Ideks talk seriously, mine d'uslar — intellektuallar and pytlivyje umylar. Just imagine sebe world, kayda bez exchange-a emociyalar and oshusheniyalar, like bez play-a in some strange game, kaydanyng rules propisany by davno zabytyje psychological teoriyalar.

Bu — world of social poglazhivanie-lar, detishche great Erik Bern, author of famous koncepciya transactional analiz.

Ni exactly shul poglazhivanie-lar? Yuk, rech' go-a not at all about laska-ly prikosnovenie-lar to seznyng kitty or puppy, though analogiya very close. Rech' go-a about shul ritual social vzaimodeystvie-lar, kaydany serve-a as svoeobraznyj emotsional'nyj toplivo for beznyng sushchestvovaniye in obshchestvo.

Imagine sebe, that every seznyng contact with other chelovek accompany-a by hidden vopros: «Sin mine see-a?» Or even better say-a: «Sin acknowledge-a mine sushchestvovaniye?» Bez constantly seek-a podtverzhdeniye of svoya znachimost', of svoyo mesto in world of okruzhayushchiy nas lyudi.

After all, for every chelovek vitally important get-a polozhitel'nyj emociyalar, podderzhka and vnimaniye. No here paradoks: sometimes bez need-a not only pozitivnyj reakciyalar, no also negativnyj, just to not stay nezamechennyj.

Shul is where vstupa v delo koncepciya social poglazhivanie-lar. In essence, every nashe vzaimodeystviye is forma obmen shul poglazhivanie-lar. Sez give-a compliment to colleague — sez get-a in return ulybka and blagodarnost'. Sez scold-a someone for oshibka — sez get-a chuvstvo sobstvennyj vazhnost' and vlast'. All bu seem-a so natural and privychnyj, that many even not think about glubinnyj smysl proiskhodyashcheye.

P.S.: If sez read-a-dy bu text to end, it mean-a sez get-a-dy from min virtual poglazhivaniye in form of priznaniye seznyng vnimaniye and terpeniye. And how often sez allow-a poglazhiva sebya? Or give-a bu to others?

Поабзацный разбор (оригинал → Tatarish 2.0)

Абзац 1

Оригинал:

Давай поговорим серьезно, друзья мои интеллектуалы и пытливые умы. Представьте себе мир, в котором мы обмениваемся эмоциями и ощущениями, словно играем в какую-то странную игру, правила которой прописаны давно забытыми психологическими теориями.

Tatarish 2.0:

Ideks talk seriously, mine d'uslar — intellektuallar and pytlivyje umylar. Just imagine sebe world, kayda bez exchange-a emociyalar and oshusheniyalar, like bez play-a in some strange game, kaydanyng rules propisany by davno zabytyje psychological teoriyalar.

Разбор:

· Татарский: Ideks (давайте), d'uslar (друзья), mine (мои), kayda (где), bez (мы), kaydanyng (чьи/которой).

· Русский: intellektuallar, pytlivyje umylar, emociyalar, oshusheniyalar, propisany, davno zabytyje, teoriyalar — все абстракции и термины, но с татарским множественным числом ‑lar.

· Английский: talk, imagine, exchange, play, strange game, rules, psychological — простые глаголы и интернациональные слова.

Абзац 2

Оригинал:

Это мир социальных поглаживаний, детища великого Эрика Берна, автора знаменитой концепции транзактного анализа.

Tatarish 2.0:

Bu — world of social poglazhivanie-lar, detishche great Erik Bern, author of famous koncepciya transactional analiz.

Разбор:

· Татарский: Bu (это).

· Русский: social poglazhivanie-lar, detishche, koncepciya, analiz — терминология с татарским показателем множественного числа.

· Английский: world, great, author, famous, transactional.

Абзац 3

Оригинал:

Что же такое эти самые поглаживания? Нет, речь идет вовсе не о ласковых прикосновениях к вашей кошечке или щенку, хотя аналогия весьма близкая. Речь идет о том самом ритуале социального взаимодействия, который служит своеобразным эмоциональным топливом для нашего существования в обществе.

Tatarish 2.0:

Ni exactly shul poglazhivanie-lar? Yuk, rech' go-a not at all about laska-ly prikosnovenie-lar to seznyng kitty or puppy, though analogiya very close. Rech' go-a about shul ritual social vzaimodeystvie-lar, kaydany serve-a as svoeobraznyj emotsional'nyj toplivo for beznyng sushchestvovaniye in obshchestvo.

Разбор:

· Татарский: Ni (что), shul (тот самый), Yuk (нет), seznyng (вашей), beznyng (нашего), kaydany (который).

· Русский: rech', analogiya, ritual, social vzaimodeystvie-lar, svoeobraznyj emotsional'nyj toplivo, sushchestvovaniye, obshchestvo — всё в основной форме.

· Английский: exactly, go-a, not at all, kitty, puppy, very close, serve-a.

· Гибридная находка: laska‑ly — русский корень «ласка» + татарский суффикс «‑лы» (обладающий), прилагательное не склоняется. prikosnovenie‑lar — русский корень + татарское множественное.

Абзац 4

Оригинал:

Представьте себе, что каждый ваш контакт с другим человеком сопровождается скрытым вопросом: «Ты меня видишь?» Или даже лучше сказать: «Ты признаешь мое существование?» Мы постоянно ищем подтверждения своей значимости, своего места в мире окружающих нас людей.

Tatarish 2.0:

Imagine sebe, that every seznyng contact with other chelovek accompany-a by hidden vopros: «Sin mine see-a?» Or even better say-a: «Sin acknowledge-a mine sushchestvovaniye?» Bez constantly seek-a podtverzhdeniye of svoya znachimost', of svoyo mesto in world of okruzhayushchiy nas lyudi.

Разбор:

· Татарский: seznyng, sin, mine, bez — местоимения.

· Русский: chelovek, vopros, sushchestvovaniye, podtverzhdeniye, svoya znachimost', svoyo mesto, okruzhayushchiy nas lyudi — абстрактные понятия в основной форме.

· Английский: imagine, contact, accompany-a, hidden, even better, say-a, acknowledge-a, constantly seek-a, world — глаголы и связки.

Абзац 5

Оригинал:

Ведь каждому человеку жизненно важно получать положительные эмоции, поддержку и внимание. Но вот парадокс: иногда нам нужны не только позитивные реакции, но и негативные, лишь бы не остаться незамеченными.

Tatarish 2.0:

After all, for every chelovek vitally important get-a polozhitel'nyj emociyalar, podderzhka and vnimaniye. No here paradoks: sometimes bez need-a not only pozitivnyj reakciyalar, no also negativnyj, just to not stay nezamechennyj.

Разбор:

· Татарский: bez (нам).

· Русский: chelovek, polozhitel'nyj emociyalar, podderzhka, vnimaniye, paradoks, pozitivnyj/negativnyj reakciyalar, nezamechennyj — прилагательные и существительные в основной форме, множественное через ‑lar.

· Английский: vitally important, get-a, here, sometimes, need-a, not only, but also, just to not stay.

Абзац 6

Оригинал:

Вот тут-то и вступает в дело концепция социальных поглаживаний. По сути, каждое наше взаимодействие является формой обмена этими самыми поглаживаниями. Вы говорите комплимент коллеге — получаете взамен улыбку и благодарность. Ругаете кого-то за ошибку — получаете чувство собственной важности и власти. Все это кажется настолько естественным и привычным, что многие даже не задумываются над глубинным смыслом происходящего.

Tatarish 2.0:

Shul is where vstupa v delo koncepciya social poglazhivanie-lar. In essence, every nashe vzaimodeystviye is forma obmen shul poglazhivanie-lar. Sez give-a compliment to colleague — sez get-a in return ulybka and blagodarnost'. Sez scold-a someone for oshibka — sez get-a chuvstvo sobstvennyj vazhnost' and vlast'. All bu seem-a so natural and privychnyj, that many even not think about glubinnyj smysl proiskhodyashcheye.

Разбор:

· Татарский: Shul (вот), bu (это), beznyng (наше), sez (вы).

· Русский: vstupa, koncepciya, poglazhivanie-lar, vzaimodeystviye, obmen, ulybka, blagodarnost', oshibka, chuvstvo sobstvennyj vazhnost', vlast', privychnyj, glubinnyj smysl proiskhodyashcheye — вся терминологическая и метафорическая лексика.

· Английский: where, in essence, give-a, get-a, in return, scold-a, seem-a, so natural, many even not think about.

P.S.

Оригинал:

Если вы дочитали этот текст до конца, значит, получили от меня виртуальное поглаживание в виде признания вашего внимания и терпения. А как часто вы разрешаете поглаживать себя? Или давать это другим?

Tatarish 2.0:

If sez read-a-dy bu text to end, it mean-a sez get-a-dy from min virtual poglazhivaniye in form of priznaniye seznyng vnimaniye and terpeniye. And how often sez allow-a poglazhiva sebya? Or give-a bu to others?

Разбор:

· Татарский: sez, min, bu, seznyng — местоимения и указатели.

· Русский: poglazhivaniye, priznaniye, vnimaniye, terpeniye — основные формы, poglazhiva — основа глагола без -ть после модального allow-a.

· Английский: if, read-a-dy, mean-a, get-a-dy, virtual, in form of, how often, allow-a, give-a, to others.

Итоги и пара находок

Самые красивые гибриды:

· laska-ly prikosnovenie-lar — вместо громоздкого «ласковых прикосновений». Русский корень + татарский суффикс «-лы» (обладающий лаской) + татарское множественное число. Звучит легко и по-настоящему креольски.

· intellektuallar — русское «интеллектуал» с татарским окончанием множественного числа.

· poglazhiva — усечённая основа русского глагола «поглаживать» без -ть, работающая после модального глагола allow-a.

Грамматические принципы, которые держат текст:

· Ни одного русского падежного окончания на существительных — только основные формы или татарские суффиксы.

· Множественное число всегда через -lar.

· Русские глаголы спрягаются по татарской модели: основа без -ть + суффикс времени (-a, -dy, или bulyr для будущего).

· Прилагательные не склоняются и не согласуются.

***

Краткий разбор

Как видите, язык держится на трёх китах:

· Татарский — местоимения (min, sin, sez, bez), указательные слова (bu, shul), частицы (yuk, ideks), вопросительные слова (ni, kayda), падежные окончания на существительных (seznyng, beznyng).1

· Русский — вся сложная психологическая лексика, метафоры, абстракции. 1

·Английский — простые глаголы и связки: talk, imagine, exchange, play, give, get, allow, а также служебные слова (in return, after all, just).1

При этом грамматика остаётся прозрачной: строгий порядок слов SVO (как в английском) и татарские суффиксы времени (-a, -dy, -dy от -ды/-де) на всех глаголах.

Попробуйте сами! Правила языка лежат в открытом доступе. Полное описание Tatarish 2.0 можно найти по ссылке здесь.

Не стесняйтесь забирать, переводить любимые тексты, писать свои заметки и делиться результатами. Так мы вместе развиваем этот удивительный языковой эксперимент.

Оригинальная статья, на основе которой сделан этот перевод:

https://www.b17.ru/article/768518/

Есть тип поведения, который нельзя назвать ни прямой обидой, ни открытой злостью. Это пассивная агрессия, облечённая в тогу морального превосходства. Её цель — не разрешить конфликт, а выстроить и закрепить иерархию, выставив оппонента не просто неправым, а морально ущербным. Этот персонаж — не творец власти, он её обслуживает и паразитирует на ней. Назовём его Паук под булавой — это не просто лоялист и не формалист в чистом виде. «Паук под булавой» — хищник, трус, действующий под прессом формальной системы.

Интуитивно, ещё в школе, я уловил две его главные ловушки, в которые он загоняет окружающих.

Две ловушки: патриархальная и иерархическая

· Патриархальная ловушка: Идея «девушек надо защищать» — это часто замаскированный сексизм. Она ставит девушек в позицию слабых и беспомощных существ, а мужчин — в позицию вечных опекунов. Это ограничивает и тех, и других.

· Скрытая иерархия: Под маской благородства почти всегда идёт борьба за статус. Классический пример: когда тихий парень пытается отстоять свою честь, тут же появляется такой «защитник» и с наигранной драмой в голосе заявляет: «Ты покусился на девочку!». Так он не защищает жертву, а захватывает власть, создавая коалицию и утверждая свой авторитет. В нашей системе был негласный лидер, «Хулиган-Данник», которого все боялись. И был его верный страж — изучаемый нами тип.

Главный инструмент: Механика формальной атаки

В чём суть его оружия? Он атакует не кулаками, а правилами. Его механика состоит из четырёх шагов.

1. Выдёргивание формальности из контекста. Поводом всегда служит не реальный проступок, а нарушение мелкого, часто негласного ритуала. «Не поздоровался», «не помыл руки», «взял больничный» — для него это не детали, а крючки. Он раздувает из них катастрофу, а затем выставляет себя блюстителем порядка. Но порядок ему не важен — ему нужно публичное унижение другого. Акцент переносится с самого факта на его трактовку: «Раз не поздоровался — значит, меня презирает, значит, он плохой».

2. Налёт на маску, а не на суть. Цель — не получить извинения за рукопожатие. Цель — публично поцарапать социальную «маску» жертвы, её репутацию. Это удар ниже пояса, ведь обвиняют не в действии, а в «неправильном состоянии души».

3. Трансляция в третьем лице. Фраза, брошенная не тебе, а в пространство: «Вот человек, который со мной не поздоровался». Гениальный ход, который решает три задачи:

· Создаёт коалицию: агрессор ищет союзников, апеллируя к базовым правилам.

· Лишает права на ответ: формально обращались не к тебе, и любая твоя реакция будет выглядеть как неадекватная вспышка.

· Демонстрирует «рану»: агрессор выставляет себя жертвой твоего «преступления», прикрываясь этим щитом.

В социологии и психологии малых групп это называется триангуляцией или образованием коалиции против «козла отпущения». Это один из главных инструментов буллинга и поддержания иерархии.

4. Проецирование комплексов. Этот тип атаки часто исходит от тех, кто сам болезненно следит за своим статусом. Их собственная тревожность из-за иерархии проецируется на других. Фраза «ты со мной не поздоровался» на деле означает: «Я панически боюсь, что меня не уважают, и найду подтверждение этому даже в мелочи, чтобы наказать "виновного" и восстановить своё положение». Он ищет позор там, где его нет, проецируя свой непроработанный стыд на чужие, часто нейтральные, действия.

Примечание: «выдергивание формальности из контекста» и «налет на маску»: Это классическая игра «Попался, сукин сын!» (NIGYSOB) из книги Эрика Берна «Игры, в которые играют люди». Суть игры: человек ищет мельчайший промах, чтобы из позиции «Я в порядке» обрушить на оппонента праведный гнев.

Единая стратегия: «Паук на паутине иерархии»

Это не две разные роли — то «цепной пёс», то «самостийный инквизитор». Это одна и та же сущность. Он — паук, который не плетёт свою паутину, а сидит на уже готовой, принадлежащей системе — будь то школьная иерархия или моральные правила.

Он не выполняет приказы, он осёдлывает волну чужого недовольства для собственного самоутверждения. Ему нужно не услужить «хозяину», а найти легитимный повод для атаки на безопасную цель. Он виртуозно считывает «вибрации» власти и превращает их в свои атаки.

· Атака на «чужака»: Он улавливает слабый сигнал неодобрения от авторитета и превращает его в яростный наскок. Его цель — показать системе, что он её самый чуткий сторожевой пёс, а по факту — насладиться безнаказанной властью над загнанной в угол жертвой.

· Атака на «своего»: Он считывает негласное правило системы («слабых и непохожих можно гнобить») и атакует того, кто находится внизу иерархии, используя моральные нормы как дубину. Цель — доказать себе и системе, что он стоит выше жертвы.

В обоих случаях его стратегия едина: найти легитимную рамку для агрессии против безопасной мишени.

Портрет на стыке миров: Почему «заучку» не трогали

Возникает вопрос: почему этот заносчивый персонаж, который сам вечно участвует в травле, оставался в относительной безопасности? Это не парадокс, а стратегия выживания на стыке двух миров.

1. Сила через знание. В мире, где главная «работа» — учёба, отличник обладает символическим капиталом. Его заносчивость — это компенсация: «Я не могу доминировать физически, но я умнее вас, и вы это знаете».

2. Роль полезного слуги. Его не трогали не из уважения, а из-за выгоды. «Хулиган-Данник» и его окружение использовали его как источник решений и шпаргалок. Ему выдали «охранную грамоту»: «Булаву системы не трогать, он нам физику делает». Это могло доходить до абсурда: он отдавал учебник и потом весь урок сидел без книги.

3. Плата за «крышу». Именно эта маргинальная позиция рождала в нём чудовищное внутреннее напряжение. Он не мог выместить накопленное унижение на сильных покровителях — они были его защитой. Но ему остро нужно было чувствовать себя значимым. Поэтому он находил «безопасные мишени» — тех, кто был так же уязвим, но не имел его полезности. Нападая на них, он пытался купить себе право считаться «своим в стае», демонстрируя лояльность не только пользой, но и идейной агрессией.

Отдельная черта — обесценивание чужих достижений. Если кто-то растёт или двигается вперёд, он не поможет и не отойдёт — он вцепится: «Это моё образование, моя конфетка». Помощь превращается в демонстрацию превосходства над просящим.

Он не ботаник. Он маргинал, застрявший между системами. Настоящие умные люди не мешают другим идти своим путём. Либо помогают, либо молчат. Этот же тип не созидает — он ищет трещину, чтобы впрыснуть туда яд и натравить окружающих.

· Итог по портрету: Это не просто «задрот». Это компенсирующий нарцисс в положении зависимого. Его глубинная неуверенность и маргинальный статус компенсируются заносчивостью и поиском безопасных мишеней для моральной агрессии. Его не трогали как полезный инструмент, но и не уважали как равного. Он сам был и жертвой системы, и её самым ревностным стражем.

Проверка модели: пример избирательной праведности

Эта модель не просто теория. Она повторялась раз за разом. Самый показательный случай — «моральная паника» на ровном месте.

В школе (на фоне дикой коммерциализации 90-х) появилась женщина, продававшая подписки на журналы. Учительница бросила неодобрительный, но бытовой комментарий: «Вот эти коммерсанты ходят, суют везде свои товары».

Именно он, наш ПАУК ПОД БУЛАВОЙ, отреагировал взрывом «праведного» гнева, начав громко выкрикивать оскорбления. Он был самым яростным заводилой. Но когда учительница опомнилась и сказала: «Ну так же нельзя, на человека нападать», — его пыл мгновенно угас. При этом его принципы с женщинами здесь не распространялись.»

Разбор:

· Осёдлывание волны: Он уловил слабый сигнал неодобрения «сверху» и превратил его в атаку, чтобы продемонстрировать не лояльность, а свою «моральную чуткость» и власть над ситуацией.

· Безопасная цель: Женщина-«коммерсант» была чужой и беззащитной, не входящей в иерархию.

· Мгновенное угасание: Его «праведность» испарилась, как только авторитет забрал своё неодобрение обратно. Исчез контекст безопасности, и он тут же отступил. Это доказывает: его целью был не моральный принцип, а садистское самоутверждение под формальным прикрытием. Он не «пёс», исполнявший приказ, он «паук», который испугался, что его прикрытие разрушили.

· Избирательность «принципов»: особенно красноречиво, что его пафосная «защита девочек» здесь не сработала. Женщина-коммерсант тоже женщина, но на неё его моральный кодекс не распространился. Потому что на самом деле это не кодекс, а дубина для своих, безопасных жертв.»

Тот же механизм безотказно работал и против «своих». Когда девочка из класса пропускала уроки по уважительной причине, а учительница начинала звонить и ругаться, Паук немедленно подхватывал волну. Он злорадствовал и передразнивал: «Ой-ой, палец сломала, а учительница ругается». Его хвалёная «защита девочек» исчезала мгновенно, как только авторитет давал молчаливое разрешение на травлю. Одноклассница становилась такой же безопасной мишенью, как и чужая женщина-коммерсант. А в личные границы он вторгался и вовсе без всякого сигнала: узнав о продлённом больничном, устраивал формалистический допрос и ставил издевательский «диагноз» — «воспаление хитрости». Итог всегда один — поставить человека в позицию оправдывающегося.

Эти примеры не единичны — они воспроизводятся всякий раз, когда система даёт сигнал.

Финальный диагноз

Со стороны это выглядит глупо. Но это не глупость — это оружие. Оружие хитрого и трусливого игрока, который боится открытого конфликта. Он ведёт войну на территории ритуалов, где сам назначает себя судьёй.

Особенно важно: Паук под булавой не просто атакует — он последовательно разрушает горизонтальную солидарность. Ему не нужны друзья или соратники, ему нужны союзники по травле и безопасные фигуры внизу иерархии. Вся его стратегия направлена на то, чтобы превратить коллектив в минное поле негласных правил, где каждый боится стать следующей мишенью. Поэтому единственный антидот — не оправдываться по его правилам, а отсекать саму возможность суда. Как сказал один студент при столкновении с таким же типом: «А вам-то какая разница?». Этот вопрос вскрывает пустоту их морали и возвращает им их место — место человека, чьё мнение не имеет веса.

Второе — ебнутая романтизация и идеализация чувств. Якобы настоящая близость — это там, за «играми», где люди сидят и обмениваются чистыми эмоциями, а все социальные игры — это избегание близости.

Коротко: это пиздеж.

Длинно: достаем инфантилизм с полки. Кто может быть тотально честен, открыт и вываливать эмоции без фильтра? Правильно — ребенок.

Взрослые связи строятся на Бондинге — социальном клее. Это постоянная проверка связи: выкупаешь подтекст? Нет? Оу, значит ты не проницателен, ненадежен, или мы просто не в одной системе координат — до свидания.

Чувства и их выражение — это инструмент далеко не универсальный, и уж точно не панацея и не мастхэв, без которого ты какой-то дефицитарный.

В реальном мире гораздо мощнее срабатывает именно агентность — умение действовать эффективно и адекватно ситуации.

Многие взрослые пары распадаются не потому, что не «проговорили эмоции». Они распадаются, потому что:

— не могут наладить базовую коммуникацию;

— к моему глубочайшему шоку, не хотят учиться трахаться (игнорируя самое большое из доступных человеку удовольствий);

— не умеют заставить себя лутать бабло и грамотно договариваться, как будут им делиться;

— не способны выдавать адекватную реакцию на кризисы и совместные вызовы.

Если у тебя нет всей этой агентности, но есть та самая «чувственная близость», это выглядит ужасно убого. Получается тот самый наивный голден-ретривер — эмотивный добряк, который нихуя из себя не представляет, и почему-то вечно никому не нужен, даже со своим огромным открытым сердцем.

Здесь мы обращаемся к Теории игр: в долгосрок выигрышно сотрудничество (стратегия «око за око»). Но поп-психология путает сотрудничество с взаимоусыновлением.

Если кто не в теме бизнеса, поясню: сотрудничество — это ответственность за взаимный результат. И достигается этот результат иногда, вы не поверите, ценой наеба (о нет, ты же психолог!), ценой нетотальной искренности (что тоже наеб) и социальной игры. Потому что взрослая особь держит в фокусе общую цель.

И здесь кроется главный миф о Доверии.

Доверие во влажных фантазиях инфантила — это безусловная матка. Теплая, безопасная среда, где тебя принимают любым.

Но в реальном социальном взаимодействии доверие — это сложный, сугубо экономический конструкт. Нейробиологически оно построено на удачном предиктивном кодировании: твой мозг высчитывает четкие веса рисков и профитов, которые перевешиваются каждый день в каждом взаимодействии. Сегодня партнер надежен — вес доверия вырос. Завтра проебался — вес упал. Это математика, а не магия.

Взрослые отношения — это ежедневная психологическая экономика сотрудничества.

Но для инфантила это оскорбительно. Он пытается платить за твою агентность (за то, что имеет реальную цену в материальном мире) — внимание, блядь, ЧУВСТВАМИ!

Можно ли строить отношения на кайфовых чувствах? Да. Но как строить их не с равным? Не с агентным человеком, который платит тебе фейковой чувственной взаимностью, полностью игнорируя реальный базовый вклад, да еще и обижается или осуждает тебя за «мещанство» и «меркантильность»?

(Секта Маркаряна, ведические женственности и прочая маносфера — как яркий пример этой клиники).

P.S. Я сейчас намеренно не упоминаю деньги, статус, влияние, здоровье и прочее. Это не психологические факторы. Они имеют ключевое, фундаментальное влияние, но мы не всегда можем контролировать их напрямую, поэтому о них стоит говорить отдельно.

Из описания понятно, на чьей стороне симпатия автора.

Торговка выглядит как жертва (бедность, голодный малыш за спиной), что автоматом запускает пожалейку. Если вы родитель, то знаете, что вид даже незнакомого малыша в трудной ситуации рождает бурю чувств. Так случилось и тут: женщина переключила ТС из состояния Взрослый в состояние Родитель, а оно запустило эмоции.

Торгующихся дедов мозг при этом демонизирует: ну чего эти челы доколупалась до слабого?

отчаянно с ней торгуются.

Люди совершают разные действия, чтобы занять время. Вы не поверите, но иногда, чтобы не оставаться один на один со своими мыслями люди даже работают.

Так вот, всего способов структурировать время шесть, но нам интересен один – это ритуалы.

Ритуалы вы прекрасно знаете: мы здороваемся, прощаемся, женимся, хороним кого-то. Торг – обычный ритуал, обусловленный культурными особенностями. В нем нет плохих персонажей, это всего лишь способ провести время.

А еще мы понятия не имеем, какие жизненные сценарии у этих дедов. Возможно, торг для них — способ самоутвердиться («Мы не дадим себя обмануть»), даже если сумма смешна. А это уже не культурная особенность, а конкретная родительская установка «Никому нельзя доверять».

И вот я так заинтересовался этой ситуацией, что решил спросить откуда они.
- We are from Israel - был дан мне ответ.
И тут я все понял.

Больше всего мне интересна в истории реакция автора: она — пример того, что в ТА называется контаминация Взрослого Родительскими предрассудками.

Что такое взрослое поведение?

Это когда человек реагирует на ситуацию «здесь и теперь». То есть его эмоции и поведение совпадают с тем, что происходит. Например, если кто-то наступит вам на ногу, вы крикните «Ой блять» и разозлитесь. В этот момент вы — Взрослый.  

Поведение из состояния Родителя – это автоматическое поведение, основанное в том числе на стереотипах. Мамы и папа с детства внедряют в нас ценности, убеждения, а мы впитываем. Выбора-то у нас немного, строго говоря.

Например, если девушка считает, что все мужики козлы – это не просто так. Видимо, в раннем детстве эту мысль ей втолковала женская часть семьи. Ну либо папа вел себя как мудак.

Теперь перейдем к контаминации, а то я вас уже закружила примерами.

Контаминация — заражение Взрослого состоянием Ребенка или Родителя. В нашем случае — второе. Это значит, что человек ведет себя как Взрослый, потому что способен к оценке ситуации и рефлексии, однако, вывод все равно делает из состояния Родителя.

Так автор связывает поведение дедов с их израильским происхождением, что указывает на стереотип о том, что евреи любят торговаться. В реальности же причина может быть иной. Выше я писала, что это либо ритуализированное поведение, свойственное людям разных культур, либо привычка контролировать финансы, даже если это 3 рубля, либо попытка игнорировать социальное неравенство. Ага, да. Деды могли тупо пытаться в эмпатию через равное поведение: как к равным по статусу людям, так и к ней.

Когда автор смотрел на дедов, то его Взрослый не понимал: «Какого хрена они торгуются за копейки?» Однако его внутренний Родитель быстро дал упрощенное объяснение: «А, они же из Израиля — значит, так и должно быть».

Что-то вместо вывода: история автора не про Вьетнам, Израиль или Россию. Она про то, как мы все, в разных уголках мира, играем в одни и те же игры, часто не замечая, что можем их менять. А мы можем. Надо только иногда останавливать автопилот.

Меня зовут Ксения, и я люблю наблюдать, как общаются люди. Это помогает мне находить стратегии поведения, чтобы жить без драм и стресса. Еще я учусь транзактному анализу, а, чтобы делать это эффективнее, разбираю истории. Эта тренировка для меня и развлечение для вас.

Знаю, что не всем на Пикабу нравятся ссылки на Telegram-канал, поэтому, если это про вас, то не ходите в мой канал. Тех же, кто не имеет ничего против того, чтобы пообщаться еще и в другом месте – welcome в канал про общение «Без обид, но…».Мы там с ребятами шутки шутим, в комментариях спорим.