском, и издавать листовки для аборигенов на арабском. Местное население было в восторге от скорости печати. И хотя после ухода Наполеона (французы эвакуировались в 1801 году под натиском британско-турецких сил) первую типографию благополучно подвергли шариату, начало было положено.
И вообще надо признать еще один факт - любая страна, успевшая повзаимодействовать с французами, тут же бурно обогащается всякими национально-объединительными, либеральными и какими-то там еще идеями. И не важно где произошло это знакомство: в прогулке по Монмартру или в штыковой атаке под Бородино. И с арабами также получилось. Начитались там всяких газет про парламенты и конституции и тоже почувствовали себя нацией с идеалами, принципами прочей ерундой. А тут еще и объективное технологическое превосходство запада на лицо. Известный хронист тех лет Абд аль-Рахман аль-Джабарти критиковал оккупантов, но признавал, что по сравнению с жестокой и коррумпированной османской администрацией французы вели себя более упорядоченно и даже снисходительно к аборигенам. Опыт 1798–1801 гг. стал для Египта своего рода «глотком воздуха из форточки Европы»: именно после изгнания французов власть захватил энергичный османский офицер Мухаммед Али (нет, не боксер), который, сделав выводы из наполеоновского урока, начал масштабное реформирование страны. Таким образом, положа руку на сердце, прийдется признать - французы за три года толкнули Египет из средневековья в Новое время.
Правление династии Мухаммеда Али (1805–1882)
После не продолжительной грызни местных, желающих по управлять страной и столицей, к власти пришел талантливый полководец албанского происхождения Мухаммед Али-паша. В 1805 году он был назначен османским вали (губер по-турецки) Египта, но вскоре стал фактически независимым правителем, основав династию вице-королей, сидевших на каирском троне полтора века. Паша решил провести масштабные реформы в армии, экономике и администрации, пытаясь превратить Египет в современное государство. Для этих целей он начал традиционно - с массовой казни последних оппозиционных мамлюков (у французов, наверное насмотрелся). Восток - дело хитрое, поэтому он пригласил 500 беев мамлюков на пир в их честь и там всех перерезал. Вот такая вот местная Песнь льда и пламени. Не скованный больше предрассудками мамлюкской аристократии, паша сосредоточил ресурсы на модернизации: в Каире строятся мануфактуры, арсеналы, верфи, школы, создаётся современная бюрократическая система управления. Мухаммед Али основал в городе первую арабскую типографию Булак (1820-е гг.), выпустившую сотни книг и положившую начало египетской прессе (по которой автор в свое время учился читать по-арабски). Были открыты военные училища, инженерные и медицинские школы, в 1836 году основана газета аль-Вакаи аль-Масрия.
При потомках Мухаммеда Али преобразования продолжились. Особенного расцвета столица достигла при его внуке Исмаиле-паше (правил в 1863–1879 гг.), который мечтал превратить Каир в «Париж на Ниле». В 1860–1870-х годах по его приказу западная часть города была перепланирована: возникли новые элегантные кварталы Исмаилия (нынешний центр Каира) с прямыми проспектами и европейской архитектурой . В 1869 году к открытию Суэцкого канала в Каире построили оперный театр, дворцы для приёма гостей, провели газовое освещение улиц, ну и все-такое вообще европейское. Город связали железной дорогой с Александрийским портом – уже в 1854 году между Александрией и Каиром открылась первая в Африке железнодорожная линия . Был основан Каирский музей древностей (ныне Египетский музей, до появления тут британцев там даже были экспонаты). Росла экономика, а следом и население: если в 1800 г. в городе проживало около 300 тыс. жителей, то к 1880-м население перевалило за полмиллиона.
«Париж-на-Ниле» и Париж во Франции очень похожи. Даже население говорит на одном языке.
Внимательный читатель спросит: «А за чей счет банкет?» И правильно сделает.
Бурное развитие сопровождалось финансовыми проблемами. Огромные займы, взятые Исмаилом для своих проектов, привели Египет к банкротству. А кэш он брал у британцев, а они так себе кредиторы и поэтому заставили в 1879 году османского султана сместить должника Исмаила. Но египтян то, все устраивало! В связи с чем вспыхнуло патриотическое восстание Ахмада Ораби-паши (1881–1882), требовавшего независимости Египта от влияния Британии. На что Корона прислала 2 фрегата и 3 экспедиционных корпуса коллекторов. В 1882 году англичане бомбардировали Александрию, разгромили армию Ораби и оккупировали Каир. Хотя формально Египет оставался в составе Османской империи до 1914 года, фактически начался длительный период британского контроля над страной.
Во второй части поговорим о британском периоде, второй половине 20-го века, евреях и нынешнем состоянии дел в Каире.
Миром управляют знаки и символы. Закон крови является главенствующим
Только то крепко, подо что кровь протечет .Только забыли, негодяи, что крепко-то оказывается не у тех которые кровь прольют, а у тех чью кровь прольют .Вот он -закон крови на земле. Ф.М.Достоевский. Из записных книжек.
